Источник тепла и света

Им было хорошо вместе. Рядом с Ромой не нужно скрываться в панцирь и выставлять защитные колючки. Рядом с ним Мура становилась беззаботной и такой беззащитной. В отношениях с другими мужчинами она опасалась этой своей беззащитности, а с Шиловым наоборот к ней стремилась. Вот и сейчас она смотрела на него, спящего, и так не хотелось нарушать этот безмятежный сон. Но он сам назначил время, и нужно обязательно явиться вовремя. ЖЕНЯ. Рома пришел поздно ночью. После КТЦ он отвез меня домой и, не поднимаясь, уехал. Оказалось, что дома нет еды. Мое отсутствие сказалось. Пришлось в срочном порядке посетить ближайший супермаркет. Очень хотелось побаловать своего сыщика вкусным ужином, но сил совершенно не было. Да и пылищи скопилось тьма.. Отдых пришлось отложить, как и приготовление ужина. Хорошо, что я не морочилась с этим, а просто запекла мясо. Его можно и холодным слопать. Глаза слипались, а Ромки все не было. Хотя кого я пытаюсь обмануть, он и не обещал приехать. А все мои «свободные отношения». Телефон так же упорно молчал. Плакать хотелось. От злости на него и на себя. Но больше на себя. Сама ведь поставила условия, вот теперь и расхлебываю. Так расстроенная и уснула. И спала, пока меня не разбудил противный звук дверного звонка. Сонная и всколоченная, пошла открывать, даже не спросив, кто там. И так знала кто. Шилов. Пришел. И пахло от него так чудесно: сигаретным дымом и снегом. - Надеюсь, меня тут ждут? Он еще и спрашивает! Конечно, ждут. Втягиваю его в квартиру и закрываю дверь. На все замки. Чтоб никто не утащил Ромку. Еще неплохо бы и телефон отключить… Но так рисковать не буду. Лучше уж повисну на нем. Как же приятно когда тебя обнимают эти руки. Улыбаюсь. А он целует меня… Скучала. Я так по нему скучала… даже себе боялась признаться как сильно. - Устал? - Просто зверски. Стягиваю с него куртку и убираю ее в шкаф. Смотрю, как он снимает ботинки. - Прости, разбудил. В следующий раз отвезу тебя домой. Как же мне нравится это «в следующий раз»… Флешбэк - Рома, тебе чаю заварить? – Женя ужинать даже не предлагает. - Да, пожалуйста. Я только руки сполосну и вернусь. Девушка ушла на кухню, а из ванной послышался шум воды. Вскоре он стих, но мужчина все не приходил. Заварив чай, Мура отправилась искать сыщика. И нашла. В кресле. Спящего. - Как только твой организм выдерживает? – девушка села на подлокотник и убрала волосы, упавшие ему на лоб. А потом провела ладошкой по щеке. Колючая. Трогать его было так приятно и так естественно. Женя совсем осмелела и коснулась губами сначала лба, потом глаз. Тут же руки сдернули ее с подлокотника кресла и усадили на колени. - Не дашь выспаться стареющему оперу? – Рома открыл глаза и сонно улыбнулся. А потом поцеловал девушку. Она минут пять покорно принимала эти поцелуи, а потом начала вырываться. - Думаю, стареющему оперу гораздо удобнее будет спать на кровати. Только надо тебя туда отправить. - Ложись сама, а я уже дойду. В крайнем случае, доползу. Я кстати, сначала поехал к себе, но что-то заставило развернуться на полпути, и через две сплошные, по встречной мчаться к тебе. - Ты сошел с ума? По встречке?- Женька вскочила и встала перед раздевающимся Романом, уперев руки в бока. - Так я всего-то метров двести проехался. - Рома, а если менты права отберут? – Женя взяла его рубашку и аккуратно повесила на тремпель. Поверх рубашки девушка повесила пиджак, брюки она разместила на другом тремпеле. - Если права отберут? Тогда придется мне раскошелиться на личного водителя. Присмотрю какую-нибудь симпатичную… - но продолжить Рома уже не смог. Он смеялся. Лицо девушки приняло настолько комично-недоуменное выражение, что Шилов не удержался. - Забудь все и иди сюда. Никто у меня ничего не отберет. Он погасил свет и притянул к себе Женьку. Легкое движение и ее ноги уже крепко обнимают его талию. - Подполковник, вы же зверски устали, - Мура покусывала его ухо, - и потом, после тяжелого дня не мешало бы сбегать в душ… - Намек понят. Ты со мной? – Шилов никак не мог отпустить девушку. - Нет. Я пока постельку тебе согрею. Пока Роман был в душе, Женя нашла ему полотенце и согрела его. Ей так хотелось делать такие приятные мелочи этому сильному мужчине, баловать его и заботиться. - Ромка…- только и успела сказать Женя, прежде чем снова оказалась прижата к телу Шилова. - Я уснул в твоем кресле двадцать минут назад? Забудь. У меня открылось второе дыхание, и я тебя сейчас помучаю…. – девушка засмеялась и поцеловала его. Они едва успели добраться до постели… Автор. - Доброе утро, - пока Мура вспоминала приятные подробности ночи, Рома проснулся. Он потянулся к девушке и завладел ее губами в нежном утреннем поцелуе. - Знаешь, чего мне не хватало, пока ты отсутствовала? - И чего же? – девушка прижалась губами к его шее. - Твоего сопения, когда ты засыпаешь у меня на плече; твоего тепла у меня под боком, - Роман потянул вниз плед и в сером утреннем свете увидел на белоснежной коже девушки темно-синие отметины. На ее ребрах темнели огромные синяки. - Женя… - он был поражен . Конечно, мужчина знал, что работа девушки сопряжена с риском, но столкнуться с такими явными следами был не готов. Мура напряглась в его руках. Она совсем забыла об этих отметинах. -Ничего не говори. Я сама виновата, не проверила и вот результат. – Девушка сделала попытку прикрыть синяки, но Роман не дал ей это сделать. Он бережно прижал ее к себе и прошептал: - Вот как теперь прикажешь отпускать тебя на службу? Этого Женя уже вынести не могла. Он слишком заботлив, слишком благороден, слишком…Шилов. В него просто невозможно не влюбиться. А теперь еще и это… - Кого я должен благодарить за то, что ты со мной сейчас? - Серегу. - Хорошо что его. – Рома прижался губами к виску девушки, - потому что благодарить каплея я не собираюсь. - Почему ты такой? Почему оказался на моем пути? Почему в тебя так легко влюбиться? -А ты уже влюбилась? – мужчина заглянул в мокрые от непролитых слез глаза. - Не знаю… - Тогда я подожду. А ждать я умею. ШИЛОВ. И как мне теперь, спрашивается, жить? Она захватывает, разжигает желание, превращает ожидание в ад… Линии ее тела созданы специально для моих рук. Все в ней так, как нужно мне, все отвечает моим вкусам. Или это мои вкусы изменились после знакомства с Женей? За свою жизнь я поддался немалому количеству соблазнов, но и устоял перед многими. А теперь у меня нет сил и желания противиться соблазну по имени Евгения. Ночью Женька назвала меня абсолютно невероятным и я, черт возьми, в это поверил. Это рядом с ней я такой. И убеждаюсь в этом каждый раз, когда эта девушка смотрит на меня глазами полными нежности. Чтобы она себе там ни твердила, а ей просто необходима защита. И я счастлив предоставить эту защиту. Я не особо обращал внимания на то, что мне шептали женщины в момент близости, но только не в этом случае. Мне хочется снова и снова слышать свое имя, слетающее с ее губ; чувствовать, как ее ногти вонзаются в мои плечи; как ее ноги с силой сжимают меня… Хочется оградить ее от всего мира и уберечь от всех опасностей. Но… тут я бессилен. Я не имею права требовать от нее бросить работу. Потому что знаю, что это такое. Сам уже сколько раз пытался уйти. Не смог. Хотя я и чужой в этой системе, но на не отпускает меня. Наверное, я и такие как я, нужны для противовеса, чтобы все, кто крутиться на этих жерновах не захлебнулись в собственном дерьме. Автор. Роман повязал галстук и посмотрел на часы. Время поджимало, но еще терпело. - Жень, а не боишься со мной вместе появиться на работе? - Нет. Мы же можем встретиться у входа, тем более что о нас знают только «мои», - девушка коснулась небритой щеки и поправила ворот рубашки. - А мои не знают только потому, что еще не успели узнать. Но земля-то круглая – узнают. - Неужели тебя это беспокоит? – Мура собрала волосы в узел и скрепила их двумя спицами. - Нисколько, тем более что у меня репутация… Что это у тебя в волосах? – Рома коснулся пальцем длинной заколки торчащей из волос, - это новое секретное оружие армейского спецназа? - Нет, это новая шпилька Жени Мурашовой. Но я подумаю над твоим предложением об использовании этой милой вещицы в качестве оружия. Так что ты там говорил о репутации? – одна из милых Жениных шпилек легонько уперлась Шилову в шею. Девушка улыбалась и смотрела прямо в его глаза. - Говорил что у меня репутация скромного опера. А ты, если будешь и дальше так же скверно себя вести и угрожать взрослому дяде вот такими вот штучками – Шилов с легкостью отобрал у девушки заколку, - будешь наказана. - Как? – глазки Муры заблестели озорством. Она обняла Романа и заглянула в его глаза, - И как же я буду наказана, товарищ подполковник? - Отшлепаю. - Да?.. - Ремнем. Положу себе на колени и отшлепаю… Металлическая заколка со звоном упала на кафельный пол, но это осталось незамеченным. Молодые люди, только что так опасно шутившие, были заняты. Они целовались. Увлекшись этим занятием, оба забыли обо всем. Существовал только теперешний миг… - Ну вот, из-за тебя я опоздала в свой первый рабочий день. – Женя усердно делала вид, что хмурится на Шилова. Но у нее это плохо получалось. С губ девушки не сходила довольная улыбка, да и сам Рома выглядел тоже вполне довольным жизнью. Он лихо притормозил у здания управления и сказал: - Это еще полдела, но вот из-за вас, лейтенант, опоздал сам начальник, это уже слишком для первого рабочего дня. - Если мы и дальше будем дискутировать на извечные вопросы: кто виноват? и что делать? то так и не попадем в здание и как следствие, не выполним задание. Так что двигаемся в сторону вашего кабинета, подполковник. На этот раз Женя сама выбралась из авто. Это, пожалуй, был первый раз, когда Рома ей не успел помочь. - Сыщик, сейчас ты мой непосредственный начальник. А структура у вас покруче радио будет. Через пятнадцать минут все всё будут знать. Так что пошли искать истину. - И где это ты так научилась убедительно говорить? - Ты еще многого обо мне не знаешь… КОТ Выспаться так и не удалось, а виною всему сны, которые я, по сути дела, сам и спроецировал в своем мозгу. Но как бы то ни было, а под утро я все-таки забылся беспокойным сном, и как следствие, чуть было не проспал. Впопыхах натягивая джинсы, еще успел представить себе довольное лицо Шилова, когда тот отчитает меня за опоздание в первый рабочий день. Ну уж нет, товарищ подполковник, такого удовольствия я Вам не доставлю. Что плохо в больших городах, так это бесконечные пробки, когда все либо едут на работу, либо уже возвращаются с нее. Иногда возникает ощущение, что нужно с ночи занимать места в крайнем правом ряду, чтобы с утра вовремя добраться на работу. Шансы на то, чтобы приехать вовремя тают с каждой секундой, и я уже заранее репетирую всевозможные ответы, которые мне придется давать своему новому начальнику. Вот только пока любой такой ответ приведет к дальнейшему разбору полетов, ну что поделать – извиняться я не в принципе не умею, а перед Шиловом и не хочу. Часы показывают пять минут десятого, когда я уже, наконец, въезжаю на парковку перед управлением, ну думаю, за пять минут опоздания меня не расстреляют. Уже собираюсь выходить из машины, когда в боковое зеркало замечаю и дорогой BMW своего начальника, ну что же, кто-то и сам не прочь опоздать. Однако довольная улыбка сползает с моего лица, едва пассажирская дверца открывается и спустя секунду из машины выходит Женька. Улыбается, а я ловлю себя на мысли, что впервые за долгое время нашего знакомства я не рад видеть кокетливую улыбку на красивом лице, а все только из-за того, что улыбается она не мне. Так сильно я ревную впервые в своей жизни. Рита недавно попыталась доказать мне, что я сам придумал себе эту любовь, а теперь мешаю спокойно жить не только Женьке, но и самому себе. Но я ведь знаю, что не придумал, я знаю, что чувствую на самом деле. Пока я размышляю над смыслом жизни и темой чистой и светлой любви, Шилов уже ставит машину на сигнализацию, а затем мягко притягивает Женьку к себе, вызывая еще одну широкую улыбку. В глазах все темнеет от ярости и кулаки вжимаются в который раз за утро, когда за простым объятием вдруг следует поцелуй. И опять, прям как во сне, я не могу ни отвернуться, ни закрыть глаза, словно что-то или кто-то удерживает меня, заставляя смотреть на это невыносимое для меня зрелище. Ступор проходит быстрее, чем я ожидал, и поэтому, почти совладав со своими эмоциями, вытаскиваю ключ из зажигания и выхожу с машины, не забыв при этом громко хлопнуть дверцей. И это срабатывает. Парочка моментально отрывается друг от друга, и я встречаюсь взглядом сначала с испуганным от неожиданности голубыми глазами Муры, а потом и колючим взглядом подполковника. В отличие от Женьки, Роман не смущается и не пытается сделать вид, что это не их сейчас застали врасплох в недвусмысленной ситуации. Напротив, смотрит прямо, можно сказать с вызовом, одним только взглядом давая понять, кому из нас принадлежит эта девушка. Впервые я чувствую себя третьим лишним. -Здравия желаю! – все также не отводя взгляда, оказываюсь рядом с ними. Шилов хоть и выпустил Женьку из объятий, но руки ее не отпустил и даже как-то странно выступил вперед, словно прикрывая собой девушку. Смешно, ей Богу, словно я могу причинить ей вред, но тут же вспоминаю, что и сам поступаю точно также каждый раз, когда рядом оказывается кто-то, кого я не очень хорошо знаю. А Женька…Так и хочется задать вопрос «А что же, он для тебя не командир? Почему ему можно, а мне нет?» Только был бы толк – тут или любишь, или нет, а его, судя по всему, она-то как раз любит, ну или ей так кажется. -Кот, мы же не в КТЦ. Какое «Здравия желаю»? – Мура уже взяла себя в руки и теперь открыто улыбается, переводя взгляд голубых глаз с меня на подполковника, при этом задерживаясь на втором. -В таком случае не Кот, а Вася! – высказывание получается слишком резким, но как уже говорил, извиняться я не люблю, да и не желаю. Женька удивленно вскидывает брови, пораженная моей грубостью, а взгляд Шилова становится еще холоднее, и не надо быть экстрасенсом, чтобы понять – будь мы с ним сейчас один на один, он бы заставил меня извиниться за свой тон, - Прошу прощения, я опаздываю! – обхожу сослуживцев и направляюсь к входу. На ступеньках, правда, оборачиваюсь и как бы, между прочим, добавляю: - И вы, кстати, тоже! Автор Паша и Джексон рассматривали троицу новичков. Новички в свою очередь рассматривали их. - Так ты же нимфа с ювелирки, где Козырного положили, - Джексон улыбался Жене. - Рома, а я все вспоминаю, где ее видел. И какими судьбами в нашем элитном отделе? - Служба, только служба, Евгений Егорович. – Женя улыбалась старому знакомцу. – А чего это у вас отдел элитный? - У нас начальник интеллигентный, интеллектуальный опер. Заставляет нас читать книжки и стирать носки. У вас с этим делом кстати как? – Жека посмотрел на ребят. И если Ионов стоял и не знал что ответить, то Физик спросил в тон Джексону: -С носками или с чтением книжек? Читать умеем, стирать тоже. Водку пьем. - О, творческий стажер. – Джексон довольно загоготал и похлопал Серегу по плечу. Потом обратил внимание на Васю: - А ты что как не родной? Зажатый весь. Ты располагайся, мы мальцов не обижаем. Шилов решил вмешаться, пока Жека окончательно не запрессовал каплея. Хотя это было бы интересное зрелище, но пользы общему делу принесет мало. Он и так весь нервный и дерганый. А виной всему Женька. Рома задумчиво посмотрел на девушку. ШИЛОВ Вот на первый взгляд нет в ней ничего от классической femme fatale. Но только глупые слепцы не видят в ней роковой женщины. Эта девушка в состоянии заставить плясать под свою дудку не только двух офицеров, а целый батальон. Чего же я удивляюсь поведению Ионова, если сам ничуть не лучше. Хотя я, наверное, все же умнее. И везучее. А он просто оказал ей помощь в стрессовой ситуации. Правда, я сам, когда узнал, отчего весь сыр-бор, чуть не бросился кулаками доказывать что он - это прошлое. Вовремя остановился. Иначе сам был бы таким же прошлым. Флешбэк. - Женя, мне не очень нравится, как на нас смотрит вон тот молодой человек. – Шилов кивком указал в сторону и девушка обернулась. Так и есть, Кот. И почему за свою слабость приходится расплачиваться таким образом? - Рома, поехали, я тебе все объясню, – перед девушкой открылась дверь, и она удобно устроилась на пассажирском сидении. Через минуту заурчал мотор и автомобиль плавно тронулся с места. Мура смотрела на руки, крепко сжимавшие руль и молчала. Сейчас ее мысли были далеко. Она вспоминала Кавказ, горы, свое падение со скалы и радость от того, что снова с ребятами… - Мы были на задании, - Женька не смотрит на сидящего рядом мужчину, а просто говорит. – Где-то среди кавказских гор была секретная лаборатория по производству новейшей взрывчатки, и нам дали задание уничтожить ее ко всем чертям. С самого начала все пошло не так. Все наши передвижения были известны на три шага вперед. Нас очень качественно сливали. Мы только то и делали что обходили засады. Пытаясь выбраться из очередной задницы, я сорвалась со скалы. Ребята почти сутки понятия не имели где я. Случайно нашли террористов, которые тащили меня. Отбили, – при этих словах голос девушки чуть дрогнул. – Хорошо, я тогда упала, удачно можно сказать. А как иначе. Мура ведь, кошка. И снова из огня да в полымя: французские журналисты, отсутствие еды и воды… группа разделилась. Мы с Котом отправились на поиски воды. Нашли. Целую реку. Радость от этого невозможно было передать. Он с самого начала был ко мне неравнодушен, а тут еще и столько событий… Одним словом я выпустила на свободу свои инстинкты. И почти сразу об этом пожалела. Не в том дело, что было плохо. Просто неправильно… И с тех пор Вася делает периодические попытки сблизится. Я отказываю, он ищет утешения на стороне, но потом вновь идет ко мне… Если бы ты только знал как я устала от этого. Я не хочу никаких отношений с ним. Для меня он просто друг и не более. Но упрямец никак не хочет этого понять. А тут появился ты… Он молчит, только периодически пытается завести разговор о нас. Вася даже выяснил кто ты, и теперь настоятельно советует мне выяснить откуда у тебя деньги на покупку этой машины. Глупый мальчишка. Хотя надежный. Рома, до этого внимательно слушавший откровения девушки, повернул голову и спросил: - И что ты ему отвечаешь? - Что это не его дело… Это же касается только меня и тебя, сыщик. Девушка повернулась и посмотрела на мужчину, к которому хотела возвращаться каждый раз. Который за такое короткое время сумел разглядеть ее настоящую. Который окружил ее заботой. Который слишком идеальный, чтобы быть настоящим… Шилов, не отрывая взгляда от дороги, нашел руку Жени и поднес ее к губам. - Мы с тобой, да и он тоже, - Рома кивнул головой, имея в виду Кота, - живем на войне. И для нас она вряд ли когда-нибудь закончится. Некоторых ранит, некоторых контузит. Все как и полагается. Меня, к примеру, на этой войне пару раз немножко убили. - Но никто из нас не ищет для себя легкой жизни… - Почему же? – Рома достал сигарету и закурил,- я пытался найти ее. Два раза уходил из органов, нанимался охранять богатые задницы, но в обоих случаях просто был нянькой, а не начальником службы безопасности. Ничего, кроме отвращения эта «легкая жизнь» у меня не вызвала. Вот и хожу туда-сюда, из одной реки в другую, образно выражаясь. Кстати, для справки и машина с той, прошлой легкой жизни. - Грустно, все это Рома, а я хочу веселья, хочу праздника, хочу… - Женька задумалась на минутку. - Меня? – Шилов улыбнулся улыбкой, от которой у девушки задрожали колени. - Само собой, сыщик. - Ты просто не догадываешься, как со мной иногда бывает весело, - педаль газа в пол и машина понеслась по заполненной дороге. Внешне Роман был абсолютно спокоен, но в душе разыгралась целая буря чувств. Он вдруг почувствовал ревность к этому молодому офицеру, и чуть не сделал один из глупейших поступков в жизни. Но здравый смысл вещь нужная, а на его отсутствие подполковник никогда не жаловался. Автор. Шилов отложил в сторону бумаги и удобно расположился в кресле. Закурил и оглядел своих подчиненных. - Жека, хватит тебе уже. Это не зеленые стажеры, а офицеры спецназа. А тот, которого ты мальцом обозвал, у них старший. Каплей Василий Романович Ионов. Старлей Мыцик Сергей Яковлевич, ну а с лейтенантом Мурашовой Евгенией Валерьевной ты уже знаком. Но сейчас они у нас под прикрытием, все в звании лейтенантов и на стажировке. Это ясно? – Джексон кивнул и почесал затылок. – Хорошо значит, слушайте дальше, - теперь Рома обращался к уже к смерчам – Майор Иванов Евгений Егорович, но для собственного же блага зовите его или Жека, или Джексон. Он нервный, и его в Кандагаре до сих пор помнят и боятся. Джексон встал и пожал Физику и Коту руки. После этой процедуры Шилов продолжил: - Капитан Павел Николаевич Арнаутов. Он не такой грозный как Джексон и вполне мирный. Так что надеюсь, сработаемся. У нас одна общая цель, и ее нужно достигнуть. Не любой ценой, но нужно. Иначе приедет самое высокое начальство и всем нам вместе взятым натянет уши на задницу. А это процедура малоприятная. Значит сейчас господа офицеры, приступим к делу, а потом, - тут Рома посмотрел на стажеров, - Паша вам покажет рабочие места. Все заняли места за столом Ромы, и он отдал им папку с делами убиенных генералов. - Обратите внимание на результаты анализов крови убийц. – Шилов с интересом наблюдал за тем, как ребята читают. - Френадол? – Мура с удивлением посмотрела на Рому, - это же…Кто распорядился взять у подозреваемых кровь? - Пригов. Любит ваш генерал-майор обезопасить своих людей со всех сторон. - Что такое этот френадол и с чем его едят? – Жека оживился и включился в обсуждение. - А вот это и выясните. Ты и Ионов отправляйтесь к начальнику экспертизы и принесите мне справку на этот препарат. Я иду докладывать вышестоящим о том, какие у нас дела скорбные, а Серега, Паша и Женя дуют на труп. К сожалению, мы не можем забросить текущие дела. Вопросы есть? - Есть, - Кот старался не смотреть в глаза подполковнику, - обращаться к вам как, товарищ подполковник? - Как хочешь, Ионов. Я звездной болезнью не страдаю, так что можешь по имени, можешь по отчеству. Как хочешь, так и обращайся. Когда нужно будет. Это, кстати, всех касается. Рома встал со своего места и натянул пиджак, скрыв под ним кобуру с оружием. - По коням, господа офицеры. Все встали и покинули кабинет Ромы. Предпоследним выходил Физик, и Шилов к нему обратился: - Серега, задержись на минутку. Физик если и удивился, то виду не подал. Зато Ионов насторожился и приостановился. Вася обижался на него из-за предполагаемого предательства и теперь очень хотел узнать, что же за секреты у Шилова с Мыциком. Но красноречивые взгляды двух мужчин заставили Васю взять себя в руки и включить голову. Он повернулся и быстро последовал за Арнаутовым. - Роман Георгиевич, я так полагаю, темой нашей беседы будет Мура? – Физик возвышался над Шиловым, но под пристальным взглядом его глаз чувствовал себя неуютно. Серегу оценивали, и сейчас будет вынесен вердикт относительно того казнить или помиловать. « А тут все совсем не так, как Мурка считает. Она уверена, что все временно и несерьезно, но я вижу перед собой влюбленного мужика. Шилов опасен сам по себе, а влюбленный Шилов? Даже не хочу рисковать, вмешиваясь в их отношения. Мне бы Кота, с его идеей-фикс суметь уберечь…» - Просто Роман. Ты прав. Я хочу поблагодарить тебя, за то, что она вернулась, – протянутая рука это верный признак того, что узкий круг людей, которые удостоились доверия подполковника, стал немного шире. - Не стоит благодарности. Это мы так долги возвращаем.