I Wanna Be Your Dog

Февраль-март 1971 года

Если честно, вылазка в Детройт в прошлом месяце стоила Санчес дорогого, раз уж боссы готовы были рвать и метать, когда она ввалилась в здание лейбла Fania Records, когда мафия пыталась выторговать себе выгодные условия от продажи и вкладов в людей, поэтому появление Алексис ужасно вывело из себя Луккезе, а также представителей из семьи Боннано, которую ей еще ни разу не приводилось увидеть собственными глазами. Говорили, что Кармине Галанте оставалось мотать срок еще четыре года в тюрьме, но от него так и веяло уже таким странным авторитетом, ведь в пятидесятые его клан что только не вытворял, заставляя людей дрожать от страха. После хорошей взбучки Алексис не смела выезжать из Нью-Йорка ближайшие недели просто потому, что за ней все это время присматривали. Не только Кит, которого мафиози уже давно взяли в оборот, но и дружки от другого клана, боящиеся сорванных сделок, если Алексис не будет вовремя включать голову. Хотя по сути, что она такого сделала, чтобы каждое ее действие оценивалось под лупой? Ей тут же вспоминались легенды, в которых вероятно была и доля истины, будто бы провинившихся людей боссы из верхушек мафии наказывали жестоко — их ноги цементировали так, чтобы форма напоминала сапоги в луже грязи, а потом после схватившегося материала, людей просто сбрасывали на дно моря или же рек, отправляя на корм рыбам. Не только пистолетная пуля могла оказаться наказанием. И Алексис, каждый раз об этом думая, вздрагивала, отгоняя от себя ненужные мысли. Вот поэтому она не хотела, чтобы Остерберг торговал в обход всем, вот почему она боялась, что все эти чувства и неожиданные эмоции сделают ее такой слабой и крайне уязвимой. Она продолжала выходить работать по ночам, но уже в другом районе, где собирались не толки самые худшие торчки, но и весьма обеспеченные люди, а потом ближе к утра отправлялась к Киту, где очередная попойка шла в самом разгаре. Если честно, благодаря именно боссам, они могли себе все это позволить — безбедную жизнь, во владение свой бизнес, возможность ни от кого не зависеть… Но какой ценой! Хотя даже если бы у Алексис и был шанс все изменить, она вряд ли бы разложила карты иначе. Даже если это касалось Игги и ее нередких поездок в Детройт. Однако в этот раз она больше не могла рисковать и ставить свою жизнь под вопрос, поэтому ждала Игги, который должен приехать в город сразу же, как подходил срок его оплаты за услуги. Она не могла просить у него многого, однако ей хотелось, чтобы как можно меньше людей видели их хоть как-то, кроме как деловых отношений. Да, Кит все знал и часто пинал Санчес на первые шаги, хоть она и сопротивлялась, как могла, и говорила, что отношения никогда для нее не имели ничего положительного, а мужики только нагло этим и пользовались, потому что от молодой и наивной дурочки не убудит, если уж так подумать. Но Дэнни, его группа, боссы и остальные люди вообще не имели права расспрашивать их о подобном, потому что о таких фактах узнавали в первую очередь. У любых стен в этом городе есть свои глаза и уши — правило один, когда попадаешь в суровый мир бизнеса, причем не самого чистого и честного. — Перестань ломать голову, Алекс, ты же знаешь, что тот, кто не рискует, в итоге ничего не получает, — начинал Кит, зная, что разговаривает как с горохом об стену. — Не нравоучи меня, Кит. Мы с тобой оба прекрасно знаем, что такое «перечить боссу», когда срываешься на подобной чепухе. Если я и даю небольшие поблажки, это еще ничего не значит. Не говорит о том, что мы питаем друг к другу вообще хоть какие-либо чувства, — Алексис тяжело вздохнула, пока они разговаривали в той самой приватной комнатке, где обычно проходили встречи боссов. — Он хочет быть таким же, как и я. Но у нас дорога однажды в любом случае одна — идти ко дну, когда мафии просто не станет. Может быть, этот день однажды настанет. — Ты сама-то в это веришь? — Алексис пожала плечами, когда услышала крики и шум из основного зала. Наверное, очередная драка за красоток, которые еще и не всем дают. — Надо идти и разбираться в бардаке, однако, подруга, мы еще не закончили наш разговор. И чего она, собственно говоря, хотела? Эта эпоха станет такой же скоротечной, как и множество других из прошлого, но пока на всем этом деле Санче получала немалые прибыли, успевая копить и даже снимать квартиру попросторнее и на более лучшей улице, чем в последний раз, ее все равно грызло изнутри чувство, словно она совершала ошибку, когда доверилась Дэнни. Эта старая сводня могла кого угодно довести до критического состояния, если компания приходилась отменной. То же самое случилось и с Игги, когда Филдс подсобил ей этого наркомана. Честно признаваясь, Алексис даже и не рассчитывала, что он долго продержится, несмотря на репутацию весьма неплохого парнишки — у нее взгляд в таком виде бизнеса был точеный и орлиный, поэтому не приходилось долго выбирать кандидатов, чтобы потом с них сгребать деньги под угрозами расправы или же под моральным давлением во время ломки клиента. Алексис ждала Игги не на привычном месте, а у себя на квартире, зная, что ей стоило вправить ему еще раз мозги после того, как услышала разные слухи, ползущие прямиком из Детройта в Нью-Йорк. Мало-помалу Игги сдружился с вокалистом группы МС5 Робертом Тайнером, который предлагал ему куда больше дозы, что приходилось ее даже выставлять на продажу, потому как от подобного изобилия крышу сносило в два раза быстрее. Кто-то предлагал просто товар, а потом из этого превращался полновесный бизнес, соскочить с которого казалось почти нереально. На своей шкуре Алексис точно убедилась, не желая никому больше бороться за право выживания в этом огромном городе. В дверь постучали, и Алексис быстро метнулась к входной ручке, ожидая, когда еще раз постучат, чтобы точно знать, кого стоило ждать на той стороне. Если честно, после одного случая, когда к ней нагло вломились и даже попытались ее убить из другого клана наемники, Санчес стала крайне предусмотрительна, обусловив для всех своих знакомых нужную комбинацию стуков, когда они собирались к ней наведаться. И вот она услышала то, что действительно хотела, собираясь уже открыть дверь, как с той стороны вдруг прошелся какой-то шорох, а потом резкое движение и грохот, словно кто-то свалился с ног и не мог пойти дальне. Алексис собралась с мыслями, глубоко вздыхая, на всякий пожарный случай, складывая пистолет в задний карман джинсов, когда она резко распахнула дверь и заметила Игги, прислонившегося к стене у ее квартиры в полусидячем движении, явно глотая сильно ртом воздух, словно бежал несколько миль, однако дело было далеко не в этом. — Черт! — чертыхнулась она, тут же поспешив на помощь, когда она схватила его за талию и за плечи, с трудом приподымая его и заставляя дойти за порог ее квартиры, чтобы потом она могла не беспокоиться о соседях и тех, кто все это мог увидеть. — Какого хрена ты вытворяешь?! — Воды, — сипло и почти без голоса произнес Игги, вновь прислоняясь к стене, откидывая голову назад. — Я не нанималась работать ничьей нянькой, пока я работаю на мафию, — пробурчала Санчес, стараясь как можно быстрее найти чистый стакан и холодную воду, которую она ставила в отдельной бутылке в небольшой холодильник. — Надо сказать только, что я очень удивлена вообще, как ты доплелся до моей квартиры, поднявшись на такой этаж. Игги что-то пробурчал, пока пил воду. Да, похоже, в этот раз все будет еще хуже, чем обычно — либо он с деньгами и просто под чрезмерной дозой приперся к ней, либо без денег и сматывался от таких же качков или же тех, кому он задолжал или продал некачественный товар. Алексис усмехнулась, зная, что в таких ситуациях и она не раз оказывалась, правда, вовремя сматывалась, разрывая дистанцию с обидчиками. Нет, в ней безусловно была та самая тревога поначалу, стоило ей только открыть дверь, но сейчас она смотрела на него, и на губах играла усмешка, словно она знала, что и такой вариант вполне возможен. Кого это удивит сейчас в семидесятые? Алексис стиснула зубы, не особо радуясь тому, что Игги до сих пор не мог до конца прийти в себя — его глаза лихорадочно разглядывали все помещение, но ни разу не останавливались на ней, пока она стояла у стены, прислонив голову о дверной косяк. У нее всегда не было достаточно терпения, чтобы испытывать себя и других, поэтому она резко подошла к мужчине и схватила его за руку, подняв с пола и волоча за собой в небольшую комнату, усадив на диван и отбирая у него сумку с вещами. Обо всем остальном позаботятся попозже, когда они разберутся с другими более важными проблемами. Санчес села рядом, складывая руки на коленях, словно не знала, что ей стоит ответить или как начать разговор, чтобы все не перешло в окончательном счете в самую обыкновенную драку, которые они имели неоднократно уже за все это время. — Надеюсь, что стало лучше, иначе я буду вызывать врача, — произнесла после затяжной тишины Алексис, искоса поглядывая за Игги. И слова возымели свое: мужчина шелохнулся, резко отодвигаясь от нее. — Дерьмо, — прорычал тихо Игги, уставившись беспричинно и бессмысленно в стену, не сводя с невидимой точки взгляда. — Это все тот ублюдок, который рвался за мной с аэропорта, когда я дал ему героина, а он, поняв, что за дурь ему предлагаю, погнался за мной. Кто знал, что он с собой таскал пистолет с патронами. Но и доза перед самолетам дала свое. В общем, я в полном дерьме. Даже если не хуже. — Все давно, кто боится за свою безопасность, таскает давно уже с собой оружие. По крайней мере, те, кто работает на мафию, а это большое количество человек по многим штатам, то надо было быть полным болваном, чтобы не ожидать подобного, — Алексис вздохнула и положила ладонь на его колено в качестве примирения и утешения, хотя ей подобные чувства всегда были не особо известны. — Я знаю, что облажался по полной, но не ради этого ты заставила меня сюда приехать, не так ли? — Алексис усмехнулась, радуясь, что понемногу к нему возвращалось хоть некое подобие ясности, это уже радовало. — Я никого не заставляла. У меня ноги и руки связаны после последней вылазки в Детройт, шефы хотят, чтобы я налаживала здесь все дела, а не бегала по городам, потому что у меня появилась какая-то интрижка, — Игги выгнул брови от ответа, когда она продолжила дальше. — К тому же, у кого-то подошел срок выплачивать мне за месяц. Где мои деньги? — Валяются где-то там в сумке, — хмуро ответил Игги, падая на спину на расправленных простынях. — Так и будешь невинно сидеть с краю, или сегодня будет хоть что-то? — В твоем случае только сон, а не секс. Рано вам мечтать, мистер Остерберг, — Алексис спрыгнула с кровати и ушла на кухню, зная, что снотворное уже почти подействовало, не давая Игги впадать в панику, когда она услышала позади себя тихое бормотание, а потом и вовсе сопение. Она еще успеет выйти на ночную смену работы и даже заскочить к Киту, пока тот не проснется — бежать ему в любом случае некуда. Она успела принять по-быстрому холодный душ и даже наскребать себе немного еды и оставить что-то Игги, потом взяла с собой оружие и деньги, решив даже заглянуть в сумку мужчины, но в последний момент передумала, зная, что так будет совсем нечестно, если возьмет чужие деньги втихаря. Она успела принять пару запланированных клиентов, одного из которых чуть ли не размазала по стенке, а потом у Кита на славу повеселилась, решив сыграть в карты, зная, насколько сильно она загоралась под конец и это приводило нередко к печальным последствиям, но сегодня Алексис чувствовала себя настолько в приподнятом настроении, что даже не заметила, как к ней в последнюю секунду подошел Дэнни Филдс, хватая ее за руку. — Развлекаешься вместо работы? — невинно спросил он, давая ей прикурить. — Имею на то полное право, что это не твоего ума дело, — огрызнулась Алексис, скрипя зубами. — Знаешь, мне интересно совсем другое. По идее, Игги должен был отправить тебе посылкой деньги за месяц, но вместо этого группа поведала мне, что в Детройте его уже несколько дней нет. Ничего не хочешь объяснить? — Дэнни с любопытством смотрел на нее, ожидая ответа. — Почему я должна вообще кому-то что-то объяснять, кроме боссов? Я не видела его, и понятия не имею, что сейчас с ним происходит. А если деньги он мне не выплатит, я его по стенке размажу, как это чуть не произошло сегодня с одним придурком, а потом в бетонным сапогах скормлю его рыбам в океане. Давно пора понять, что со мной шутки все просто бесполезны, я не обычная собачка для всех мужиков, по натуре являющихся полнейшими ублюдками, — Алексис швырнула окурок сигареты на пол и ушла, даже не дав Дэнни ничего ответить. По крайней мере, так она вызывала к себе меньше подозрений, с чем ее можно было и поздравить — в этом плане Алексис всегда безукоризненна. Она пришла к тому времени домой, когда Игги давно бодрствовал, сидя на кухне и выкуривая косяк, который смог найти у нее в заначке, когда понял, что его заперли в помещении на очень долгое время. Его лицо выглядело уставшим, но гораздо лучше, чем после того как она встретила его на пороге. Однако ей так хотелось высказать пару ласковых, что Санчес еле держала себя в руках, чтобы не сорваться, сжимая с силой кулаки, что виднелись ужасно побелевшие костяшки пальцев. Наверное, все же она обойдется без драки, если сумеет все высказать довольно-таки в спокойном тоне. Она присела на противоположный край стола, складывая руки на груди, когда мужчина заметил ее, напряженно уставившись в глаза напротив. Дыхание, казалось, участилось, а его губы слегка дрогнули, потому что косяк выпал из рук, и Игги совершенно ничего не мог с этим поделать, лишь только смотреть на пепел, разбросанный по всей поверхности стола. Настало напряженное молчание, пока оба готовились к тому, чтобы поговорить, однако Игги не думал даже начинать болтать, зная, что гневный рев и злобный взгляд тут же поставили бы его на место, заставив вжимать в себя голову от неописуемого затаившегося страха. А вот Алексис достала кружку из шкафчика и налила туда немного виски, даже не удосужившись брать стеклянный стакан, так как просто устала от упреков в последнее время, что хотелось чего-то простого, обыденного. Да и заморачиваться лишний раз… Зачем? — Дэнни бросился за тобой с собаками, говорил, что ты смысля из города и даже ничего не оставил, никакой записки, не предупредив никого… Ты хоть понимаешь, что творишь? Учитывая, что теперь мне только деньги должны переправлять, раз вы в основном в Детройте, а я в Нью-Йорке. Ты болван, что никого не хочешь даже слушать, — высказалась Алексис, заметив его опущенное лицо, однако в ее взгляде не было и намека на злость. Скорее, простое разочарование, от которого хотелось прикрыть рукой глаза. — Это моя жизнь, чтобы проживать ее так, как мне хочется, — Игги тихо ответил, все еще смотря на окурок. — К тому же, я надеюсь, что ты не выдала мое точное местоположение? — Не его собачье дело, как я уже говорила, — Алексис отпила немного виски, вытирая ладонью намоченные губы. — Однако, если они заметят что-нибудь подозрительное, то все будут считать, что у кого-то завелась интрижка, а я просто сдала свои позиции. Чем ты вообще думаешь? Мозгами или членом, когда так необдуманно сюда прикатил? Игги поднял лицо, но ничего не сказал, лишь усмехнувшись на момент слов «интрижки» и «сдачи позиций». Кажется, впервые за такое долгое время он смог выбить ее из равновесия и показать ей, что не только дилеры, но и их же клиенты могли вполне играть с огнем и диктовать свои же условия, оставляя ее ни с чем. Правда, Игги точно забывал, что Алексис с таким большим опытом могла дать фору кому угодно, но ему так хотелось быть главным не только в музыке да что-то в ней значить, чтобы девчонки бегали и дальше за ними, но и обыгрывать тех в бизнесе, где он совершенно ничего не понимал. Его улыбка стала чуть шире, когда он поднял руку и коснулся ладонью ее рук, сложенных на груди, и она легко отпрянула на небольшое расстояние не желая ему показывать свои истинные эмоции в этот момент. — Так, значит, кто-то сдает позиции, а боссы недовольны ее очередной интрижкой, от которой по идее они могут избавиться в два счета? — Игги привстал со стола и остановился у подоконника, облокотившись на него своими руками. — Не думай, что ты имеешь какое-то особенное положение, когда в собственной группе у тебя все шатко и непрочно, — она кривила губы, держа в руках по-прежнему кружку. — Может быть, мне уже стоит наладить с кем-то контакты, чтобы она за тобой вели нескончаемый надзор? — И тем не менее, они там, а я здесь, приехал к тебе. Могла бы хоть немного порадоваться этому факту, — Санчес выглядела такой задумчивой, что она нисколько не замечала того, что делал Игги. Алекс вздрогнула, потому что даже не успела заметить, как он так тихо, бесшумно и быстро приблизился к ней сзади. Его руки коснулись плеч, и она заметно напряглась, не зная, чего можно от него ожидать, пока он не начал разминать ей шею и плечи, мягко касаясь открытых участков кожи. Пару мгновений, и она расслабилась перед ним, откидывая голову на его грудь, прикрывая глаза от наслаждения — наконец-то за такое долгое время она могла чувствовать себя расслабленной и спокойной. Тихие вздохи срывались с ее губ, когда Игги продолжал самодовольно улыбаться, хоть он и чувствовал себя несколько нехорошо до сих пор после той встречи с гребанным мудаком, который гнался за ним с аэропорта. — Может быть, тебе еще что-нибудь сделать, чтобы вместо хищницы я мог видеть почаще котенка? — его руки продолжали разминать плечи и затылок, пока они не заскользили к ключицам, подбородку, заставляя ее повернуться к нему лицом. — А я давно заметила, что ты знаешь, как правильно задобрить женщину, однако последнего тебе точно не придется созерцать. Еще ни один мужчина не смог со мной справиться, чтобы громко палить об этом во всех подворотнях, как о достижении века, — ее пальцы коснулись оголенных плеч, отчего сам Игги вздрогнул на неожиданное прикосновение. — Однако, стоит отметить, что это уже давно не чистые отношения дилера и клиента. Кто-то оказался просто слишком высокого мнения о себе, — Алексис усмехнулась, обвивая руку вокруг его шеи, чтобы притянуть ближе к себе вниз. — Я просто знаю, что была бы ты мужчиной, это не подействовало так, и меня бы точно уже где-то замочили пистолетом в подворотне, — их лица были настолько близки, что слова сейчас звучали неким откровениям, однако они по-прежнему сохраняли спокойствие, словно ничего вообще между ними и не происходило. — О, я могла бы и это гарантировать, но почему-то сейчас мы здесь, и это происходит на наших глазах. Наверное, в свое время мне нужно было быть гораздо жестче с тобой, а не спускать с виду и делать поблажки. Какая же я немного глупая, — она сощурила глаза, и в них появился тот самый огонек, которого Игги еще не видел с последней их встречи. Да, именно такой она его и притягивала к себе — неожиданной загадкой и опасной охотницей, которая могла надавать по яйцам в любой момент, если на то оказывались свои причины. Звучала ли она серьезно? Кто знает, но Игги этого замечать не стал. — Значит, мне просто крупно повезло, хотя и без тебя хватает столько девчонок, готовых просто так отдаться, безо всяких опасных прелюдий, — Игги сам сверкнул глазами, еще чуть сильнее сближая их лица. — Ты думаешь для меня это новость? И тем не менее, не я начала опасные прелюдии, — их губы почти что соприкасались, пока она чуть ли не шепотом говорила. — О, ну мне же надо было как-то задобрить дилера, чтобы она оказалась в моем расположении, — потом больше они и вовсе не говорили. Да и надо было ли, когда реплика за репликой звучала почти что как целое откровение, а они друг перед другом в такой ситуации раскрывались. Алексис не думала, что все этим закончиться, но тут до нее со стремительной и ошеломительной силой стало доходить, насколько сильно они оба уступали друг другу, падая опять в очередную похожую ситуацию, совершенно забывая о формальностях и условностях. Один плюс оставался в том, что Игги приехал в Нью-Йорк — он привез всю сумму, а это означало, что он не оставался в должниках и вообще не мог ее разгневать, ведь деньги она уже давно сложила в свою особенную шкатулку, где ее точно не мог найти, кроме нее самой. Губы скользили с такой силой и яростью, что пока они пытались дойти до ее спальни, они задевали руками и ногами все, на что только могли натолкнуться, пока их губы не разрывали контакта так, что казалось, что воздуха в легких уже совсем не осталось. В итоге, терпение кончилось на двери, и они около нее и остановились, когда Игги поднял на руки Санчес, облокотив ее на холодное дерево, после чего послышалось шуршание одежды и руки, которые держались по за плечи, не давая Алекс ни в коем случае соскользнуть. Не было тех нежностей, которыми мог похвастаться Игги, потому что всю игру на себя брала Алекс, но тем не менее, казалось, что время длилось бесконечно, пока они двигались размеренно, встречая друг друга на каждом движении, а голова Алекс откинулась назад в наслаждении и скорой кульминации. Как только она почувствовала, что больше их ничего не держит, она лишь сильнее уткнулась ему в плечо и укусила его так сильно, что в глазах все потемнело. Они шумно дышали, пытаясь восстановить дыхание, когда она все еще немного в тумане посмотрела в его глаза и попыталась пошевелиться, но неудачно. — Кровать, — пробормотала она, когда быстрыми шагами они оказались там, падая в одежде на чистые простыни. — Будешь спать с краю, а если будешь руки распускать, то окажешься на коврике. Понятно? Игги лишь кивнул, но ничего больше не сказал, лишь сильнее улыбаясь сквозь дремоту, зная, что она ведь ничего не сделает. Может быть, таким образом что-то наладилось и так же будет продолжаться, что у Игги загорелся свет в конце тоннеля? В любом случае, это оказался хороший прорыв вперед для него, а вот для Алексис падение назад — ведь фактически это оказалось ее проигрышем спустя почти год после их знакомства.