Свидетель

Ночь посепенно окутывала одинокую фигуру, стоящую на террасе. Опершийся на перила молодой альфа смотрел в тёмное небо с мерцающими звёздами. Едкий дым от сигареты, что была зажата меж пальцев, проникал в лёгкие и отравлял организм, вместе с этим сознание начало приходить в порядок, позволяя более трезво мыслить, от чего осознание произошедшего становилось всё более чётким с каждой минутой. — Что я творю… — снова прошептал альфа, начиная вникая в ситуацию. Он похитил человека, но так же и спас. Нет, Корнелиус определённо не хотел этого, он не хотел никого похищать. Этот проблемный пацан не входил в его планы. Но теперь… теперь альфа не знал, что делать. — Вашу ж мать! — ругательство вырвалось из груди. Потушив сигарету, Корнелиус вернулся в дом. Всё та же напрягающая тишина. Отыскав в доме аптечку, альфа вновь поднялся на второй этаж, в комнату, где и оставил омегу. Лукас по-прежнему лежал без сознания. Бинт был насквозь - плечо снова кровоточит. Альфа подошёл к кровати и опустился на край постели, аккуратно избавив омегу от старого бинта, он осмотрел рану и ещё раз обработал её, после чего наложил новый бинт. Ещё раз окинув взглядом Лукаса, альфа убедился, что с ним всё в порядке, хотя бы пока что. Раздражение всё нарастало, вот надо было ему появиться не в то время, не в том месте? - он сам виноват. Да, все проблемы из-за этого омеги. И почему только Корнелиус не может решиться избавиться от него? Альфа поднялся с постели и ударил кулаком по стене, а затем вышел из комнаты и запер её на ключ. "Не хватало ещё, чтобы он сбежал," — фыркнул тот про себя.

***

Медленно разлепив глаза, Лукас почувствовал резкую головную боль - перед глазами плыло, он не мог сфокусировать взгляд. Оставив безрезультатные попытки, омега вновь закрыл глаза и стал прислушиваться к своим ощущениям: плечо по-прежнему болело, голова кружилась, а тело пробивал озноб, мальчик чувствовал слабость во всём теле, так что даже не пытался встать, понимая, что это будет бесполезно. В доме было тихо. Помимо мирного тиканья часов, висевших в комнате, омега не слышал никаких посторонних звуков. С улицы изредка слышался шум проезжающих машин, да щебет птиц, сидящих где-то возле окна. Прислушиваясь к происходящему вне комнаты, Бауман и не заметил, как снова провалился в сон.

***

Корнелиус вернулся домой лишь ближе к вечеру. Как и прежде, в доме не было никаких звуков, значит омега либо всё ещё был без сознания, либо пришёл в себя, но понял, что ему не ответят и не откроют дверь, поэтому тихо сидел в ожидании. "Надеюсь, он там не откинулся, — подумал Лиус, поднимаясь наверх к комнате, в которой и оставил омегу. — Не хватало мне трупа в доме" Альфа открыл дверь и зашёл внутрь: Лукас сидел на постели, оперевшись на спинку кровати, бледность мальчишки сразу бросилась в глаза. — Очнулся, — констатировал факт Лиус. Лукас медленно повернул голову в сторону мужчина и слабо кивнул. — Голова болит, — тихо произнёс он, с надеждой смотря на вошедшего. Корнелиус подошёл к омеге и сел рядом на постель. Рука альфы машинально потянулась к лбу омеги - горячий. — Нужны лекарства. Альфа встал с постели и подошёл к столу, на котором оставил лекарства, как только вошёл в комнату. Взял таблетки и налил воду в стакан. Снова подошёл к омеге и протянул воду и таблетки. — Пей. Лукас послушался. В памяти омеги плохо отложились события прошлого вечера: он помнил лишь, как шёл домой, услышал громкую ругань, а затем выстрел и... он очнулся в этой комнате. Что происходило между этими событиями, Лукас не помнил. — Как рука? Лукас опустил взгляд на перебинтованную руку и попробовал подвигать ей, однако эта попытка отозвалась очередной болью. — Болит. — Потерпишь, — коротко бросил альфа. Корнелиус снова окинул омегу взглядом. И что теперь с ни делать? - у него не было ответа на этот вопрос. Оставлять свидетеля было невыгодно, но и избавиться от этого ребёнка - рука не поднималась. Лиус встал и вышел из комнаты. На этот раз он не стал запирать дверь, решив, что в таком состоянии мальчишка вряд ли с постели встанет, что уж говорить о попытке побега. Через час альфа снова поднялся наверх и зашёл к омеге. Лукас лежал на постели, глаза были прикрыты, но альфа был уверен, что тот не спит. — Если голоден, пошли на кухню, носить не собираюсь.