"Маленькая" проблема

Итадори проснулся рано утром, потягиваясь всем телом и открывая глаза. Мальчик сразу ощутил на себе крепкую хватку взрослых рук и размеренное дыхание откуда-то сверху. Розоволосому потребовалось немало времени, чтобы спросонья понять, что происходит. Юджи посмотрел на лицо мирно спящего Сукуны, сдерживая смех. Он и не знал, что проклятия могут выглядеть настолько безобидно. Итадори зашевелился, желая выпутаться из объятий демона, но это у него, конечно же, не получилось. Наоборот, его только сильнее прижали к себе. Мальчик начал терять терпение и, схватив Рёмена за щеку, резко потянул ее в сторону, заставляя татуированного пробудиться. Последний пару раз моргнул и недовольно уставился на ребёнка. — Ты что себе позволяешь, пацан? Уже забыл, с кем имеешь дело? — на это Юджи лишь фыркнул и отвернулся от Двуликого, тем самым демонстрируя свое непокорство, чем разозлил последнего еще больше. Мальчик встал с кровати и сердито потопал куда-то вон из комнаты. Сукуна остался нежиться в теплом одеяле, все равно планов никаких нет, можно не торопиться. Демон прикрыл глаза, наслаждаясь спокойствием и тишиной. Однако всеобщая идиллия продлилась недолго. Резкий звук бьющегося стекла прошёлся по квартире, заставляя Рёмена резко подскочить от неожиданности. Осознав, что только что случилось, он тихо проматерился и побежал к источнику грохота. Придя к месту происшествия, Двуликий увидел там куски разбитого стакана, валяющиеся в луже воды, и сидящего в кресле Итадори, упорно делавшего вид, что он тут не причём. Сукуна сжал руки в кулаки до хруста костей, его глаза, казалось, стали еще более красными, на лбу вздулись венки. Он мгновенно переместился к розоволосому, который только пискнуть успел, и поднял его так, чтобы их лица оказались на одном уровне. — Ты глупый, несносный ребенок! Как же ты меня достал, мало того, что я с тобой нянчиться должен, так милый Юджи мне еще проблемы устраивает. Если вновь выкинешь что-нибудь подобное, я повешу тебя за шиворот на крючок для верхней одежды, где будешь висеть до прихода своего семпая Годжо, понятно? — прокричал взбешенный демон, готовый порвать Итадори прямо сейчас. Единственное, что останавливало его от этого все разы, — собственная гордость, не позволяющая пользоваться положением мальчика. Последний смотрел Рёмену прямо в глаза, затем, после пары секунд молчания, нахмурился и, носом выдохнув воздух, показал взрослому язык. Затянулась протяжная тишина…

***

Итадори висел в прихожей уже на протяжении получаса. За это время он успел перепробовать всё: плакать, кричать, пытаться слезть, бросаться вещами, но Сукуну это не волновало, он спокойно валялся на диване, не обращая внимания на розоволосого. Поэтому сейчас мальчик прекратил попытки спастись, решив не тратить энергию зря. — Что-то ты совсем затих, пацан. — наконец заговорил с ним Двуликий, подходя к ребенку. — Ты признал свою ошибку и больше не будешь ее повторять, не так ли? Юджи сдержанно кивнул, приняв свое поражение, на что Рёмен довольно усмехнулся, снимая его с вешалки. — Смотри, какой я терпеливый к тебе, Итадори. И чем же ты меня отблагодаришь за мою неземную доброту? — вопрос застал розоволосого врасплох, из-за чего он растерянно приоткрыл рот, не зная, куда ему деться. — Ну же, я ведь жду. Ехидная улыбка мужчины не давала Юджи спокойно подумать, пришлось действовать быстро. Мальчик неловко, но крепко обнял Сукуну за шею, уткнувшись ему в плечо, чтобы скрыть свой румянец. Демон, пожалуй, никогда не чувствовал себя так сконфуженно, как сейчас. Его щеки даже немного, практически незаметно покраснели. Он не понимал, как ему реагировать, поэтому так и остался стоять не двигаясь, принимая такого рода благодарность. — Сейчас мы пойдем прогуляемся в сад, а то я скоро помру здесь от скуки. Выходим через десять минут. — сменил тему Рёмен, опуская мальчика на пол, который сразу побежал вглубь квартиры. Татуированный устало вздохнул и поплелся за ним.

***

Выйдя на улицу, демон осмотрелся, прищурив глаза из-за светящего в них солнца. Он неторопливо прогуливался вдоль зелёных деревьев, пока мальчик шел где-то рядом. Сукуна всегда ценил умиротворение, покой, расслабление, да и за столько лет это успело стать неотъемлемой частью его жизни. Он пытался всеми силами сделать вид, что Итадори рядом нет, так как парень ему знатно надоел этим утром. Двуликий полностью погрузился в собственные мысли. Юджи сам был рад долгожданной свободе. В замкнутом пространстве, еще и с проклятием наедине, казалось, он скоро сойдёт с ума. Поэтому сейчас розоволосый гулял в приподнятом настроении, даже забыв прежние обиды на Рёмена. В один момент, внимание мальчика привлек куст, из которого росли необычные желтые цветы. Несмотря на то, что растение находилось в совершенно другой стороне от их маршрута, Итадори свернул к нему, желая получше рассмотреть флору сада. Чутье Сукуны подсказывало, что что-то не так, и, обернувшись, он понял в чем дело, не обнаружив рядом с собой ребёнка. Демон сжал челюсти и посмотрел вверх, стараясь размеренно дышать, дабы утихомирить свой гнев. Он даже не знал, кого сейчас хотел больше убить: Юджи или себя. Рёмен развернулся и тяжёлыми шагами двинулся по дорожке, ища глазами пропавшего. Итадори, спокойно рассматривающего цветы, охватил резкий страх, как только он ощутил присутствие проклятия сзади себя и угнетающую атмосферу вокруг него. Обливаясь холодным потом, он медленно обернулся, встретившись взглядом с Двуликим, который заставил его вздрогнуть и незаметно отползти назад. — Разве кое-кто не обещал мне не создавать проблем на ровном месте? — начал демон, который выглядел совершенно невозмутимо, однако всю злость вложил в одни лишь зрачки, что еще больше ужасало мальчика. — Стоит мне отвернуться на пару минут, и ты уже что-то да натворишь. Что ж, в таком случае, я от тебя и на метр не отойду. Сказав это, Сукуна схватил Юджи за руку и повёл дальше по двору, не собираясь портить себе отдых из-за одного бесячего ребенка. Розоволосый хотел было запротестовать, но в последний момент остановился, решив, что это ничем ему не поможет, скорее даже ухудшит положение. Пожалуй, послушаться — единственный верный вариант для него. Так они гуляли около часа. Рёмен все это время держал руку Итадори в своей, однако на самого мальчика внимание не обращал. Розоволосый был тише воды ниже травы, только в самом конце уже из последних сил плелся за демоном, но не возмущался, все еще не отойдя от гнева проклятия. Сукуна, заметив это, решил сжалиться над мальчиком хотя бы потому, что он целый час вёл себя спокойно. Двуликий устроился на ближайшей лавочке, следом за ним туда сел и Юджи, облегчённо вздохнув. Его ладошка все еще находилась в плену татуированного, и только сейчас розоволосый осознал, насколько это смущает, а мужчине, казалось, абсолютно все равно. На самом деле Рёмену нравилось ощущать нечто столь маленькое и тёплое в своей руке. Но признаваться в этом себе, а уж тем более Итадори, он не собирался. Чувства делают его уязвимым, и демон прекрасно это понимал. Уже вечерело. Вокруг начинало темнеть. В один момент подул холодный ветер, из-за которого Юджи покрылся мурашками и инстинктивно сжался. Двуликий мельком посмотрел на розоволосого и, встав, поднял его, укрыв длинными рукавами белоснежного кимоно. В ответ парень прижался к Сукуне, желая согреться, пока его несли обратно в дом.

***

Когда они вернулись, Рёмен начал размышлять, чем бы еще занять себя и вредоносное дитя. До сна еще было много времени, и, судя по пробудившейся в Юджи гиперактивности, он не сможет ни оставить его одного, ни попытаться заставить мальчика сидеть тихо. Взгляд демона прошёлся по комнате и остановился на телевизоре, стоящем напротив дивана. «Может, посмотреть фильм? А что, довольно неплохая идея.» — подумал проклятие, подходя к устройству. Итадори заинтересованно поплелся за татуированным, желая узнать, что тот будет делать. Сукуна взял пульт и, нажимая на кнопки, начал просматривать каналы в поисках чего-нибудь увлекательного. Он остановился, увидев какую-то фантастику, решив, что это самое то для совместного просмотра с ребёнком. Затем он прошел на кухню, по дороге заметив, что Итадори уже неотрывно пялится в картинку на экране. Усмехнувшись, демон взял с полки шоколадное печенье, после чего вернулся в гостиную. Схватив Юджи под живот, он примостился на диване, положив рядом с собой розоволосого. Рука автоматически потянулась к сладкому, но Рёмен вовремя очнулся, вспомнив, что вообще-то взял угощение для Итадори. Он положил пачку на колени мальчика, который сразу принялся радостно его уплетать. По прошествии какого-то времени Сукуна уже полностью был поглощен действием в телевизоре. Печенье Итадори съедено, сам мальчик заскучал, не горя желанием узнать продолжение фильма. Розоволосый принялся ползать по предмету мебели, чтобы хоть как-то повеселиться. Он взобрался на спинку дивана, аккуратно добираясь до другого ее конца. В один момент Итадори оказался позади демона, посмотрев на его затылок, пока в глазах мальчика поблескивали небольшие искорки от появившейся в голове мысли. «Не делай этого, Юджи! Это не самый лучший вариант попрощаться с жизнью.» — пытался отговорить себя от задуманного, пока тело уже осуществляло обратное. Мальчик осторожно сжал волосы Сукуны и, встав, сел тому на плечи, расположив ноги по разным сторонам от шеи проклятия. Рёмену потребовалось немало времени, чтобы осознать, какого черта только что случилось. Пока демон соображал, Итадори зарылся лицом в розовые пряди старшего, наслаждаясь их мягкостью, ладошками продолжая за них держаться. — Пацан, тебе — угрожающее начал Сукуна, однако договорить ему не дал звонок в дверь, прозвучавший из прихожей. Придерживая Юджи за ноги, дабы он не упал, демон раздраженно встал, направляясь к источнику звука. На пороге стоял никто иной, как радостный Годжо, который резко изменился в эмоциях, увидев перед собой проклятия с ребёнком на шее. Карие глаза выглянули из-за шевелюры татуированного, их обладатель слегка встрепенулся, обнаружив перед собой учителя. Сатору нежно улыбнулся подопечному, все-таки сложно было отрицать, что Итадори сейчас выглядит невероятно мило. — Простите, что прерываю столь трогательный момент, мне захотелось узнать, в порядке ли Юджи и не убил ли ты его вообще. — дразняще начал беловолосый, тешась недовольством проклятия. — Еще нет, но очень близок к этому. — язвительно ответил Рёмен, сделав вид, что не услышал первую фразу Годжо. — Почему ты здесь? Разве вы не должны заниматься поисками Махито? — Мы вышли на его след, идет работа по нахождению более точных координат местоположения проклятия. Да и не могу ведь я двадцать четыре часа в сутки работать, мне тоже нужен отдых. — Ничтожество. — Как грубо. Надеюсь, с Итадори ты ведёшь себя получше. Хотя, смотря на вас, любые сомнения в этом отпадают. — ухмыльнулся Сатору, чувствуя, как гнев демона возрастает. — Он невредимый только потому, что ребенок и от него зависит моя жизнь тоже. — Вижу, что Юджи порядком поднадоел тебе. Что ж, давай я помогу и возьму его к себе на одну ночь. -… — Нет. — после короткой паузы уверенно сказал Сукуна. Брови беловолосого под маской поползли наверх от удивления, мужчина с нескрываемым непониманием уставился на проклятие. Розоволосый младший также не до конца понял, что это сейчас было. — Я не могу находиться на большом расстоянии от пацана. — поспешил объяснить свое странное даже для самого себя поведение Рёмен. — Ты можешь поспать в соседней комнате от моей. — пытался уговорить его Сатору. Учитель ну очень сильно хотел побыть с маленьким Итадори. Он даже представить не мог, насколько прекрасно это создание, раз смогло растопить сердце древнего проклятия. — Делать мне больше нечего. — единственное, что проговорил Сукуна, перед тем как захлопнуть дверь прямо перед носом Годжо. Последний догадывался о причине отказа, но спорить не стал. Оказавшись в квартире, Рёмен снял мальчика со своих плеч. Он было хотел продолжить остановленную тираду о поступках Юджи, но столкнулся с ехидным выражением лица последнего, которое неосознанно заставило его смутиться. Двуликий отбросил эту идею и, угрожающе посмотрев на розоволосого, невозмутимо ушел готовиться ко сну.

***

Сукуна лежал в кровати. Рядом с ним находился Итадори, освещённый лунным светом, который равномерно дышал в ночной тишине спальни, прикрыв глаза. Демон в первый раз решил не игнорировать, а осознать то, что происходит у него на душе. А конкретно, что он ощущал за эти дни, проведённые с Юджи. Мальчик, несомненно, до смерти его раздражал, но почему-то, демон не мог долго злиться на парня, а уж тем более причинить ему вред. Это напрягало, при том что он один из самых сильных и безжалостных проклятий. Очень. Однако, кроме этого, Рёмен не мог понять, какое именно это чувство. Эмоции, особенно положительные, были чужды ему, и, конечно, появление в его жизни одной из них заставляло растеряться. Плюс ко всему, это связано с Итадори. С глупым, жизнерадостным, добрым человеком. Что может быть хуже? Проклятие пристально, но безмятежно вглядывался в умиротворенное лицо розоволосого, словно пытаясь разобраться в себе… Он осторожно, стараясь не разбудить, провёл пальцем по щеке парня, поражаясь ее мягкостью, что заставило мальчика по-детски сморщить носик. Сукуна улыбнулся, однако, поймав себя на мысли о том, что ему было приятно это делать, распахнул глаза от удивления и отдернул руку. Двуликий устало протер веки. Что же с ним творится? Почему он так остро реагирует? «Может, просто поддаться собственным желаниям, забыв о гордости, всего лишь на один день? Вдруг так я открою для себя ответы на заданные вопросы.» — Рёмен наконец расслабился. Они всегда наедине, розоволосый, скорее всего, не будет что-либо помнить, так почему бы не попробовать? Демон внаглую притянул к себе Юджи, покрепче обняв его, губами касаясь лба мальчика. Даже если у Итадори останутся воспоминания за время своего превращения, то Сукуна сможет оправдаться тем, что спал, и не отдавал отчета о том, что делает. С этими размышлениями татуированный окончательно провалился в сон. Вот только он не учёл, что дети очень любят притворяться спящими…