Последователь

Сюэ Мэн вновь просыпается в холодном поту. Ему вновь приснился кошмар. Каждый раз они разные, но сюжет остаётся неизменным - он остаётся один. Все покидают его, вновь и вновь. Иногда самолично уходят, в другой раз рассеиваются, словно дым. А в другой раз их убивает Ши Минцзин. Точнее, Хуа Бинань и его шестёрки. Вырываясь из ненавистных воспоминаний, Цзымин неловко пристаёт, покачиваясь, садится на колени. Из окон дует холодный, ночной ветер. Мурашки под кожей просыпаются, начинают неприятно передвигаться. В гробовой тишине Сюэ Мэн способен различить звук собственного дыхания, городскую суету за окном. Он снова рассеяно оглядывается, пытаясь найти хоть одну живую душу рядом. Он снова один. Пора бы давно привыкнуть, но Цзымин не способен на это. Невозможно забыть улыбки родителей, нежные руки матери, более грубые, но не менее родные руки отца. По ним он тоскует больше всего. Даже больше, чем по учителю, брату, другу. Стеклянными глазами Сюэ Мэн продолжает изучать складки одеяла, совсем не слыша скрипа двери. Комнату еле-еле озаряет тёплым светом, чуть затрагивает бледное колено. - Мэн Мэн? - тишину разбивает в дребезги удивлённый голос - Тебе опять снился кошмар? - скорее утверждение, чем вопрос. Цзымин боязливо дёргается, ещё сильнее горбится, пытаясь сжаться. Блондин обеспокенно выдыхает, осторожно подходит к кровати и садится на край, боясь спугнуть. Колокольчик на его руке успакаивающе позвенькивает. В наполненной страхом и тьмой комнате его лицо смягчается в желании защитить. Ханьсюэ тянет руку: совсем кротко, что так не свойственно ему. И нежно обнимает. Пытается согреть Сюэ Мэна всем, что у него есть. Растворяется в желании отдаться ему без остатка, прикрывает трепещущие ресницы и сводит брови на переносице. - Я люблю тебя. - только чтобы услышать эту невинную фразу. Только чтобы почувствовать щекочущий шёпот около мочки уха. Только чтобы слезы на его нефритово-бледном лице стекали в облегченном выдохе, мерцая на свету яркой луны. - Мэн Мэн, я всегда останусь на твоей стороне. До последнего вздоха я останусь с тобой. Последую за тобой даже в ад, стоит тебе лишь пожелать. - Я верю тебе, Ханьсюэ.