Eat me out, Mr. Min

      

***

      Мин Юнги чертовски устал слушать пьяные бредни седовласого мужчины сидящего напротив, но он не имел права показать этого даже во взгляде. Его розовые искусанные губы словно замерли в состоянии полуулыбки, голова продолжала кивать на нелепые вопросы, а рука на автомате подносила рюмку ко рту каждый раз, когда это делал собеседник. Точнее, вот уже полчаса, как бизнес-партнёр Юнги - Окамото Фудо. Единственную неуважительную вещь, которую брюнет себе позволял - это делать вид, что он пьёт наравне со стариком, хотя едва ли его губы увлажняются уже потеплевшим сакэ. Сегодня Мин расстарался, как никогда ещё в своей жизни. Он приготовил для Окамото целый пир, сняв на вечер японский ресторан, обустроенный вип-комнатами, для особых случаев. Сегодня как раз был именно такой случай. Юнги рассказали о тайной страсти мужчины к Ниотамори, и о том, как японская мафия любит подобного толка развлечения, а потому Мин выбрал именно это место, в котором Фудо сможет уединиться со своим "живым столом" после приятной трапезы и подписания их контракта. Однако, чего Юнги не знал, так это того, что в "Хотару", том самом японском ресторане, помимо девушек Ниотамори, работают ещё и парни. Конечно же, это являлось нарушением всех возможных традиций. Но, как сказал ему в день бронирования помещения администратор, вкусы у всех разные, а чем больше разнообразие - тем больше клиентов, и зачем терять кругленькие суммы, ограничиваясь лишь "стандартным меню". Юнги усмехается, вспоминая эти слова, и бросает взгляд на свой собственный "живой стол", в который раз за вечер облизывая губы. На девушку Окамото он взглянул от силы пару раз, в один из которых об этом попросил сам мужчина, благодаря Мина за щедрость. А вот своего юношу он, кажется, уже наизусть выучил. Закрой ему глаза сейчас, и брюнет расскажет о каждой родинке на теле светловолосого, которое не скрыто за листьями. Он даже выучил периодичность, с которой дёргается кадык на изящной шее. Как меняется дыхание, когда он касается тёплой кожи кончиками своих пальцев. Пару раз он даже замечал, что юноша поджимал пальцы на ногах, когда язык Юнги касался его рёбер, чтобы подцепить ролл.       - Согласитесь, господин Мин, так ведь вкуснее? - гаденько посмеивается Фудо, намеренно цепляя зубами сосок девушки, лежавшей перед ним на столе, на что та держится стоически и даже не вздрагивает.       - Несомненно, - расплывается в мягкой кошачьей улыбке Юнги, кивая, и поглядывая на юношу, ресницы которого заметно трепетали.       - Нарушать традиции, так по полной! - хлопает себя по коленям мужчина, ухмыляясь и облизывая тонкие губы. - Признаться честно, хоть я и не по мальчикам, но ваш...выглядит очень аппетитно. У вас прекрасный вкус...в еде.       - Благодарю, мистер Окамото. Но ответ Мина седовласый вряд ли слышит, снова разражаясь слегка повизгивающим смехом, а затем вливая в себя рюмку сакэ так быстро, что брюнет едва успевает понять, что ему уже даже не предлагали выпить вместе.       - Так вот о чём я говорил... И вот Юнги снова медленно моргает, отключая слух и сосредотачиваясь на обнажённом теле перед собой. Он словно ласкает юношу взглядом, вновь и вновь осматривая изящные лодыжки, стройные ноги со сбитыми бёдрами, мышцы которых слегка напрягались, когда Юнги касался их. Плоский живот со слабыми очертаниями пресса, крепкая грудь и аккуратные ореолы сосков, лишь едва прикрытые листьями. Мин сглатывает, когда доходит до выдающихся ключиц, представляя каковы они на вкус. Он уже может представить, как бы вгрызся в них, оставляя на медовой коже порочные следы. До него снова долетает смех Окамото и он, не отрывая взгляда от острой линии челюсти, широко улыбается, будто и впрямь понимает суть сказанных ему слов. Будто ему и впрямь весело. А сам в это время, в своей голове, уже видит, как нетерпеливо проводит языком между невообразимо пухлых блестящих губ. Как чувствует тяжёлое дыхание на своей щеке, в которую утыкается аккуратный носик. Как сжимает длинными пальцами светлые локоны на затылке, запрокидывая голову юноши назад и голодно обхватывая губами дрожащий кадык.       - Чтож, мистер Мин! - из транса его выводит голос Фудо, что, шатаясь, поднимается на ноги. - Признателен вам за заключение сделки. Надеюсь, наш союз будет долгим и крепким. Спасибо за такое гостеприимство, но мы, пожалуй, удалимся на отдых, - Окамото кое-как кланяется, дабы не упасть, а затем, грубо хватая девушку за руку, едва не сдёргивает её со стола.       - Взаимно, мистер Окамото. Первая поставка оружия будет уже на следующей неделе. Будем надеяться, что всё пройдёт хорошо.       - Всё пройдёт идеально! Вот увидите, - ухмыляется мужчина, охватывая тонкую талию шатенки и стряхивая с неё остатки пищи. - Приятного вам вечера, мистер Мин, с вашим десертом. Седовласый подмигивает обоими глазами сразу и удаляется из залы в свою вип-комнату. Мин слышит, как слишком громко хлопает дверь, а после несколько раз проворачивается ключ в замке. И, либо в этом ресторане слишком тонкие стены, либо Окамото был в нетерпении остаться с девушкой наедине. И Юнги понимал его сейчас, как никто. Он перевёл горящий взгляд с закрытой двери на юношу, лежащего перед ним, и медленно поднялся, ослабляя галстук. Казалось, светловолосый почти не дышал, когда брюнет склонился над ним, разглядывая нежные черты лица и пытаясь заглянуть в янтарные глаза. Юнги же, опёршись левой рукой о стол возле обнажённого плеча, правой начал лениво сбрасывать роллы прямо на пол.       - Вам нельзя даже смотреть клиентам в глаза? - шепчет он с хрипотцой из-за пересохшего внезапно горла. Юноша в ответ отрицательно мотает головой, впиваясь взглядом в балки на потолке.       - А если клиент хочет этого? Просит об этом. Что тогда? - Юнги смахивает с его груди первый большой лист и касается кончиками пальцев выступающих рёбер, не сводя при этом глаз с длинных ресниц. Светловолосый пару раз моргает, а после осторожно смотрит в глаза Мина, который едва не захлёбывается воздухом от восторга, видя, как чужие зрачки заполняют янтарную радужку. Он уверен, его собственные глаза сейчас чернее ночи от затопившего его вожделения.       - Прекрасно, - едва не мурчит он, убирая с медовой кожи оставшиеся листы и роллы, что с неприятным тихим чваканьем падают на пол. - Следуй мы традициям, и я не имел бы права прикасаться к тебе. Но в этом ресторанчике вас легко можно купить на ночь, доплатив совсем немного. Часто тебя покупают на ночь? Юнги ведёт пальцами по плоскому животу вверх, слегка царапая короткими ногтями кожу и подбираясь к острым ключицам. Юноша вновь отвечает отрицательно, чуть мотнув головой, но не отводя в сторону глаза.       - Говорить ты начнёшь тоже, только если я попрошу? - кивок. - Тогда, будем считать, что я попросил, - бормочет Мин, надавливая горячими подушечками на яремную впадину.       - Хорошо, - тихонько шепчут в ответ мелодичным голосом.       - Мне не нужно болтать с тобой, но хотелось бы узнать имя. Мне нравится понимать, что я трахаю человека, а не бездушную куклу, понимаешь?       - Чимин, господин Мин, - светловолосый впервые за вечер позволяет себе облизать пухлые губы, отчего те вновь начинают блестеть в приглушённом свете залы.       - Прекрасно, Чимин. Прекрасно. Брюнет склоняет голову, утопая в помутневших глазах, и ведёт пальцами по шее, переходя к затылку и вплетая их в чуть спутанные локоны.       - Роллы, что я ел сегодня с тебя не утолили мой голод, Чимин. Что мы можем сделать с этим? - утробно рычит Юнги, сжимая светлые волосы в кулаке и слыша рваный вздох.       - Съешьте меня, господин Мин... - на грани слышимости шепчет юноша, а затем позволяет себе приподняться на столе, опираясь на локти, и приблизиться к лицу брюнета, замирая всего в паре сантиметров. Он будто спрашивает разрешения, всё ещё заглядывая в самую глубину чёрных глаз, и ответом ему служат чужие губы жадно впивающиеся в его едва приоткрытые и жаждущие. Юнги целует напористо, властно и так, будто они знакомы целую вечность и подобные поцелуи для них - обычное дело. Он пьёт желание, бьющее ключом между ними, и только сейчас понимает, как отчаянно хотел этого весь вечер. Как нуждался в небольших ладонях на своей шее, податливых губах, ловящих каждый его короткий вдох, юрком языке, сладко вылизывающим его в ответ. Окамото не зря назвал Чимина десертом. Он действительно являлся им со всей своей терпкостью, сладостью и изяществом. С тяжёлым выдохом оторвавшись от опьяняющих губ, Юнги приподнимает юношу, всё ещё крепко держа в кулаке его волосы на затылке и заставляя сесть на столе. Он нетерпеливо хватается за мясистое бедро, резко дёргая и разворачивая к себе. Чимин охает в его губы, впиваясь пальчиками в заднюю часть шеи, чтобы не упасть, и льнёт обнажённой грудью ближе, приподнимая ногу и замирая в нерешительности. Юнги хищно ухмыляется, ведя ногтями от сочного бедра до колена и наблюдая за тем, как юноша слегка прогибается в пояснице, а затем берётся за его икру и закидывает стройную ножку себе на поясницу.       - Ты ведь это хотел сделать? - мурчит он в покрасневшие губы Чимина, на что тот лишь сбивчиво кивает, охватывая Мина и второй ногой тоже, сцепляя лодыжки за его спиной. Брюнет с тихим рычанием снова врывается в приоткрытый рот с голодным поцелуем и хватает тонкое запястье светловолосого, снимая его руку со своей шеи. Он ведёт ладошкой по своему торсу, останавливая где-то посередине, и цепляет пальцами одну из пуговиц рубашки. Юноша же намёк улавливает сразу и, позволяя Мину немного болезненно засосать свой язык, шустро расправляется со всеми пуговицами чёрной рубашки, плотно скрывающей бледную кожу. Чимин, не отрываясь от чужих губ, осторожно вытаскивает рубашку из-за пояса брюк, а затем проводит ладонями по открывшемуся участку тела, обжигая прикосновениями. Юнги прощает себе слабость в виде тихого стона, когда нежные пальчики крадутся по его груди к шее, развязывая галстук и стягивая его. Он мгновенно разрывает поцелуй, хватая руки светловолосого в свои и опутывая запястья жёсткой чёрной тканью.       - Это ненадолго. Однако Чимин и ухом не ведёт, молча наблюдая за тем, как галстук стягивает его кожу, а длинные пальцы ловко вяжут парочку незамысловатых узлов. Юнги скидывает с себя пиджак вместе с рубашкой, отбрасывая их назад, и впивается пальцами в крепкие бёдра, возвращаясь к лицу светловолосого. Он мажет губами по румяной щеке и переходит плавными поцелуями на линию челюсти, слегка прикусывая её и чувствуя, как дрожит хрупкое тело в его руках.       - Моё т-тело, - кое-как выговаривает юноша, - следы...их не должно быть...       - Значит я заплачу за тебя столько, сколько ты будешь восстанавливаться, - рычит брюнет, лишь сильнее вдавливая подушечки в гладкую кожу и одновременно вгрызаясь зубами в пульсирующую вену на длинной шее. Светловолосый на это отвечает протяжным стоном и запрокинутой головой с закатившимися глазами. Юнги усмехается, спускаясь короткими укусами к ключицам, о которых думал едва ли не весь вечер. Он широко лижет их языком, получая в благодарность тяжёлое дыхание и приглушённые закусанными губами стоны, а после больно пронзает их клыками, оставляя глубокие метки, что почти мгновенно расцветают лиловым. Мин улыбается довольно, как чеширский кот, разглядывая собственные отметины на медовой коже, и мягко толкает Чимина в грудь, заставляя его лечь поперёк стола. Однако ног на чужой пояснице светловолосый не расцепляет, придвигая Юнги к себе ближе и упираясь голой задницей в напряжённый пах. На губах брюнета вновь появляется усмешка от нетерпения юноши, так что он склоняется над ним и выдыхает горячо на твердеющий сосок, тут же совсем легко кружа вокруг него кончиком языка. Чимина от неожиданности выгибает, приподнимая над столом, но Мин сразу же перехватывает его пальцами за рёбра и прижимает к твёрдой поверхности, не давая дёрнуться. Тогда светловолосый решается на отчаянный шаг и забрасывает связанные руки на шею Юнги, напрягаясь всем телом в ожидании негативной реакции, но тот будто не замечает этого, самозабвенно лаская трепещущее под ним тело. Он несильно кусает напрягшийся сосок, чуть оттягивая его и засасывая, следом надавливая языком. Юноша стонет несдержанно, крепко жмурясь и вплетая пальчики в тёмные волосы, чтобы притянуть чужую голову к себе ещё ближе. Мин скользит влажными губами по груди, попутно прогрызая нежную кожу до очередных лиловых отметин. Он присасывается к нетронутому соску, в то же время перебирая длинными пальцами по выпирающим рёбрам, и слушает нарастающие стоны, словно музыку. Опускаясь ниже и выводя языком узоры на плоском животе, Юнги хватается за изящные лодыжки, расцепляя их на своей пояснице, и плавно разводит стройные ноги юноши в стороны, раскрывая его для себя. Чимин испуганно вздрагивает, приподнимая голову и пытаясь отыскать подёрнутыми пеленой глазами взгляд Мина. Тот чувствует напряжение и смотрит в ответ, замирая на мгновение.       - Г-господин Мин, - чуть дыша шепчет светловолосый. - Что в-вы делаете?       - Как же, Чимин, - хрипато посмеивается Юнги, становясь на колени и скользя ладонями по ногам Чимина вниз. - Я собираюсь тебя съесть. Юноша охает, выдыхая весь воздух из лёгких, и опадает обратно на стол, когда жаркие губы брюнета захватывают чувствительную кожу на внутренней стороне бедра. Мин покрывает её несильно заметными засосами, краем глаза замечая, как с каждым его прикосновением, дёргается небольшой член светловолосого, пачкая смазкой низ живота. Брюнет играючи несколько раз пробегается кончиками пальцев по возбуждённой плоти, заставляя Чимина дрожать в исступлении и тихо поскуливать. Но, когда ему надоедает дразнить его, он сминает ладонями сочную мякоть бёдер и придвигает за них юношу ближе к краю стола, с жадностью приникая языком к пульсирующему входу. Его волосы на затылке моментально оказываются в тисках дрожащих пальчиков, а до ушей долетает пронзительный надломленный стон. Юнги чувствует в груди разрастающееся теплом самодовольство, а внизу живота обжигающее желание. Его брюки и бельё уже давно болезненно давят на его собственное возбуждение, но он не может отказать себе в удовольствии полакомиться таким очаровательным десертом. А потому, давя рвущуюся наружу нахальную ухмылку, Мин облизывает губы и припадает ими к разгорячённой сладкой коже, вырывая из Чимина очередной короткий звонкий стон. Он позволяет и помогает ему закинуть ноги на свои голые плечи, вминаясь пальцами в бёдра, словно в податливое тесто, и с упоением вылизывает края входа, иногда проскальзывая самым кончиком языка внутрь. Светловолосый извивается на столе, собирая плечами скатерть и придвигаясь задницей ближе к чужому лицу. Он то упирается пятками в острые лопатки брюнета, зарываясь пальчиками в тёмные локоны и неосознанно оттягивая их, то задирает ноги, разводя их шире и раскрывая себя больше для огненного языка и губ. Юнги ведёт короткими ногтями по задней части бёдер Чимина, оставляя красные полосы, и проникает в него языком наполовину, двигая им внутри по кругу. Его слюна грязно стекает по подбородку, когда он широко ведёт мокрую дорожку по округлой ягодице, а затем впивается в неё зубами, засасывая следом покрасневшую кожу. Оставляя на медовой коже ещё несколько темнеющих следов, он вновь с неприкрытым наслаждением возвращается языком в горячее нутро светловолосого, двигаясь в нём теперь более глубоко и ритмично, время от времени задевая зубами чувствительные края. Лишь когда он чувствует, что пульсация вокруг языка учащается, как и дыхание Чимина, он отрывается от его задницы с громким чмоком, лизнув напоследок дорожку из следов от своих укусов на ягодице. Поднимаясь с колен и опуская ноги юноши со своих плеч, он наблюдает совершенно потерянный взгляд, неясно скользящий по его торсу, искусанные припухшие губы и немного размазанную в уголках глаз косметику. Перехватывая со своей шеи чужие руки, он рывком рвёт узлы галстука, освобождая хрупкие запястья и даря каждому по нежному поцелую на отпечатках от тугой ткани. Юнги тянет Чимина на себя, приподнимая со стола и подхватывая одной рукой под лопатки. Такой почти разбитый, но такой прекрасный. Он наклоняется к кукольному личику и с неожиданной лаской целует пухлые губы, чуть посасывая их. Юноша хнычет в поцелуй, хмуря идеальные брови, и ведёт руками вниз по обнажённой груди Мина, подбираясь к поясу его брюк. Он цепляется пальчиками за пуговицу, тут же выуживая её из петельки, но, вместо того, чтобы дёрнуть собачку вниз, расстёгивая молнию, он накрывает обжигающей ладонью член брюнета, несильно сжимая. Рот светловолосого наполняется низким протяжным стоном, а в спину впиваются короткие ногти, заставляя выгнуться и прильнуть всем телом ближе. Он смелеет, массируя каменное возбуждение Юнги и подаётся немного вперёд, проникая языком глубже в его рот , на что получает лишь одобрительное мычание и учащённое дыхание. Чимин просовывает свободную руку в карман брюк Мина, доставая оттуда презерватив, и нехотя отстраняется от поцелуя, легко кусая напоследок нижнюю губу. Он резко дёргает молнией брюк, из-за чего брюнет шипит, сгребая в кулак светлые локоны на его затылке, а затем не спеша тянет их вместе с бельём вниз, неотрывно глядя в чёрные глаза, заволочённые желанием. Юнги крепче сжимает его волосы, когда чувствует невесомые прикосновения к сочащемуся смазкой члену. Чимин бережно захватывает его в кольцо мягких пальчиков, пару раз двигая вверх вниз, затем ведёт большим пальцем по головке, наблюдая за тем, как шумно выдыхает Мин, сцепляя челюсти от напряжения. Когда его губы вновь захватывают в плен грубого и отчасти болезненного поцелуя, юноша рвёт упаковку презерватива и вслепую раскатывает его по подрагивающей плоти. Юнги упирается в стол рукой, которой до этого держал волосы Чимина, укладывая вторую на его бедро так, чтобы совпадать со следами собственных пальцев, и придвигается вплотную, упираясь головкой в колечко мышц.       - Прости, но у меня нет терпения, чтобы растягивать тебя, - сипло шепчет Мин в чужие приоткрытые губы. - Будет больно.       - Я всё-таки готовился к сегодняшней ночи, господин Мин, - едва улыбается Чимин, хватаясь руками за широкие плечи брюнета и обхватывая ногами его поясницу, как делал ранее.       - Такой идеальный, Чимин, - мурчит Юнги, напирая и медленно входя в юношу, - Такой молодец.       - Господин Мин... Чимин стонет, прогибаясь в пояснице и стараясь не вонзить ноготки в бледные плечи. Он бросается вперёд, отчаянно впиваясь губами в чужие, чтобы отвлечься от туманящей голову боли, и мгновенно ловит ответ, когда Мин, чуть склоняя голову, продолжает поцелуй. Брюнет двигается плавно и слишком уж осторожно, подаваясь назад после каждого нового проникновения, чтобы затем войти глубже. Пусть это и секс на один раз, но он итак достаточно осквернил прекрасное тело светловолосого своими отметинами, а тот вёл себя слишком уж хорошо, чтобы заслужить теперь немного заботы. Юнги чувствует, как Чимин в его руках постепенно расслабляется, уже двигаясь на пробу и выстанывая что-то неясное в поцелуй. Мин перехватывает его обеими руками под бёдра и почти полностью выходит прежде, чем резковато толкнуться обратно, вырывая из пухлых груб тихий вскрик. Он упирается лбом в чужой, прикрывая глаза от наслаждения и растворяясь в тугом и жарком теле, что так и льнёт к нему. Чимин скользит ладонями с широких плеч на спину, совсем не оставляя между ними расстояния и деля густой и огненный воздух на двоих. Он стонет всё громче, скрещивая лодыжки на спине брюнета крепче и подаваясь навстречу усиливающимся толчкам. Зала заполняется прерывистым дыханием, глухими шлепками влажных тел и звонкими стонами, вперемешку с негромкими вскриками. Мин старается держаться и быть ласковее, но изголодавшийся по такому податливому и чувствительному телу зверь внутри него рвётся наружу, разрывая клыками клетку. Выйдя так, что внутри юноши осталась лишь головка, Юнги резко врывается в него, насаживая до конца и одновременно с этим вгрызаясь зубами в покрытую испариной шею. Чимин взвизгивает от неожиданности и запрокидывает голову назад, захлёбываясь стоном и воздухом. Юнги не жалея терзает его уже покрытую засосами кожу, вбиваясь остервенело в тугое тело. Он перехватывает светловолосого одной рукой за поясницу, второй накрывая крепко прижатый к животу член. Чимин скулит, не сдерживаясь и жмурясь до цветных точек перед глазами. Длинные пальцы брюнета сжимают его в плотное кольцо, повторяя движения внутри, отчего спирает дыхание, а пальцы на ногах поджимаются. Мин чувствует, что Чимин уже близко, когда тот всё чаще начинает сжиматься вокруг его члена, а потому, несколько раз мажет большим пальцем по чувствительной головке. Он с тихим рычанием кусает светловолосого за подбородок как раз в тот момент, когда тот совсем уж громко выкрикивает, напрягаясь всем телом и кончая в чужой кулак. Юнги довольно жмурится и протяжно стонет, когда утыкается носом в острые ключицы Чимина и кончает следом за ним. Пульс в висках брюнета стучит так сильно, что его слегка оглушает и ведёт. Он переводит дыхание, в последний раз задевая лёгким поцелуем нежную кожу, и отстраняется от Чимина, плавно выходя из него. Юноша же, рушится ослабевше на стол, почти не чувствуя конечностей и наблюдая за Мином из-под ресниц и светлой чёлки. Юнги глубоко вдыхает, слегка потягиваясь, снимает презерватив, лениво бросая его куда-то в кучу к листьям и салфеткам на полу, и наклоняется за рубашкой. На его раскрасневшихся от поцелуев губах играет довольная полуулыбка, глаза чуть прикрыты, а кожа местами блестит от пота.       - Спасибо, господин Мин, - вырывается с пухлых губ, заставляя Юнги обернуться.       - И тебе спасибо, Чимин. Он не спрашивает за что его благодарит юноша. Он примерно может представить себе причину, а потому, благодарит за то же в ответ, одевается под тихое дыхание и пронзительный взгляд, оставляющий ожоги на его коже, и покидает залу также молча, как и вошёл в неё несколько часов назад, так и оставляя светловолосого лежать на столе.