Глава 10
27 апреля 2021 г., 23:57
В высокой башне посреди города стояла девушка, с безразличным окружением лица она рассматривала полуразрушенные улицы, внизу и медленно проплывающие под гусеницами мобильного города пустоши, с каждой минутой приближая исполнение грандиозного плана, начатого годы назад.
— Остался лишь последний штрих, не так ли — сестра?
Она развернулась и начала медленно приближаться к тяжело дышащей, опирающийся на свой меч Чен, когда была прервана вынесенными взрывом входными дверями и вошедшей следом группой.
— Это было лишнее, вы могли просто открыть ее, —бросила она вошедшим.
— Достаточно, — выступила вперед ФростНова. — Талула, прекрати это. Какой смысл, в том, что ты делаешь?
Талула молча обвела всех вошедших взглядом, пока не остановилась на массивной фигуре в центре.
— Я ожидала подобного удара в спину от наемницы, твоей наивной дочери, но не от тебя Булдроккас’ти.
— Решение принято. Нет смысла в разговорах. Сдавайся или сражайся.
В ответ на эти слова, воздух вокруг Талулы пошел маревом, от температуры.
— Да будет так. В атаку.
***
Высадка на движущийся мобильный город, не самое простое мероприятие. То, что город полон враждебных вам сил — только все усложняет. Именно поэтому Остров Родос, отправляясь на захваченный город в погоне за похитителем Доктора, могли взять только небольшую группу элитных операторов и полагаться больше на скрытность, нежели на грубую силу. Тем сильнее было их удивление, когда оказалось, что членам Реюниона нет до них никакого дела, поскольку они слишком заняты сражением друг с другом. — Что здесь произошло? Почему они сражаются? — удивленно спросила Амия. — Предлагаю пойти и спросить, — пожала плечами Блейз. Изначально ее присутствие не планировалось, но злая на свое поражение девушка настояла на своем, несмотря на ранения и обещанные Каль’цит последствия. Подходящие источники информации были найдены быстро, две маленькие группы солдат Реюниона, вступившие в драку друг с другом. И чье сражение было быстро прервано упавшими с неба металлическими плитами, заключившими их в своеобразную клетку. — Эй, вы сможете продолжить позже, но сперва не ответите ли на пару наших вопросов? — спросила Блейз, на что попавшие в ловушку быстро закивали в согласии. И высекающая, в опасной близости от них, искры из асфальта бензопила была тут совершенно не причем. — Подведем итоги, в Реюнионе раскол. Патриот и еще несколько командиров объявили Талулу предательницей и выступили против нее и теперь поддержавшие его члены движения сражаются с оставшимися верными Талуле, — заключила Амия по результатам расспросов. — Все еще не пойму, причем тут Докта. — Если я правильно поняла все, что вы рассказали о похитители, он сейчас совсем в другом месте, нежели лидеры Реюниона, — прервала рассуждения девочки Каль’цит. — Следуйте за мной, я проведу нас. — Что насчет Талулы? Нам все еще нужно предотвратить столкновение. Кто может гарантировать, что восставшие против нее, даже если смогут победить, просто не продолжат этот план, — спросила Блейз, но увидев направленный на себя взгляд Каль’цит, немедленно замахала руками. — Ну уж нет, я рвалась сюда совсем не для этого! — Блейз, пожалуйста. Если с урезанием зарплаты она еще могла смириться, то просьба Амии была уже слишком и тяжело вздохнув, девушка разложила свое оружие и поспешила к центру города, где шло основное сражение, тогда как остальная группа скрылась среди улочек под руководством Каль’цит.***
В глубине города, внутри таинственного механизма, известного как Саркофаг, в камере лежало облаченное в плащ с капюшоном и закрывающую лицо маску, тело. Вокруг, то и дело переходя от одной консоли к другой, и быстро набирая на них какие-то данные суетился парень-сарказ, периодически бормоча себе под нос: — Нет, нет так не пойдет. Прошло слишком много времени, уже образовались альтернативные нейронные связи. С этими словами парень замер в задумчивости, пока внезапно не воскликнул: — Точно, достаточно просто повторить процедуру и все вернется к оптимальным показателям. После чего с новой силой принялся возиться с механизмом. — Ахаха, я знал, что тут что-то есть. Что они не просто так приходили сюда, что ты не просто так пришел сюда! Внезапно раздавшийся за спиной голос заставил парня резко обернуться, чтобы столкнуться взглядом с непонятно, когда оказавшимся здесь Мефисто. Мальчишка выглядел еще хуже, чем обычно и дело было не в полученных им в Лунгмене ранах, скорее в еще больше, чем обычно безумии, отраженном у него на лице. Тем временем, Мефисто, обойдя кругом капсулу, заглянул внутрь и задумчиво потыкал лежащего внутри пальцем. — Это же из-за него все началось, верно? Что он тут делает? — Он тут, чтобы вернуть потерянную память, — последовал ответ. — Вернуть память? Значит он сможет вернуть и мой голос? Я снова смогу спеть песню для Саши! — с восторгом спросил Мефисто, цепляясь за край капсулы, но в следующий момент неверующе уставился на лезвие, вышедшее из своей груди и теперь капающее кровью прямо на маску лежащего внутри человека. — Нет, — был ответ, которого он уже не услышал.***
Столкновение льда и пламени разделило комнату надвое. Мысленно поблагодарив членов Отряда Йети, что сохранили кристаллы, которые она им передавала, ФростНова продолжала подпитывать свое искусство в попытке сдержать бушующее пламя. К сожалению, ее сил не хватало на что-то большее, чем сдерживание, а все попытки остальных нанести какой-либо урон Талуле не принесли результата. Болты, пули, даже гранаты и взрывчатка — все мгновенно взрывалось и плавилось при контакте с пламенем. — Талула, прекрати! После всего что мы прошли, после всех твоих усилий на благо зараженных ты действительно собираешься все разрушить вот так? — попыталась докричаться ФростНова, но получила в ответ лишь смех. — Как вы думаете, кто является двумя сторонами этой войны? Думаете это зараженные и не инфицированные? Правые и виноватые? Неправильно. Все не так. Вот почему вы никогда не победите меня. В этой войне, на одной стороне, есть пара людей, действующая под влиянием эмоций… трусливые люди, не понимающие значения войны. На другой, Империя Урсус, что страдает… от своих недальновидных подданных. Вы говорите, мне все равно? У вас нет права на такие слова, вы даже не представляете, как я люблю эту страну. Я люблю тех, кто сражается за эту нее, тех, кто проливает свою кровь на поле битвы, независимо от того, кого они считают своим врагом. Я люблю их всех! Они сражаются, ради того, во что верят. Я не возражаю, если они временно выступят против Урсуса из-за своих предрассудков и близорукости. Потому что эта страна все равно будет их любить. И эгоистичное высшее общество, которое издевается над бедными крестьянами, хотя они дают им плоды своего труда, я тоже их всех люблю. Моя любовь к ним не будет меньше из-за того, что они делают! Потому что любовь одинакова, она равная, всеобщая. Те, кто еще не был инфицирован, борются за инфицированных, и те, кто был инфицирован и решили не сдаваться, я тоже их люблю! Они, борющиеся с жизненным вызовом в десять тысяч раз прекраснее тех, кто гниет в мире! Однако я все еще люблю всех в Урсусе. Будь они сильными или слабыми, милосердными или деспотичными, умеренными или алчными. Для Урсуса все жизни равны, мы — часть Урсуса! Некоторые люди рождаются с золотой ложкой во рту! Но они не должны! Если бы у них был выбор, они бы не выбрали такую жизнь! Поскольку судьба слепа, им следует пройти испытания, что заставят их процветать. Некоторые люди заслуживают наказания. Но они не будут! Ибо их жизни все еще имеют значение, пока они живы, только тогда река течет, берега сдвигаются и меняются, планы воплощаются в жизнь, пока они не утонут в ней, внеся свой вклад в общее величие! Я люблю всех! Не из-за того, откуда вы, не из-за того, что вы сделали, не из-за того, кто вы есть, не из-за вашей личности. Я люблю всех людей этой страны. Так было на протяжении тысячелетий. — Я узнаю эти речи. — раздался голос Патриота. — Герцог Кощей. Бессмертный черный змей. — Булдроккас’ти. Ты предал свою Королеву, предал своего Императора, а теперь предаешь и меня? — В этот раз. Я сделал правильный выбор. — С этими словами массивная фигура вендиго подняла щит и шагнула прямиком в бушующее пламя.***
— Группа монстров быстро приближается по левой улице, — скороговоркой проговорила Циан, стараясь дать своим товарищам как можно больше времени на реакцию. — Понял. Минометы, огонь по готовности. Щитоносцам приготовиться отразить удар уцелевших. Помните, твари быстро регенерируют и то, что он лежит на земле неподвижно, еще ничего не значит! — быстро принялся отдавать команды командир Партизан. В момент, когда они выступили против Талулы город погрузился в хаос. Такое ощущение, что каждый воюет с каждым. Сторонники той или иной стороны, наемники сарказ, которые непонятно на чьей стороне и в завершении всего созданные Мефисто в Лунгмене монстры оказались и тут. И теперь занявшие оборону около входа в центральную башню города, они вынуждены оборонять от всех подряд. — Внимание, что-то странное по правую сторону. Зараженные исчезают. Кроме одного и он движется к нам. Напрягшиеся защитники стали внимательно вглядываться в сторону, откуда должен появиться неизвестный враг, но первое, что они увидели, это вылетающие ошметки тварей и только следом бодро размахивающую бензопилой фелин. Которая, увидев укрепления, с живыми людьми за ними, быстро рванула в их сторону, вовсю размахивая руками. — Ну и ужас тут творится, — немного отдышавшись заявила она. И в следующий момент уже хлопала Циан по макушке. — Но не волнуйтесь, Блейз здесь, а значит ваши проблемы только что закончились.***
Ворвавшихся внутрь Саркофага встретила картина лежащего внутри доктора над которым уже разворачивались различные механизмы, что были в тот же момент сломаны отправленным в полет оружием Росмонтис. — Вы слишком рано. — заявил стоявший неподалеку сарказ, безразлично рассматривающий поврежденное оборудование. — Столько возни, а они даже роль пешки исполнить не могут. Прибудь вы немного позже и увидели бы совсем иную картину. Радостное воссоединение и путь домой. — Отойди от Доктора, — потребовала Амия. — Но вам обязательно нужно было все испортить, раз за разом, раз за разом. Что вам стоило немного опоздать?! Видя, что он никак не реагирует на слова, Росмонтис атаковала парня напрямую, но тот спокойно схватил летевшую в него плиту и небрежно отбросил ее в сторону. — Зачем ты на меня нападаешь? — Удивленно спросил парень, но в следующий момент удивление сменилось осознанием. — Верно, вы просто меня не узнаете. Сарказ нагнулся к лежащему телу и сняв маску нацепил себе на лицо, попутно размазывая еще не успевшую высохнуть кровь. — Ну же, Амия. Это же я — Доктор. — Нет, — отшатнулась девушка. — Ты не он! Ты лишь искаженное порождение, собранное из осколков его памяти. Поняв, что она собралась сделать, Каль’цит предупреждающе воскликнула: — Амия, не используй на нем свое искусство! Он явно безумен, никто не знает как это на тебя повлияет! Но предупреждение запоздало, поскольку одним невероятно быстрым рывком их противник приблизился и оказался лицом к лицу с Амией, готовясь нанести удар.***
— Эй, старик, что случилось с твоей похлебкой? У нее какой-то странный вкус, — Семь-семь отставил тарелку и взглянув на фигуру за стойкой прищурился. — Мне кажется, или ты выглядишь иначе, неужто решил побриться на старости лет? Но стоило парню попробовать подняться, как мир моргнул, и в следующий момент он осознал себя лежащим на земле, пока слизень пытался съесть его лицо. — Да что тут вообще происходит? — проворчал он, спихнув слизня и оглядевшись. Это было знакомое место, свалка, куда его выбросили после той заварушки и где он впервые увидел… Резко вскочив, парень заозирался по сторонам, но знакомой фигуры нигде не было. Зато присутствовала другая деталь, которой не было раньше — титанических размеров кристалл ориджиума, что тянулся к небесам. Немного подумав, Семь-семь побрел в сторону странной штуки, и у самого подножья нашел пропажу. — Эй, Доктор, — окликнул он замершую фигуру. — Как мы тут оказались? Мы же должны были сбежать отсюда уже давно? — Ничего особенного, просто действуем по запасному плану. — Что за запасной план? Ты про него ничего не говорил. — Он не знает, — внезапно раздался за спиной парня девичий голос. — Все что он может, это подобно неисправному проигрывателю воспроизводить лишь обрывки записанного. Резко обернувшись, он увидел уже знакомую девушку-кролика. — Откуда ты тут взялась? — Это место лишь иллюзия, созданная моим искусством. Все здесь — лишь порождения твоего разума. Громкий треск, раздавшийся от огромного кристалла, прервал их разговор. Семь-семь хорошо знал этот звук. Звук растущего ориджиума. — Эй, что делает эта штука? Если это типа мой мир и все такое, разве это не плохой знак? Что будет, когда он займет все пространство? — спросил он у Амии, но ответ пришел от фигуры Доктора. — Ты умрешь. — И ты так спокойно говоришь об этом?! — Это — допустимые потери. От услышанного парень в ярости сжал кулаки. — Эй кролик, ты говорила, что это место не настоящее. — Именно так. — Значит ли это, что мы все тут в какой-то степени призраки? — Думаю, можно трактовать это и таким образом, — в удивлении наклонила голову Амия. — Отлично! — губы парня растянулись в ухмылке. — Значит ничто не может помешать одному призраку набить морду другому. С этими словами он рванул в сторону Доктора и размахнувшись, со всех сил впечатал кулак в его маску, с удовлетворением отмечая, как та разлетается на кусочки под его кулаком. В тот же момент по гигантскому кристаллу пошли трещины и со все увеличивающейся скоростью он начал раскалываться на куски, что истаивали пылью, застилая ей все вокруг. Когда зрение вернулось к парню, первое что он увидел, это Амия, воткнулась черный меч прямиком ему в грудь. В следующую секунду его ноги подкосились, и он бессильно упал на пол, попутно теряя непонятно как оказавшуюся на лице маску, что, постукивая покатилась к ногам Амии.
