Ищи меня в Нью-Йорке

      Тем же вечером — Стоп, то есть ты вчера была с самым известным шахматистом США и даже не поняла этого! — Да я даже не знала, как он выглядит до сегодняшнего дня. Бет сидела на кровати, поджав ноги под себя. Перед ней стояла шахматная доска. Одной рукой она держала телефон, а другой двигала фигуры. Её подруга Джолин на другом конце провода продолжала заваливать Бет вопросами. — Он тебя узнал? — О да.

***

      Бенни Уоттс развернулся и его глаза расширились от удивления. «Твою мать. То есть из всех девушек я в баре я выбрал чемпионку. Охренеть Уоттс, ну у тебя и вкус. Хотя кого я обманываю девчонка действительно хороша. Ладно, судя по всему для неё это также неожиданно, посмотрим насколько быстро эта малышка сумеет взять себя в руки.»

***

— Он что-то сказал по этому поводу? — Ага пытался развести меня на эмоции.

***

Бенни улыбнулся и протянул руку для приветствия. — Добрый день, мисс Хармон. Рад познакомиться. — Взаимно. — Участники чемпионата прошу садиться. — сказал высокий мужчина в костюме. Бенни и Бет сели за свой стол. Бет играет белыми. — Может вам нужен кофе? Вы плохо спали этой ночью. — сказал Уоттс и усмехнулся. Мужчина подошёл к их столику и запустил часы. Бет сделала свой ход и нажала кнопку. — Мне хотя бы не пришлось ночью добираться до своей квартиры. — сказала она улыбаясь. Ухмылка исчезла с лица Уоттса. «А девчонка с зубками, это будет интересно».

***

— И как закончилась партия? — Ничья. — А кто предложил? — Он.

***

      «Слон на четвёртое поле короля. Он поставит ладью на шестое поле ферзя. И затем…» Бет рассуждала уже полчаса. Она взглянула на часы. У неё оставалось 25 минут. У Уоттса было 35 минут. Она взглянула на него. Уоттс тёр глаза и выглядел очень уставшим. И хотя Бет казалось, что она выглядит не лучше, сдаваться не в её правилах. Итак, слон на четвёртое поле короля. Элизабет сделала ход и нажала на кнопку. — Ничья? — предложил Уоттс и протянул руку. — Да. — сказала Бет и пожала руку. — Это было интересно. Они оба встали из-за стола. Люди вокруг стали аплодировать. Они ещё раз посмотрели друг на друга, развернулись и пошли в разные стороны. Она к Тайлеру, он к своему агенту.

***

— Ну Хармон, умеешь ты наживаться неприятности. — Ты так говоришь, будто я специально. — Ну знаешь, очень похоже, что да. — Джолин, прости мне надо продолжать готовиться к турнирам. — Ага, так же как прошлой ночью? — Значит я, как единственной подруге ей секрет доверяю, а она? Кстати Тайлеру ни слова. — А с чего бы мне рассказывать это Тайлеру? — Потому что не только от меня в 4 часа утра выходят красавчики. — Сволочь ты Хармон. До завтра. — сказала Джолин и отключилась. — До завтра. — сказала в пустоту Бет и тяжело вздохнула. Телефон пиликнул, извещая об сообщение. «Завтра играешь Гидеоном Стрейтом. Ты обязана не облажаться, как сегодня. Удачи.» «Да папуля, спасибо за поддержку.» — подумала Бет и пошла в душ. Стоять под холодными струями воды приятно. Элизабет всегда нравился холодный душ, а не горячий. Только мама никогда этого не одобряла.

***

      Маленькая Бет сидела в ванной и старалась незаметно от матери повернуть кран в правую сторону. — Элизабет, прекрати, ты можешь заболеть. — Ну мам, я сейчас сварюсь здесь. — И ничего не сваришься. Бет, если ты посидишь спокойно, пока я мою твою голову, то вечером мы сыграем в шахматы. — Правда? — Правда, и я научу тебя сицилианской защите.

***

      По щеке Бет скатилась слеза. Она плакала очень редко и только в душе. Когда струи воды текут по лицу вместе со слезами. Когда легко можно сказать, я не плачу, это просто вода. Да это самообман, но он придаёт сил. Кто сказал, что время лечит, Тот не знал большого горя. Не заживают раны в сердце, Просто привыкаешь к боли.

***

— Папа, а где мама? — Солнышко моё. — мистер Хармон присел на колени перед дочерью. — Мама улетела. — А когда она вернётся? — Она не вернётся дорогая. Ангелы забрали её на небеса. — после этих слов отец прижал дочь к себе. Они стояли посреди гостиной. Высокий сильный мужчина, и она, маленькая семилетняя девочка. Стояли и плакали.

***

      Бет вышла из душа и легла на кровать. Она включила телефон и открыла фото сделанное за день до аварии. Она с мамой стояла возле пони. Отец взял выходной и повёл их в зоопарк. Ей казалось, что это самый счастливый день в её жизни. На этом фото она ещё не знала, что это не самый счастливый, а последний счастливый день в её жизни. Конечно, после этого она радовалась своим победам на турнирах. Но радость — это не счастье.       После смерти матери отец очень изменился. Он стал меньше внимания уделять дочери. Её воспитанием занималась няня. Единственное, в чём он помогал — это обучение шахматам. Он оплачивал все кружки и турниры. Он хотел, чтобы Элизабет побеждала. И она делала это. Ради мамы. Но семья с её смертью была разрушена окончательно.       Бет лежала на кровати раскинув руки в стороны. — Я смогу мама, я стану чемпионкой ради тебя. Я знаю, ты бы этого хотела. — сказала она в пустоту. Каждый день Бет играла по одной партии. Гидеон Стрейт Мэтт Браунс Пол Кволл Торрен Фринс Мэттью Браунс И даже Тайлер Орхан. На её счету 6 побед и одна ничья. Сегодня ей предстоит последняя партия за титул чемпиона. С Бенни Уоттсом. Снова. И она обязана его победить.

Финал Все игроки сыграли до обеда, кроме Бенни и Бет. Когда машина Уоттса остановилась у здания за полчаса до их игры мест для парковки почти не было. «Чувствую зрителей будет много» — подумал Бенни, захлопывая дверь.       Когда он вошёл в зал Хармон уже сидела за столом. На ней было чёрное платье и белый пояс. Рядом с ней стоял Тайлер. «И о чём эти двое могут разговаривать. Он проиграл мне за 28 ходов. Хотя, он выглядит так, что подставится даже под детский мат, если она попросит.» В груди неприятно кольнуло. Бенни подошёл к столу и кивнул Бет, в качестве приветствия. Она посмотрела на него, но тоже ничего не сказала. Уоттс сел за стол. Он опять играет чёрными. «И так Бет Хармон, на ничью можешь не рассчитывать.» Мужчина подошёл и нажал на кнопку часов. Игра началась. <      Элизабет разыграла ферзевый гамбит против Уоттса и в миттельшпиле с испугом подумала, что напрасно. Ферзевый гамбит приводит к сложным положениям в игре, а тут ситуация сложилась и вовсе запутанная. Оба противника были сильны и любое неосторожное движение фигур могло запустить механизм поражения. Бет чувствовала, как внутри неё всё дрожит, а страх постепенно начинает парализовывать тело. Она сидела подперев щеки руками и смотрела на доску. «Я не сражаюсь с Бенни Уоттсом, я всего лишь играю в шахматы». Такая простая мысль смогла расставить всё по местам. Бет сделала глубокий вдох и начала считать. Считать каждый ход и его последствия. Наконец она нашла то, что искала. Размен. Вот её шанс. Убрав большую часть фигур с доски играть станет легче. Она сделала ход конём. И у неё получилось. Уоттс повёлся. Он разменял коней. Бет предложила ещё один размен. Он потянулся за фигурой, как вдруг замер в нерешительности. «Он увидит! Он точно увидит.» Не увидел. Он забрал слона. Именно так, как она планировала. Следующий ход и Бет начинает нападение. Уоттс закусил нижнюю губу. «Сдвоенные пешки. Неплохо Хармон. Мне даже немного жаль». Он пошёл ферзём. Забрал её защищённую пешку. Бенни Уоттс просто пожертвовал ей ферзя. Нет, нет и ещё раз нет. Это же чёртов Бенни Уоттс. Чемпион последних 5 лет. Бет внимательнее взглянула на доску. И тут до неё дошло… «О нет! Что я надела!» Ей хотелось закричать от обиды. Как она могла этого не увидеть. Без центральной пешки, которую забрал ферзь, она подставилась под мат ладьей и слоном из-за слона на открытой диагонали.Его ферзя нельзя было брать. Но что будет, если она не возьмет? Продолжит игру без пешки, которую он только что захватил, а его ферзь останется в центре доски. Чем дольше Бет размышляла, тем страшнее ей становилось. Нужно было что-то делать. Найти ход, чтобы избавиться от его атак. Но таких ходов не было. После ещё двух ходов, на которые Бенни ответил незамедлительно, Бет протянула противнику руку. — Трудная партия. — сказал Уоттс и встал из-за стола. В зале раздались аплодисменты. К Бет продолжавшей сидеть неподвижно подошёл Тайлер. Он положил руки ей на плечи. — Поехали домой. Она взяла его за руку и они направились к машине. Всю дорогу до отеля Бет смотрела в окно и молчала, а Тайлер и не пытался с ней заговорить. Добравшись до отеля он расплатился с таксистом и довёл Бет до лифта. — Нам нужно к твоему отцу. Он должен знать об итоге. — Нет. — Тайлер удивлённо взглянул на Элизабет. — Почему? — Сейчас я не хочу с ним разговаривать. — Хорошо. — он никогда не умел с ней спорить. Вместе они вошли в её номер. Бет села на кровать. Тай в кресло. — Бет, все могут проиграть. Ты не должна так расстраиваться. — Проблема не в проигрыше. А в сегодняшнем дне. Годовщина смерти моей мамы. Я обещала, что стану чемпионкой ради неё. И не смогла. — Бет, я… — Не надо, я хочу побыть одна. Тайлер встал и через несколько секунд дверь за ним захлопнулась. Элизабет легла на живот и открыла фото на которое смотрела накануне. — Прости меня. Я подвела тебя. Бенни Уоттс стал чемпионом США.       Тем временем в Нью-Йоркском баре — За нового чемпиона! — Скорее уж за старого. Какой это раз? 5? — 6 — Точно. За тебя Бенни. Компания из четырёх мужчин сидела за столиком. Трое весело смеялись, но один молчал. — Эй, ты чего Бенни. — Да так задумался. — Думать будешь на турнирах. А мы здесь, чтобы выпить. Ещё пива.       Два часа спустя. — Парни, я пошёл. — Я с тобой. Всё равно в одну сторону. — Ок. Пока парни. Долго не сидите. — Хорошо мамочка. — в одинголос сказали Грэмм и Робин. Бенни и Клэй вышли из бара. Десять минут они шли молча. Наконец Уоттс не выдержал. — Ты не просто так взялся меня провожать. — Да — Ну так говори. — А мне казалось поговорить хочешь ты. — Ты слишком много выпил раз тебе такое кажется. — Разве? Тебе всегда нравилось доказывать, что ты лучше. Сегодня ты снова стал чемпионом США, но ты не рад, почему? — Я рад, просто устал. — огрызнулся Бенни. — Ты лжёшь. Не мне, себе. Не знаю, чем тебя зацепила это девушка, но отрицать это глупо. Просто признай. Парни подошли к дому Бенни. — Пока друг. С победой. — сказал Клэй и пошёл дальше. Уоттс несколько минут смотрел ему вслед, а потом сказал. — Я хотел, чтобы она увидела этот ход.