Крылатик и Бродяга

«Дорогая мама! У меня все хорошо. Сейчас во Франции становится все теплее, мы уже почти не носим зимних мантий, иногда, конечно, море приносит холодный ветер, но солнце уже греет во всю. Совсем скоро солнцестояние. Старшекурсницы будут устраивать шабаш, а нам нельзя. Я считаю, что это совершенно не честно, я могу использовать энергию природы в заклинаниях ничуть не хуже их. Профессор Мантескю обещает в конце апреля отвести нас на пик Грюмонд, где происходит миграция пегасов. Наконец-то смогу собрать пару перьев для зельеварения. Можешь прислать мне несколько пучков волосков мантикоры, у меня закончились и немного галлеонов на новую мантию и карманные расходы. Надеюсь, ты хорошо проводишь время в Англии. Жду ответа. Очень скучаю. Кларисса.» Утро Изабель началось с письма дочери. Клэри была самым ярким и прекрасным, что есть в жизни женщины. После всех событий в 1981-ом году, когда Изабель узнала, что беременна, она бежала в Америку к родителям, где долго пыталась прийти в себя. Там же она родила дочку. Ее назвали Клариссой Джозефиной Харлоу не случайно. Кларисса – имя, которым Изабель хотела назвать свою наследницу еще с четырнадцати лет. Джозефина – имя ее бабушки по материнской линии, а фамилия Харлоу досталась новорожденной, потому что семья и Изабель старательно пытались скрыть имя биологического отца девочки. Малышку сразу же приняли в род. Вообще Харлоу – чистокровная семья английского происхождения, долгое время они жили рядом с Лондоном в своем родовом поместье, но во время Первой магической войны, Октавиан Харлоу перевез семейство за океан в Бостон, где жило много волшебников-эмигрантов из Европы, которые спасались от Гриндевальда. Кларисса росла активным и подвижным ребенком, вечно попадающим в приключения. В семь лет у Клэри произошел первый большой всплеск магии. Она тогда поссорилась со своим кузеном Маркусом. Девочка заколдовала его в кофейник. Мальчику быстро вернули облик. А Клэри радостно поздравляли с первым заклинанием. Ну и что, что оно произошло таким образом, с кем не бывает. Когда Клариссе исполнилось восемь, Изабель написала письмо в Шармбатон с просьбой принять ее дочь на обучение. Семья Харлоу чуть не задохнулась от возмущения. Отправить малышку за океан, в Европу на обучение во Франции! Все Харлоу хотели, чтобы Клэр училась в Ильвермони, как ее кузены. Но Изабель была непреклонна, чутье подсказывало, что ее дочь должна учиться в Шармбатоне. На все опасения родственников она отвечала, что Темный лорд мертв, а Шармбатон защищен лучше, чем Хогвартс. С этим никто не мог спорить. Так Изабель и Кларисса переехали во Францию. Клэри поступила на факультет Метриз, факультет для лидеров и ораторов, совершенно, не удивив свою маму. Малышка училась прилежно, но без фанатизма. Лучше всего ей удавались Заклинания и Зельеварение. Полеты на метле же она терпеть не могла, как и всеми любимый квидич. Изабель решила дать свободу дочери, дать ей возможность расти самостоятельно, учиться брать ответственность за свою жизнь, поэтому не вмешивалась в процесс обучения и, даже ни разу, не следила за дочерью в анимагической форме, о которой Клэри даже не подозревала Так шел за годом год, а ощущение, что прошлое настигает, все больше тревожило Изабель. Последним знаком судьбы стала Британская газета, со страниц которой, крича, на нее смотрел Сириус Блэк. И после этого прятаться стало нет смысла.

***

Солнце уже поднялось из-за горизонта. Изабель отложила письмо и залпом выпила чашку кофе. Письмо порадовало ее, и она тут же начала писать ответ. Запечатав конверт, женщина начала собирать небольшой сверток. Она положила туда три пучка шерсти мантикоры, 70 галлеонов, а также две большие шоколадки и упаковку магловских мармеладок, которые так любила Кларисса. На расстоянии она только так могла проявить свою любовь. Когда все было готово, она привязала сверток с письмом к сове и наказала отдать лично в руки мисс Харлоу. Как только сова взлетела, в дверь постучали. Римус и Изабель быстро добрались до границы с территорией Хогвартса. -Каждый раз я замираю, когда вижу его. – с восхищением проговорила Изабель, глядя на замок. -Понимаю тебя. – усмехнулся Римус. -Везучий ты, Лунатик, можешь быть там каждый день. – улыбнулась Изабель, стукнув друга в плечо. – Кстати кабинет профессора ЗОТИ вроде единственный куда мы не влезали. -Да. – засмеялся мужчина. -И как там? -Неплохо. – пожал плечами Римус. – Даже представить не мог, что должен буду сказать Сириусу спасибо за то, что стал профессором в Хогвартсе. На эту фразу Изабель промолчала. -Тебе стоит обернуться. – сказал Люпин. – Нам надо добраться до Гремучей ивы и лучше не будить директора. -Ты прав. – ответила Изабель. Женщина сделала шаг назад и будто исчезла, в место нее, на холодной земле, сидела маленькая черная ласточка, она сделала круг вокруг мужчины и села ему на голову. -Ладно. – сказал Римус. – Так и дойдем. Они очень быстро пересекли холм и уже через полчаса были перед огромной старой ивой. Ласточка слетела с головы мужчины и, в миг, приняла человеческий облик. Между корней грозного дерева сияла дыра. Холодок пробежался между лопатками Изабель. В голове быстрыми картинками мелькали события прошлого, от этого урагана к горлу подступила легкая тошнота, а руки задрожали. -Навевает воспоминания, да? – усмехнулся Люпин. -И не говори. -Пошли. – мужчина сделал шаг к пещере и повернулся к женщине. Изабель стояла не шевелясь, сжимая кулаки, пытаясь перебороть себя. – Сейчас или никогда, Изи. Изабель, тяжело выдохнув, последовала за ним. Они прошли в тоннель под ивой. Темный и сырой. Все осталось, как в школьные времена. Изабель осторожно шагала за другом, а у самой сердце отбивало чечетку. Она понимала, что сейчас может произойти трагедия, кто-то даже может погибнуть. Она даже не отрицала, что это может быть она. Ее подсознание все еще кричало ей бежать. Это было похоже на самоубийство. Идти на свидание к бежавшему преступнику. Но Римус храбро шел вперед и Изабель следовала за ним, потому что доверяла. Воющая хижина никогда не была приветливым местом. За десяток лет, она не изменилась. Все такие же старые балахоны прикрывали мебель, пол и стены скрипели от малейшего шороха, а ветер издавал такие звуки, что было сразу ясно почему до сих пор верили, что здесь обитают призраки. Изабель и Римус зашли в пустую комнату. Женщина осмотрелась, держа палочку наготове. Тут послышался шорох и из-за угла вышло страшное, тощее, обросшее существо. -Экспелиармус! – крикнула Изабель, и существо отбросило назад, оно тяжело поднялось на ноги и засмеялось. -Остолбеней. – кинула еще одно заклинание женщина, существо замерло, как вкопанное, лишь улыбаясь страшной улыбкой. -Изи, это лишнее. – выдохнул Римус за спиной у женщины. - Он безоружен. Изабель, не смотря на Люпина сделала два шага к обездвиженному существу. Она не опускала палочку. На существе были серые тюремные рубаха и штаны, засаленные волосы спадали на лицо, от него так разило потом и грязью, что для Изабель стало подвигом не отвернуться. Она осторожно откинула палочкой прядь волос существа, открывая лицо и замерла. Изабель не ожидала, что так отреагирует на эти глаза. -Здравствуй, солнышко. – скрипуче проговорило существо. Его лицо, покрытое морщинами, исказила пренепреятнейшая улыбка. Губы были сухие, грубые и обветренные. Корка старой кожи была такой толстой, что новые ранки, которые точно появлялись от улыбки, не могли кровоточить. – Спасибо, что хоть не прокляла. Или ты больше не увлекаешься Темной магией? -Сириус. – шепнула она. -Да. – протянул волшебник. – Как говориться. Сколько лет, сколько зим. -Отпусти его, Изи. – Римус подошел ближе. -Рем! – Сириус глянул на мужчину. – Не ждал тебя сегодня. - Преступник лишь мазнул взглядом Люпина, снова сосредотачивая свое внимание на Изабель. - Ну же, Изи, чего молчишь? Неужели ты настолько удивлена... -Римус говорит у тебя есть что-то, что сказать мне. – перебила его женщина. -Ооо. – протянул беженец. – У меня столько всего, чего я хочу тебе рассказать, солнышко, за один день не успеем. -Не называй меня так! – прошипела Изабель. -У меня уже нет на это прав? – бровь Сириуса поднялась вверх, делая его лицо еще более страшным. – Ты замужем? Кольца нет. -Прекрати! – разозлилась женщина и одним взмахом палочки пригвоздила мужчину к стене. Тот издал стон боли. - Азкабан совсем не укоротил твой язык! -Очень хорошо, Изи. Есть еще запал. -Перестань, отпусти его. – примирительно начал Римус. – А ты, - он обратился к Сириусу. – Веди себя прилично. Я принес тебе еды. -Какой ты милый, Лунатик. – протянул мужчина. -Изабель? – Люпин поднял бровь, намекая на беженца. -Ладно. – буркнула женщина и сняла заклятие. Сириус грохнулся на пол, кашляя, задыхаясь от пыли. Мужчина поднялся на ноги и в перевалку подошел Римусу. Тот достал из маленького мешочка сверток с бутербродами и бутылку воды. -Мог бы огневиски принести. – заворчал Сириус. -Радуйся тому, что есть. – нравоучительно ответил Люпин. Изабель осталась стоять на месте. Ближе подходить она не собиралась. Как он изменился. От былой звезды школы, великолепного Сириуса Блэка не осталось и следа. Похудел, весь оброс, на руках виднелись какие-то тюремные наколки, голос звучал не хуже скрипа Воющей хижины, а глаза были страшные, они смотрели взглядом раненого зверя. Но нельзя было обманываться ими, нельзя жалеть, раненное животное в клочья разорвет, чтобы выжить. Не таким она представляла верного слугу Темного лорда. В ее понимании Сириус все еще был ярким человеком, кричащим громче всех, потому что он всегда боялся быть неуслышанным. Тот Сириус кидался в огонь и воду. Он сначала делал, потом думал, он был готов на все ради своих принципов. Даже его предательство было таким же ярким и, буквально, сбивающим с ног. Но сейчас перед Изабель сидел лишь жалкий, измотанный беглый преступник с потухшими глазами и сутулыми плечами, разочаровавшийся, забытый, потерявший самого себя. Но при этом, когда женщина заметила с какой жадностью он ест хлеб, ее спину трогал липкий страх. -Боишься меня? – словно читая ее мысли, спросил Сириус. – Правильно. -Не боюсь. – Изабель пыталась храбриться. Сириус на такой ответ лишь хмыкнул и доел свой сэндвич. Когда с трапезой было закончено, все напряглись. Еда будто отсрочивала момент бури. Сириус тяжело вздохнул, он сидел на столе и упирался руками в колени. -Ну? – начала Изабель. Больше ожидания она не выдержит. - Начинай говорить или клянусь, ради тебя я вспомню проклятия. -Ты им сразу поверила? - ответил Сириус вопросом на вопрос. - Ты сразу поверила в то, что я предатель? -Какое это сейчас вообще имеет значение? - внутри Изабель начинала кипеть кровь. Какое он имеет право спрашивать ее таким тоном, словно она перед ним виновата! -Скажи мне: да или нет! -Да! - крикнула Изабель. - Семеро свидетелей и двенадцать мертвых маглов, убитый Питер, письма от твоей чокнутой кузины Беллатриссы! И чертово заклинание тайны! Мне кинули улики в лицо! - из глаз Изабель хлынули слезы, она махала палочкой, но ни одного проклятия так и не произнесла. - Ты предал всех! - женщина смотрела на мужчину. - Ты предал меня! Ты убил их! - теперь Изабель говорила почти шепотом. -Меня подставили. – прошептал Сириус. –Я не делал этого. Я не предавал Джеймса и Лили. – он поднял на нее глаза. Теперь же это были глаза старого пса, зашуганного жизнью, все еще желающего ласки хозяина. – Помнишь, когда мы узнали о пророчестве, Дамболдор поместил Поттеров дома под заклинанием Фиделиус? – Изабель кивнула. – Джеймс просил меня стать хранителем тайны. Единственным, кто мог раскрыть их местонахождение. -Ты был им! -Не был. Но дал всем понять, что это я. – тихо проговорил Сириус и отпустил голову. – Кретин! Решил схитрить. Думал,что был бы первым для Него, будь я хранителем тайны. Примерно за месяц до смерти ребят, я привел к ним Питера и предложил его за место себя. Согласитесь, такого незаметного и тихого никто бы не стал подозревать. А он… -Что он? -Оказалось он уже год служил ему. – тут Сириус схватился за голову. – Изабель, помнишь, когда мы узнали, что Лили и Джеймс мертвы, - женщина кивнула, а в глазах снова начали собираться слезы. – Мы с тобой оказались там, мы забрали Гарри, отвезли домой, мы поклялись вырастить его, как родного, помнишь? -Помню. – одинокая слеза потекла по щеке. -Я пытался, Изи. – зашептал Сириус, уже глядя только на волшебницу. – Правда пытался. Все то время я пытался не сорваться, но не смог, Джим был, как брат для меня, я не мог дать этой крысе спокойно жить. Той ночью я узнал, что Хвост скрывается в магловском Лондоне. Я добрался до него, но эта сволочь все давно спланировала, как только меня увидел, начал кричать на всю улицу, привлек маглов, отрезал себе палец, трансформировался, и сбежал, при этом взорвав пол квартала. Авроры схватили меня на месте, маглы опознали, и я уже сидел в Азкабане без суда и следствия. – Сириус смотрел на Изабель, на ее слезы и у него сердце разрывалось. – Вот так все было. Хвост все еще жив, и он в замке в виде крысы на плече рыжего друга Гарри. -Крыса Рона? – Изабель стояла молча. - Ты хоть сам себя слышишь? Как такое может быть? -Если ты не веришь мне, Изи, - Сириус встал на ноги и, расправив тюремные лохмотья, оголяя свою грудь. - Я весь твой, любое проклятье на твой вкус, даже непростительное, я знаю, что заслужил, а ты хочешь моей смерти. Уж лучше принять ее от тебя. -Не искушай меня, Блэк. -Но, если внутри тебя осталось хоть капелька хорошего ко мне, дай мне шанс доказать, что я невиновен. -Твое последнее слово? -Римус рассказал тебе о карте? – спросил Сириус. Одно напоминание об этом факте, на мгновение, остановило жгучую ненависть. Изабель посмотрела на Римуса, который стоял поодаль от них, засунув руки в карманы и просто наблюдая. Мужчина не пытался их разнять или кому-то помочь, он, как самый разумный мародер, уже знал окончание этой битвы. Они создавали эту карту ни один месяц, перерыли множество книг, Изабель сама лично создала заклинание и, ни на секунду, не сомневалась в совершенстве своего изобретения. "Карта никогда не ошибается." - ее девиз. И, если Римус и Гарри видели Питера, история Сириуса обретает правдивость. -Да. -Тогда у тебя не должно быть сомнений, Изи. Ты сама создавала ее, ты знаешь, что карта не ошибается, никогда.

***

Солнце село, отдавая место светила луне. Римус и Сириус стояли у подножья Визжащей хижины, Изабель была в десятке метров от них. Женщина смотрела на ночной, освещенный тусклыми фонарями Хогсмит. Все стало сложно, старые раны раскрылись. Теперь здравый смысл и накопившиеся чувства сражались за право лидерства в ее сердце. Римус и Сириус тоже молчали, каждый думал о своем. Римус в душе очень радовался тому, что его близкий друг все же не убийца и скорбел, потому что другой оказался предателем. Он поднял голову и посмотрел на Бродягу. Тот не отрывался от силуэта Изабель. -Она не верит мне. – проговорил Сириус. – Лунатик, не верит. -Дай ей время. – мягко сказал Римус. – Если наш план сработает, то, когда ты станешь свободным человек, может быть, у тебя появится еще один шанс уговорить ее пойти на свидание. Мужчины тихо засмеялись. Звезды становились ярче, ночь темнее. Хогвартс взрывался огнями в окнах, а трое бывших лучших друзей решали, что им делать дальше.