Моя боль

Мне тут написали: Варя, обрати внимание на мальчиков чуть старше себя. Какие мальчики? Неужели непонятно, что мне с ними не интересно? И вообще. Нет ни одного человека, которого я могу сравнить с Вовой. Он — уникальный. Да, он причиняет мне боль. Физическую и душевную (страшную). Но он болен, поэтому так. Вспомнила еще, когда видела их вместе, в смысле их секс. Мне не показалось это чем-то противным. Нет, это было даже красиво. Они так целовались! И у них такие красивые… э-э … члены …) когда они наполненные, это так впечатляет! Даже захотелось иметь такую же штучку… Я спросила как-то у Вовы: ты хотел бы, чтобы я была мальчиком? Он сразу ответил, что нет, никогда. Он любит меня за то, что я красивая девочка. Он чувствует себя со мной мужчиной. А мальчики ему не нравятся и совсем не возбуждают. Они для него конкуренты за внимание мужчин. Потому что он «сам маленький мальчик» с мужчинами. Красивых взрослых женщин он тоже не любит. Они тоже конкуренты. Воруют у него внимание моего отца. Вова сказал: они яркие наглые самки, Жека на них реагирует, и я ужасно злюсь в такие моменты. Я уже писала, что на съемках Вова с трудом выносит красивых теток. Он всегда старался подобрать мужеподобных на кастинги фильмов и программ типа Леси Никитюк. Мой отец злился на Вову. Он отказался сниматься со Светланой Вольновой: Ты что! Она такая страшная! Я не то, что с ней сексом заняться не смогу, я вообще рядом с ней стоять не хочу. Отцу нравятся красотки. Лучше всего, чтобы ползали около его ног. Как в ролике на Новый год. Мне он тоже говорит, что я красивая и ему нравлюсь. Сказал недавно: не строй из себя целочку, чем ты лучше Иванки Трамп, она спала с Трампом и ничего. Я спросила Вову про его дочь Сашу. В смысле, нравится она ему или нет. Он так напрягся с этого вопроса! Вова: Варя, почему ты спросила? Нет, конечно. Я: Просто так. А ведь она красивая. Вова: Какая разница? Это моя дочь. Нет. Я: В жизни бывает такое. Вова: Он (отец) опять к тебе лезет? Я его убью, если узнаю. Я: Нет. Не говори так, Вов, мне страшно. Вова так часто плачет теперь. У него совсем расшатаны нервы. Сказал даже: не хочу смотреть в окно своего кабинета. Это все из-за протестов. Переживает. Даже кабинет поменял. Теперь он не будет видеть этих людей.