To die of love is to live it.

В скором времени карета двинулась в путь до далёкой Ая-Флории. Сама дорога была не интересной, так как Кесем была в карете совершенно одна. Хаджи остался во дворце, а Кеманкеш скакал на лошади позади. Ближе к вечеру они добрались до места назначения. Мустафа слез с коня и открыл дверь карты, чтобы подать руку своей Госпоже, которая с большим удовольствием приняла её. Охрана из янычар направилась в отдельный корпус, подготовленный для них, а Махпейкер и Кеманкеш остались одни. - Не желаете ли осмотреть дворец, Султанша? - с улыбкой спросил кетхюда. - Кеманкеш Ага, может вы не будете так называть меня, когда мы одни? - с такой же улыбкой ответила Кесем. - Как скажешь, милая, - прошептал и поцеловал женщину в лоб, - так ты хочешь осмотреть дворец или нет? - Не знаю, я сегодня очень устала. Дорога выматывает... - Я понял тебя, - секунда, и он ловко подхватил её на руки и понёс в сторону дворца. - Что ты делаешь? - смеясь, спросила. - Мне казалось, что ты устала. Вот и решил помочь тебе, - ответил, также улыбаясь, как и она. Махпейкер лишь молча обвила руками его шею и прижалась к нему ещё ближе. Идя по длинным коридорам замка, наконец Мустафа дошёл до главных покоев, специально подготовленных для Кесем Султан. Ага зашёл внутрь и аккуратно опустил любимую на постель, после подошёл к двери и закрыл её на ключ. - Останешься со мной? - спросила Султанша, в надежде, что он действительно никуда не уйдёт. - Как же я могу оставить свою Султаншу одну? - мужчина сел на кровать рядом с ней и оставил невесомый поцелуй на щеке. Каждый хотел, чтобы у этого маленького прикосновения было страстное продолжение, но также оба понимали, что сейчас не время. И Султанша, и янычар были измотаны и на отдых нужно отвести хотя бы ночь. - Дай я переоденусь и мы сможем отдохнуть, - прервала эту тишину женщина и поднялась с кровати, идя в сторону шкафа с одеждой. Она взяла оттуда синее ночное платье и зашла за ширму, чтобы переодеться. Только она успела снять корону и прочие украшения, вдруг почувствовала руки на своей талии. - Давай я помогу тебе, - прошептал Кеманкеш, прижимая её к себе и одновременно развязывая тугой корсет. - С платьем помочь хочешь? - заигрывающе спросила Кесем, повернув голову, вглядываясь в такие родные для себя глаза цвета кофе. - Конечно, с чем же ещё? - отшутился и нежно поцеловал в губы, все также продолжая развязывать корсет и стягивать платье с плеч. Султанша вздрогнула, когда губы Мустафы коснулись её оголенного плеча, а потом и ключиц. Вскоре она поддалась его ласкам и развернулась к нему, втягивая в страстный поцелуй. Вскоре с корсетом было покончено и платье поддалась рукам янычара. Две минуты и Махпейкер уже была в ночном одеянии. Влюблённые лежали на большой кровати в обнимку и разговаривали. - Чем, Госпожа, вы планируете заняться завтра? - спросил, поглаживая шелковистые волосы. - Даже не знаю, Ага. А вы что предлагаете? - У меня будет завтра для тебя сюрприз, - улыбнулся и поцеловал женщину в висок. - Уже сгораю от нетерпения. - Придётся немного потерпеть, а сейчас давай спать. Через десять минут оба погрузилась в царство Морфея. Кеманкеш проснулся рано утром, так как он обещал сюрприз своей Махпейкер. Мужчина оставил лёгкий поцелуй на щеке, осторожно поднялся с постели, оделся и покинул покои. Кесем проснулась только через пару часов. Не увидев любимого рядом, она забеспокоилась, но вспомнив о сюрпризе, успокоилась. Султанша быстро оделась в нежно-розовое платье и небольшую корону,и, быстро позавтракав, покинула покои. Совсем немного времени потребовалось на поиски Мустафы. Расспросив несколько стражников, Госпожа поняла, что он направился в сторону конюшни, куда пошла и она. Да, действительно он там был. Он стоял около прекрасного белого коня. - Мустафа, - Кесем обняла его сзади. - Я ждал тебя, моя луноликая Махпейкер, - повернулся к ней и страстно поцеловал, - а вот и сюрприз, который я тебе обещал, сказал и указал на коня, - он был подготовлен специально для тебя. - Правда? - Султанша не могла скрывать улыбки и кинулась к янычару в объятия, - спасибо большое. Кеманкеш помог ей взобраться на лошадь, а после сел сам и они поехали в сторону леса, где пробыл не мало времени. Возлюбленные гуляли около моря, держась за руки. Мустафа старался по максимуму отвлечь Махпейкер от того происшествия. Хотелось, чтобы она забыла те мгновения как страшный сон. И это действительно удавалось. В эти часы рядом с любимым она действительно забыла о том, что только недавно потеряла ребёнка. - Правда здесь красиво? - Да, очень. Хотелось бы, чтобы так было всегда. - Я уверен, какое бы время ни настало, это место всегда будет прекрасным. Но не таким же прекрасным как ты... - далее последовал поцелуй. - Уже скоро стемнеет... - произнесла, смотря вдаль, - давай вернёмся во дворец. - Как пожелаешь. Вечер. Солнце уже давно скрылось за ветвями деревьев. Кесем Султан сидела на балконе и пила тёплое молоко, которое принесли служанки. Она старалась думать обо всем, но только не о том малыше, которого забрал на небеса Аллах, но это получалось плохо. С каждым разом воспоминания о том роковом вечере возвращались. Не даром говорят, что боль от потери ребёнка - самая страшная боль. Внезапно её плеч коснулось что-то мягкое и тёплое. - Почему грустит мой лучик света? - к ней вновь пришёл Кеманкеш и укрыл её тёплым пледом. - Да так... - замялась Султанша, - вспомнила причину моего пребывания здесь, - ответила и грустно посмотрела на любимого. - Я дал себе слово, что ты забудешь о нашей потере как о страшном сне. Если я пообещал, значит выполню, - произнес и подхватил Махпейкер на руки, неся в самый центр покоев. - Ты хочешь того же, чего и я? - интересовалась, смотря на него глазами, полными страсти и желания. - Я думаю, что да, - мгновение, и они слились в страстном поцелуе, изучая тела друг друга как в первый раз. Мустафа развязывал халат, а Махпейкер расстегивала его кафтан. Огоньки страсти пылали повсюду. Два обнажённых тела стояли друг перед другом. Первым инициативу проявил мужчина. Вновь прильнув к губам возлюбленной, они дошли до кровати и с грохотом упали на подушки. Не дав Султанше опомниться, янычар навис над ней и начал бесцеремонно целовать её. Рукой он тщательно исследовал её тело, иногда сжимая грудь и принося удовольствие любимой, которой ничего не оставалось, кроме как стонать от неописуемого блаженства. Стоны иногда становились настолько громкими, что Кеманкешу приходилось их перекрывать поцелуями. Мгновение за мгновением... Минута за минутой... Страсть накалялась. В комнате становилось все жарче. Кесем уже была на пике наслаждения, но Мустафе было мало. От этой близости ему тоже хотелось получить удовольствие, поэтому в миг раздвинул её ноги ещё шире и вошёл в неё. Где-то изнутри вырвался громкий стон. Нежным быть не стал, двигался грубо и уверенно, скрывая с уст любимой громкие стоны. Её тело выгнулось на встречу его движениям, предоставляя больше места для поцелуев. Вскоре по телами обоих прошлась приятная дрожь и волна удовольствия. Мужчина вышел из возлюбленной и лёг рядом с ней, крепко обнимая и оставляя поцелуй на макушке. - Это было великолепно... - прошептала, отдышаашись. - Согласен, - также шёпотом ответил, - я люблю тебя... - И я тебя, - улыбнулась и с нежностью поцеловала...