Марионетка

POV Пасифика.

      Что может скрываться под покровом ночи? Этот вопрос задаёт себе любой человек. Например, если спросить ребёнка, он ответит: «Монстр с огромными лапами и клыками», на что взрослый скорее всего скажет, что это глупости.       Глупости… Какое странное слово. Иногда его говорят те, кто не верит во что-либо, а бывает, что именно это слово произносят те, кто сделает в будущем огромное открытие. В нашем мире всё начинается с глупостией.       Например, я бы никогда не поверила, что в моём доме будет жить Демон Разума. Или в то, что я по собственному желанию буду жить в старой хижине.       Я задумалась. Все ли монстры — это огромные чудища, про которые рассказывают дети, когда им приснится кошмар? Если бы об этом меня спросили раньше, я бы ответила так. Однако, теперь я понимаю, что монстры — это иногда обычные люди вокруг нас. Так случилось и со мной. Люди, которые были самым дорогим в моей жизни, стали предателями и прислугами Демона Разума, а те которых я презирала, отныне мои друзья.       За окном стучал дождь, время три часа ночи, я вышла на кухню. Если бы моя матушка увидела, что её ненаглядная доченька не спит в такое время, она бы прочитала лекцию о том, что так появляются морщины и эти ужасные мешки под глазами, которые долго придется убирать.       Мне не спалось. Сколько прошло с того времени, когда я спала и не видела кошмаров? Неделя? Месяц? Я сбилась минимум на недель пять. Уже середина сентября, многие поступили в колледжи, университеты, а я воюю с демоном.       В коридоре послышался шум, и я развернулась. На пороге стоял Диппер.       — Почему не спишь? — спросил он.       — Кошмары, — ответила я. Я стояла возле окна и продолжала смотреть вдаль. — Почему вы с Мэйбл не уехали?       — Мы не крысы, чтобы бежать с тонущего корабля. Тут живут мои дяди, значит это касается и меня. А Мэйбл не простила бы себе, если бы мы уехали, — прошептал он.       Диппер подошёл ближе настолько, что между нами оставалось слишком мало места. Он поставил руки на подоконник таким образом, что я оказалась между ними.       — Если у нас вечер откровений, — он выждал паузу и задумался, а затем продолжил: — то и я задам несколько вопросов. Почему ты не стала поддерживать режим Сайфера и его самого, как твои родители?        — Я не хочу так жить, — вздохнула я. — Не хочу подчинятся ему, выполнять приказы, быть игрушкой и за каждую оплошность терпеть пытки. Он живёт в моём доме, пытает моих родителей, знакомых или ещё кого‐то. В конце концов, он захватил мой родной город. Почему ты так странно вёл себя, когда я тут появилась?       — Знаешь, я не верил тебе, когда ты появилась на пороге этого дома, — Диппер заметно нервничал, — но моя семья доверяет тебе. Через неделю я понял, что навряд ли бы ты по прихоти Билла здесь жила. Ты перестала доставать Мэйбл и меня. Я никогда не верил, что люди меняются, однако я ошибся. И я очень надеюсь, что это так. Ты сможешь составить план поместья с подвалом, хотя бы примерно?       — Не знаю, — я оживилась. Если нужна моя помощь, то я постараюсь помочь. Я могу попробовать, но я никогда не была в подземельях. А зачем тебе это?       — Я пойду вызволять дядю Форда. Без него нам не справиться.       — Это очень опасно. Если тебя схватят, то Билл точно разговорит Форда, — я начала переживать. Пайнс не должен идти! По крайней мере сам. — Ему нужно уравнение, дабы уничтожить купол над городрм. А ты будешь той самой ахиллесовой пятой для Форда. Ключом для Билла. Вы с Мэйбл — его единственный способ манипулировать Стэнфордом.       — Я знаю, — прошептал он, глядя на трещину в небе, что служила порталом между измерениями. — Просто не могу сидеть сложа руки и никак не пытаться его спасти.       После этих слов Диппер отодвинулся от меня и подошёл к столу, опираясь на стол.       — Сейчас главное — выждать время. Мы не должны что-либо делать, пока Сайфер не начал действовать. — После этой фразы послышалось бурчание «И что ты предлагаешь? Сидеть сложа руки?» Однако, не обратив на Диппера никакого внимания, я продолжила: — Да, это кажется странным, но если мы будем делать опрометчивые шаги, то это даст ему возможность победить. И поверь, он эту возможность не упустит.       Состояние была угнетающим, как, собственно, и всё это время после Странногеддона. Я решила разбавить обстановку. По крайней мере попытаться.       — Будешь кофе?       — Давай.       Я поставила разогреваться чайник, достала две кружки и стала готовить кофе.       — После того, как родители выбрали сторону Билла, он сразу присвоил себе поместье. Сайфер заставил отца делать грязную работу — пытать людей. Мать он сделал своей служанкой. Я думаю, что как только появится момент, они сразу уедут, сбегут.       — Я не слышал о родителях, как только вернулся Билл. Я переживаю за них, — сказал он, беря из моих рук кружку с кофе.       — Они ведь в Калифорнии. С ними ничего не случится, — я вяло улыбнулась, пытаясь подбодрить Диппера, за что получила ответную улыбку.

End POV Пасифика.

      Они просидели так, расказывая смешные истории из детства, до того, пока не встало солнце. После этой ночи многое поменялось. Например, Диппер понял, что Пасифика для него что-то значит. Нет, это не любовь и не влюблённость, однако она будет чувствовать себя с ним защищенной. Ведь этой ночью могло случиться то, чего она так боялась, но этого не произошло.       Когда встало солнце, они отправились по своим комнатам. После любой темной ночи, какая бы она ни была, всегда восходит солнце. Оно озаряет небо своим светом. Для кого утро станет ключевым событием жизни, но не нужно забывать, что и у стен есть уши. Из-за двери появилась чья-то тень, которая знала следующий шаг наших героев.

***

      Поместье стояло уже сто пятьдесят лет. Оно передавалось по наследству — из поколения в поколение, но теперь оно стало пристанищем для демонов.       Билл сидел в кабинете с бокалом дорогого виски, который прежде находился в погребе. Кабинет был сделан в стиле Викторианской эпохи. Он просторный, огромные стеллажи с книгами, удобный стол с кожаным креслом и камином.       В кабинет постучали, зашёл лучший друг Сайфера — Восьмёрка или, как он его называл — Эйт.       — Ну что, старикашка раскололся?       — Нет, молчит, — покачал Билл головой.       Однако, Сайфер решил действовать по-крупному.       — Знаешь, что самое страшное? — бывший треугольник выждал паузу. — Это быть виновным в смерти близкого или причинять боль этому человеку или существу. Поэтому, дабы разговорить Шестипалого, нам надо привести того, кто ему дорог, — Билл с предвкушением потёр руками. — Точнее ту, которая ему дорога. Мне нужна Комета.       — Кто? — не понял Эйт.       — Мэйбл. У неё ещё надоедливый брат — Сосна. Однако, он слишком умён, так что лучше использовать девчонку.       — Значит, я дам нашему слуге задание похитить девчонку, — предложил Восьмёрка.       — Да, а теперь садись. Выпьешь со мной? — предложил Билл, на что тот просто кивнул. — Скажи мне, мой дорогой друг, разве не замечательно иметь собственное поместье? — усмехнулся он и налил Эйту бокал виски.       — Замечательно! — подтвердил Восьмёрка.       Они чокнулись бокалами. Эйт отпил из стеклянной ёмкости. Но вдруг его осенило.       — Слушай, а если нам внедрить к ним своего шпиона? — прищурил свои глаза Эйт. — Так мы будем знать, что там происходит. Ты ведь потерял, как и мы, свои способности.       — Хорошая идея, — пропел Сайфер, наслаждаясь каждым словом. — И я даже знаю — кто это будет.