Сокрушимый Алмаз

      После того как правда всплыла наружу – дела пошли хуже некуда. Стоило Джоске слегка успокоиться и привести мысли в порядок, он сразу догадался, что обо всем знали его друзья и близкие. Однако не было после этого никакой истерики, показной агрессии или страха. Подросток стал каким-то отреченным и тихим. В комнате он уже сидел на кровати Рохана и смотрел себе под ноги. Хоть там он был и не один, тишина царила гнетущая. Казалось, что окажись подросток сейчас в гробу под землёй глубиной в несколько метров было бы бо́льшее разнообразие звуков, нежели в комнате мангаки. Джотаро и Рохан, стоящие у входа в комнату, пытались показать свою позицию, якобы они всегда в первую очередь думали о его, Джоске, безопасности, однако ни то, чем они руководствовались, ни то, как Эрос вообще выжил, известно подростку не было. Ведь единственное, что услышал Джоске тогда на улице, были слова Рохана: — Мы хотели как лучше, Джоске.       «А получилось как всегда» - пронеслось в голове у подростка прежде, чем он успел понять, что его сбоку пытаются пронзить взглядом. Рохан смотрел и, кажись, ждал, пока Джоске посмотрит в ответ. Как жаль, что тот не разделял его желания. Однако это молчание необходимо было прервать, иначе воздух сгустился бы настолько, что дышать стало ещё сложнее. — Вы знали.       Очевиднее ничего, казалось бы, сказать нельзя, но для Джоске была важна не суть вопроса. Рохан стоял как вкопанный и смотрел в глаза юноши со вселенским сожалением. Его взгляд перекинулся на Джотаро, который все это время молчал, а затем снова на подростка. Прошло несколько секунд ожидания и парень уже отчаялся услышать хоть что-то от этих двоих. Из груди вырвался вдох, Джоске, опершись о свои колени, встал с кровати и двинулся в сторону ванной комнаты, но неожиданно раздавшийся голос Рохана заставил его встать на месте. — Я хотел тебе сказать, Джоске, — последовала пауза, будто мангака раздумывал над тем, что сказать дальше, — Я правда хотел. — Так чего же не сказали? — взглянул подросток из-за плеча, еле сдерживая свой гнев. Он давал сейчас шанс мангаке и очень хотел, чтобы этим шансом воспользовались. Он очень хотел услышать достойное оправдание, хотел, чтобы Рохан объяснил ему в чем была проблема, а в конце сказал: «Джоске, я никогда в тебе не сомневался». Но он ничего не сказал. Ни Джотаро, ни Рохан. Именно это заставило его сделать шаг вперед и закрыться в ванной, чтобы наконец перестать сдерживать свои эмоции. В голове ни одной нормальной мысли, усердно контролируемое до этого дыхание сбилось. Джоске попытался вспомнить методы самоконтроля, которые ему советовал Уильям, надеясь, что после этого станет хоть немного легче. Говорят, мысли материальны. В этом Джоске убедился, стоило тихому стуку, а затем и знакомому голосу прозвучать с той стороны двери.

***

      Как и каждый втянутый в эту дряную ситуацию, Рохан был на взводе. Он ужасно злился на себя за то, что ничего не сообщил Джоске, хотя считал это наиболее верным вариантом. Мангака не желал лгать подростку, который теперь считал его полным обманщиком. Вот же гадство. Рохана бесила опасность, вечно преследующая Хигашикату. Сжимая кулаки, художник представлял как разукрасит лицо больному на голову ублюдку, посягнувшемуся на жизнь дорогого ему человека. Эрос и правда вновь зашел слишком далеко, позволяя себе трогать и преследовать подростка. А что еще хуже, Рохан никак не смог это предотвратить. Он хотел поступить правильно, а в итоге не смог сделать ни-че-го. Собственная беспомощность давила на разум. А еще Рохана бесило, что Джотаро почему-то не желал слушать мнение мангаки и запрещал рассказывать обо всем Хигашикате. Целиком и полностью уверенный, что многое можно было предотвратить, будь у подростка хоть малейшая информация о беженцах, Рохан поднял суровый взгляд на рядом стоящего мужчину. — Если бы вы хоть один раз прислушались к моим словам, то ничего из этого не случилось бы, —сказал Рохан и посмотрел в глаза мужчине.       Однако Куджо никак не отреагировал на его слова и отвернулся, тем самым выводя из себя и без того злого мангаку. — Не сейчас, Рохан. — Именно это вы говорили каждый раз, стоило мне открыть рот, — Рохан выжидающе посмотрел на Куджо, который своим поведением показывал своё истинное отношение, из-за которого Рохан чувствовал себя каким-то пустым местом. — Видите к чему это привело? Я столько раз вам говорил рассказать всю правду, вы игнорировали мои слова. Чего вы этим добились?       Вот она - точка невозврата. Рохана теперь не остановить. Все, что он терпел до этого делалось только из-за мысли, что это действительно все было ради Джоске, но что в итоге? В итоге в глазах подростка врагом народа теперь был именно он. Кишибе, мать его, Рохан.

***

— Ты хорошо держишься, Джоске, — говорит Уильям, смотря на потерянного подростка       Джоске невесело хмыкает и прикрывает глаза рукой. Данный жест, кажется, скоро войдет ему в привычку, настолько часто он её повторяет. — Я не знаю... — тихо шепчет он. — Что ты не знаешь? — Уильям спрашивает мягко, как настоящий профессионал. Джоске не чувствует себя так, будто его заставляют говорить. — Не знаю, что мне нужно чувствовать, не знаю как реагировать, я не понимаю. Ничего не понимаю. — Наверняка ты в растерянности.       Опять эта ухмылка появляется на лице подростка. Да, он сейчас в очень большой растерянности. — Мне... — сбивается он, — Я не знаю что мне говорить, — он сглатывает ком в горле, — Не хочу быть пессимистом, но все, кажется, очень плохо. — Бывают ситуации, когда даже самым оптимистичным оптимистам становится очень-очень грустно. Просто дай себе время. — Время... для чего? Уильям выдержал паузу. — Знаешь, тебе бы на пользу пошла смена обстановки. Чтобы, — задумался мужчина, — Привести мысли в порядок. — Смена, значит. — Да, но не делай поспешных...       Закончить мысль ему не дал шум, раздавшийся внизу. Переглянувшись, они с Джоске подскочили с мест и выбежали из комнаты. Как оказалась, чтобы застать двух взрослых мужчин, начавших выяснять отношения в самый неподходящий момент. На полу валялись осколки разбитой чашки, которая разбилась, судя по опрокинутому столу, не случайно. Но внимание Джоске долго на интерьере не задержалось. Повторный шок его охватил, стоило глазам зацепиться за близких ему людей, которые казались в данный момент чуть ли не заклятыми врагами. Лежавший на полу Джотаро выглядел устрашающе, а Рохан, сидевший в это время на нём, тоже был не в духе. Мужчины явно что-то не поделили, но их битву надо было останавливать, пока она не перешла границы.       В моменте, когда мангака замахнулся, Джотаро призвал стенд, перехватывая руку Рохана и скидывая его с себя, чтобы занять более удобную позицию. Рохан оказался в невыгодном для себя положении. — Хватит! Прекратите! — Джоске сорвался с места, подбегая к Джотаро и пытаясь снять его с художника. Когда в дело вмешался ещё и Уильям, совместными усилиями они все же смогли разнять разгневанных.       Витает тишина, разбавляемая тяжелым дыханием четверых присутствующих. Джотаро прикрывает глаза и откидывается слегка назад, прижимаясь к подростку теснее. Рохан нехотя говорит, что с ним все в порядке и выпускается из кольца рук врача. Он встает и идёт к холодильнику, чтобы взять оттуда бутылку воды. — Я... – Спустя какое-то время после гнетущего молчания начинает Джоске, – мне нужно время обо всем подумать, – не в состоянии больше находиться с ними в одном помещении, подросток быстро поднимается в свою комнату, не дождавшись тяжелого кивка Джотаро.       Прикрыв за собой дверь, он тут же оперся о нее спиной. В голове парня был полный бардак и одновременно ничего. Вцепившись пальцами в собственные волосы, он грузно скатился по двери на пол. Подросток правда не знал, что ему делать дальше. «Тебе бы пошла на пользу смена обстановки» –пронесся совет Уильяма в голове.

***

— Что? – Рохан удивленно захлопал глазами, — Джоске, почему ты собираешь вещи?       Подняв голову и повернувшись немного в вбок, брюнет замер, не осмеливаясь посмотреть мангаке в глаза. — Мне Уильям посоветовал сменить обстановку, — Джоске было невероятно тяжело произносить это вслух. Неправильность сложившейся ситуации так и давила на плечи потерянного подростка.       Он понимал, что уходя от Рохана, можно только стать дальше от решения проблемы. Кишибе же просто в шоке смотрел на парня и не мог поверить в услышанное. У него перед глазами начало рушиться все то, что он так сильно старался защитить. В груди стало тяжело, грусть, печаль и обида резко захлестнули его с головой. Сам не понимая, что делает, Рохан опустился перед мальчишкой и стал вытаскивать его вещи из чемодана, на что последовала молниеносная реакция, и Джоске с круглыми глазами потянулся к руке мангаки, чтобы вернуть одежду обратно. — Что Вы делаете, Рохан-сенсей? — он схватил Кишибе за плечи.       Короткое действо будто заставило взгляд художника проясниться и растерянно заглянуть в голубые глаза. Если бы он сам знал ответ на вопрос, Рохан был бы просто счастлив. Однако тело его не спрашивало, когда поддавалось вперёд, его будто прошибло током. Он просто не хотел отпускать подростка, который так сильно приелся его сердцу. — В прошлый раз, когда ты ушёл, все стало только хуже.       В глазах Джоске на мгновение проскользнула непонятная грусть, он убрал руки с чужих плеч и продолжил собирать вещи, больше не заглядывая глаза мужчине. — В прошлый раз все было по-другому. — Джоске, прошу тебя не упрямься. Я знаю, что поступил неправильно, но пожалуйста… — Рохан остановился, когда вздрогнули плечи парня. — Я не хочу чтобы ты уходил. Не сейчас, когда знаю, что по городу гуляет псих, который то и дело ждёт подходящего момента. — Джоске, ты идёшь? — прозвучал со стороны двери голос Куджо, которому, кажется, вообще всегда было наплевать на присутствие мангаки в помещении. — Да, я почти собрался, — без особого энтузиазма сказал подросток, уже запихивая последние футболки в чемодан.       Рохан не мог поверить своим глазам. То, что он сейчас ощущал было похоже на чувство, которое в книгах умело описывают, как опустошение, мигом последовавшее после грусти и обиды.

***

      На самом деле у Рохана всегда были проблемы со взаимоотношениями с людьми. Отсутствие доверия и боязнь впустить в свою жизнь кого-то, кто с легкостью может из неё уйти и глазом не моргнув, сделали из него того, кем он сейчас является. Даже с родителями, которые с самого детства находились на вечных командировках, не смог до сих пор найти общий язык. Большую часть его жизни дни проходили очень однообразно, серо и скучно: сначала в школе, потом в ВУЗе. Однако было у парня то, к чему он имел пристрастие с самого детства. Искусство. Это единственное, что радовало его, единственное, благодаря чему он мог дышать полной грудью. В 16 лет Рохан стал творить то, благодаря чему восхащались уже именно им. Он начал выпускать мангу. Людям начало нравиться, и в скором времени фамилия Кишибе стала не малоизвестной. Ощущение, что в его руках жизнь героя, чья история стала такой популярной, будоражило и с каждым днём заставляло все сильнее вливаться в работу. Поклонники дарили ему очень много любви и уважения, что несомненно льстило. Любая критика в сторону его творения воспринималась как оскорбление и резко ухудшала настроение.       Так и получилось, что свою жизнь Рохан строил вокруг да около манги. Он вечно попадал в какие-либо передряги в поисках новых ощущений и опыта, дабы улучшать свои навыки и вдохновиться чем-то, что можно перенести на бумагу.       Со временем он понял, что Токио слишком шумный город для него. В офисе вечно было суетливо и многолюдно, что мешало сосредоточиться. Из-за этого Рохану часто приходилось брать работу на дом. Такой режим заставил нехило отделиться от реальности, и жизнь стала ещё скучней. Каждый день недели, за исключением выходных, для него был днём сурка. Такой распорядок начинал надоедать мангаке, и в один момент, а именно когда прямо напротив его дома начали стройку и от шума уже начал дергаться глаз, а десятки карандашей в порыве злости были переломаны, он принял решение уехать из шумного Токио в какое-то более тихое место. Морио.       Там все и началось. После переезда Кишибе с головой ушёл в обустройство нового жилья, особое внимание уделяя своему будущему кабинету, в котором должна была проходить вся его дальнейшая деятельность. По вечерам мангака выходил прогуляться и запечатлеть много нового и удивительного на камеру, иногда, проходя мимо различных кафе, немного задерживался, чтобы попробовать местную кухню и получить удовольствие от вкусной еды. Городок хоть и считался курортным, в нем не было такого буйного движения как в Токио, никто никуда не торопился, атмосфера была просто замечательной. Впервые Рохан почувствовал себя на своём месте. Это удивительное местечко явно ему подходило.       Однако стоило его жизни чутка устаканиться, как кто-то решил туда внести что-то новое. В один из вечеров, когда мангака решил, что было бы неплохо прогуляться по городу в поисках нового материала, непонятно откуда прилетела стрела и вонзила его прямо в сердце. Альбом выскользнул из рук, а изо рта полилась кровь. Боль пронзила все тело, тем самым заставляя Кишибе упасть на колени. Спустя какое-то время сзади раздался грубоватый мужской голос. — Тебе повезло. Ты избранный.       В ту же секунду Рохан почувствовал, как за конец стрелы хватаются и тянут назад, пытаясь вынуть ее из тела. Он впервые в своей жизни испытал дикий страх и обреченность, перед глазами темнело, а в голове раздалось: «И вот так вот я умру?». Рука сзади с силой потянулась назад и вырвала стрелу из груди мангаки, заставляя того чуть ли не захлебнуться в крови. Но Рохан почему-то не задохнулся. Туман в глазах начал рассеиваться, позволяя рассмотреть черты аккуратно выложенной на земле плиты. Рука легла на место раны и парень, испугавшись, обнаружил, что кожа цела. Он мог сослать все на то, что ему привиделось, однако кровь и дыра на одежде никуда не пропали. Рана исчезла. Обернувшись, Рохан увидел обрамлённую в школьную форму спину юноши, скрывающегося за углом чужого дома. С тех пор они так и не встречались. В тот день Рохан вернулся домой и, искупавшись, лёг спать, уверенный в том, что это всего лишь галлюцинаций и завтра он обязательно обратится к какому-нибудь врачу. Некоторое время спустя он познакомился с Heaven's Door.       Перед ним открылись новые возможности. Чувства власти и некой одержимости затуманили разум Рохана, из-за чего он не видел перед собой границ, вдохновляясь тем, что проживал жизни других людей, иногда даже без зазрения совести заставляя их делать то, что хочется ему. Мужчина принял этот подарок судьбы и был очень счастлив такому шансу. Появление таинственной способности позволило ему улучшить качество своих работ, хотелось работать днём и ночью, чем он, кстати и занимался. С головой уйдя в работу, мангака давно выполнил норму на месяц вперёд и все еще продолжал, не желая останавливаться. Благодаря этому он встретился с Коичи и другими стенд-юзерами, одним из которых являлся Хигашиката Джоске. В то время подростка Рохан искренне недолюбливал, считая его надоедливым, шумным, глупым и непредсказуемым. Мангака в душе удивлялся каждый раз, когда у него спрашивали, за что он так не любит Джоске. Он не понимал, с чего вдруг ему вообще симпатизировать человеку, который сначала отправил его в больницу, а затем ещё и наглым образом обманул, из-за чего сгорела добрая половина жилья мангаки, которое он с таким усердием приводил в порядок. Мальчишка каждый раз влезал в передряги, из которых невозможно было выйти без ран, прекрасно понимая, что своим стендом он вылечить себя не сможет. И Рохан все ещё сам в шоке с того дня в тоннеле, когда он ради спасения жизни этого оболтуса, решил пожертвовать своей, а Джоске решил его проигнорировать и влезть, чтобы спасти того, кто об это даже не просил. По мнению мангаки это был очень опрометчивый поступок, и то, что Джоске каким-то образом удалось выжить, можно было назвать не более чем удачей. Именно поэтому мангака его так и не поблагодарил за тот случай.       Хоть в глубине души и осознавал, что был благодарен парнишке.       Так или иначе Рохан каждый день познавал что-то новое, встречал самых разных людей с различными историями, благодаря которым он мог чувствовать что-то новое. К примеру, после битвы с Кирой Йошикаге, в которой мангака так и не смог принять участие, благодаря тому же Джоске, который снова полез практически один сломя голову, Рохан впервые почувствовал очень сильное волнение за чужую жизнь. Настолько сильное, что не знал куда себя деть после того, как закрылись двери, над которыми была большая надпись «операционная». В душе царил хаос, а волосы на голове прилипали к вспотевшему лицу. Как хорошо, что операция прошла успешно.       После пережитого Рохану понадобилось какое-то время, чтобы привести мысли в порядок и перестать загоняться из-за Джоске. Однако произошедшее надолго отпечаталось в памяти. Иногда Рохану даже кошмары снились с участием окровавленного Джоске в главных ролях. После таких ночей мангака чувствовал себя максимально уставшим и злился из-за этого именно на подростка, как бы по-детски это не звучало. Рохан принял решение избегать Хигашикату. И у него это очень хорошо получалось. Они весь год практически не виделись после случившегося, а даже если и случалось встретиться, Рохан обходился сдержанными кивками и как можно быстрее ретировался в противоположную от подростка сторону. Возможно он даже слегка переборщил с этими избеганиями.       Это он понял, когда в тот самый судьбоносный день из-за того, что Джоске очень сильно опаздывал, Коичи огорчился настолько, что разочарованно сказал: — Неужели Джоске все же не придёт? Он же обещал мне. — Все же? — зацепился тогда за его слова мангака, после чего подросток понял, что проболтался и смутился. — Я просто когда ему сказал, что ночёвка будет у вас, — невнятно начал Коичи. Однако Рохан уже успел в душе возмутиться тому, что по его мнению должно было последовать за этим. Джоске явно начал воротить нос и всячески отговариваться. — Он просто подумал, что вы не будете ему рады. — Коичи выдал то, что заставило мангаку удивиться и приподнять брови. — С чего бы это я должен быть не рад тому, кого сам пригласил в гости? Коичи пожал плечами и перестал что-либо говорить. — Да ладно вам, — на диван, в котором они сидели резко приземлился Окуясу, — Джоске всегда опаздывает. Тем более сейчас лето, он 100% спал. Тем более Хазамаду тоже нет. Они явно вместе притопают и будут просить ещё прощения. — Окуясу резко приземлился на коленях на пол , прислоняя лоб к паркету, и начал кривляться, изображаясь якобы голос Джоске. — Простите, Рохан-сенсей, я так облажался, мне стоит выполнить любое ваше желание, чтобы искупить свою вину. — Окуясу, прекрати, — развеселившись сказал Коичи, мягко толкая друга в бок. Однако Джоске так и не пришёл.

***

      Рохан с грустью смотрел на то, как Джоске спускается с лестницы и передаёт чемодан в протянутую руку Куджо. В груди было все так же тяжко, как и несколькими минутами ранее. Эта тяжесть заставила его задуматься о своей прошлой жизни, о том, какую роль сыграл в ней каждый новый человек. Почему то именно сейчас он задумался над тем, что теперь может испытывать такие чувства как терпение к кому-то, тёпло, сопереживание. Он бы никогда не подумал, что будет способен на что-то подобное и что у него может возникнуть желание заботиться и защищать. И осознание того, что тот, кого ему так необходимо оберегать сейчас уйдет в неизвестные руки очень сильно заставляло переживать. Рохан буквально не хотел отпускать подростка. В голову пришла мысль, что Джоске может уйти сейчас и больше не вернуться в этот дом. И уже не будет ничего того, что было раньше, и Рохан снова останется один на один со своей жизнью.       Перед ним неожиданно оказался Джоске, пытаясь с сожалением заглянуть в глаза. — Рохан-сенсей, Вы смотрите так, будто мы никогда больше не увидимся, — парень слегка улыбнулся и положил руки в карманы джинсов, пытаясь скрыть тем самым своё волнение.       Рохану даже противно стало с себя из-за того, что так жалко он, вероятно, выглядел в глазах подростка. Кишибе почувствал тяжесть во всем теле и острую необходимость в подростке рядом с собой, как совсем недавно эта необходимость была у самого Джоске. — Джоске, — Рохан своей отяжелевшей рукой схватил за руку уходящего подростка, поворачивая того в свою сторону. Горящими глазами Рохан заглядывал в глаза другому, упорно отводящему взгляд парню. Художник надеялся, что из всей этой сумасшедшей компании, хотя бы Джоске его выслушает. Нет. Не хотя бы. Кишибе было бы достаточно только его одного. Кажется, сердце Рохана на какое-то время остановило кровообращение. — я люблю тебя, — практически шепотом выпалил мангака, чуть крепче сжав его руку.       Джоске замер и немигающим взглядом посмотрел в глаза напротив. Молчание расстягивалось и Рохан даже почти начал жалеть, что вот так излил свои настоящие чувства парню. Затаив дыхание, они оба просто смотрели друг другу в глаза. — Джоске, — прозвучал громкий голос Джотаро, из-за чего замерший Хигашиката вдруг часто заморгал, выдергивая руку ослабевшей хватки. — Простите, мне надо торопиться, — сказал он и выбежал из дома, закрывая за собой дверь. Сердце мангаки ухнуло куда-то в желудок. Рохан остался один в звенящей тишине. Вот и все. По крайней мере он был честен в первую очередь с самим собой.

***

      Джоске вышел из дома и без колебании сел на заднее сиденье машины, боясь даже взглянуть в сторону дома, из которого секундами ранее вышел. Машина мягко тронулась с места, и лёгкий ветерок обдул растерянное лицо подростка. С каждой секундой они становились все дальше и дальше от дома мангаки, а на душе Джоске становилось все паршивее. В ушах звенели последние слова, сказанные Роханом, прокручивая его голос в голове снова и снова. И с каждым новым кругом Джоске чувствовал себя самым что ни на есть настоящим подонком, который просто не смог элементарно ответить мангаке взаимностью.       Джотаро с опаской поглядывал на заднее сиденье через зеркало, и хоть прекрасно видел в каком состоянии находился его дядя, ничего не сказал. Он лишь нажал на газ, слегка ускоряясь и желая побыстрее добраться до отеля, чтобы заселить туда ещё и Джоске.       Добрались они действительно быстро. Забронировав для Джоске номер на стойке регистрации, дядя и племянник поднялись на третий, где уже в номере Джотаро их ждали остальные. Стоило только раздаться звуку разблокировавшейся двери и перешагнуть через порог номера, как на Джоске сразу же накинулись друзья с извинениями и объяснениями. Хоть Джоске и не испытывал особой радости от сложившейся ситуации, он прекрасно понимал, что обижаться с его стороны было бы очень глупым решением. Тем более с одним человеком он уже успел подпортить отношения. Настолько, что зная характер Рохана, тот мог с легкостью просто перестать общаться с ним. Долго размышлять над их с мужчиной взаимоотношениями Джоске не дали, быстро начав вводить в курс дела. Оказывается у них все это время был план, который те они воплощали в реальность за спиной брюнета. Ну что. Славно. Выяснилось, что об Эросе они знали не так уж и много информации, были лишь какие-то мелкие зацепки, которые постоянно вели в тупик, не иначе. Это Джоске совершенно не радовало. Так же теперь к Джоске каждый день должен быть приставлен кто-то в качестве защиты, и как бы сильно это не давило на гордость юноши, он все же не стал спорить, время от времени кивая на любые предложения, высказанные боссом мафии.

***

      Не он же один виноват. Это была не его идея. Он же отдал себя полностью на защиту другого. Тогда почему в конечном итоге не поверили только ему? Рохан сначала не мог понять, поэтому молча стоял и смотрел вникуда. В груди будто дыра зияла, самая черная и безграничная. Мужчина чувствовал, как с каждой новой секундой эта дыра поглощала новые частички его тела, забирая все краски жизни и энергию. Если бы Рохан знал, что быть отвергнутым настолько больно, он бы ни за какие условия не подпустил к себе никого настолько близко. В голову невольно влезали отрывки из прошедшего диалога с Джотаро.

***

— Чего Вы этим добились? — злобно спросил Рохан, понимая, что слишком завелся и надо унять пыл, пока Джоске не услышал. — А чего, интересно, добился ты? — мангака застыл на месте и непонимающе смотрел в сторону Куджо. — Ч-чего... — Если ты воображаешь себя самым умным, то глубоко заблуждаешься. — Рохан непонимающе уставился на мужчину, — Я не хотел сейчас поднимать эту тему, ведь для Джоске ты несомненно являлся и являешься по сей день главной опорой и поддержкой, однако не забывай про одну маленькую деталь, Рохан. — выделяя его имя в конце, сказал Джоджо, — Вам не быть вместе.       В комнате зависло молчание. Или нет. Оно кажется зависло в голове у Рохана. Что сейчас сказал Джотаро? «Это он сейчас серьезно? Да при чем тут вообще это?» — пронеслось в голове. Злость потихоньку заполняла границы его сознания, ногти на сжатых в кулак пальцах впивались в кожу. Однако он так это не был готов оставлять. — Не вам это решать, — во взгляде мангаки можно было разглядеть всю бурю отрицательных эмоций, — Джоске уже не ребенок и сам прекрасно может... — Однако сейчас он в нестабильном психологическом состоянии. Вспомни, Рохан, как он к тебе относился до похищения. И делай выводы сам. Если бы он был здоров на голову в данный момент, я бы еще подумал. — Подумал бы? Да кто ты такой, Джотаро?! — Рохан чувствовал себя оскорблённым и униженным. Помимо этого он ещё позволил себе так плохо отзываться о парне, что заставляло испытать чувство шока. — Вы думаете, что знаете его лучше всех?! — он встал с места и оперся о стол руками, — Неожиданно появились в его жизни спустя 16 лет и объявили себя его родственником, кто Вы такой, чтобы решать кого ему любить?       Раздался тихий смех, от которого плечи напротив сидящего слегка подрагивали. «Да он же просто издевается надо мной» — не мог поверить в происходящее Рохан. — Прости, конечно, но с чего ты вообще решил, что это любовь?       Это стало последней каплей. Мангака со всей злости взялся за край стола и опрокинул его, чтобы ничего не мешало ему набить рожу зазнавшемуся Куджо, к которому он до этого испытал какую-то долю уважения. Даже то, что он как родственник мог всего лишь волноваться за своего дядю, не позволяло ему так неуважительно относиться к нему, Рохану. Непростительно.

***

— Ха, это что же получается? — мангака опустился прямо над осколками недавно сломавшейся чашки, — Джотаро все же был прав? А, Джоске?! — собранные осколки вновь полетели только уже в стену, — Неужели все это время ты всего лишь боялся, что я тебя кину?! А когда я уже был не нужен, ты сделал вид будто обиделся и убежал от меня, ха! — Удар кулаком пришёлся на пол. Рохан резко зашел на кухню и достал из верхней полки первую попавшуюся посуду, — Вот так вот значит?! Ебанный ты трус, Хигашиката, вот кто ты такой! — тарелка с визгом разлетелась на маленькие кусочки, а за ней прилетела и вторая, — Хотя я ведь сам виноват! Надо было тебя сразу за дверь выставить! — на полу все больше осколков, которые отлетая иногда задевали Рохана, нанося мелкие порезы, — Сколько сил я на тебя потратил! А ты тупо даже в глаза мне посмотреть не смог, а?! Стыдно было? — рука схватилась за очередную кружку и разбила её об стену. Рохан застыл, будто его ударили током. На полу среди всех других осколков валялись несколько особенных. Ноги сами потянули его в сторону разбившейся посуды. От осколков оставались порезы, но художник их будто не чувствовал. Руки потянулись вниз и схватили остатки некогда любимой кружки Джоске, которую специально для него покупал мангака.

***

—А? — Джоске удивленно уставился на протянутую мужчиной вещь, — Что это? — Ничего особенного, просто кружка. — Вы купили ее...для меня? Но ведь у вас и так полно всякой посуды, — Джоске говорил неуверенно и тихо, будто боясь реакции парня.       Рохану стало неловко. Он ведь просто подумал, что было бы неплохо, будь у Джоске какая-то собственная вещь. Личная кружка это же как зубная щетка, разве нет? — Какая разница? — он отвел взгляд, — Давай сюда, — Рохан протянул руку к Джоске. А тот в свою очередь сильно вцепился в кружку. — З-зачем? — непонимающе притянул вещь к себе подросток. — Я ее выброшу. — Чего? Нет! Зачем?! — Ты только что сказал, что она тебе не нравится, Хигашиката. — Но я не говорил такого. — Но ты ведь именно это имел в виду. — Нет.       Рохан в два шага подошёл к парню и схватился за кружку, пытаясь её отнять, тем самым заставляя Джоске ещё сильнее за неё схватиться и притянуть к себе. — Да отцепись ты от неё. — Нет! — Джоске неожиданно резко закричал и опустился на пол закрывая своим телом вещь, подозрительно громко задышав. Рохан сначала удивился, а затем испугался. Он присел на корточки перед подростком. — Джоске, это всего лишь кружка, успокойся. Ты чего так завелся? — Но это не просто кружка, — Джоске поднял на мангаку свои голубые глаза, в которых можно было увидеть въевшийся в последнее время страх и капельку радости, — Это же подарок от вас, разве нет? Вы впервые мне что-то подарили, как я могу это вот так вот выбросить?

***

— Черт тебя побери, Джоске, — прошептал себе под нос мангака.       Он встал и подошел к опрокинутому столу опираясь о неё тазом. Гнев прошёл, голова будто прояснилась. Рохану вдруг стало очень грустно. А может он и вправду себе все надумал? Может Джоске не смог разобраться в своих чувствах потому что никогда до этого не любил? — Глупый ребенок, каждый раз взрослого из себя строишь. — он запустил руки в волосы и опустился на пол, смотря себе под ноги.       Спустя какое-то время тишины неожиданно раздался звонок в дверь и тем самым привлек внимание мангаки. Рохан резко поднял голову и уставился в сторону прохода. Неужели Джоске вернулся? Спустя несколько секунд в тишине прозвучал второй звонок. Рохан быстро встал и пошел в сторону двери и трясущимися руками потянулся, чтобы открыть её. — О-о-о, а я уже уходить собирался. Кишибе Рохан, значит. Говорят Ваша манга довольно таки популярна среди молодежи, не дадите автограф? — «Не может быть», — подумал Рохан и резко захлопнул дверь у неожиданного гостя прямо перед носом. Схватив телефон с тумбы, он побежал в сторону второго этажа, зная, что запертая дверь Чеса надолго точно не задержит. Набрав уже заученный наизусть номер, мангака закрылся в своем кабинете, надеясь, что Джотаро возьмет трубку. Но гудки с той стороны все раздавались и раздавались. Выругавшись, Рохан отключился и набрал уже номер человека, на которого всегда мог положиться. На первом этаже раздались выстрелы, что означало, что замки двери явно выбили. Рохан никогда бы не подумал, что от страха перестанет нормально мыслить, но именно это с ним и произошло. Гудки все шли и шли, а Коичи трубку не брал, и Рохан уже начал прикидывать сколько метров между землей и его вторым этажом. — А я слышал, что со своими фанатами вы довольно добры. — раздалось сзади, Рохан замер. Хоть источник звука он и не видел, не сложно было догадаться кому принадлежал этот ненавистный голос. Эрос сидел на подоконнике и строил наигранно огорченное лицо— Неужели информация ложная? Какая жалость.       Рохан пришёл в себя и, забыв про телефон, развернулся, дабы призвать стенд. Медлить времени не было, любая ошибка могла стоить ему сейчас жизни. Но не успел он и рта открыть, как сзади прозвучало три последовательных выстрела, после чего тело будто парализовало от боли. Рука невольно опустилась, ноги подкосились, телефон упал на пол и никто не смог услышать, как за секунду до произошедшего оттуда раздалось негромкое «алло?». ***       Джоске сидел на диване и по нему было отчётливо видно, что чувствовал подросток себя неспокойно. Сгорбившаяся спина едва заметно поднималась, когда парень делал особо тяжелые вдохи. Коичи понимал, что лезть никому из них сейчас не стоило, но оставлять друга в таком состоянии казалось неправильным, тем более несмотря на все произошедшее они все еще оставались друзьями. Набравшись немного мужества, Коичи сделал несколько уверенных шагов, приближаясь к другу. — Джоске, — вся смелость улетучилась, будто ее и не было, стоило брюнету поднять глаза, — Я-я понимаю, что в нынешнем положении дел такое спрашивать слегка неуместно, но я все же спрошу. Ты как? В порядке? Джоске от услышанного вопроса грустно улыбнулся, из-за чего Коичи понял, что нет — Джоске не в порядке. — Относительно, — коротко ответил брюнет. Коичи нахмурил брови, но в глубине души все равно обрадовался, ведь Джоске его не прогонял и не закрывался, что уже очень хорошо. — Просто мне кажется, что тебя что-то волнует, но если дело в... — Коичи запнулся, сомневаясь, стоит ли ему произносить данное имя, но неуверенно продолжил, — Эросе, то тебе не стоит переживать. Если ты будешь всегда с нами, то он не сможет ничего сделать. Нам останееся только ждать, пока его найдут. Джоске слушал, внимательно слушал. В его взгляде не было ни намёка на насмешку или что-то вроде этого. По нему было видно, что он верит другу и всем остальным, но что-то все же заставляло его волноваться. Только вот он не был уверен, стоит ли этим с кем-то делиться. — Коичи… ты это… спасибо, конечно, но у меня сейчас слегка иного рода проблема, — все же начал Джоске, понимая, что переживаниями стоит с кем-то делиться, особенно когда чувствуешь, что запутался. А он запутался, ещё как запутался. Коичи удивленно посмотрел на него. — Это может странно прозвучать, но… — Джоске замялся, — Мне кажется, что я поступил несправедливо. Коичи выдавил удивленное «А?». — Несправедливо? Джоске уже передумал рассказывать что-либо и просто хотел взять слова обратно, но явно было поздно. Коичи во всю пытался прикинуть, что может волновать сейчас его друга сильнее, чем гуляющий на свободе Эрос, однако, если учитывать тот факт, что с ними не было Рохана, который стал для Джоске не самым последним человеком, сложить два плюс два для его смышленного друга оказалось не таким уже и сложным. — Это из-за Рохан-сенсея? Джоске вздохнул и прикрыл глаза. Как он и думал, Коичи слишком догадливый парень. — Да, я считаю себя так, будто... как же сложно. — Тебе кажется, что Рохан обиделся из-за того, что ты съехал от него и доверил свою безопасность Джотаро-сану и остальным? Джоске нечего было ответить. Хоть это и не все, что вертелось у него на уму, однако Коичи смог понять немного из того, что его волновало. Поэтому он кивнул. Коичи сжал губы в тонкую полоску, пытаясь подобрать нужные слова. С одной стороны, Джоске сейчас необходимо было утешить, но с другой и врать тоже было нельзя. — Джоске, Рохан-сенсей очень...—занялся, подбирая нужное слово, — эмоциональный человек. Если его один раз обидеть, то он будет помнить это, кажется, до конца своей жизни и при каждом удобном случае еще и будет припоминать за что он тебя так недолюбливает. — Джоске посмотрел на него взглядом так и кричащим о том, что друг просто издевается над ним, поэтому Коичи решил быстрее докончить свою мысль, — Однако он ведёт себя так далеко не со всеми. Я все еще не понимаю, как он отбирает близких для себя людей, но...я определено могу сказать, что он считает меня другом, — кажется от его слов Джоске лучше не становилось, потому что от него так и веяло аурой обреченности, — И я понимаю, что у Рохана стальная выдержка по отношению к тем, кого он считает себе близким. Понимаешь? Сколько раз я бы не пытался ему намекнуть на то, что мне с ним мягко говоря некомфортно, он все равно продолжает терпеть и называть меня своим другом. Мне кажется будь я на его месте, то точно прекратил бы все попытки сближения с человеком. — Это все очень хорошо, — решил сказать Джоске во время короткой паузы, — Но вряд ли Рохан-сенсей считает меня своим другом. — Хм? Даже если так, время проведённое вместе для вас явно не прошло просто так. — К чему это ты? — поднял Джоске глаза на друга. — Даже если вы и не друзья на данном этапе, вы все равно не чужие друг другу люди. — Оно и понятно, мы и до этого вроде как не чужими были. — Нет я не об этом, — Коичи все никак не мог донести свою мысль до друга, поэтому просто решил говорить начистоту, — Просто...Джоске, ты бы видел, как он на тебя смотрел. — брюнет замер от услышанных слов. — Я просто никогда не видел, чтобы Рохан-сенсей смотрел так на кого-то. Мне кажется, что вы стали уже кем-то больше, чем друзья. Может он сам этого не замечал, но при каждой нашей встрече мы говорили только о тебе и я был так удивлен. Поэтому не думаю, что Рохан будет долго на тебя злиться. Да, он сначала будет обижаться, потом через день-два снова присоединится к нам в поисках Эроса и Чеса. Коичи говорил очень убедительно и от всего сердца. Джоске аж легче стало. Он бы ни за что на свете не подумал, что так много значит для Рохана. В голову еще начали влезать картинки с сегодняшнего дня и последние слова сказанные Роханом. Джоске вдруг почувствовал себя просто отвратительным человеком, ведь не ответил мангаке и не сказал, что его чувства взаимны, из-за боязни, что после этого Рохан его точно никуда не отпустит. —«Какой же я козел» — поставил себе в голове диагноз мальчишка, но его отвлекла мелодия звонка, прозвучавашая из штанов Коичи. — О! Рохан-сенсей? — удивился Хиросе и затем радостно продолжил, — Я же говорил. 100% сейчас звонит, чтобы убедиться, что с тобой все в порядке. — Джоске неверяще посмотрел на высвечивающееся имя Кишибе и даже подскочил с места от волнения. Коичи поставил на динамик, уверенный в своих догадках и нажал на принятие вызова. — Алло? Выстрел. И еще один за ним. А затем что-то упало с громким звуком. Коичи и Джоске в шоке затаили дыхание. С той стороны трубки послышался голос. — Ох, это была правая рука? С автографом теперь придется подождать. — Джоске был готов сквозь землю провалиться. Голос был чертовски знаком и одной только секунды хватило, чтобы все тело подростка обдало неприятным холодом.

***

— Упс, я перестарался, кажется. Чел, ты прости, — обошел обездвиженное тело Рохана Чес и встал за спину Эроса. Рохан глазам своим поверить не мог. Эти двое заявились к нему посреди ночи после того, как напали на Джоске. Зелёные глаза уставились взглядом, пропитанным ненавистью на Эроса, который после этого издал смешок. Рохан хотел приподняться и призвать стенд, чтобы начать с ними сражаться, хоть и понимал, что ему одному с ними тягаться бессмысленно, двойное ранение в правой руке и одно в ноге делали из него слабака, однако сдаваться раньше времени было нельзя. Ведь эти парни покушались на жизнь Джоске, он должен хотя бы лица им подправить за такое. — Ублюдок, — этот тихий и дрожащий голос прозвучал скорее жалко, чем устрашающе. Заставлять тело сейчас двигаться было очень тяжело, но Рохан пытался взять себя в руки и сделать практически невозможное, с огромным трудом опираясь на здоровый локоть. Он выглядывал из-под лба на своего противника, тем самым бросая итальянцу вызов. — Разве так следует с фанатами разговаривать? — Эрос был раздражен тем, что увидел не ту реакцию, которую ожидал увидеть. Он сделал шаг вперед, тем самым разрывая расстояние между ними, и, размахнувшись, ударил с ноги Рохана по лицу, отбрасывая его обратно на пол, а затем, не дав вдохнуть, наступил подошвой своей обуви на раненное место на плече и надавил с силой. Рохан закричал от боли и схватился за ногу мерзавца, тщетно пытаясь убрать её с раны. В то же время Джоске в отеле упал на колени рядом с другом и напуганным взглядом посмотрел в трубку, откуда доносились крики, наполненные болью. — Рох...— Коичи приложил ладонь к его рту, тем самым намекая на молчание. Руки его друга тряслись, а к уголкам глаз уже набежали слезы. Джоске и сам еле держался, чтобы не сорваться с места и не побежать к дому Рохана, в котором оставил его совсем одного. На той стороне прекратились крики и Джоске начал прислушиваться. У Рохана все плыло перед глазами, боль пронзила все его тело до кончиков пальцев. Он тяжело дышал и смотрел куда-то в потолок. Ситуация была очень паршивой, его пришли убить или же взять в плен, чтобы манипулировать другими. Ни первый, ни второй варианты его не устраивали, но он не знал как ему в одиночку выбраться отсюда. Голова отказывалась работать из-за боли, которую ему пришлось испытать из-за Эроса, сознание помутнело, он еле держался. — Хей, смари че нашел, — Чес подошел к Эросу и протянул ему что-то, что Рохан уронил после того, как его ранили. — Он кажется все же успел кого-то набрать. Эрос взял телефон из рук сообщника и уставился на экран. — И что же такое, а? Успел позвонить другу? — Рамазотти опустился перед мангакой на корточки и посмотрел с насмешкой, — Привет, — сказал он уже в трубку, ставя разговор на громкую связь, — С кем имею честь разговаривать? Джоске вдохнул и почувствововал страх за жизнь дорогого ему человека и разум его пропитался гневом. — Алло-о? — еще раз раздалось с той стороны, — Хей, Рохан-сенсей, у тебя друг немой? А может он боится со мной поговорить? Эрос протянул руку к растрепанным волосам художника и потянул за них, заставляя мужчину почувствовать еще больше боли. — Может если ты с ним поговоришь будет лучше, м? Коичи дышал уже слишком громко и часто, было видно, что школьника охватывала паника. Джоске трасущимися руками схватился за телефон и уже было раскрыл рот, пока не столкнулся с протестующим взглядом друга. — К-коичи-кун...— раздалось очень слабое от Рохана и Джоске чуть не закричал от того, насколько страшно ему стало за жизнь мангаки, а Коичи и вовсе издал особенно громкий всхлип, не сдержавшись, — В-все в порядке, — Рохан еле выговаривал слова, по лицу Джоске уже во всю текли слезы, сбивчивое дыхание Рохана заполняло тишину комнаты, в которой они сидели, в один момент мангака сделал особенно глубокий вдох, будто готовый сказать что-то. — Защитите его. — А-а нет, не это ты должен был сказать, Кишибе, — прозвучал голос Эроса и затем раздался звук удара чего-то тяжёлого об пол. Джоске прикрывал рот ладонью и во всю плакал, когда слышал как что-то с силой несколько раз бьется об пол. Эрос был явно недоволен тем, что сказал Рохан мальчишке, поэтому отпустил, чтобы тело мангаки упало обратно на пол, затем снова приподнял его голову, сильно ударяя еë об пол, потом еще раз, и еще раз, пока с той стороны трубки не стал слышен громкий плачь. Не одного человека. Рохан потерял сознание. — Хе-ей, ребята, я вас, кажется, напугал. Ну так что, Хиросе Коичи, лучший друг Джоске-куна, познакомишь меня со своим оппонентом, или может сразу перейдем к делу? — Отпусти его! — подал все же голос Коичи. — Ага, так ты все же не немой, — якобы удивился Эрос, прикладывая руку к запястье Рохана, чтобы проверить его пульс, — Во-первых, я его не держу, во-вторых, я кажется не об этом тебя просил. — Прекрати! Хватит! Уйди оттуда! — Коичи уже потерял контроль над собой и во всю кричал в трубку. Джоске был не менее шокирован, ещё совершенно не к месту у него сбилось дыхание, но он не думал сейчас о состоянии своего тела, он не мог. — Заткнись. — в миг голос Эроса изменился с ребяческого тона на серьезный и тело Джоске содрогнулось от того, какие воспоминания заставил этот голос выйти наружу. Просто Эрос был отвратителен. Но злой Эрос вселял ужас. Джоске знал об этом как никто другой, поэтому положил руку на плечо Коичи, тем самым заставляя его больше не говорить. Коичи понял без лишних слов. Если Эрос сейчас разозлится, плохо будет только Рохану. Джоске был очень напуган, напуган настолько, что если бы он сейчас стоял на ногах, то явно не смог бы удержаться, позорно падая от страха. Но на кону была жизнь Рохана. Рохана, который находясь на волоске от смерти не молил о помощи, а подумал о его, Джоске, безопасности. Поэтому надо было что-то предпринять, отправить Коичи за Джотаро, а самому как можно дольше задержать Эроса, чтобы он не трогал Рохана. Джоске повернул голову Коичи к себе и заставил посмотреть на себя. Закрыв микрофон рукой, он тихо прошептал Коичи пойти за остальными. — Н-нет, — неверящим взглядом посмотрел на него друг и начал вертеть головой в панике. — Коичи, посмотри на меня! — насколько можно тише прошептал Джоске, хватая друга за плечо и приводя его в сознание, — Я могу отвлечь его. Ему нужен я, понимаешь? — Но... — Все будет хорошо — Ты правда сможешь? — с надеждой посмотрел на него Коичи. Врать не хотелось. Джоске ничего не знал о своих возможностях. — Я постараюсь. Коичи был не особо обнадежен сложившейся ситуацией, однако кивнул и все же побежал в сторону двери. Вся смелость Джоске улетучилась, стоило ему остаться одному в комнате, он почувствовал себя ужасным слабаком, потерявшим всю поддержку. Он должен был один на один с Эросом разговаривать и это до жути пугало. — Ну, что вы обсудили там уже все? Я могу уже говорить или что-то вроде того? — Рамазотти явно над ними насмехался и это раздражало Джоске всем сердцем. Он сделал глубокий вдох и настроился на тяжелейший разговор в своей жизни. — Чего тебе нужно, Эрос? — Джоске удивился с того, что его голос звучал не настолько жалко как он думал. Собеседник с той стороны сначала удивился, а потом обрадовался такой удаче. Настолько, что аж на губах появилась ядовитая ухмылка. — Джоске-кун, куда же ты подевался, а? — Эрос перешёл на тон, который Джоске ненавидел всем сердцем. Он с ним так часто разговаривал. Как с маленьким ребенком, который ничего не понимает, и которого срочно, по его мнению, необходимо наказать. — Пришел за тобой, а тебя нет. Объяснишь? Как же сильно Джоске сейчас хотелось бросить трубку и отгородиться от итальянца настолько, насколько это возможно. Но он не мог. Джоске не знал, что отвечать Эросу. Зная характер бывшего мафиози, если проигнорировать его вопрос, он мог с легкостью разозлиться. А на кону была жизнь Рохана, из-за чего Джоске пришлось переступить через свой страх и попытаться вести диалог. — Меня забрал Джотаро-сан, — сам не понимая зачем, он начал играть в эту игру со взрослым и ребенком. — Какой плохой племянник у тебя. Мне его наказать? Это было слишком для него. Джоске не знал, куда подевались все знания самоконтроля, он просто начинал потихоньку сходить с ума от этого голоса. — И чего молчим? Дай мне еще немного понаслаждаться твоим голосом, Джоске. Парень от услышанного начал мотать головой в стороны, забыв, что Эрос его не видит. Истерика потихоньку подкатывала к горлу, Джоске, не сдержавшись, всхлипнул, что не прошло мимо ушей Эроса. — Ты плачешь? Ну не плачь, Джоске-кун. Не лишай меня такого удовольствия. Ты же прекрасно знаешь как мне нравится твое милое заплаканное личико. — Почему? — забив уже полностью на то, как слышался со стороны его голос, сказал подросток, — Почему ты просто не можешь оставить меня в покое?! Что заставило тебя пойти против мафии? Неужели я являюсь достойной причиной, по которой ты пошел против своей «семьи»? —«Семьи»? Какие громкие слова, Джоске-кун. Брось, ты ничего не понимаешь в этом. — Эрос сделал паузу, якобы размышляя, а затем хитрым голосом продолжил, — А может ты придёшь ко мне в гости и мы за кружкой чая хорошенько все это обговорим? Может твой друг тоже присоединится, если очнется. — Он жив? — с надеждой задал единственный интересующий вопрос Джоске. Но когда на той стороне собеседник молчал долгие пять секунд, брюнет не сдержался, — Прошу тебя, ответь. — Почему бы тебе самому это не проверить?