Глупость

      Я знал этого человека пару минут. Он сидел за барной стойкой, за которой я оказывался пару раз каждую неделю.       Не снимая свой длинный бежевый плащ, он пил Маргариту, тяжко вздыхая. Тогда я просто подошёл к нему со спины и негромко поздоровался, на что тот промычал и продолжил молча смотреть в отражение своего напитка. Тогда я сел рядом и посмотрел на него. Ни с того ни с сего он начал рассказывать какую-то историю.       Время от времени он поправлял свои длинные светлые волосы: заправлял за ухо или запускал пальцы, зачёсывая локоны назад. Но передние пряди всё равно падали на лицо, и он выдавливал из себя смешок.       Он говорил размеренно и понятно, его речь была красивой, а иногда небольшие паузы давали обдумать его слова. Хотя я всё равно не очень понимал, о чём он говорил. Больше напоминало пьяный бред. — И, знаешь, я не жалею, что так поступил, но хотелось бы, чтобы этот человек заметил меня, — закончил парень и посмотрел мне в лицо своими слегка красными глазами. — И что вы будете делать дальше? — мне на самом деле было совсем не интересно, как он будет завоёвывать свою первую любовь или что-то в этом роде, что он там рассказывал? И обращался к нему на «вы» из элементарной вежливости — я просто заказал себе какой-то лёгкий напиток и сидел в его ожидании, но этот человек поразил меня. — Глупости, — и бокал Маргариты опустел, — Буду продолжать делать глупости и просто забуду об этом, если не получится. «Просто забуду? Так легко сдаётся, хах» — Как вас зовут? — Хван Хёнджин, — проронил парень и встал. — Можно на «ты». — Ли Феликс, — я протянул ему свою ладонь, но тот даже не посмотрел на неё, а просто улыбнулся мне и хотел покинуть бар. — А что если, — я окликнул его, поразмыслив секунду, — не сможете забыть?       Хёнджин пожал плечами. — Тогда скажу себе, что это было хорошей глупостью, — Хван тепло взглянул на меня, — которую я буду вспоминать с улыбкой.       Мне наконец принесли напиток, бармен поманил меня указательным пальцем и негромко сказал: — Владелец бара просил передать, что напиток за счёт заведения.       Я слегка удивился, откуда меня знает владелец, и не тот ли человек им являлся. Но я продолжил веселиться, думая над его словами. «Совершить хорошую глупость, вспоминая с улыбкой»       Даже если она будет и правда глупой, он не против её совершить, а потом оправдаться своей улыбкой в будущем.       По сути все мы совершаем глупости, поэтому я и прихожу пару раз на неделе в этот бар — отдохнуть от них, совершив новую — напиться.       На следующей неделе я вновь пришёл в бар, этого человека не было; второй раз; третий. Я его не ждал и не искал, просто из любопытства осматривал барную стойку перед трапезой и забывался.       Спустя пару месяцев со мной кто-то поздоровался со спины в книжном магазинчике недалеко от бара, я обернулся и увидел того человека в бежевом плаще. Как же его звали? Я забыл. Но я помнил его лицо и длинные волосы, поэтому улыбнулся и слегка поклонился в знак приветствия. — Что читаешь? — негромко спросил тот, указав на раскрытую книжку у меня в руках. — Глупости, — не задумываясь ответил я, и почему-то словил дежавю, на что мой собеседник посмеялся. — Я вижу у тебя в руках роман, — оценивающе говорил парень, — он на столько плох? — Нет, — говорил я, — просто я улыбаюсь, когда читаю романы. — Романы такие весёлые? — Не все, но есть моменты, когда даже самая драматичная сцена заставляет улыбаться. Когда её вспоминаешь, и вспоминаешь, какие эмоции ты испытывал при прочтении, или мог бы испытывать… Бывают моменты, когда ты хочешь так же, но понимаешь, что в нашем мире это будет правда глупостью, — парень всё смотрел на меня. — Ну, есть и нелепые романы, это правда, — я выдавил смешок. — Ли Феликс, значит, — он произнёс моё имя.       Я посмотрел на него — тот оценивающе смотрел на меня.       Я знал его пару минут, а, когда смотрел ему в глаза, видел, будто тот знал меня гораздо дольше. — Хван Хёнджин, значит, — передразнил его я, вспомнив имя, спустя пару мгновений.       И мы негромко засмеялись.       Оказалось, он не был владельцем бара, а просто заплатил за мой коктейль, дав записку бармену, чтобы тот так сказал, чтобы привлечь моё внимание.       Он не был мне интересен в тот вечер. И я на него смотрел нечасто, поэтому не увидел той махинации с барменом.       И не был он пьян тогда вовсе. Он просто ждал меня, пока я закончу свою смену в своём скучном офисе и пойду отдохнуть в бар по какой-то сомнительной традиции. А он будет наблюдать за мной из глубины зала, чтобы я его не видел. И однажды, заметив за барной стойкой, заговорил с ним. Так, как говорил обычно в пьяном бреду с ним, на утро забывая об этом. Но в этот раз он решил показаться мне, когда я ещё был трезв. — Кажется, моя глупость сработала, — улыбался Хван, закончив рассказывать о моих пьяных бреднях. — Да, есть такое, — поддакивал я. — Надо быть аккуратнее в следующий раз, но почему бы не выпить за эту глупость вместе? — А потом забудем? — ухмыльнулся Хёнджин.       Я в шутку согласился, тогда он подошёл ко мне и тягуче поцеловал. Я даже не успел прикрыть глаза. После того, как он отстранился, я смотрел на его влажные губы в ступоре. — А это я забывать не хочу, — сказал я и посмотрел ему в глаза.       Хёнджин улыбнулся и мы поменяли направление в бар на путь в его квартиру, которая находилась недалеко.       И я знал этого человека пару минут, а он меня, как оказалось, гораздо дольше. Но я захотел узнать его лучше, считая, что совершаю отнюдь не глупость.