Мебельщик для костей

      Два ключа одновременно повернулись, раздался негромкий щелчок, и алюминиевая крышка кейса с легкостью подпрыгнула. Вранов помог ей открыться, с удовольствием смотря на содержимое чемоданчика. А в нем, на бархатной подложке в индивидуальных выемках лежало три дротика. Дима с любовью достал один из них и взвесил в руке. Приятные ощущения, которые дарил дартс испытывались даже сейчас. И именно они помогали молодому мужчине сосредоточиться.       Он встал в стойку и согнул руку. Многие считают, что в дартсе важно движение тела, чтобы придать дротику бо́льшую скорость, но это частая ошибка. Тело должно быть развернуто полубоком к доске, а локоть расположен параллельно полу. То есть бросок исполняется только локтевым суставом и кистью. Ошибка в самом основании может отделить новичка от профессионала.       И, разумеется, данное правило касается не только игры, а любого рода деятельности, любого аспекта жизни. Кажущиеся очевидными вещи не обязательно верны, а невероятные выводы, которым нет места в этом мире, иногда оказываются истиной. Но одно неизменно: у всего есть причина и следствие. И чтобы докопаться до истины, нужно выстроить стройную цепочку, воссоздать события.       Дмитрий хмыкнул, кладя дротик на место. Работа детектива в чем-то схожа с работой режиссера. В идеале он должен знать о сцене абсолютно все, начиная от порядка включения софитов и заканчивая малейшей деталью в характере персонажей, которых играют актеры.       С другой стороны, детективы – критики. Они внимательно смотрят за иллюзией, которую построил злой гений преступника, за тем, что творится на сцене. Оценка зависит от возможности раскусить трюк, забраться в самую суть, увидеть за персонажами актеров. И, как и в театре, актеры, световики, звуковые инженеры – все они могут совершить мельчайшие огрехи, так и планы преступников никогда не бывают идеальными. Всегда найдется что-то, что не было учтено или пошло не так.       Означает ли это, что множество нераскрытых преступлений по всему миру – оплошность людей, расследующих дела? Конечно нет. Даже с незначительными огрехами и оплошностями пьеса способна очаровать и одурманить критиков. Их могут не заметить, или сознательно закрыть на них глаза, ввиду их малости и незначительности, назвав представление идеальным, восхваляя потом постановщика.       Но с чего начать расследование данного дела? Это вопрос, который мучил Дмитрия, одновременно с тем, пока он предавался размышлениям о том, что ему предстоит сделать.       Отложив «свою прелесть», самопровозглашенный детектив уселся за компьютер. Да, газеты сейчас не те, но это не значит, что не стоит найти упоминания об убийствах. Ненадолго зависнув над клавиатурой, Дима вспоминал, когда Леня упоминал об убийстве. В его памяти всплыло заснеженное утро. Да, тогда он только-только начал работать в кафе «Наполеон»…

***

      – А ты неплохо устроился, – кивал Леня, осматривая уютное место рядом с французским окном. – Не жалеешь, что бросил ВУЗ?       – Конечно, жалею, – весело отозвался Дима, одетый во все черное. – Но, с другой стороны, в такой жизни есть свои плюсы.       – Не понимаю я тебя, – вздохнул старый друг. – Хоть убей, не понимаю. Как так можно? Я бы жутко переживал и трясся.       – Все дело в умении найти плюсы, – уклончиво ответил тот. – А главное, убедить в них самого себя.       – Самообман, в общем.       – А что такого? Меня никогда не привлекало высшее образование. Я видел себя писателем.       – А теперь ты официант, но… – Леня вздохнул. – Неважно. Рассказывай, как у тебя дела?       – Как видишь – отлично. Когда настолько стареешь становится и правда все равно, что о тебе думают старые знакомые.       – Наслаждаешься свободой?       – Вроде того, не финансовой, конечно.       – Работая следователем, я могу авторитетно заявлять, что финансовая свобода – это выдумки, – Владлен отпил немного кофе и поморщился. – Даже самые богатые люди стремятся получить еще больше. Иногда кажется, что даже завладей они всеми деньгами на свете, им все равно будет мало.       – Жадность не имеет границ, – согласился Дима. – Но со мной все понятно. Лучше ты расскажи, над чем сейчас работаешь?       – Убийство на Барской, может слышал?       – Барская – это, которая в той части города, где новостройки?       – Ну как новостройки, относительно хрущевок – да, – кивнул Леня. – Так ты ничего не слышал?       – Я не слежу за новостями, а слухов не слышал, – пожал плечами Дмитрий, допивая чай. – Дань, принеси еще чайничек черного, – крикнул он негромко куда-то назад.       – Удобно, – заметил Владлен. – Возвращаясь к этому делу, жертвой оказалась молодая девушка. Представляешь, она спокойно сидела у себя дома, решила попить чая со своим любимым тортиком и отравилась.       – В смысле до смерти? – переспросил Дима, принимая из рук своего коллеги чайничек.       – Естественно, – с упреком посмотрел на него друг. – Иначе при чем бы тут был я?       – Ну, полагаю, дело не в том, что кто-то подсунул бедной заказчице несвежий торт?       – Да, он явно был отравлен.       – Цианид, как в детективах?       – Нет, – покачал головой Владлен. – Он бы прореагировал с глюкозой и не убил бы девушку. Кем бы ни был наш убийца, он это знал.       – Тогда что?       – Белладонна, скорее всего, – пожал плечами следователь и отпил кофе, намекая всем видом, что дальше расспросы про яд бесполезны.       – И как продвигается следствие?       – Тяжело, – хмуро заметил Владлен. – Мы зашли в тупик.       – Серьезно? Почему?       – У нас есть три пути проработки подозреваемых, и все столкнулись с проблемами.       – Действительно, если проверять ее знакомых, то непонятно, на какое время искать алиби, – задумался Дмитрий, откидываясь на спинку стула. – Потом у нас остается всего две зацепки, торт и яд.       – Наши действия настолько очевидны?       – Учитывая, что они единственные, откуда можно начать – да. Но, как я понимаю, ты не расскажешь, почему ты зашел в тупик по этим двум направлениям?       – Не могу, – покачал головой тот.       – Неужели преступник совсем ничем себя не выдал?       Владлен скосил глаза направо, будто всматриваясь в январскую метель за окном. Вздохнул, будто борясь с каким-то внутренним демоном, а потом все же сказал:       – Эта информация секретна, но ввиду своего дурного предчувствия, я расскажу. На торте нашли шоколадную табличку, такую, на которых обычно ставят торговый знак. Однако на этот раз там был скелет, машущий из-за дверцы шкафа. Этот рисунок не совпадает ни с одной зарегистрированной торговой маркой.       – Будто подпись убийцы, – неуклюже присвистнул Вранов.       – Именно поэтому я и рассказываю тебе. Если увидишь что-то подобное, сообщи мне.       – Ты думаешь, это не последнее убийство?       – Я не вижу других причин оставлять свой личный знак.       – Тоже верно, – согласился Дмитрий.

***

       Январь 2019 года. Тогда уже началась рабочая неделя, график стал посвободнее, именно поэтому он смог посидеть в свой общий выходной с другом за столиком его нового места работы. Какое это могло быть число?       Вранов задумался, открыв на компьютере календарь. Очевидно, после десятого. Десятое – это четверг. Нет, это были не первые выходные после праздников, то была явно полная неделя. Вроде как суббота, но может и воскресенье. Он еще раз сверился с календарем. 19-20 числа. Что же, двадцатое января станет верхним пределом. Справедливо рассудив, что за нижнюю границу удобно взять двадцатое ноября предыдущего года, он зашел на портал с архивом городских газет.       Теперь предстояло отсмотреть восемь выпусков на наличие нужной новости. Это занятие оказалось простым, хотя, ради приличия, стоит отметить, что Дима чуть не пропустил маленькую статью в углу шестнадцатой странице в рубрике «Закон и Порядок».       «Преступление на Барской» гласил заголовок. Удовлетворенно кивнув, детектив начал изучать скудные строки газеты «Источникъ».       «В N возбуждено уголовное дело по факту убийства молодой девушки.       По данным следствия, 7 января 2019 года в одной из квартир высотки на Барской был найден труп молодой девушки. Лицо жертвы исказила неестественная улыбка, а сама она была найдена среди странного беспорядка.       На месте происшествия обнаружен и изъят недоеденный торт, вероятно оказавшийся причиной смерти. В настоящее время проводятся следственные действия и оперативно-розыскные мероприятия, направленные на установление всех обстоятельств произошедшего, а также лиц, причастных к убийству. Следствием отрабатываются различные версии. Расследование продолжается».       Удивительно, как мало может сказать новостная статья. Тем не менее, свою пользу она принесла.       Следующим шагом Дмитрий решил поискать в интернете другие статьи, используя услужливо предоставленную «Источником» дату.       Большинство из статей, которые он находил на различных новостных порталах, к удивлению, почти слово в слово копировали содержание «Источника», что в какой-то момент в голову молодого мужчины начала закрадываться мысль, что название городской газеты несколько более глубокое, чем принято считать.       В тот момент, когда Дмитрий почти отчаялся что-либо найти, он наткнулся на желтушный сайт новостей «Подмосковный розыск».       В отличие от других новостей, эта была датирована 3 сентября 2019 года и носило гордое название «Следствие в очередной раз закрывает глаза на расовые убийства».       Заинтересовавшись, Вранов открыл статью и погрузился в чтение.       «В который раз «Подмосковный розыск» доказывает некомпетентность следственных органов: их расследование убийства на проспекте Мира города L зашло в тупик, но наша редакторская группа выяснила, что пострадавшая 23 августа 2019 года Милена Баграмян, отравившаяся в своей квартире тортом, имеет схожие внешние признаки с найденной 7 января Лейлой Абдулаевой.       Обе девушки жили в съемных квартирах, и были найдены в кошмарном беспорядке, им не свойственном. Очевидно, убийца, кто бы это ни был, питает ненависть к представителям другой национальности. Беспорядок в их квартирах легко объясняется следами борьбы, однако следствие почему-то открыто избегает этого факта.       Может быть, потому что им уже известен убийца? Более того, он известен всем нам! Известный подмосковный блоггер, прославившийся своими резкими высказываниями в сторону «гостей столицы» и представитель движения «Чистая Россия» Иван Роев. Вполне возможно, что он сам не совершает этих преступлений, но является подстрекателем.       Все мы знаем современное делопроизводство и то, что деньги сегодня решают все. А у Роева денег достаточно. Наш портал пытался взять интервью у подозреваемого, но нам было отказано.       Напомним нашим читателям, что обе жертвы приехали в нашу страну еще в конце девяностых вместе со своими родителями и наши города – их родной дом. Они не несут никакой угрозы обществу, просто живя своей жизнью. Истинная угроза – это «чистая Россия» и, прогнувшиеся под них, городские власти и следственный комитет!       Редакция предупреждает: будьте осторожны и не приглашайте в дом незнакомых людей, особенно если вы можете оказаться целью шайки Роева».       Дмитрий удовлетворенно записал что-то в блокнот и закрыл его – он уже знал, что будет делать дальше.