***
Рабочий день братьев Коу начался не очень приятно. Впрочем, это было не редко, да и ребята к подобному уже привыкли. У них даже выработался к этому некий иммунитет. Они внимательно просмотрели камеры, которые запечатлели драку девушек и теперь они сидели нахмуренные, сосредоточенно глядя друг на друга. — Что скажете? — нарушил молчание Тайки, постукивая пальцами по ручке кресла. — А что тут можно сказать? — беззаботно пожал плечами Сейя, которому, если откровенно, было наплевать на эту драку, так как его мысли занимала Усаги Цукино. — Девушки расслабились и решили, что им всё дозволено. И с этим надо что-то решать. Но прежде всего, нужно выяснить, кто именно спровоцировал драку. — А чего тут выяснять? — поднял бровь Тайки. — Всё произошло из-за Минако Айно. Сказав это, шатен искоса глянул на насупившегося Ятена. Сейя тоже уставился на блондина, ожидая от него решения. — А почему сразу Минако? — резко спросил Ятен, сурово прожигая братьев взглядом своих изумрудных глаз. — Вы ослепли оба? Карасума набросилась на Минако с кулаками. А потом в драку влезла Мичиру. Так что если кого и надо наказать — только не Минако. Но хороший выговор ей, в принципе, не помешает. Сейя и Тайки переглянулись. В их глазах была усмешка. Они всё поняли. Но от Ятена ничего не укрылось. — Что?! — раздраженно рявкнул Ятен. — Нет, нет, ничего, — замахали руками Тайки и Сейя, — всё в порядке. — А если всё в порядке, — продолжал злиться блондин, — тогда давайте разбираться с этими нарушительницами. На этом и решили. Братья Коу сказали администратору, чтобы он привёл провинившихся девушек в зал, где участники проекта занимались с психологом. Через пятнадцать минут в зал уверенным шагом вошла Минако Айно, одетая в чересчур короткое оранжевое платье. Девушка уселась в кресло, закинув ногу на ногу. При этом фривольном движении взору братьев на мгновение предстали белоснежные трусики. Тайки и Сейя отвели глаза, а Ятен нервно сглотнул и облизал губы. Но от братьев не укрылся лёгкий румянец на бледных щеках блондина. Следом зашли Карасума, Мичиру Кайо, Веста, Нехеления, Рей и Макото. Последняя пришла поддержать Минако, а Рей — остальных. И если взгляд у Карасумы и Мичиру был весьма вызывающим, то Рей, Веста и Нехеления заискивающими глазами смотрели на братьев. — Здравствуйте, девушки, — спокойно начал Тайки, однако его нежно-сиреневые глаза не предвещали ничего хорошего, — мы собрались сегодня здесь, дабы обсудить вчерашний неприятный инцидент, произошедший между вами. Итак, мы ждем ваших объяснений? Кто желает начать? Его непроницаемый взгляд сначала задержался на Карасуме, затем на Мичиру, и уже после на Минако Айно. Наконец, Кайо вскочила с кресла и, указывая наманикюренным пальчиком на блондинку с красным бантиком, завизжала так, что присутствующие едва не оглохли. — Вот ЭТА … — девушка с голубыми волосами подбирала более цензурные слова, — ОСОБА по какой то причине возомнила себя главной красавицей проекта. И ещё, — Мичиру сделала многозначительную паузу, почему то внимательно глядя на Ятена Коу, — она принялась нас унижать. — Вот-вот! — в унисон с Кайо завопила Веста. — Мол, мы уродины, неудачницы, держат нас на проекте только из-за жалости. — Вы зачем врёте, гадюки?! — возмутилась Макото Кино, вскакивая с места. Высокая шатенка хотела подскочить к Весте, чтобы как следует накостылять этой нахалке. — ВСЕМ СИДЕТЬ НА СВОИХ МЕСТАХ! — громко провозгласил Сейя. — Рукоприкладство на проекте не приветствуется! Это я повторяю для забывчивых. Всё понятно?! — Эта Айно просто напросто выскочка! — процедила Рей. — Знаем, каким способом она попала на проект! — противно захихикала Нехеления. Остудить пыл наглых и бесцеремонных девчонок получилось у братьев Коу не с первого раза. Нехеления, Рей, Веста, Карасума и Мичиру, перебивая и пытаясь друг друга переорать, никого не желали слушать. Макото уже не могла сдержаться и, подскочив к Карасуме, вцепилась в её волосы. Остальные девчонки бросились на подмогу своей подруге. Что касается Минако Айно, она спокойно сидела в кресле и равнодушно наблюдала за происходящим. А Ятен, Сейя и Тайки бросились разнимать участниц. Тайки удалось оттащить Макото Кино, а у Ятена и Сейи получилось успокоить остальных. — Я всё понял, — трудом переводя дыхание и поправляя свои серебристые волосы, заявил Ятен, — по-хорошему до вас не доходит никак. Ну что ж, будем действовать по-плохому. — Номинанты на ближайший отчётный концерт, к сожалению, уже выбраны и песни записаны, но, в следующую субботу обязательно попадут в номинацию, — грозным голосом добавил Сейя Коу, поправляя рубашку и волосы, — Карасума, Нехеления и Рей. А завтра, как вы знаете, у вас отчётный концерт, где уже будут выступать Мичиру, Усаги и Какью. Мичиру триумфальным взглядом покосилась на своих конкурентов, которых буквально пять минут назад тоже привели сюда — для беседы с психологом. — Что, Цукино? — издевательским тоном произнесла Кайо. — Чемодан то собрала уже? Я больше, чем уверена, что вылетишь ты! — И слава Богу! — резко выпалила Усаги. — Я лучше домой отправлюсь, чем буду жить в этом серпентарии! Песня всё равно у меня уже есть, а победа мне не нужна. Змея подколодная! — Стерва белобрысая! — Мичиру не осталась в долгу и тоже оскорбила Усаги. — ЗАТКНИТЕСЬ!!! — взревел Тайки, мысленно проклиная этот чертов проект. Остальные девушки облегчённо вздохнули, но Сейя и Ятен сказали им, особенно Карасуме, чтоб не расслаблясь, иначе её вообще могут дисквалифицировать с проекта. — Так нечестно! — взвизгнула Веста. — Макото вцепилась в мои волосы, это её надо гнать с проекта в шею! — возмущалась Карасума, поправляя свою потрёпанную шевелюру. — Почему такая несправедливость?! — злилась Нехеления. — ВСЕ МОГУТ БЫТЬ СВОБОДНЫ! — громко ответил Тайки и вместе с братьями покинул зал. Весте, Рей, Мичиру, Нехелении и Карасуме ничего другого не оставалось, как покинуть зал. Но на пороге последняя обернулась и презрительным взглядом уставилась на свою обидчицу. — Ты ещё пожалеешь об этом! — прошипела напоследок Карасума. — Очень пожалеешь, стерва, я тебе это обязательно припомню! Гадюка! — Карасума, тебе что ли мало досталось? — очаровательно улыбнулась Минако. — Ещё хочешь? — Пойдём, дорогая, — Макото широко улыбнулась и протянула руку сидящей в кресле Минако. — Не стоит обращать внимания на неудовлетворенную идиотку! -Спасибо тебе, Мако, — блондинка встала и обняла высокую девушку, — и ещё отдельное спасибо за то, что задала перца этой Карасуме, а я даже не вступилась за тебя! — Да о чем ты? Брось! Поверь, я это сделала с превеликим удовольствием. — Макото, но ведь тебя могут выгнать за драку, — испуганно пролепетала Минако. — Будь что будет, — печально вздохнула шатенка, — чему быть — того не миновать! Девушки засмеялись и покинули зал. Им навстречу шёл Ятен Коу. Он строго посмотрел на подруг и попросил Минако Айно следовать за ним. Девушка с красным бантом встревоженно глянула на Макото, но та сжала её ладошку и подмигнула.***
Ятен пропустил Минако вперёд и зашёл в комнату, плотно закрыв дверь. Девушка стояла спиной к блондину и поэтому он не видел на её чувственных губах лёгкой улыбки. Зато он оценивающим взглядом рассмотрел её сногсшибательные ноги, изгибы её стройного тела, её роскошные золотые волосы. Парень нервно выдохнул, подошёл к Айно и резко развернул её к себе лицом. — Ты что себе позволяешь? — сквозь зубы прошипел Ятен, при этом его красивое лицо исказила жуткая гримаса гнева. Минако растерялась. Она ведь думала, что Коу раскроется ей, признается в своих чувствах. А он… Почему он злится? Что она, Минако Айно, сделала не так? — Ятен, что…что с тобой такое? — осипшим от беспокойства голосом прошелестела девушка, отступая от разъярённого молодого человека назад. — Что со мной такое? — в бешенстве прошипел Ятен, надвигаясь на перепуганную Минако. — Ты ещё спрашиваешь, что со мной такое?! Спина Айно вжалась в стену. Если бы у девушки была возможность — она бы прошла сквозь эту стену, лишь бы не видеть взбешённого Коу. А Ятен вдавил блондинку своим телом в эту стену. — Что ты себе позволяешь? Ты бы видела со стороны на своё поведение! Вела себя, как…как последняя… — Не смей со мной так разговаривать! — выкрикнула Минако в лицо парня. — Я буду одеваться, как сочту нужным. А если тебе что то не нравится… — Заткнись! — завопил Ятен, с силой ударив кулаком по стене в нескольких сантиметрах от личика Минако. — Я закричу! — предупредила она. — Помогите мне кто ни… Ятен зажал ей рот рукой и ещё сильнее вжал девушку в стену. — Кричи, кричи! — ядовито процедил парень, наслаждаясь своей властью. — Если ты ещё раз посмеешь одеться, как последняя шлюха, вылетишь с проекта пулей, поняла? Девушке всё же удалось укусить ладонь блондина, от чего тот крикнул от боли. — Да я сама готова уйти из этого змеиного логова! — заорала Минако, не волнуясь о том, что она может быть услышанной. — Подумаешь, печаль какая. Нет худа без добра — зато я больше никогда не увижу твою мерзкую рожу! — Что?! — Ты тупой, Коу? — страх у Минако постепенно отступал, а в её голосе всё больше назревали твёрдость и уверенность. — Или глухой? — Я тебя предупредил, — угрожающе прошипел блондин, — мне вышвырнуть с проекта такую, как ты — раз плюнуть. Так что не нарывайся на неприятности. Ты — никто, ты ноль без палочки. Даже эта одангоголовая Цукино на порядок выше тебя. Ятену доставляло нереальное удовольствие оскорблять блондинку, ему нравилось видеть боль в её васильковых глазах. Парень понимал, что так нельзя и он выходит за границы дозволенного, но он не мог себя остановить. Что то неведомое управляло его разумом. — Ты меня услышала? — Ятен, наконец, отпустил девушку и брезгливо встряхнул руками. — Замарался ещё об такую, как ты! Пойду, руки вымою! Оскорблённая Минако Айно сползла по стене и зарыдала, закрыв лицо руками. Ятен взялся за ручку двери и уже хотел выйти из комнаты, однако он обернулся и посмотрел на плачущую девушку. Теперь его сердце разрывалось от жалости к ней. Ему очень хотелось кинуться к ней, прижимать её к себе, утешать, просить прощения. Но он не смог. Блондин быстро вышел из комнаты, едва не сбив с ног Алмаза. — Чёрт! — Ятен гневно смерил парня взглядом. — Какого хрена ты под ногами путаешься? Алмаз в недоумении посмотрел вслед Ятену, который шёл так быстро, словно за ним гнался легион демонов. Высокий парень услышал всхлипы и, войдя в комнату, увидел плачущую Минако. Алмаз сразу всё понял и, подойдя к рыдающей блондинке, трепетно обнял её. Минако подняла на него свои заплаканные глаза и уткнулась лицом в его грудь. — Алмаз, — прошептала девушка сквозь слёзы. Высокий блондин молча гладил её золотые волосы. Он ждал, пока Минако сама успокоится, он не любил банальных слов утешения, от которых становилось только хуже. Наконец, через десять минут блондинка перестала плакать. Алмаз достал свой носовой платок и аккуратно вытер личико Минако. — Больше не будешь плакать? — блондин легко улыбнулся. Девушка отрицательно замотала головой. — Вот и отлично! — удовлетворённо ответил Алмаз. — Потому что от слёз твои красивые носик, глазки и личико будут красными и опухшими. А со дня на день отчётный концерт, и надо выглядеть сногсшибательно. Поняла? Минако послушно кивнула, словно маленькая девочка. — Давай мы сейчас сходим в ванную и умоемся, — парень помог Минако встать и, обняв её, вывел из злосчастной комнаты. — Я тебе сделаю компресс из чая, чтобы твои прекрасные глаза не были заплаканными. Добро? — Добро! — девушка поняла, что ей теперь не хочется плакать. И вот наступила суббота и пришло время второго отчетного концерта и второй номинации. Номинанты — Усаги, Мичиру и Какью заметно нервничали, и они были единственными из всех участников проекта, кто сегодня не пел ни с кем дуэтом, так как у них были свои сольные номера, которые они должны будут исполнить в заключительной части концерта. Первой из номинантов выступала Мичиру — она спела красивую лирическую песню, написанную для неё Ятеном, при этом, аккомпанируя себе на скрипке. Зрители встретили её выступление на ура и наградили множеством аплодисментов и восторженных возгласов. Второй выступала Какью, исполнив зажигательную танцевальную песню, музыку к которой написал Сейя, а вот слова — она сама. У Какью был сильный голос, хорошие внешние данные, и кроме того — спокойный покладистый характер, так что она многим нравилась, но нельзя было сказать, что Какью являлась фавориткой среди зрителей и слушателей. И наконец, завершающей композицией стала проникновенная песня Усаги о девушке с разбитым сердцем и о предательстве мужчины. И хоть у Усаги не было сильного голоса, как у Какью или Галаксии, но пела она относительно сносно, чётко попадая в ноты, не срываясь. Преподаватель по вокалу, Соичи Томоэ, наблюдая за выступлением Усаги вместе с остальным преподавательским составом и наставниками проекта — в принципе был доволен ею и считал, что девушка желает значительные успехи. Усаги также, как и Мичиру сорвала множество аплодисментов, а её нежный, и в то же время чувственный образ вызвал небывалый восторг у зрителей. Случайно устремив свой взор вглубь небольшого зрительного зала, Усаги вдруг увидела в толпе незнакомцев родные лица мамы и сестры, и её сердце сделало двойное сальто в груди. «Только бы не вылететь с проекта. Пожалуйста, пусть меня спасут. Если не зрители, так хоть команда!» — Вот и подходит к концу наш субботний вечер! — на сцену вышла ведущая проекта, эффектная невысокая девушка с псевдонимом Паллада. — А теперь начинается самое интересное. Номинанты, выходите сюда! Пора узнать, кого же выбрали наши дорогие телезрители! Кто же будет спасён? Неподалеку от сцены зажёгся экран на котором появились фотографии всех троих номинанток на выбывание, а под ними — процентные диаграммы. — Итак, — Паллада чётко следила за происходящим, — по результатам зрительского голосования — большинство голосов отдано за Мичиру Кайо — аж целых шестьдесят процентов! Услышав это, зал взбудораженно загудел, а Мичиру, понимая, что теперь ей больше ничего не грозит, держа в руках микрофон — от радости запрыгала на сцене, после чего, произнесла слова благодарности зрителям и телезрителям и ушла к остальным участникам проекта, которым сейчас предстояло сделать выбор между Какью и Усаги. Сердце Усаги отбивало бешеный ритм, ноги словно приросли к сцене — блондинка начала опасаться того, что за неё проголосует меньшинство. — Держись! — подбодрила её Какью, взяв за руку. — Всё будет хорошо, тебя должны спасти, а вот меня… — теперь едва заметные слезы заблестели в алых глазах Какью.