-может... я смогу как-то помочь?

— Да идите вы все нахуй! Вон из моей квартиры! За. Е. Ба. Ли! Как я вас всех ненавижу…- весьма громкий, грубый голос и звон разбитого стекла о пол раздался с кухни, погружая всех жителей квартиры, ближе присутствующих к этим адским стенам кухни, в немой страх и скатывающиеся слезы. Особенно Мисаки, мать девушки, которая сидела на кухне со своим неработающим мужем, который окончательно решил спиться на последние копейки, которые бедная женщина получала на самом бедном заводе их города, пытаясь прокормить и хорошо одеть всех своих детей. -*Он… Снова… Опять…*- в немом крике лежащая в своей комнате девушка сжимала подушку до побеления костяшек, лишь бы не издать лишнего звука, привлекая к себе хреново внимание папаши.-*н.нет…*- резко подняв голову, она быстро вытерла слезы с глаз, приводя себя в подлинный порядок, лишь бы вновь не получить по перебитым косточкам и перебинтованным ранам, притворяясь спящей, пока шаги за дверью становились все громче. — Ну и где ты, блять? — открывая дверь рукой нараспашку, мужчина стоял с сжатыми в кулаки руками, со злостью смотря на односпальную кровать.- хули молчишь? Спишь? — подходя к ней, он, приблизившись, присел на корточки, схватил девушку за копну красных волос-Да-да, так я и поверил! Я, по-твоему, тупой? — ухмыльнувшись, он получал удовольствие от того, что его дочь плачет, поджимая губы, лишь бы не закричать. — П…папа… н.не надо…- привстав на локтях, лишь бы он не выдернул огромные клочки волос, она уперлась взглядом в стену боясь посмотреть на него, зная что это ухудшит ситуацию… — Заткнись, Охико, ты не имеешь даже право со мной говорить! Ты тут даже жить не должна, так что собирай свои манатки и вали отсюда, шалава! — резко отпустив её голову, Якумура встал, наблюдая за тем, как девушка начала всхлипывать, садясь на кровати, поправляя черную футболку, которая была на пару размеров больше ее истинного. Успокоившись и посмотрев в пол, она подняла взгляд на свой шкаф, примечая сумку и вещи, которые она возьмет. Он сказал свалить- она свалит. Ей нечего терять… Когда мужчина ушел покурить, в принципе, как обычно, в туалет, Сато собирала вещи под внимательный взгляд пришедшей взволнованной матери, которая аккуратно положила руки на плечи сына- Джиру, который отчетливо слышал весь «разговор» сестры и отца, да и прибежал к порогу её небольшой комнаты. — Охико, ты… действительно уйдешь? — наблюдая за ней, на глазах мальчишки начали наворачиваться слезы.- Не оставляй нас, прошу… — Джиру… я… обязана. Это был его приказ- он помнит все свои слова, так что и меня они касаются в большем случае… Он обязательно их сейчас припомнит.- Повернувшись к нему с опечаленным взглядом, девушка с «кислым» выражением лица закрыла сумку, шумно скрипнув молнией. — Мама, позвони Иоичи и пускай он заберёт вас…- подойдя к женщине, она встала перед ней словно солдат, ровно держа спину и плечи, с серьезностью смотря в глаза матери.- Или это сделаю я. — Он не возьмет трубку от тебя, ты же знаешь…- поцеловав мальчишку в макушку и похлопав его по спине, она послала его в комнату, к брату и сестрам, которым предварительно включили телевизор и музыку, лишь бы они слышали это меньше всего. — Я найду от кого позвонить, но сначала сделай это ты, пока отец курит… Притворись, что тебе плохо, напиши брату сидя в ванной, или скажи, что позвонили с работы…- Сказав это настоянее и услышав щелчок замка двери в уборной, Сато с легким разочарованием посмотрела на Мисаки, кивнув ей, дабы она ушла к себе в спальню, которая была в самом конце квартиры, туда, где по сути Якумура не обязан засветиться за сегодняшний вечер, ибо в десять он все равно уйдет к алкашам с другого района, а сейчас время только доходит до половины десятого… Через минут десять своих сборов вещей девушка застала этого мужика стоящим в прихожей, обрыскивающего все свои карманы в поисках телефона. Аккуратно обойдя его, а выходу, она поставила сумку на пол, быстро надевая кроссовки и ветровку, поправив подвороты на черных джинсах. Выпрямившись, она тяжело вздохнула, посмотрев на него. — Отец… Дай тогда мне на такси.- с гордо поднятой головой она смотрела на него, придерживая ремень сумки, благополучно закинутой через плечо. — С хуя ли я должен давать деньги НЕ своей дочери? — начиная злиться, мужчина все яростней смотрел на нее, отойдя от вешалки, опираясь о стену. — Пусть я и не несу твои гены, ты обязан меня обеспечивать.- Взглотнув после этих слов, Сато прикинула, сколько прошло секунд, и смогла ли мать дозвониться до ее нии-сана за все это время. — Дерзить мне вздумала?! Да благодари за то, что ты в детдоме не росла! Я для тебя вообще посторонний человек, так что молчи, квартирантка! — ударив стену, мужчина тяжело дышал, сведя брови к переносице. Слишком вспыльчив. — Тогда почему ты держишь меня за продажную?! Тебе то какое до меня дело, если я не твоя дочь?! — Ты- отпрыск моей жены, это первое, живешь в моей квартире, это второе. Вот тебе и объяснение! Тебя всегда нет часа по 2 утром, значит трахаешься где-то на стороне! — Может это из-за того, что у меня идет подготовка к экзаменам в этом триместре? Нас и так на истории задерживают, да и подготовка к сдаче зачета на музыкальном кружке тоже занимает много времени… Кому я тут объясняю, человеку, который мне даже «привет» или «с добрым утром» не скажет! — Заметив, как он оттолкнулся рт стены и решился подойти к ней, развернувшись и хлопнув входной дверью квартиры, Охико пошла в конец коридора подъезда, посидеть на подоконнике, прячась, при этом видя тень Якумуры из открытой двери, в которую так и ударяет желтоватый свет горящей лампочки, рассеиваясь в темноте подьезда.Уткнувшись носом в колени, предварительно поджав их к себе, Сато смотрела во двор, прищурив глаза из-за неприятного, холодного света фонарей, не слушая то, что звук открывающегося замка двери их соседа раздается на весь этаж.