"Маленькая" проблема

Очередное ничем не примечательное утро. Сукуна уже успел возненавидеть себя за то, что просыпается так рано. Вставать с тёплой кровати и куда-то идти не хотелось совсем. Поэтому сейчас демон блаженно лежал, уставившись в потолок, думая о чем-то своём. Рядом с ним развалился спящий Итадори в позе звёздочки, с текущей по подбородку слюной. Рёмен взглянул на мальчика, от скуки вспоминая события прошедших дней. Размышляя, он заметил одну интересную вещь в поведении розоволосого. В голове зародилась небольшая странная теория об этом, верить в которую Двуликий даже не желал. Он заворочался на матрасе, пытаясь вернуть свое прежнее спокойное состояние, однако эта мысль не давала ему покоя. Сукуна вновь посмотрел на ребенка, но в этот раз более напряжённо. Осознав, что вряд ли станет хуже, он решил провести маленький эксперимент. Король придвинулся к Юджи и, состроив рассеянный вид, аккуратно потряс его за плечо, чтобы разбудить, но не до конца. Мальчик недовольно промычал, совсем чуть-чуть разлепив глаза, стараясь понять причину своего пробуждения. — Итадори, это важно, как зовут твоего беловолосого учителя? — быстро и уверенно сказал демон, когда розоволосый еще не проснулся полностью. — Годжо… Сатору. — словно на автомате ответил Итадори, уткнувшись в подушку. Только спустя пару секунд он в страхе распахнул глаза, осознав, что сейчас натворил. Рёмен замер над ним с таким же шокированным выражением лица. Немного отойдя от ступора, демон с презрением и насмешкой взглянул прямо на мальчика. — Вот как… — иронично протянул Сукуна. — Значит, наш милый Юджи все это время притворялся? Хотя знаешь, ты прекрасно вошёл в образ дурака, я практически не догадывался, что ты мне врешь. С другой стороны, идиоту легко войти в роль идиота, не так ли? Розоволосый не мог ни слова сказать. Он так и застыл перед столь ужасным в этот момент Двуликим, уже забыв его истинную сущность. Тем временем проклятие не собирался отступать и продолжил: — Ты так мило себя вёл, как настоящая лапочка. — саркастически проговорил Рёмен, крепко схватив Юджи за щеку одной рукой, оперевшись на другую. — А я то думал, что ты терпеть меня не можешь. Неужто влюбился в меня, в того, кто тысячами убивал людей? Видно, не такой уж Итадори и простой. В этот раз розоволосый не выдержал и, раздраженно прорычав, откинул пальцы демона от своего лица. — Правда что ли? — громко начал мальчик. — А не ты ли из нас чрезмерно разнежился? Слишком уверенные слова для того, кто чуть ли не каждую секунду носил меня на руках. — Тц, оставь я тебя одного, ты бы вновь принес мне кучу проблем. — фыркнул Рёмен. — Кстати об этом, ты так смирно терпел все мои выходки, максимум мог накричать и все. Приятно чувствовать такую власть над королём проклятий. — никак не унимался розоволосый. — Пацан… — угрожающе сказал Двуликий, однако его внаглую перебили. — А как ты со мной возился – это прям отдельный разговор. Хотел меня развлечь, порадовать, даже подарок купил. Как за девушкой ухаживаешь, ей богу. — Заткнись! — гневно прошипел демон, терпение которого держалось на очень тонкой ниточке. — Про поцелуй в затылок я вообще промолчу, не буду совсем смущать тебя. — по-детски рассмеялся мальчик. С этой секунды нервы Рёмена разорвались по швам. Обнажив острые клыки, он резко вдавил голову Итадори в подушку, заставляя его вскрикнуть, при этом глаза проклятия обливались алой кровью. Он агрессивно зарычал, на лбу выступили венки. Не составляло труда догадаться, что Двуликий в ярости. Да еще в какой! Для него унижения от человеческого мальчишки — верх оскорбления, и оставить это без внимания он не сможет. — Слушай сюда, обнаглевший пацан! Либо ты сейчас навсегда забываешь последние дни и затыкаешь свой поганый рот, либо я выверну тебе челюсть, чтобы ты точно заткнулся и вспоминал эту ситуацию, как урок по своему поведению передо мной. Понятно? Юджи еще никогда не чувствовал такого ужаса, исходящего из Сукуны. Возможно, его психика смогла бы это выдержать, но психика ребенка — нет. Розоволосого будто пронзили тысячами копьями, обездвиживая от мучительной боли и паники, нарастающей в нем. Младший крупно задрожал, но все же слабо кивнул на слова все еще ждущего Рёмена. Последний равнодушно отпустил ребенка, вновь ложась на свою сторону кровати, отвернувшись от мальчика. Итадори, ощутив своеобразное одиночество, не выдержал такого морального напора и, свернувшись, обнимая себя за колени, тихо зарыдал. Из глаз лились, казалось, нескончаемые потоки слез, рот был открыт в немом крике, однако слышны были лишь мимолётные всхлипы, совершенно не соответствующие настоящему состоянию розоволосого. — Не мог бы ты реветь потише? Раздражаешь. — съязвил Рёмен. Эта фраза еще больше добила Юджи, но просьбу он выполнил, полностью укрывшись одеялом, бесслышно плача уже там. Жалел ли Сукуна о своих действиях? Да. Очень. Ему было ужасно стыдно, хоть он и не понимал почему. Вроде обычный пацан, демон вёл себя так, как, по его мнению, и должен был себя вести, тогда почему это не принесло ему стандартного удовлетворения? Вместо этого он чувствовал, как его сердце болезненно сжималось, когда до его слуха доносились рыдания Итадори. Этот звук ему совершенно не нравился, он готов был сделать все, только бы никогда его больше не слышать. Брови сдвинулись к переносице, губы сжались в тонкую полоску, в глазах мелькнула едва заметная грусть, стоило демону искоса взглянуть на маленький комочек, укрытый белой тканью. Хотелось прижать тёплое тельце к себе, поглаживая по голове, чувствуя знакомое ощущение мягкости розовых волос, успокоить Юджи… Но еще больше терять свою гордость он не намерен. Нацепив маску безразличия, Рёмен равнодушно поднялся и вышел из комнаты, оставляя мальчика одного.

***

Сукуна сидел в гостиной уже около полутора часа, без интереса пялясь в экран телевизора. За все это время Итадори ни разу не вышел из спальни, даже малейших звуков не было слышно с его стороны, а у демона очень острый слух. Он подумал, что розоволосый уснул, но чутье утверждало обратное. В квартире, как будто, воцарилась непривычная гнетущая атмосфера, пропал прежний свет, придающий этому месту ощущение чего-то родного, близкого. Рёмена продолжало преследовать желание плюнуть на все и пойти посмотреть, что случилось с Юджи, возможно, чем-то ему помочь. Но он держался. Двуликий был уверен, что должен вести себя достойно и не показывать слабость перед мальчиком, да и он сам виноват, так пусть теперь и извиняется. Так почему он не чувствует наслаждения, воплощая свои мысли в реальность? Король в сомнениях кусал губы, пока не увидел открывающуюся дверь слева от себя. Посмотрев вниз, он встретился взглядом с Итадори, который сразу же резко отвернулся. Глаза мальчика припухли после долгих рыданий, нижняя половина лица приобрела болезненно розовый оттенок и была раздражена от большого количества воды и соли, побывавшей на ней. Младший ничего не сказал и упрямо пошел в неизвестном для Рёмена направлении. Последний внимательно проследил за розоволосым, после чего осознав, что тот идет к входной двери. — Куда это ты собрался, пацан? — громко сказал демон, однако со скучающей интонацией, сделав вид, что ему все равно. — К Мегуми. — стоя к Двуликому спиной, ответил Юджи. Он не спрашивал у старшего разрешения, а просто поставил его перед фактом. От возмущения и негодования Сукуна хотел уже было остановить мальчика, но, вспомнив о своём желании, решил, что пусть этот ребенок делает то, что хочет, а ему должно быть безразлично. В любом случае, розоволосый не сможет далеко уйти, даже если сильно постарается. Сзади послышался хлопок, и теперь уже Рёмен остался наедине с собой. Первое время последний пытался спокойно усидеть на диване, однако ничего не получалось. Он был зол, очень зол на Итадори, хотя даже до конца не понимал почему. Затем проклятие принялся ходить кругами по дому, стараясь утихомирить гнев и льющуюся потоком энергию. Чем дальше он находился от Юджи, тем больше это ощущал в виде неприятной ломоты в мышцах и желании поскорее быть рядом с мальчиком. Или дело не только в этом? Он запутался. Голова шла кругом от столь противоречивых мыслей. А ведь сейчас розоволосый небось веселится в компании Мегуми. «Мегуми.» — скрипя зубами, прошипел Сукуна имя, вызывающее сейчас в нем ненависть и отвращение. Интересно, чем они сейчас занимаются с Итадори? Демон представил себе, как Фушигуро мило обнимает мальчика, как поглаживает его по волосам, как Юджи смеётся ему, звонко и искренне. Это стало последней каплей его сомнений. Сжав кулаки до хруста костей, при этом оставив невозмутимое лицо, практически незаметно искажённое яростью, он с молниеносной скоростью оказался перед входом в комнату темноволосого. Пожалуй, чувство, которое он сейчас испытывал, было еще страннее и омерзительнее всех предыдущих. Хотя бы потому, что заставило так просто поддаться эмоциям. Двуликий потянул за ручку двери, после чего с силой толкнул ее вперёд. Послышалось звяканье, извещающее о том, что замок безнадёжно сломан, но мужчине было все равно. Телепортировавшись, он встал возле кровати Мегуми, где последний сидел с Юджи на коленях, читая какую-то книгу. Оба парня вздрогнули от столь резкого появления демона, после чего вопросительно уставились на Рёмена. — Мне «очень жаль», что прерываю. — съязвил Сукуна, выдав из себя далеко не добрую улыбку, что он даже не попытался скрыть. — Но мне срочно нужен Юджи по важному делу. Не дожидаясь ответа, король выхватил мальчика из рук темноволосого и быстро возвращаясь уже к себе в квартиру, оставляя Фушигуро в небольшом ступоре. Розоволосый даже пискнуть или возразить не успел, как был нагло украден больно странным сейчас существом. Последний, казалось, был крайне доволен своей выходкой. Он посадил Итадори на кресло. Младший, отойдя от шока, укоризненно и осуждающе посмотрел на Двуликого перед ним, выгнув одну бровь. — Ну и что это за срочное дело такое, а? — неодобрительно спросил мальчик. Только в этот момент Сукуна осознал, насколько глупо и необдуманно поступил, но менять что-либо было уже поздно и необходимо сказать какую-то отмазку, дабы не выглядеть еще большим дураком. — Ты слишком далеко находился, меня в прямом смысле тянуло к тебе, это раздражало. — соврал Рёмен, хотя частично это было правдой. Розоволосый, вроде, поверил такому ответу и вопросов больше задавать не стал. Присутствие проклятия давило на него, не давало расслабиться, однако Юджи все же попытался отдохнуть, взяв какую-то книгу на столешнице и принявшись читать ее лежа на диване. Демон отлично понимал, что мальчику рядом с ним некомфортно, он все еще расстроен и обижен утренней ссорой. Ему не нравилось видеть Итадори в таком состоянии, да и кто знает, сколько они пробудут вместе. Быть в разногласии со своим сосудом крайне невыгодно, поэтому он решил на время забыть о собственном высокомерии и сделать первый шаг к примирению. Двуликий лег позади Юджи, заставляя последнего напрячься, хоть тот виду не подал. Он руками обвил младшего за талию, бесцеремонно притянув к себе, уткнувшись носом в розовые волосы, вдыхая их приятный аромат. Итадори хотел бы отпихнуть нахального демона, пока ему в самое ухо не прошептали. — Прости меня. — едва слышно сказал Сукуна, прикрывая глаза, наслаждаясь приятной близостью с розоволосым, которую он успел полюбить. Юджи обомлел. Он не мог поверить, что проклятие способен на такое ради него. Для Рёмена ведь извинения сравнимы с унижением. Мальчик мог представить, что это ему снится, но нет, всё происходящее вполне реально. Он отложил книгу и повернулся к королю, смотря прямо на него. Тот слабо приоткрыл глаза, с любопытством наблюдая за действиями Итадори. Немного помявшись, он смущённо прижался лицом к щеке взрослого, обняв его за шею. Двуликий улыбнулся, радуясь, что они наконец помирились, и зарылся пальцами в волосы ребенка, чувствуя как они оба медленно погружаются в царство Морфея…