Дикая мята

       Конечно же, зная строение женского организма, сказать то, что беременность Мелиссы проходила мягко — ничего не сказать. В какой-то момент, она была даже хуже, чем предполагалось ранее по прогнозу самого Хаширамы, который качественно следил за ней и переживал. Ему всё же удалось убедить Учиху в том, что она и ребёнок — ему не помешают, наоборот, придадут сил на защиту Конохи, в том числе и их самих. Девушка, конечно же, успокоилась, но ненадолго. Буквально на месяц, в ход нервозности из-за положения. Дополнительную нагрузку на Сенджу давали братья жены, которые то и дело говорили о том, что нужно, как нужно и в какой мере надо, ибо тотальная задница ожидает родственничка, зная заносчивые характеры Учих.  — И так, запомни, дружище… — посадив Хашираму за стол, Мадара сел напротив, достав папку с некоторыми рукописями и рисунками. — Мать Мелиссы была, конечно, женщиной сильной, но не на физическую силу, из-за чего при родах пошли осложнения, и она умерла. — Передавая через стол первый свиток Сенджу, который заинтересовался в данной теме о своей второй половине, Учиха взялся за портрет матери Лиссы, положив перед хокаге, опираясь согнутыми руками на стол. — Молись этой женщине, чтобы уберегла Мелиссу от её участи, ибо с ней тоже может такое повториться. -Я знаю, но… — Ничего ты не знаешь. Пусть Мелисса и похожа на большинство Учих в клане, но это не означает то, что у нее такие же особенности организма. В большинстве она похожа на свою покойную мать, то есть: чакра под стабильностью, но физической силы может не хватить на роды. Так что советую во время самого процесса присутствовать на них, чтобы в случае чего стабилизировать её состояние. — Понял. Но, а папка зачем? — Дополнительная литература о беременных для твоего тугого ума, Сенджу. Чтоб ты мою сестру не угробил, чертовец. — встав со стула и грозно посмотрев на Хашираму, Мадара удалился к себе, оставив Сенджу под свои рассуждения Ещё жесткую критику обеспечивали старейшины, которые указывали что лучше когда, зачем и почему. Мол, на твоё рождение нас информировали, а теперь информируй о рождении своего ребёнка. Было бы забавно, если бы они не угрожали. Конечно, сильную часть отыграл Тобирама, который расставлял маразматикам все точки над «i», пока Хаширама стоял перед Мелиссой на собраниях, чтоб и на неё не накинулись. Казалось бы, они должны были поддержать, а не втаптывать в грязь. Но, видимо, их прожившим своё умам не хватало понятия в том, что война между Сенджу и Учиха закончилась, и что пора бы принять нейтралитет и уважение. В общем, переживаний и конфликтуры было много. Что касается середины срока… Девушка стала очень требовательной и, как считал Хаширама, болезненной на чувства. Можно было бы сказать, что капризной, но нет. Именно на чувства. То страх станет не особо важным фактором выживания и рефлекса, то чувство ожесточённости станет процветать. Это не могло не напрягать молодого папашу, так что он часто отлынивал от работы, заставляя напрягаться друзей и брата проводя время с женой и наблюдая за её состоянием, словно за кроликом подопытным. В какой-то момент и без того уставшей девушке это надоело, из-за чего завязался скандал, после которого она чуть в обморок не упала. -Хаширама, давай такого лишнего контроля не будет? Я конечно понимаю что это идёт мне во благо, но давай не так сильно? Просто любой контроль раздражает любого. — сидя рядом с мужчиной и читая свитки с техниками, девушка посмотрела на мужа, который, казалось, не слушал её. — Хаширама? — Знаешь… Мне приходится это делать еще для твоей защиты. — От кого хоть? Чёрт, я живу на территории одного из сильнейших кланов данного поселения, о какой опасности может идти речь? — — А вдруг тебя отравят? — Кто? Старейшины, которые давно намекали на беременность? Завистницы и завистники, которые даже к нам в дом не зайдут? Не бредь лишний раз. — Я стараюсь для твоего же блага. — сжав футболку под кофтой, Хаширама косо посмотрел на Мелиссу. — Я знаю. Но блин, я тебе по факту говорю. — Замолчи лучше. — Сам заткнись. — Ты мне не указ. — нависнув над ней, Сенджу вглядывался ей в глаза, благо, положения сидя они не потеряли, из-за чего девушка смогла подскочить. И встать напротив него. — Ах не указ? Слушай, зачем тогда тебе я? Ребёнок? Давай лучше разведемся, если ты не хочешл прислушиваться к партнёру, который хочет сделать всё как лучше в отношениях, навести комфорт для себя, что бы не было противно сидеть рядом с тобой! — притопнув ногой, Мелисса посмотрела на Хашираму который медленно начал вставать. — Так вот что ты теперь предлагаешь… Хорошо, как родишь, мы обязательно разведёмся. — Не ты этого ребёнка вынашиваешь и терпишь все издевательства по этому поводу! — из-за лишнеей эмоциональности девушка склонила голову и чуть не заплакала, пока Хаширама явно давил на неё не самой лучшей аурой. — Ага, ага, а как еще? Ты же никого не слушаешь! Услышав эти слова, девушка резко для себя вздёрнула голову, смотря красноватыми глазами прямо в его карие, пока ее начало темнеть, а она не пошатнулась. Заметив такую реакцию, Сенджу резко приблизился к ней и положил одну руку ей на талию, тем временем, как вторая расположилась у девушки под головой, после чего он прижал её к себе и в таком положении лег на кровать, нависнув над ней. - Боже, солнце, прости - прости - прости! Я... не хотел... я не знаю что на меня нашло... - оглаживая овал лица Учихи, Хаширама был готов перед ней на колени встать, чтобы загладить вину даже любым способом. Да, он действительно не понимал, почему она начала его раздражать своей речью, толи от лишней накопленной агрессии, толи от переживания. - Давай всё же ты снизишь уровень заботы в НАШУ сторону, хорошо? -Конечно, дорогая... Последующие 5 месяцев прошли в более менее спокойном ручье, отношения между ними становились всё лучше и лучше, правда проблема со старейшинами и старшими Учихами, конечно, существовала. Но, конечно, всё разрешится осенью, когда настанет время родов.