кем-то для тебя

      — Почему я должен это делать? — парень в жёлтом худи вскакивает с дивана и смотрит непонимающе на друга. — Если ты помнишь, у меня есть девушка. Или у тебя уже шарики за ролики заехали со своей музыкой?       — Ты единственный, кому я могу довериться, — музыкант расслабленно сидит в кресле на колесиках и покачивается в стороны, словно успокаивая себя.       — Я знаменитость, поэтому не могу просто так знакомится с людьми и уж тем более просит номер телефона. Ты должен понимать, о чём просишь меня! — парень явно был на взводе и не понимал, зачем так усложнять. — Почему ты сам не можешь сделать это?       — Я когда-либо просил тебя что-то сделать для меня? — музыкант резко бросил и встал за холодным кофе в маленьком холодильнике.       Шах и мат. Другу ничего не остаётся, как согласиться. Ведь собеседник попал в яблочко. Музыкант никогда не просил ничего, даже если действительно нуждался в чем-то. Когда его спрашивали, почему он так делает, тот притворялся, что не услышал вопрос. И сейчас не выполнить его просьбу равносильно отказаться от друга.       — Хорошо, я сделаю это.

***

      Прийти на крышу было лучшим решением за сегодня. Голубое небо без единого облака поднимало настроение, а музыка кричала насколько я красивая. Сейчас большая перемена и все студенты обедают в столовой. Так что мой голос мало кто услышит и я могу спокойно подпевать солисту. Прослушивание музыки помогает мне получать дофамин — гормон счастья. Он же напоминает, каково быть счастливой. Поэтому я зависима от музыки.       Как думаете, можно одновременно иметь свободу и быть счастливым? Я вот думаю, что человеку будет очень сложно совместить эти понятия. Жить в рабстве намного легче, нежели иметь свободу. Все знают, что со свободой приходит и ответственность. Осознание того, что ты несёшь ответственность за свои действия, будет заставлять тебя думать о последствиях. Понятие «счастье» будет разбиваться об суровую реальность, потому что ты будешь забывать о его существовании, переживая о будущем исходе твоих поступков.       Поскольку люди не любят быть ответственными, они зависимы от социума и себя в том числе. И чтобы ощущать счастье, нам нужно одобрение людей и исполнение наших чувств и желаний. Поэтому можно сделать следующий вывод: легче быть зависимыми и счастливыми.       И всё же так печально, что мы не можем быть счастливыми просто так.       — «We’ll never get free» — удар ладонями об стену. И что-то упало сверху. Штукатурка? Нет, брелок в виде клавиши от пианино. Красивый, поэтому кладу в карман толстовки и спускаюсь вниз. Следующий урок физкультура.       

***

      Как обычно делимся на команду мальчиков и девочек и играем в волейбол. Я не сильна в игре, но отбить мяч могу. Оглядываю помещение и замечаю самую скрытую личность университета, которая сидит на трибуне со стороны парней и отказывается принимать участие в игре.       Зачастил нынче…       Смотрю на него и, когда наши глаза встречаются, понимаю, что в открытую пялюсь. У него чёрные глаза с каким-то блеском в зрачке. Я не знаю, сколько бы продлились наши гляделки. Однако всё прекратилось, когда мяч попал мне в спину, и я упала. С моим падением отлетела и клавиша на сторону противника. В спине саднило, зато я получила урок. Больше не буду пристально смотреть на людей. Медленно встаю и иду на трибуну. Преподаватель мне ничего не говорит, потому что знает, кто тут пострадавший. Больше нет желания смотреть вокруг, и чтобы отвлечься от боли, включаю плейлист. Главное не забыть после пары найти уже мою потеряшку.       

***

      Когда все начали уходить с зала, я поспешила искать брелок. Уверена, осмотрела все поле, но так ничего не обнаружила.       — Вот черт… А он мне понравился, — бубню себе под нос.       — Случайно не это ищешь? — какой-то хриплый голос заставляет повернуться к его источнику.       Сам Мин Юнги стоит передо мной. Я была удивлена, что он выше меня и у него темно-карие глаза, которые из далека кажутся черными. Оказывается дальнее расстояние имеет способность искажать действительность. Устремляю серьёзный взгляд на его глаза и сдержано говорю:       — Да. Это моё, — протягиваю ему ладонь в надежде на то, что он догадается вернуть потерянную вещь.       — Я хочу кофе. Поэтому отдам тебе эту клавишу после тогда, как ты меня угостишь вкусным кофе, — парень прячет вещь в карман брюк и обходит меня. — Сегодня после пар. Буду ждать на выходе.       Похоже на шантаж.       — Твои условия меня не устраивают. Поэтому прекрати вести нелепую игру и отдай то, что принадлежит мне, — поворачиваюсь к нему и строго произношу свои требования.       — А ты уверена, что это принадлежит тебе? — останавливается и засовывает руки в карманы брюк. — Такой же брелок я видел у кое-кого. Совпадение?       Хм. Хочешь заставить меня играть по твоим правилам, черноглазый? Не получиться.       — Намекаешь на то, что я воровка? Ладно, думай, что хочешь. Я не собираюсь ничего тебе доказывать. Ты можешь оставить его себе или же вернуть кое-кому его же брелок. А теперь всего хорошего, — спокойно отвечаю на его манипуляцию и покидаю зал.       Только середина дня, а я уже на взводе.