Burning Love

Рохан рисует. Быстро делает изящные наброски, лишь на секунду отрываясь от процесса, всматриваясь в результат. Ещё немного и новая глава готова. — Отлично… Кишибе, как всегда, полностью поглощён работой, поэтому и не задумывается над тем, что уже совсем скоро зима. Что скоро температура будет настолько низкой, что он не сможет работать на улице, поскольку его пальцы будут каменеть за пару минут. Что придётся кутаться в несколько слоёв тёплой одежды, просто ради небольшой прогулки. И уж точно он пока что не задумывался о главном раздражающем факторе, который особенно ярко бесил зимой, о Джоске Хигашиката. Парень с неизменной странной причёской, дурацкой широкой улыбкой и таким невинным, но при этом хитрым взглядом. А в холодное время года этот малец, казалось, совершенно не мёрз. Накидывал какую-то куртку, которую сложно было назвать зимней, длинный шарф и готово! И причём правда не мёрз. Ещё и руки тёплые. Об этом мангака узнал случайно, когда прошлой зимой школьник внаглую выхватил пакеты, которые Кишибе нёс домой. Видите ли, со стороны Хигашикате показалось, что пакеты тяжёлые, а Рохан весь такой слишком уставший. Каждый раз, вспоминая этот случай, мангака хмурился и слегка смущался. — Совсем не о том думаю, — пробубнил полушёпотом себе под нос парень. Видимо, смена времени года всё же не осталась незамеченной. А этот Джоске вызывает двоякие чувства. Закончив с работой, художник решил расслабиться, выпив чего-то горячего. Оставшийся вечер он провёл за книгой, не сильно вникая в сюжет, параллельно опустошив пару чашек с чаем. Кишибе уже собирался идти спать, как вдруг кто-то позвонил в звонок. Сначало слегка неуверенно, заставив его издать лишь пару коротких «дзынь», но через пару секунд весь дом мангаки уже залился звонкой трелью. — Кто? — Рохан недовольно выглянул. Увидев за дверью проклятого разносчика несчастья Хигашикату Джоске, Кишибе нахмурился — проваливай. Он тут же попытался захлопнуть дверь, но чужая рука его остановила. — Нет, подожди, прошу! Мне нужна твоя помощь, — взмолился школьник. Его голос был хрипловатый, а губы так сильно дрожали, что Рохан увидел это даже под освещением тусклых уличных фонарей. Мангаку позабавил такой несвойственный парню вид, и, решив, что это достаточно весело и он обязан запечатлеть эту эмоцию в скетчбуке, Кишибе открыл дверь. — Что тебе? — Безразлично спрашивает он, ведь… Рохану плевать. До того самого момента, как мангака не замечает, что Джоске слишком уж красный и уставший, — заболел, что ли? Кишибе делает шаг назад, тем самым приглашая гостя войти. Но тот не спешит ворваться в чужой дом, всё мнётся у входа. А когда всё же попадает в дом, то чуть не падает в обморок, оседая на пол, тяжело дыша. Чтобы понять что происходит Рохан использует Heaven's Door. А Джоске не сопротивляется, словно полностью доверяет угрюмому мангаке. «Мать уехала. Поссорился с друзьями. Не знает к кому обратиться, кроме как к Кишибе Рохану. Напуган, поскольку давно так сильно не болел», — прочитал Рохан. — Вот как, — самодовольно протянул мангака — не боишься, что я тебя сейчас выкину? Да и смысл мне помогать тебе, а? Джоске слегка испуганно поднял глаза, посмотрев на ухмыляющегося мужчину перед ним. Затем стыдливо опустил голову, словно провинившийся щенок. «Конечно я его не выкину, но… Слегка позаимствую материала для манги из его жизни. Будет уроком». Листая дальше, Рохан натыкался как на бессмысленные разговоры школьников, так и на эмоциональные переживания Джоске. И был один пункт, который был спрятан под всеми остальными. Словно он этого стыдился и не хотел никому показывать, даже самому себе. «Испытывает странные чувства к Кишибе Рохану. Никогда раньше не чувствовал подобного. Пытается избегать мангаку, чтобы это ощущение вновь не вернулось». Эта запись сопровождалась небольшими приписками по типу «начал читать чёрно-розовый мальчик, чтобы понять Рохана», «Думал позвать куда-нибудь Рохана, но не осмелился». Дальше Кишибе читать не стал. Он осторожно заглянул в лицо парня, который в какой-то момент отключился. Он тяжело дышал и постанывал, горя от жара. С трудом перетянув школьника на диван, Рохан измерил температуру. Затем направился на кухню за жаропонижающим. «Кто же знал, что Хигашиката чувствует… такое» Кишибе, без сомнений, чувствал некий стыд за то, что прочитал этот факт Джоске. И если бы там было бы написано про кого-то другого, то мангака бы и глазом не повёл, но когда читаешь такое про себя, то это неловко. Жар, словно ядовитая змея, вцепился в вечно здорового мальчишку и никак не хотел отступать. Жаропонижающее, что всегда выручало Рохана, почти не действовало. Хигашиката начал приходить в себя. — Рохан… сенсей, — тихонько проскулил парень, неверя, — вы здесь? «А где мне ещё быть? Это мой дом!» — хотел уже как всегда съязвить мангака, но, ловя на себе виноватый взгляд синих омутов, лишь тихо ответил, словно боясь спугнуть некую атмосферу, что не поддавалась описанию. — Да, Джоске, я здесь, — парень улыбнулся, закрывая глаза. — Мне кажется что вы врёте, Рохан-сенсей, — тяжело вздохнул парень, грустно ухмыльнувшись, — вы бы меня не пустили. Это просто сон. Кишибе уже хотел возмутиться, но школьник продолжил. — Раз это не происходит на самом деле, то скажу, что влюблён в вас, — Хигашиката приоткрыл один глаз, смотря на шокированного мангаку, — интересно, как бы отреагировал Рохан в реальности? — в лихорадочном бреду парня было столько тоски, что Кишибе с минуту сидел не в силах что-либо сказать. Да, ранее он прочитал уже об этом, но кто же знал, что этот прямолинейный мальчишка вот так сразу всё выскажет. В любом случае, сейчас он казался таким беззащитным и милым. — Тебе надо отдохнуть, — поправив одеяло, мангака вышел из комнаты. Его сердце дико стучало, а к щекам подступил жар. «Заразился, что ли?»