Seducing the Devil

Хлоя была выброшена из рая в хаос. Она видела падение Западной Римской Империи, когда Люцифер замаскировался под одного из вождей германских племен на границах империи. Он призвал племена напасть на империю, которая только что стала христианской. Он действовал как советник императоров и заставлял их поверить, что им не нужно беспокоиться, позволял им поверить в свою силу и сеял войны и хаос, пока империя не оказалась в руинах. Казалось, он был повсюду, принимая одну роль за другой. Его завораживающие глаза и слова искушали гордыню представителей Священной Римской Империи и Византии, и он сумел разделить церковь на две соперничающие партии. Он принимал облик кардинала или политика благородного происхождения, путая умы людей и трахая одновременно жен и дочерей тех же самых людей. Позже он убедил так много разных партий поддержать разных пап, что никто уже не знал, кого на самом деле следует назвать преемником Святого Петра. Он завладел разумом инквизитора Крамера и заставил его вместе с коллегой Шпренгером записать правила наказания ведьм. Он говорил с папой Иннокентием VIII во сне и принес ложные вести. Когда папа издал приказ о наказании ведьм, основанный на трудах Крамера и Шпренгера, Хлоя увидела, что он громко смеется над своим успехом и именем папы. Ирония заключалась в том, что Люцифер не соблазнял людей, которых обвиняли в колдовстве. Нет, он переезжал из города в город, из деревни в деревню и разговаривал как с простыми людьми, так и со знатью, трахая мужчин, жен, дочерей и сыновей, убеждая их бояться ведьм как защитников Дьявола. Люди стали параноиками, и переход к расправе не занял много времени, так как Хлоя увидела сотни тысяч сожженных и замученных людей. Она почувствовала запах горящей плоти и дыма, почувствовала такую тошноту, что ее вырвало бы, если бы у нее было физическое тело. Люцифера, похоже, не волновали его победы. Когда что-то было достигнуто, он уже был сосредоточен на чем-то другом. Он обратил отчаяние Генриха VIII, чтобы получить наследника мужского пола, в безумие, которое заставило его жениться снова, убивая своих жен и вызывая разрыв с папской властью. Он решил сыграть роль в судьбе богатого дома Медичи и выступал в роли их советников, слуг и утонченных аристократов, чтобы убедить мирскую, жадную и честолюбивую семью попытаться достичь власти папы. Когда Медичи и Юлий II поднялись до пап, Люцифер праздновал в местных гостиницах и борделях, его смех был безумным и пугающим. Он так испортил самую могущественную должность наместника Бога, что папы теперь больше интересовались войнами, властью и деньгами, чем духовным руководством. В России он подружился с Иваном, который позже получил имя Грозный, и они создали тайную полицию, убивавшую как крестьян, так и дворян. Он привел его на путь безумия, который заставил царя убить собственного сына. Когда начались войны, связанные с Реформацией, он снова праздновал как в аду, так и на земле. В Америке он был уверен, что европейцы, так или иначе, уничтожат туземные общества во имя своей более развитой культуры и Бога. Однако, эти достижения были лишь малой частью его Великого Крестового похода. Все это время он занимался другими вещами: вызывал подозрения и гордыню, поощрял азартные игры и пьянство, предательство и все виды зла, о которых только можно было подумать. Хлоя не знала этого человека. Он уже не был тем, кого она любила. Люцифер был неумолим, неутомим, жесток и бесконечно изобретателен. Сам он не причинял людям вреда, но его умения убеждать и вести переговоры оказывались достаточными раз за разом, и люди в конечном итоге делали то, что он задумал. Она бродила по залитым кровью площадям Парижа и была вынуждена увидеть гильотины в действии. Она увидела Люцифера в форме французского офицера, который дружил с человеком гораздо ниже его ростом, обладавшим исключительным обаянием и умными глазами. В мгновение ока этот человек провозгласил себя императором. Чем более гордым и жадным он становился, тем более ужасными были последствия для обычных людей. Годы и годы войн, голода и смерти по всей Европе. В 19 веке Люцифер усовершенствовал свои навыки настолько, что его заговоры привели к взрыву и цепной реакции в виде Первой мировой войны. Он позаботился о том, чтобы политики и дипломаты стран-победительниц возложили всю вину на Германию, чтобы страна оказалась в водовороте хаоса. В мгновение ока он оказался в Вене, его целью был оригинальный молодой человек, который хотел стать художником, но дважды был отвергнут Академией изящных искусств. Люцифер ходил за ним в оперу и давал ему деньги, когда казалось, что он умрет с голоду. Когда молодой человек оказался в тюрьме после неудавшегося переворота в Мюнхене, он принял форму его тюремного товарища, прочитал и прокомментировал его работу под названием «Моя борьба». Люцифер переехал на некоторое время в Россию, где он начал беседовать с молодым человеком в Тифлисской духовной семинарии и рассказал ему о марксистских идеях. Когда революция обрушилась на Россию, его друг стал влиятельной фигурой в политике вместо того, чтобы стать священником, как он первоначально намеревался сделать. Когда его друзья попытались выразить более умеренные и мирные способы осуществления своей идеологии, Иосиф был достаточно зрелым, чтобы выследить их и убить. На самом деле ему доставляло огромное удовольствие убивать людей, и Люцифер питал его паранойю, которая заставляла его убивать не только своих товарищей, но и миллионы и миллионы людей в его собственной стране. Когда новые друзья Люцифера пришли к власти, началась Вторая Мировая война. Хлоя смотрела на поле битвы, на умирающих молодых людей, оружие, бомбы, невинных детей, убитых бомбежками, и на все эти невыразимые разрушения вокруг. Во время этой длинной войны Соединенные Штаты сбросили атомные бомбы на Японию, после этого она нашла Люцифера в Швейцарии, в гостинице, совершенно опустошенного. Его глаза казались пустыми и какими-то разочарованными, яростный гнев исчез, черты лица, наконец, стали усталыми и встревоженными. Когда молодая симпатичная женщина практически предложила ему себя, он впервые сказал «нет», насколько поняла Хлоя. Хлоя чувствовала отчаяние и отвращение к себе, исходящие от него, и хотя она была напугана, возмущена и почти все время плакала из-за его безжалостных планов, отвратительных заговоров, которые ему удалось создать, она подошла к нему. Люцифер не мог видеть ее, но Хлоя села рядом с ним, наблюдая. Люцифер провел рукой по волосам и потер лицо, как будто хотел стереть его, заказав еще шнапс и пиво. Хлоя заметила, что его руки дрожат, кожа побледнела, вся фигура наклонилась вперед, как будто ему было больно. Она попыталась дотронуться до него, и когда ее едва заметная рука скользнула по его лицу и голове, хотя на самом деле она его не чувствовала, Люцифер удивленно поднял голову. Она подошла ближе, встала и частично прошла сквозь него, позволяя своим рукам обхватить его тело, как будто она обнимала его. Люцифер задрожал всем телом и закрыл глаза. Хлоя почувствовала, как огромная черная волна зла и ужаса накрыла ее, и на какое-то время ей показалось, что она распадется на части и упадет от этой силы. Однако ее неосязаемое тело было сильным, и она сумела удержаться на месте. Стакан со шнапсом выпал из рук Люцифера, и он упал со стула, дрожа еще сильнее. Трактирщик подбежал к нему и попытался закричать, ударив по лицу. Похоже, у Люцифера случился какой-то припадок, руки онемели, шея откинулась назад, а тело сильно свело судорогой. Хлоя не совсем понимала, что делает, но она легла рядом с ним, а затем частично на него. Волны ужаса, пробегающие через нее, были настолько сильны, что Хлоя боялась потерять контроль над моментом и своим путешествием. Он дрожал и рычал, но через некоторое время, казалось, успокоился. Когда прислуга трактира отнесла его в спальню, Хлоя пошла за ними и всю ночь провела рядом с Люцифером. В ту ночь он спал хорошо, жестокость и злоба лишили его снов, и он попытался схватить воздух, как будто он знал, что Хлоя была там, но не могл видеть или чувствовать ее. Хлоя знала, что он все еще будет продолжать свою работу, но она верила, что стала свидетелем какого-то перелома в его сознании. Когда забрезжил рассвет, Хлоя почувствовала, как внутри у нее все закружилось, и она снова оказалась в странном коридоре, а затем снова в своей постели, как будто никогда и не покидала ее. Она открыла глаза, разрываясь на части, не зная, что чувствовать и думать.