Источник тепла и света

Но планам подполковника о скорейшем возвращении не суждено было сбыться. Почти одновременно с СангЙонгом Ионова на стоянку зарулил и темный BMW Шилова. Вася, припарковав машину, быстро пошел в здание. Он не собирался задерживаться на улице, так как прекрасно понимал, что Женя и подполковник, хоть всего на пару минут, но хотят остаться наедине. Рома подошел к девушке, которая уже успела выбраться из авто, и тихонько сказал: - Привет. У Муры от этого «привет» кровь по венам понеслась с утроенной скоростью, дыхание участилось, и она непроизвольно облизнула губы. - Мы на работе, - громкий шепотом напомнил Рома. Это немножко отрезвило Женю. - Это ты на меня действуешь подобным образом, - попыталась отговориться девушка. - Отлично. Теперь мне не нужно искать на тебя метод влияния. Если вдруг, когда-нибудь появится такая необходимость. Жене казалось, что она спит. Как можно так! улыбаться? Как Рома находил возможность для вот таких нежных минут практически у всех на глазах? - Ты думаешь, в будущем возникнет такая необходимость? Мужчина не ответил, он только протянул девушке руку в перчатке. Но прежде чем Женя вложила свою ручку в широкую ладонь, Роман легонько стукнул себя по лбу и быстро стянул с руки перчатку. Мура улыбнулась, засунула под мышку папку и, последовав примеру Шилова, тоже стянула с руки перчатку… Это было не просто соприкосновение мужской и женской ладоней, это было проявление таких чувств, которые сложно описать словами. Их нужно прожить вот в такие моменты, и прочувствовать вот в таких вот невинных прикосновениях… Вася зашел в кабинет оперов, где в ожидании возвращения Шилова томились Арнаутов и Джексон. Они даже не пытались создать видимость занятости, а просто маялись. - О, Василий вернулся, значит можно предположить, что и Рома где-то рядом. – Майора Иванова, казалось, никогда не покидало отличное расположение духа. Он мыслил позитивно даже в самых критических ситуациях. А сейчас Евгений Егорович просто забавлялся видом смущенного и в какой-то степени потерянного Ионова. Его просто распирало любопытство, которое, к сожалению, так и останется неудовлетворенным. Кот уже открыл рот, подыскивая слова для ответа, когда дверь резко открылась, и показался сам Роман Георгиевич: - Ребята, давайте ко мне в кабинет и доложите о проделанной работе, - сказав это, подполковник захлопнул дверь. - Ну вот, - протянул Жека, - вспомни о Шилове, и наш дорогой шеф тут как тут. Пойдем, Павел Николаевич, докладывать о проделанной работе. - Ничего необычного в машине Дугиной мы не нашли. Ее еще не успели даже эксперты проверить, не говоря уже о прочих темных личностях, - Джексон таким образом намекал на то, что автомобили на штрафплощадке подвергаются обыску, и иногда хозяин может не обнаружить некоторых оставленных в салоне вещей. - Я со всей уверенностью заявляю, что ничего « такого» Дугина с собой не везла. Жека и Паша на запчасти машину не разбирали, но багажник и салон осмотрели тщательно. В багажнике ничего лишнего или выделяющегося не было: запаска, домкрат, ключ, перчатки, знак аварийной остановки, щетка для очистки стекол от снега и льда, огнетушитель. Осмотр салона автомобиля тоже не дал никаких результатов. Даже пепельницы были вычищены. Никаких бумаг или документов. Ничего. Все указывало на обычную автоподставу, но это совсем не успокаивало Шилова. Рома перестал обращать внимание на коллег и задумался. ШИЛОВ Так не бывает. Просто не может быть. Сначала умирает директор издательского дома, а потом и главбух. Связи никакой, но… И это «но» не дает мне покоя. И без результатов токсикологии Дугиной с уверенностью могу заявить, что там ничего не будет. Возможно алкоголь, возможно наркота, но никак не френадол…. Нужно узнать как можно больше об этих странных продажах бизнеса, и тогда уже строить догадки относительно убийств. Не все так просто с этими суицидниками. Вопросов все больше и больше, и ни одного ответа. А относительно дела, ради которого нас свели вместе, так тут мы не то чтобы приблизится, мы кажется даже отдалились от разгадки. О выходных можно забыть. Как же я устал. Сколько еще будет продолжаться этот дурдом? И ребята устали. И убойцы, и спецназ. Устали не физически, устали морально. Мы все делаем одно общее дело - боремся с преступностью. Пусть масштабы этой борьбы разные, впрочем, как и средства, но служим мы одной цели. А этого никто не ценит. Вот сидим мы сейчас в этом задымленном кабинете, и напряженно думаем, что же мы можем сделать. И понимание того, что ни хрена мы пока не можем, просто убивает. Мы сейчас марионетки, в руках неизвестного кукловода, слепо следуем указкам… Автор. Роман уже несколько минут сидел и смотрел в одну точку. Он отрешился от всего и не реагировал на ребят. Такое поведение подполковнику было, мягко говоря, не свойственно. - Рома, - Мура встала со своего места и тихонько подошла к мужчине. – Роман Георгиевич, тебе интересна информация по френадолу? – руки девушки опустились на плечи подполковника, и он с удивлением понял, что все настойчиво пытаются привлечь его внимание. - Извините, задумался. – ему стало неловко. Рома встал со своего места и подошел к окну, но потом вернулся, чтобы взять из пачки, лежащей на столе, сигарету. - Конечно, интересно. Женя ощущала напряжение Романа. Она знала, как он беспокоится по поводу этого дела, но помочь чем-либо была не в силах. Рома не успокоится, пока не распутает этот клубок. Но за этим будет еще один, потом еще и еще…и так до бесконечности. - Френадол это неролептик. Очень сильный. – Мура достала из папки листик и передала его ребятам. Они по очереди знакомились с содержимым документа и передавали дальше. Но Женя все равно продолжила говорить исключительно для Шилова, который курил у окна: - Это сильнейшее средство, и что примечательно, не входит ни в одно из доступных лекарств. Достать его невозможно. - Значит, возможно. – Джексон громко хлопнул ладонями по крышке стола. – Кто-то же его достал, и щедро угощает направо и налево ничего не подозревающих обывателей. – Майор развернулся к девушке и игриво ей подмигнул: - А ты говоришь невозможно достать. - У нас в России возможно все. – Рома отвернулся от окна и прошел к кофеварке. – И достал эту дрянь тот, для кого открыты все двери. Женя, продолжай, дискутировать будем позднее. Девушка внимательно посмотрела на коллег и дождалась, пока все успокоятся. - Препарат разработан военными химиками, и применяется в психиатрии для выведения пациентов из посттравматического шока и бредовых состояний. Проще говоря, подавляет психику и позволяет на нее воздействовать. - Как воздействовать? – Джексон явно ничего не понимал, а когда он что-то не понимал, то очень сильно нервничал. Вот как сейчас, например. - Как можно влиять на психику, и зачем? Мура со вздохом извлекла еще несколько листиков из папки и снова отдала их коллегам. На этот раз первым с содержимым документов ознакомился Роман. После прочтения Шилов передал бумаги Джексону, и тот углубился в чтение. - Значит эти военврачи, эти светилы, проводили эксперименты на ребятах, которые вернулись из ада? Они вводили им эту дрянь и изучали поведение? Сначала отправляли на верную смерть, а потом превращали в подопытных крыс? – бумаги с описанием и результатами экспериментов полетели на пол, выброшенные майором в приступе праведного гнева. ДЖЕКСОН Молоденький сержант с гвоздями, вбитыми в руки и ноги, распятый на кресте подобно Христу. Даже венок на голове, только не терновый, а из колючей проволоки. И каска сверху. Истекающий кровью, почти без сознания, этот солдатик рассказывал снайперу, внимательно следящему за ним в мощную оптику, и о минном поле, и об управляемых фугасах… А потом просил пристрелить его. Всего одна пуля и закончатся все страдания. А потом этого сержанта отбили… Но поздно, он умер от потери крови прямо на грубо сколоченном из подручных материалов кресте. А если бы выжил? Его бы тоже пичкали этой отравой, пытаясь вывести из посттравматического стресса? Человек, который, умирая смог спасти не один десяток жизней - герой, не страдающий никакими расстройствами. Не могу поверить, что действительно только что прочитал эти бумажки. Что ребят, словно лабораторных крыс, подвергали опытам… И это в благодарность за службу Отечеству. Ромка прав, мы просто не нужны ни стране, ни отечеству, но без нас будет еще хуже… Автор. Шилов сам собрал с пола документы. Он жестом приказал Ионову не трогать сейчас Жеку, когда Кот встал и повернулся к Джексону, намереваясь что-то сказать. Вася сразу же сел на место, а Паша достал и Роминого сейфа початую бутылку водки и граненый стакан. Он наполнил его почти до краев и протянул другу. Майор молча принял его и в два глотка опустошил. Арнаутов хотел налить еще, но Жека остановил его. - Хватит, жить буду. Женя предпочла отойти подальше от мужчин. Не потому что боялась, а просто потому что и она, и Кот сейчас были лишние в их тесном кругу… Быстрый стук в дверь и вот на пороге уже стоит Физик. На его волосах тают снежинки. «Снова снег», - мимоходом ответил про себя Рома, убирая в сейф бутылку и закрывая его на ключ. - День добрый, - поздоровался со всем Сергей, и вышел в коридор отряхнуть короткое темное пальто. Потом вернулся и повесил его. Мужчины обменялись рукопожатиями, а Женя поцеловала друга в щеку. - Так и знал, что найду вас тут, - Физик подошел к кофеварке и вскоре уже грел руки о теплую чашку. - Ну мы понятно, а ты что тут делаешь? Рома же вроде не давал команды тебя дергать. – Судя по всему, для Джексона стакан водки равнялся стакану воды. Во всяком случае говорил он по-прежнему четко. - Я инициативный, - Мыцик помахал в воздухе бумагами в прозрачном файле и передал их подполковнику. – Роман Георгиевич, я тут на досуге старые связи побеспокоил, и выяснил что все наши «френадольные» самоубийцы продали бизнес некой ООО «Альтаис». А за этой фирмочкой стоит Петр Сергеевич Набоков. Если бы шаровая молния влетела сейчас в кабинет, то Шилов бы меньше удивился. Но сообщение Сереги его озадачило. - Апостол? Ты уверен? - Абсолютно. Вот, - и ничего не понимающий Физик подошел к подполковнику и показал ему нужную бумагу. Рома снова углубился в чтение, а Физик посмотрел на Женьку. Она только пожала плечами, сообщая другу, что тоже понимает столько же, сколько и он. - Что, там Ром, - Паша подошел поближе, но у него зазвонил телефон. Арнаутов посмотрел на экран и вышел разговаривать за дверь. - Действительно Апостол. Только зачем ему эта мелочь, он же любит масштабно работать. Рома откинулся в кресле, и устало повертел головой из стороны в сторону. Женя, стоявшая ближе всех к нему, услышала хруст. - А кроме упомянутых, он купил еще с полсотни разных бизнесов. - И что все того? – Жека откинул голову в сторону, имитируя мертвеца. - Нет. Там все нормально, - Рома внимательно изучал документы из налоговой службы. - Только эти были проданы поспешно и за копейки. Джексон встал и подошел к Роману. - Ну, тогда все ясно. Они были должны Апостолу денег и таким образом расплатились с долгами, а потом от горя убились. Мура непроизвольно прыснула со смеху, чем заработала укоризненный взгляд подполковника. Все у Жеки складывалось легко и просто. И можно это с натяжкой принять за версию и закрыть дело, едва его открыв. Но как сюда ввязать смерть двух высокопоставленных чиновников из МВД и ВМФ? А связь то имелась. Все тот же френадол. - И с Дугиной все не просто. Она, оказывается, владела десятью процентами акций «Бриза» . Вернулся Арнаутов и отпросился у Шилова, сославшись на неотложные личные дела. Рома его отпустил, но потребовал «быть на телефоне». Физик тем временем узнал у Кота кто такая Дугина, которую Шилов уже трижды упомянул. - Вот оно что. А тут становится все интереснее, – многозначительно заключил Серый. Но Роману не нравилась версия Джексона. А теперь еще и смерть этой бухгалтерши Дугиной… И Апостол, как оказалось, тоже в этом деле замешан. Час от часу не легче. А время идет. В понедельник нужно докладывать первые результаты наверх, а их нет. Вообще нет никаких результатов. Майор снова хлопнул по столу, от чего уже было, начавший дремать Кот подскочил. - Рома, - громко вещал Евгений Егорович, - допустим, что этих людей заставили продать бизнес. Их вывезли в лес, и долго пытали; они сироты и горемычным просто некому пожаловаться. Ни друзей, ни знакомых, ни связей в полиции… Это я еще могу понять. Но КАК? – особо выделил Женя, - Рома, скажи мне, как ты заставишь человека покончить с собой? И главное зачем? Договор подписан и смысла махать руками после драки, просто нет. Джексон говорил очень убедительно. Да и Шилов прекрасно все это понимал и знал. Рома тяжело вздохнул и обхватил голову руками: - Не знаю, - просто сказал он и окинул коллег взглядом. Коллеги тоже не имели ответов на вопросы. Ну есть таблетки, есть факты суицида, вот только не ясен механизм, как это взаимосвязано. Да еще и смерти двух генералов от рук безобидных на первый взгляд людей… - И Апостолу с его размахом это ни к чему. - А может и этот Апостол – Набоков тоже действует по чьей-нибудь команде? – Вася вдвинул предположение, которое сразу было откинуто как иррациональное. - Ты знаешь кто это такой? – Джексон удобно расположился на диване и закрыл глаза. – Чтобы влиять на него нужно быть… - майор задумался. – Я даже не знаю, кем нужно быть. Так что тут без вариантов. Когда Шилов и убойцы покидали управление, на улице еще было достаточно светло, но солнце почти село. - Ты проголодалась? - заботливо спросил Рома девушку. - Нет. После всех событий совсем не хочется есть. Женька чуть развернулась и устроилась таким образом, чтобы все время наблюдать за Романом. Его ничуть не смущало такое пристальное внимание, наоборот доставляло удовольствие. - Я хотел все скорее закончить и провести время с тобой. Без всех этих рабочих моментов. Только ты и я. Одной рукой Рома сжал ладошку девушки, а второй уверенно держался за руль. Ладонь в его руке была очень теплая и мягкая. - Чтобы были только ты и я, нам нужно попасть на необитаемый остров. Во всех остальных случаях обязательно найдут. Ответом был только смех Шилова. Даже это занятие заставляло девушку замирать от восторга. Роман откинулся на спину и громко засмеялся. Потом чуть повернул голову и посмотрел на Женьку. Очень медленно веселое выражение лица сменяла чувственная улыбка, которая таила в себе ожидание чего – то необычного, но захватывающего. - Ну раз ты не голодная, значит поедем нагуливать аппетит, - с уверенностью сказал Шилов, и изменил маршрут. Оставив машину перед входом, молодые люди отправились в парк. Пустые аллеи, скамейки, только слегка припорошенные снегом, опавшие листья… Унылая картина начинающейся зимы. Но это только для унылых и скучных людей. Те, кто видит цвет даже в скучном и сером, радуются как дети и этому первому снегу, и заснеженным скамейкам, и серой воде в еще не замерзшем пруду. - Рома, слышишь? – Женя вдруг замерла и прислушалась. Шилов последовал примеру девушки, и на всякий случай расстегнул куртку, под которой была кобура с «береттой». Он стал поближе к девушке и огляделся. - Сыщик, что ты делаешь? – Мура удивленно наблюдала за Романом, - ты что, осматриваешься на предмет опасности? – и она захохотала. - Ты же сама сказала прислушаться, - видя абсолютно спокойную Женю, Рома застегнул куртку. – А я ничего не услышал. Девушка перестала смеяться и подошла вплотную к мужчине. Она привстала на носочки и обняла его за шею: - Именно это ты и должен был услышать. Тишину. Среди сумасшедшего ритма жизни огромного города, с множеством вечно гудящих автомобилей, и нескончаемым потоком спешащих и безразличных ко всему людей, сейчас мы с тобой словно попали на островок тишины и спокойствия. Время остановилось. Смотри… - Женя повернулась в кольце рук и показала на белку, которая замерла на стволе дерева метрах в шести от них. Эта проказница не обращала внимания ни на угасающий день, ни на пару людей, которые с таким интересом за ней наблюдали. Она была занята делом важным и нужным ей одной. Вскоре белка прытко убежала, а Женя с Ромой пошли дальше. Они шли медленно, обнявшись, и молчали. Слова сейчас были не нужны. В воздухе снова закружились снежинки, сливаясь в причудливом танце в свете фонарей. Они остановились на самой середине мостика, переброшенного через небольшой пруд. Утки еще были на воде и, увидев людей, приплыли к ним в надежде получить несколько крошек. В который раз Шилов удивил свою спутницу, достав из кармана пакет с кусочками булки и печеньем. - Я сюда часто хожу. – Рома предупредил все расспросы Жени. – Здесь очень хорошо думается. А это – он кивком головы указал на пернатых попрошаек, – постоянные обитатели этого озера. Женя с Романом кормили уток и о чем-то шептались. Время от времени они смеялись. - Ты же замерз, - спохватилась Женька и, стянув перчатки, прижала ладошки к щекам Шилова. Но Рома только улыбнулся и отрицательно покачал головой. - Нет. Рядом со мной источник тепла. И не только тепла, но и света. От этих слов Мура смутилась и прижалась к мужской груди. Они уже собрались идти к выходу, когда в сумке девушки зазвонил телефон. Ионов. Улыбка сошла с лица Жени, и она, показав Роме кто звонит, ответила: - Да Кот? - Женя передай, пожалуйста, Георгиевичу, что Джексона я доставил домой. Правда он по пути еще взял водки и… - Вася говорил быстро, стараясь занять минимум времени. Но Мура мало что поняла, кроме того, что это нужно передать Шилову. - Постой, Вася, скажи все Роме сам, – и девушка передала телефон стоящему рядом с ней мужчине. - Слушаю… - Я Джексона домой доставил, только вот он водки взял, - Кот задумался, как бы описать то количество спиртного, которое прикупил майор. – Много водки взял… - Ничего. Он в понедельник будет как новый. Ему это необходимо. И…- последовала пауза, словно прежде чем сказать, Роман должен был собраться с силами, - … спасибо. Кот что-то ответил, и Шилов передал Женьке телефон. - Я снова свой оставил в машине, - оправдывался Рома с улыбкой. Обратный путь к выходу эти двое прошли медленно. И чем ближе был выход, тем медленнее становился шаг… Вася, задумавшись, шел домой. Автомобиль он ставил на платной парковке, и домой шел через темную арку. Можно было конечно и в обход, но так дальше. Настроение, может и не самое лучшее, но все же не минорное. После дневного разговора с подполковником мир стал казаться для каплея чуть ярче. А все потому, что он перестал питать напрасные надежды относительно будущего с Женей. На улице уже было совсем темно. В стороны разбегались бездомные коты и бродячие собаки. Стоит заметить, что жил Кот в приличном районе, но с наступлением темноты открывалась и другая сторона жизни. Мерзкая и неприглядная. Бродячие люди и животные. Но Васька так привык ходить по этой тропинке, что совсем не обращал внимания на шорохи. И зря… До освещенной территории двора оставалось совсем немного, когда Кот услышал у себя за спиной шорох и характерный свист. « Бита или труба?» - единственное, что успел подумать Ионов, прежде чем увернуться от нападавшего. Но или места для маневра не хватило, или скорости, но удар куском трубы (это все, же была труба) пришелся на плечо. Кот в спешке достал оружие и повернулся к нападавшему. - Живо брось трубу, - плечо хотя и ныло, но удерживал оружие каплей крепко. Этот окрик не возымел не то, что должного результата, он вообще был бесполезен. Вот руки злоумышленника снова поднялись над головой каплея и опустились. Вторая попытка для нападавшего увенчалась успехом, и Кот пошатнувшись, начал медленно оседать на мерзлую землю. В ушах стоял противный звон, сквозь который слышался хриплый голос злоумышленника. Что он говорил, разобрать было трудно. « Кот, вставай, иначе тебя так и прихлопнут в этой подворотне», - сам себе приказывал Ионов. Изловчившись, Вася вскочил на ноги и бросился вперед. С размаху он врезался неизвестному головой в живот. Тот зашатался. Кот вдруг вспомнил, что у него в руках пистолет и взвел курок. Звук в тишине показался особенно громкий, и спутать его было невозможно ни с чем. Этот щелчок отрезвил злоумышленника и заставил обратиться в бегство. А вот силы стремительно покидали каплея. В голове гудело, перед глазами плавали черные круги, а к горлу подступила тошнота. Вася добрел к стене и сел на землю. Он коснулся ладонью затылка и почувствовал пальцами липкую влагу. - Этого только не хватало. И сотрясение… - каплею даже удалось встать и пройти метров тридцать до ближайшей освещенной скамейки. Движение отняло последние силы, и Вася опустился на холодные доски. « Нужно звонить» - мысли урывками появлялись в гудящей голове. Телефон двоился, и Кот просто нажал на кнопку вызова. Через три гудка из трубки послышалось: - Слушаю… - Мура, на меня напали возле дома… - дальше телефон выпал из пальцев Кота. Он хотел достать гаджет, но от наклона только усилилась тошнота. « К черту, если она услышала, то не бросит меня. Да и Шилов живет не так уж далеко. Главное чтобы Женя услышала...» Женя все прекрасно слышала. Они только успели снять верхнюю одежду, как раздался звонок, и на экране высветилось «КОТ». - Ну что опять, - недовольно пробормотала Женя и ответила. Голос Кота, слабый и хриплый, она узнала с трудом. А потом непонятный звук и тишина. Вернее звуки слышались, только вот Васька молчал. - Рома, на Кота напали, чуть ли не в подъезде. И судя по всему, там что-то серьезное, иначе не звонил бы… Шилов не сказав ни слова, натянул куртку и шапку. Женя тоже оделась. Спуск не занял много времени, и вот машина подполковника уже покинула уютный тихий дворик. Женя назвала адрес и Рома, не особо соблюдая правила, поехал спасать временного подчиненного. Васю они нашли все на той же скамейке. У его ног лежал телефон, и Женька подняла его. Вася открыл глаза и попытался сфокусироваться на расплывчатой фигуре. - Роман Георгиевич, Женя… - начал было говорить Ионов, но Шилов коротко приказал ему замолчать, а сам ощупывал затылок. Но неугомонный Вася продолжил попытки говорить, и Мура довольно грубо велела: - Кот, ну сказали же тебе заткнуться! Или этот окрик, или отсутствие сил, но Ионов замолчал. - Ему нужно в больницу. – Рома прикидывал, как проще: вызвать скорую или отвезти самому. - Тогда в медблок КТЦ. Там не будут лишних вопросов задавать. - Значит туда. С помощью Жени, Роман забросил руку каплея себе на шею и потащил того к автомобилю. - Я испачкаю вам салон, - вдруг произнес Вася и сделал попытку выйти. - Вот олух, - прошипел подполковник, и стянул с шеи шарф. Его он приложил к ране на затылке и усадил молодого человека с наибольшим комфортом. Роману было абсолютно не жаль испачкать светлую кожу сидений, но вот только потом Ионов изведет его попытками возместить стоимость чистки. - Женя не гони сильно, потому что этого орла может укачать. В КТЦ присутствовал только Бизон. Он то и распорядился относительно пропуска для Шилова. Боря с медиками уже ждали на парковке, и Кота тут же увезли на обследование. Все остальные поднялись в комнату Смерча и принялись ждать вердикт врачей. Роман позвонил в дежурную часть и велел устроить облаву с проверкой документов в районе дома Ионова. Борис с интересом наблюдал за хлопотами подполковника, и поглядывал на Муру. Та лишь показала ему кулак, но ничего не сказала. Время тянулось медленно, но доктор все не появлялся. Ожидающие уже успели выпить по чашке кофе и подумывали о второй. Наконец показался медик и сообщил: - Легкое сотрясение, ему сейчас ввели успокоительное, и весь завтрашний день он будет тут. Я бы рекомендовал пациенту дня три постельного режима, но это бесполезно. Так что в понедельник ожидайте его на службе. - Все это врач говорил Бизону. – Только ему нельзя никак напрягаться. Хотя бы дня три-четыре. Борис поблагодарил доктора, и тот отправился к больному, а Тарасов с вызовом посмотрел на Шилова. - Я все прекрасно слышал. Ионов не выйдет из здания управления в ближайшие три дня. – И Рома пожал руку капитану третьего ранга Тарасову, взял Женю за руку и они отправились домой. - Я надеюсь, что больше сегодня ничего не случится, - Женя выразила робкую надежду и посмотрела на Романа. - Я тоже на это надеюсь… - и автомобиль, ловко управляемый умелыми руками подполковника Шилова покинул территорию КТЦ