(No) alone

   Утро. И совсем не такое как показывают в голливудских фильмах. Нет тех ярких лучей солнца, громкого пения птиц, и идеально чистой белой постели. Да. О такой жизни мечтают, только так человечество и хочет жить. Но к сожалению или счастью, не всем доступна такая "роскошь". Изумительные дома с вычурной мебелью, шкурами животных и изысканной едой на позалоченных столах с атласно белой скатертью—мечта.   Жители таких дворцов и не слышали о настоящей жизни. А в ней (не купленной за грязные зелёные бумажки), тебе никто просто так  улыбаться до ушей не будет, и черную икру в хрустальном блюдце не подаст. Здесь в прямом смысле надо выживать. Такой себе получается "Беверли хилс".    Нехотя Чон поднимается с кровати и словно по традиции сразу подходит к окну. Крупные капли воды все ещё отстукивают рваный ритм по старому стеклу. Тучи все также держат небо в своей власти и не дают прохода даже мелкому солнечному лучику. Сегодня вновь будет гроза. И Гук рад этому. Можно снова насладиться приятным шумом падающих на землю капель, громкими раскатами грома, и конечно же невероятно красивой и яркой молнией.     "Может пойти прогуляться?" - думает Чон и тут же мысленно хвалит себя за хорошую идею.      Бодрым шагом он направляется на кухню. Первое что приходит ему в голову, так это заглянуть в холодильник и подыскать что-нибудь на быстрый завтрак. Сегодня выходной и поэтому не хочется терять ни минуты этого прекрасного дня. Ах, да, работа. Если бы у Чона спросили, как бы он её описал он бы не задумываясь ответил: "Хм, работа? За грязную работу всегда платят маленькие деньги. За мытье полов много не заработаешь. А описал бы я её так:грязно, дёшево и жалко". Любой бы с ним согласился, но почему же тогда он до сих пор здесь? Ответ простой—это спасение. Здесь другой нормальной работы нет. Безусловно можно было и дурью начать торговать, но жизнь дороже. Начнёшь продавать— сам начнёшь употреблять. Это неизбежно. Можно было сбежать. Можно. Только весь район в курсе всех этих дел. Отсюда так просто не отпустят. Они знают, что любой выскочевший  из этой дыры может моментально завалить всю их привилегию. И конец последней адекватной прибыли. А тащить за собой весь этот хвост не очень-то и хотелось бы. Здесь люди живут по принципу " Молчи и не говори ничего лишнего". А лучше не говори вообще, если не хочешь нажить лишних проблем.        Не долгие поиски оканчиваются быстрым решением — просто заварить лапшу. И уже через несколько минут сытный завтрак был готов. Поудобней устроившись у окна, Чон приступил к еде, как вдруг раздался громкий грохот, и в небе сверкнула молния. Нереальное зрелище. И пожалуй эти разряды для Гука — самая красивая вещь на всем белом свете. Дождь кажется начал лить ещё сильнее, и все ритмичнее стали удары о стекло. Из-за серых туч, в комнате становится темнее. Холодные струйки свежего осеннего воздуха сочатся сквозь тонкие щели оконных рам. Гук с наслаждением закрывает глаза, когда вновь слышит суровый рев природы. И кто скажет что не любит дождь? Кто скажет что не любит осень? Чонгук помнит как в детстве, когда с неба падала хоть одна маленькая капелька, все дети сразу разбегались по домам, а он стоял и наслаждался этой чудной красотой дождевой воды, которая из-за своей чистоты и прозрачности, часто напоминала ему небольшие кристаллы. И он восхищается этой красотой до сих пор. И все также сильно любит осень не за золотые листья на деревьях и их пышные разноцветные кроны, а именно за это печальное увядание, медленную подготовку природы к долгому крепкому сну.        Наконец расправившись с тарелкой лапши, Гук встаёт с кресла и направляется на кухню, что б как можно скорей убрать за собой все последствия трапезы.                Спустя час, из подъезда многоэтажки выходит Чон. Длинное чёрное пальто на распашку, такого же цвета джинсы, серый свитер и темно-синий зонт. Типичный лук парня. Медленным шагом он проходит дворы, приближаясь к небольшому местному парку. Дождь на время прервался, так что можно убрать зонт. Теперь картинка расширяется и видно намного больше. Вместо тёмной ткани можно увидеть серое небо и верхушки высоких кленов. Гук не часто здесь бывает, но сильно привязан к этому месту. Раньше они с друзьями собирались небольшой компашкой и уходили в этот парк практически на весь день. В нем много места, поэтому не редко можно встретить детей играющих в догонялки или прятки. Пожалуй единственное место, в котором можно отвлечься от всего что происходит вокруг. Время словно останавливается и каждое движение, каждый вздох кажется неимоверно лёгким. Из томных раздумий Гука вырывают необычайно красивые звуки, а если быть точнее... Музыка? Такое чувство что кто-то неподалёку играет на скрипке. Но кто? Сказать честно Чон уже давно не слышал, а тем более и не видел чтобы в этом затхлом райончике кто-то увлекался музыкой. Да ещё и скрипкой. Да ещё и Вивальди! Любопытство одержало верх, и не вытерпев даже минуты Гук быстрым шагом направился к источнику звука. С каждым шагом музыка становилась все громче и громче, а интерес все увеличивая и увеличивался, пока наконец он не увидел парня с белыми волосами, лет двадцати. Чон подошёл чуть ближе. Рядом с юношей, на земле лежал потрепанный чёрный чехол от той самой скрипки, а в нем горсть мелких монет и несколько купюр. Сам скрипач был одет в светлое бежевое пальто, чёрные брюки, а на ногах красовались потрепанные жизнью белые кроссовки. Несмело подойдя к парню, Гук вытащил из глубокого кармана своего пальто несколько монет, затем осторожно положив в чехол. Парень напротив прекратил играть, и вежливо поклонился. —Могу ли я сделать вам комплимент? Вы очень красиво играете, -сказал Гук переведя взгляд на инструмент. —Спасибо. Раньше я учился в музыкальной школе. Но потом родителям не хватило денег, и мы переехали сюда. Иногда я играю здесь, деньги не бывают лишними, - ответил паренёк заправляя пучок белых прядей за ухо. —А я никогда раньше не видел вас,- кажется Чон уже сам в шоке, что в первый раз ведёт такой открыты разговор с незнакомцем. —Будем знакомы, я Ким Тэхен, - он вежливо протянул руку вперёд. —Я Чонгук, - слегка замешкавшись ответил Гук, пожав руку Тэ.         В тот день, Чонгук вернулся домой удивительно поздно. Удивительно счастливым. С удивительной улыбкой на лице.