I love you

— Мама, нам обязательно переезжать? — спрашивает Му Цин и с грустным вздохом закатывает глаза, прекрасно зная ответ. — Да. Мы больше не можем тут оставаться. Му Цин, ты же взрослый, должен понимать — говорит его мама, продолжая складывать книги в коробку, явно давая понять, что она больше не намерена возвращаться к этой теме. Они 17 лет прожили во Флориде, а теперь им предстоял переезд в Китай. Как говорит мама, обратно к корням. Они приняли такое решение после смерти отца. Они больше не могли оплачивать тот дом, в котором жили, а в Китае у них остался не проданный дом, от их покойной бабушки. Выбросив ненужные мысли из головы, Му Цин принялся помогать маме в упаковке вещей. Через некоторое время, когда они уже упаковали те немногие вещи, что у них были, решили попить чая на кухне.  — Му Цин, не боишься переезжать? Не боишься идти в новую школу? Выглядишь таким подавленным — спрашивает мама, ставя кружку с ароматным чаем прямо перед ним. — Я не боюсь переезжать. Я конечно уже привык к этому месту и менять обстановку не очень люблю, но я все понимаю. И в школу я идти не боюсь- он грустно ухмыльнулся — Не в первый раз, да и не думаю, что там будет хуже, чем здесь — сказал он и сделал глоток чая, который прошелся теплой волной по всему телу. Это была правда, но отчасти. Му Цин действительно не любил менять привычные вещи и делать что-то, настолько координально новое. Новизна в его жизни, заключалась, только в покупке новых книг и для него, это было более чем достаточно. Му Цин говорил, что ему абсолютно все равно на новых одноклассников и это было правдой, но не до конца. На самом деле, глубоко внутри, он переживал и хотел, что бы его будущие одноклассники приняли его, что бы он тоже почувствовал, какого это — быть в коллективе и иметь друзей. Его нынешние, можно считать уже прошлые, одноклассники к сожалению не предоставили ему такой возможности. Когда он пошел во Флоридскую школу, он сразу стал некой белой вороной. Для всех он выглядел злобным и высокомерным, из-за чего никто не хотел знакомиться с ним. Наверное, он все же понимал, что, если он попытается наладить с ними контакт, то все получится. Но внутренний голос вечно повторял, что его ждет только провал. Поначалу он пытался бороться с собой, осознавал, что если он не сделает первый шаг, его никто не сделает, но вскоре сдался, убеждая себя в том, что ему и одному хорошо. Му Цин говорил маме, что все хорошо, что это не важно, что ему просто нравится, находиться в тишине и одиночестве. Обычно, после таких разговоров, он стоял перед зеркалом и искал в себе минусы. Он смотрел на себя и понимал, что действительно выглядит злобно и высокомерно, что такому как он лучше находиться одному, что такого как он никогда не примет общество, ссылаясь на стереотипы и первое мнение. Со временем, он стал приписывать и считать правдивым все то, что про него говорят. Так у него появились комплексы, которые он поначалу отказывался воспринимать таковыми, а потом просто зарекся скрывать и не обременять кого-либо, своими проблемами. Мама также волновалась за то, что Му Цину будет тяжело из-за языкового барьера, но он не боялся его, наоборот считал своим преимуществом, что сможет говорить своим будущим учителям и одноклассникам что-нибудь на английском, а они ничего не поймут. Эта мысль развеселила его и, потеряв контроль на своими эмоциями он засмеялся. На мамин вопрос:  — Чего смеешься? Он ответил:  — Так, всякая ерунда в голову лезет. Они допили чай, еще немного поговорили о какой то ерунде и легли спать. В последний раз в этом доме, в этом городе и в этой стране. Утром у них был самолет на который они чуть не опоздали, из-за Му Цина, которому пришла в голову гениальная идея — почитать до поздна. Но хвала богам, они успели и долетели без происшествий. Во время полета они с мамой говорили на китайском, что бы повспоминать некоторые сложные слова. По итогу, когда они приземлились, Му Цин чувствовал себя настоящим китайцем каким собственно и являлся, но не суть. Погода тут была похолоднее, чем в Америке, но не слишком. Му Цин до ужаса не любил всю эту аэропортную суету и многолюдные места в целом, поэтому всю дорогу до их дома, он молча следовал за мамой, надеясь, что очередной поток людей направляющийся в их сторону его не унесет. Добравшись до их нового дома, Му Цин подумал, что тот неплохо сохранился. Дом, хоть и был довольно старым, но выглядел неплохо. От того дома, что у них был во Флориде его отличало лишь причудливо — изогнутая крыша и ярко красный цвет, в то время как их прошлый дом был бежевого цвета. Зайдя внутрь, они почти сразу принялись за уборку, игнорируя усталость после перелета. Уж слишком они были чистоплотны. Мама всегда смеялась и говорила, что чистоплотность передалась ему по наследству. Дом состоял из двух этажей и чердака на самом верху. Они разделили обязанности таким образом, что Му Цин убирает второй этаж, а мама первый. Во время уборки они находили старый хлам, часть из которого сразу летела в мусорный пакет, а часть из которого они решили оставить. Вдруг пригодится. Через пару часов дом был более менее убран. Решив закончить завтра, они стали готовиться ко сну. Вещи должны были привезти только через пару дней, поэтому им пришлось спать на полу. Всю ночь Му Цин не мог сомкнуть глаз. Было какое то непонятное чувство тревоги граничащей с восторгом. Он не особо понимал, чего он так боится и чего так ждет. Последний раз, он испытывал такие чувства в далеком детстве. В ночь перед своим днем рождением, он засыпал с ним, точнее, как сейчас пытался. Но потом, с возрастом, это чувство прошло, поэтому не найдя ответ на вопрос " От чего это?", он все же попытался уснуть и у него почти получилось, правда ближе к утру и в общей сложности он проспал часа 3. Но ему не привыкать мало спать, поэтому, старательно игнорируя ужасную сонливость, он стал собираться. Сегодня они с мамой шли подавать документы в школу. Она была недалеко от их дома, в 10 минутах ходьбы. Еще вчера вечером, его мама зашла на сайт этой школы, что бы почитать что о ней пишут и родители и сами учащиеся, а после обрадовала сына тем, что о ней пишут много хорошего. Му Цин тогда улыбнулся и сказал, что очень рад это слышать, но на самом деле ему было глубоко наплевать в какой школе он будет учится и что о ней пишут люди. Он и так знал, что куда бы он не пошел, его сделают изгоем и будут насмехаться, но что самое обидно, за спиной, ведь из-за его «высокомерного» взгляда никто, по крайней мере раньше, не осмеливался говорить ему что то подобное в лицо. Со временем, Му Цин привык, что человека действительно судят по обложке, но делать красивую «обертку» он принципиально не собирался. Не понравлюсь им , плевать — думал Му Цин, подходя к школьным воротам. Само здание отличалось, от того что Му Цин привык видеть в Америке. Если там школы были похожи, грубо говоря, на обычные многоэтажные дома, то здесь они выглядели как те же дома, только как будто из будущего. Само здание было серебристого цвета, что блистал в лучах солнца. Подняв голову, Му Цин увидел большие прямоугольные окна, а в левом углу золотыми иероглифами было написано ее название. Зайдя в школу, он особо не удивился. Такая же красивая, как и снаружи — подумал он и стал внимательнее всматриваться. Внутри было довольно просторно и это внушало некий страх. Эта школа была гораздо больше той, к которой Му Цин привык. Я тут точно когда нибудь заблужусь — подумал он и медленно шагал за мамой, которая была поглощена поиском кабинета директора. К счастью, они нашли его, не скоро, но нашли. Он находился на первом этаже, но что бы попасть в него, нужно было пройти несколько поворотов. К тому времени как они его нашли, Му Цин стал чувствовать легкую тошноту, поэтому, сказал маме, что ему нужно отлучится в туалет. По дороге они уже видели его, поэтому он слегка нетвердой походкой пошел туда. Зайдя внутрь, он слегка прикрыл глаза от яркого света и белизны всего помещения. Подойдя к умывальнику, он включил воду и плеснул ее себе в лицо. Он начал чувствовать, что ранее испытываемая тошнота, стала сменяться этим непонятным чувством тревоги вкупе с предвкушением. Над раковиной висело зеркало. Му Цин смотрел в него и думал, что кажется у него совсем крыша поехала. Как хорошо что сейчас идет урок — подумал он и почти сразу же услышал звук смыва туалета, который для него оказался как электрический ток, что прошел по всему телу, потом послышалось шуршание из кабинки, а после оттуда вышел парень, на вид примерно одно возраста с Му Цином. Парень был красивым, такая первая мысль была у Му Цина в голове, чему он очень удивился. Му Цин, как будто, не находя в этом ничего странного, рассматривал парня. У него были светло коричневые волосы кожа на несколько тонов темнее чем у Му Цина, глаза были темно карие, брови, что слегка темнее волос сначала были слегка приподняты, а затем опустились к переносице. — Ты закончил? — спросил этот парень и пальцем указал на раковину — А…Да — сказал Му Цин и получил в свой адрес взгляд с прищуром. Не сразу осознав, за что он получил такой взгляд, вскоре понял, что сказал это на английском. Оттряхнув руки, он вышел из туалета и пошел обратно, к кабинету директора. По дороге он осознал, что чувство тревоги вкупе с предвкушением пропало. Вместо него появилось слегка учащенное сердцебиение, что Му Цин списал просто на испуг. Зайдя в кабинет директора он узнал, что его документы приняты, и что Му Цин может приступить к занятиям прямо со следующего дня, что бы не отставать от программы. — Там, по коридору прямо и налево есть большая дверь — это библиотека, зайдите и получите там учебники — Сказал он и отдал в руки матери какую то бумажку. Добравшись до библиотеки, мама отдала бумажку библиотекарю и они стали ждать, пока он достанет все нужные учебники. Му Цин решил не терять время зря и стал осматривать помещение. От такого количества книг глаза разбегались. Эта библиотека была куда больше, чем в прошлой школе, чему Му Цин был безумно рад. Получив нужные книги, они отправились домой. Вообще то, он мог бы один сходить, все-таки не маленький уже, но его все еще напрягал тот факт, что он может не понять некоторых слов. — Ну что как тебе школа? — спрашивает мама, выходя из школьных ворот. — Довольно красивая — говорит Му Цин без особого интереса и настроения. По дороге домой они купили некоторые канцелярские предметы и школьную форму. Вернувшись домой, Му Цин с мамой стали смотреть учебники что им выдали в школе, а затем еще раз попрактиковали китайское письмо и речь. Когда они ходили по магазинам, Му Цин уговорил маму купить ему книгу, аргументируя покупку тем, что она на китайском, а значит будет дополнительная практика. Ночью, он как обычно не мог уснуть и решил почитать свою недавнюю покупку. И как обычно, оторвался от книги Му Цин, только в 5 утра. Решив, что ложиться спать уже без надобности, он сделал вид, что только проснулся. Буквально через час, он осознал, что поспать все-таки нужно было. Из-за недосыпа он стал раздражительнее чем обычно. Хотя куда хуже — говорил он себе стоя перед зеркалом и собирая волосы в небрежный хвост. Сегодня первый день в новой школе. Ему до ужаса не хотелось переживать все эти формальности знакомства с классом. Ему просто хотелось как обычно стать невидимкой и приходить в школу исключительно за знаниями. Мама пожелала ему удачи и сказала не обзывать одноклассников на английском языке, что бы те ничего не поняли. И как она догадалась — думал Му Цин, идя в школу без особой расторопности. До уроков было еще примерно 40 минут, а путь занимает всего 10. Он вышел так рано, чтобы немного осмотреть окрестности, потому что вчера как то не особо интересовался ими, ему больше было посмотреть на саму школу, но как оказалось осматривать нечего. Всюду были натыканы однотипные дома с маленькими лужайками. Пара деревьев возле школы вот и весь пейзаж. Скучно — подумал Му Цин, входя на территорию школы. Еще вчера ему выдали листок с расписанием и номерами классов, поэтому, только зайдя в школу, он стал искать нужный кабинет. После продолжительных поисков, когда он уже совсем отчаялся потеряться и опоздать, кабинет волшебным образом появился прямо перед ним. И как, я мог не заметить его? — думал про себя Му Цин, но списал это все на непривычность к новому месту. Зайдя в кабинет, он увидел пару человек, которые собрались в кучу и что то бурно обсуждали. Стоило ему переступить порог кабинета, как они мгновенно замолчали и уставились на него. Он ради шутки сказал им «hello» и сел за последнюю парту, возле окна. Они посмотрели на него как на сумасшедшего и видимо решили не обращать внимания, поэтому продолжили бурное обсуждения, чего, Му Цин услышать не мог. Приготовив все учебники он стал листать ленту фэйсбука. Потихоньку, класс стал заполняться учениками, которые не упускали возможности бросить на него косой взгляд и пошептаться о чем то друг с другом, то и дело поглядывая на Му Цина. Все в порядке, просто я новенький — успокаивал себя Му Цин. Прозвенел звонок. Как хорошо — подумал он, иначе он бы опять начал самоанализ, который кончился бы увы, не в его пользу. Учитель еще не успел придти и парень, который только-только прибежал в класс, осознав это, облегченно выдохнул. Но его спокойствие было недолгим. Я же видел его вчера, что он тут делает? — подумал каждый из них, не догадываясь, о схожести мыслей друг друга. Парень нахмурил брови и медленно начал подходить к парте, за которой сидел Му Цин. Последний очень напрягся, но вида не подал. Наоборот, попытался придать своему лицу, как можно более спокойное выражение. Парень подошел совсем в плотную, поставил руки по краям парты и навис над Му Цином, который от такой близости начал откровенно паниковать. Но немного успокоившись, он попытался спросить " В чем дело? " придав своему голосу как можно больше уверенности и спокойствия. — Это мое место — сказал парень с нескрываемой агрессией. — Ты что собака, что бы у тебя было свое место? — ответил Му Цин, ни капли не изменившись в лице, но зато внутри у него был целый ураган эмоций. Парень, явно не ожидавший, что Му Цин начнет с ним спорить, мягко говоря, охуел, а весь класс тем временем начал смеяться и перешептываться. — Чего замолчал? Язык проглотил? Если это были все твои претензии, не мог бы ты отойти? Мне неприятно смотреть на тебя — сказал он, немного приврав на последней фразе, но об этом, кроме него, никому знать не обязательно. Он скрестил руки и стал ожидать ответа своего новоиспеченного одноклассника, предполагая, что сейчас они либо подерутся, либо завяжется словесная перепалка. Но ни одному из этих предположений не суждено было сбыться, потому что к, видимо новоиспеченному врагу Му Цина, подбежал другой парень, с волосами гораздо светлее и не только волосами, он как будто всем своим видом излучал свет. Прямо как в детских мультиках — подумал Му Цин и усмехнулся такому сравнению. — Фэн Синь, ты чего — парень, видимо друг Фэн Синя, аккуратно взял его за рукав школьной рубашки — Тебе что, жалко место? Он же новенький, с твоей стороны, было бы не плохо уступить ему. — Уступить этому идиоту? Да никогда в жизни — сквозь зубы сказал Фэн Синь и с еще большей ненавистью уставился на Му Цина. — А ты что думаешь? Если новенький, так тебе все можно? Последний раз тебе говорю, уйди с моего места — щеки Фэн Синя стали заметно краснее и непонятно от чего. То ли от одноклассников, что смеялись над ним, то ли от злости. — Вот идиот твердолобый — сказал Му Цин на английском, что бы не распалять их спор еще больше. Ему не очень хотелось ругаться с кем то, в первый же день, но видимо это было за гранью реальности. И он, уже подумывал согласиться и уступить, как неожиданно в класс вошел учитель. Все сразу же разбежались по своим местам и Фэн Синь с нескрываемым раздражением отошел от парты и занял парту, по правую руку от самого Му Цина. Учитель заметил новенького и сказал что то на подобии " Куда же ты так далеко сел? У тебя хорошее зрение? " После этого, он подозвал его к себе, чтобы представить перед всем классом. Вот то, из-за чего он, сегодня жутко не хотел идти сюда. Его так раздражало это чувство, когда на тебя смотрит целый класс, а тебе от волнения даже не за что взгляд зацепить, из-за чего ты стоишь и бегаешь глазами по всему кабинету. Учитель, говорил о том, что вот у нас новый ученик, а затем, попросил его рассказать немного о себе. Мысленно, Му Цин судорожно думал, что сказать и куда смотреть. Ожидаемо, его глаза наткнулись на Фэн Синя, который без особого интереса смотрел в окно. Смотря только на него, он начал рассказывать о себе. Кратко рассказал, что они с мамой переехали из Америки, а еще немного о его увлечениях, все это время пристально смотря прямо на Фэн Синя, который видимо, не заметил этого взгляда, либо сделал вид что не замечает. Закончив свое представление, он сел обратно и поскольку его парта находилась к окну ближе всех, Фэн Синь мгновенно отвернулся в другую сторону, всем своим видом показывая отвращение. Закатив глаза на такое детское поведение, он стал слушать учителя. Первым уроком у них была литература. Учитель рассказывал биографию, какого то известного писателя. Му Цин не особо вслушивался, просто делал вид, что очень заинтересован рассказом. Весь урок он провитал в своих мыслях. Он думал о том, что же скажет ему этот Фэн Синь, ведь если бы не учитель они бы поругались в пух и прах, еще он думал о том, захочет ли кто нибудь общаться с ним? Или его снова посчитают выскочкой и станут обходить стороной? Он не хотел нагнетать грустными мыслями, поэтому стал смотреть в окно. Пейзаж был таким же скучным, как в принципе и по дороге в школу, ожидаемо. Урок уже подходил к концу и весь этот урок Му Цина, не покидало чувство пристального взгляда, которое он старался игнорировать, но в конце, все же не смог и решил повернуть голову. Поскольку, слева было окно, он повернул ее в право и наткнулся на взгляд Фэн Синя, который заметив, что на него смотрят в ответ лениво отвернулся и стал смотреть на учителя. Вот чудной — подумал Му Цин, а затем прозвенел звонок. Следующим по расписанию у них была математика. По дороге в кабинет литературы он уже его видел, поэтому собирался не торопясь пойти туда. Но не успел он отойти от класса, дальше чем на 2 метра, как сразу же услышал грозное " Эй Му Цин, не мог бы ты задержаться". Натянув на лицо привычную маску равнодушия, он лениво повернулся и встретился нос к носу с Фэн Синем. Этот парень вообще знает, что такое личное пространство? — подумал Му Цин, но не из-за настоящего дискомфорта, а скорее из-за правильности мысли. — Ну чего тебе еще? — спросил Му Цин, выражая всем своим видом не заинтересованность в этом диалоге. — Ты что думаешь? Раз из своей Америки приехал, так стал здесь самым крутым? — спросил Фэн Синь, а Му Цин тем временем начал чувствовать, что диалог с ним может окончательно вывести его из себя. Ну что за идиот? Неужели ему так нравится скандалить? А поначалу казался спокойным — думал про себя Му Цин, пока его взгляд, был направлен прямо в глаза Фэн Синя. — Покруче некоторых идиотов — сказал Му Цин на китайском, но планировал на английском, что бы разойтись мирно, но в последний момент решил, что нужно показать, что он не намерен терпеть издевательство над собой. — Что ты сказал? — взревел Фэн Синь наклоняясь настолько близко, что они уже дышали одним воздухом, явно намереваясь подраться. — Идиот не услышал, как его назвали идиотом? — гневно выпалил Му Цин, чувствуя, что еще немного и он перестанет контролировать себя в приступе гнева — Тогда у меня для тебя плохие новости, ты глух как старый дед если не услышал что я сказал, стоя почти в плотную ко мне. Все закончилось, как и ожидал Му Цин. Дракой. Возможно, ее смог бы предотвратить ,тот друг Фэн Синя, но сразу после урока он куда-то пропал и появился только под конец 'представления'. Их оттащили друг от друга, но это, не помешало им бросаться друг в друга самыми грязными словами. Повезло еще, что никто из учителей не заметил этот цирк, иначе Му Цин мог бы влипнуть по крупному, прямо в первый же день. Оттряхнув с одежды пыль, которую он собрал пока они катались по полу, пытаясь по больнее ударить друг друга, он, как и хотел, направился в этот злосчастный кабинет математики. Идя, он краем уха услышал, как Се Лянь (так своего друга назвал Фэн Синь) читает нравоучения и говорит быть ему подобрее к людям. Видимо, как первый школьный день проведешь, так будут выглядеть и остальные дни — думал Му Цин спустя пару недель своего пребывания в этой школе. Отчасти, это было правдой. Не было и дня когда бы Му Цин не спорил или ругался с Фэн Синем. Однако при этом, ему, каким то образом удалось влиться, в их с Се Лянем компанию. Просто они, довольно часто могли обсуждать какие то книги или еще какие нибудь вещи. Му Цин, даже не думал, что его новый знакомый настолько эрудирован в некоторых вещах. На первый взгляд, он казался ему каким то простофилей, однако, как Му Цин уже понял, первое впечатление обманчиво. Поскольку, Се Лянь общался только с Фэн Синем, что для Му Цина было довольно непонятным явление, он иногда слушал их разговоры или делал вид. Так они стали ходить в троем. Время шло, Му Цин все чаще старался обзывать Фэн Синя на английском, что бы тот не разжигал скандал, или старался этого не делать вообще, но со временем понял, что с таким дубиной, это просто невозможно. Поскольку, на его вопрос «что это значит?» Му Цин отвечал «пожелание здоровья», он решил сам узнать перевод. И стоит ли говорить, что когда нашел, был в ярости и у них случилась очередная драка? Му Цин всегда шутил, что он настолько вдохновляющая личность, что Фэн Синь ради него стал учить английский язык. На что Фэн Синь закатывал глаза и называл его придурком. Они часто вместе сидели в столовой и болтали на какие то отвлеченные темы. Се Лянь очень интересовался жизнью в Америке. Его интересовало все, абсолютно все, начиная с прав граждан, заканчивая едой в супермаркетах. Му Цин рассказывал без особого интереса, потому что не понимал, как это вообще может кого нибудь интересовать и почему бы не поговорить на какие то более интересные темы. Хоть он и думал, что это скучно, однако всегда отвечал и в некоторых моментах давал себе возможность рассказать поподробней. Фэн Синь всегда слушал, или делал вид, что слушает их беседы, иногда задавая вопросы типа: " А ты своих американских одноклассников тоже материл на китайском?» Или " А как твои глаза все еще в глазницах, если уже давно должны были за них закатиться? " На что Му Цин его всегда посылал куда подальше. На китайском. Однажды, в конце первого урока Му Цин спросил у Фэн Синя "Где Се Лянь?" Он ответил, что не знает. Написав ему, они узнали, что тот заболел и около недели не будет ходить в школу. Они пожелали ему скорейшего выздоровления, а он попросил их не разгромить школу, за время его отсутствия. Не замечая ничего необычного Му Цин с Фэн Синем целый день ходили по школе вместе. Как будто, это было в порядке вещей. Как будто, они тоже были друзьями. Му Цин был уверен, что их скрепляющим звеном был Се Лянь, но они находились в компании друг друга и без него. Они даже не ссорились. Складывалось такое ощущение, что они разыгрывают этот спектакль с величайшей ненавистью, только для Се Ляня. Иначе, как объяснить, что вдвоем они почти не ругались? Решив, не придавать этому великое значение, они вместе направились в столовую. За едой, они обсуждали контрольную по математике. Фэн Синь как обычно жаловался, что ни слова от этой грымзы не понимает. На что Му Цин улыбался и говорил " Почему прожив в Америке всю жизнь, я знаю китайский лучше тебя? " На что Фэн Синь закатывал глаза, в неудачной пародии. Обед подходил к концу и Му Цин, посмотрев на Фэн Синя увидел у того на щеке каплю соуса. — Ты такой милый когда не ругаешься- пробубнил себе под нос Му Цин, на английском. У Фэн Синя покраснели уши, и он дрожащим голосом спросил " Что? " Му Цин взял салфетку и вытер эту каплю соуса с щеки. — Ты запачкался, пока ел — спокойно ответил Му Цин и пошел относить грязную посуду. А Фэн Синь так и остался сидеть в немом шоке и ступоре. Он никому не говорил об этом, но на следующую неделю после того, как в их классе появился Му Цин, он начал учить некоторые английские слова, в надежде понимать о чем же тот говорит. Он не знал перевода всей фразы, что сказал Му Цин, но отлично расслышал первые два слова, что означали " Ты милый ". Осознав это окончательно, он покраснел, очень сильно покраснел. Ему казалось, что от жара его щек, сейчас расплавится все лицо. Он сделал глубокий вдох и выдох, а затем тоже направился относить посуду и догонять Му Цина. Весь оставшийся день они почти не разговаривали, потому что обычно разговор заводил Фэн Синь, но сегодня он постоянно пребывал в какой то прострации из своих мыслей. Даже чуть в стену один раз не врезался, если бы Му Цин не схватил его за руку и не спросил " Эй ты чего уснул что ли? " На что Фэн Синь заторможенно отвечал: " А нет, просто задумался" . Так прошло еще пару дней. Му Цин, уже давно смирился с симпатией к Фэн Синю, которая возникла у него еще тогда, в его первый школьный день, когда они только относили документы. Он сначала хотел не обращать на это внимания, считая это, каким то помутнением рассудка, но когда, эта симпатия постепенно начала перерастать в полноценные чувства, он задумался. Неужели действительно влюбился? Он смотрел свою реакцию, на какие либо действия Фэн Синя каждый школьный день. В итоге выяснилось, что стоит ему только заметить макушку светло коричневых волос, как сердце билось с удвоенной силой, а во рту становилось ужасно сухо. Он давно заметил, что если он и краснеет, то эта краснота появляется не на щеках, а на шее и ушах, поэтому не было и дня, что бы Му Цин пришел в школу в кофте без ворота. Подводя итоги своих наблюдений, он понял, что его опасения подтвердились. Он влюбился. Му Цин, любил быть реалистом, а потому признался себе в этих чувствах и не стал от них бегать или закрывать глаза, в надежде, что те пройдут. В тот день, когда осознание данного факта наконец пришло к нему, он все думал, как это получилось? Почему, именно такой придурок Фэн Синь? Но, как говорится, сердцу не прикажешь. Му Цин принял свои чувства, вот только рассказывать о них, кому-либо, и в том числе причине их появления , он был не намерен. Он убедил себя, что никакой взаимности ему не видать и лучше не портить этот хлюпкий мир, что между ними сейчас, своим признанием. Подумаешь, пострадает немного, подумаешь испытает вкус уксуса, наблюдая за тем как Фэн Синь общается с какой то девочкой из параллели. Он был уверен, что раз ты допустил возникновения чувств, значит, обязан будешь терпеть все эти последствия. К тому же, все те вещи, что он не любил в себе, сейчас начали раздражать его с удвоенной силой, а потом этих недостатков становилось все больше и больше. Ты ему никогда не понравишься. Влюбился — страдай — говорил себе Му Цин каждый день. Иногда, он думал о том, а вдруг есть шанс взаимности? Вдруг, он не настолько ужасен, каким кажется себе сам? Но потом, сам себе говорил, что это все пустые мечтания и намеревался больше никогда не возвращаться к таким мыслям, что было достаточно трудно. Сегодня у них первым уроком опять была литература. Му Цин пришел пораньше, что бы почитать книгу, которую недавно купил, но, какого же было его удивление, когда войдя в класс он обнаружил, что тот не пуст, там сидел Фэн Синь и нервно постукивал пальцем по парте. Услышав, звук открывающейся двери, он резко развернул голову в сторону звука и заметно напрягся увидя Му Цина. — Ты чего? Испугался что ли? — ухмыляется Му Цин, садясь за свое место, которое ему все же удалось отвоевать у Фэн Синя. — Ага, как тут твоего лица не испугаешься — огрызнулся Фэн Синь и принялся смотреть что то в телефоне. Му Цин достал учебники и книгу которую хотел почитать, но перед этим тихо пробубнил себе под нос: — Называешь меня страшным, а я вот считаю тебя очень красивым — естественно на английском. Му Цин никак не стал объяснять эти свои недо-признания на английском, просто стал считать одной из своих странностей. Да ладно, это же на английском, он не поймет, а мне станет легче дышать — думал Му Цин. На самом деле, он очень хотел признаться, и освободиться от этого тяжкого груза на сердце, но головой понимал, что от этого будет только хуже. Приходило ли ему когда-нибудь в голову что Фэн Синь поймет его? Нет, он считал это невозможным. Учитывая способности Фэн Синя к иностранным языкам, это было невозможно. Задумавшись. Му Цин и не заметил как Фэн Синь подошел к его парте и встал над ним так, что, чтобы посмотреть ему в лицо, Му Цину пришлось задрать голову. Это напомнило Му Цину об их второй встрече, которая закончилась не очень хорошо. Он улыбнулся, всего на пару секунд, думая о том, как же все поменялось, за такой короткий промежуток времени. — Что читаешь? — спросил Фэн Синь — Да так, книгу — ответил Му Цин без особого интереса, он не очень любил, когда люди спрашивали что он читает. Ну неужели, если тебе интересно так сложно посмотреть на обложку и прочитать самому? — Понятно. Как обычно, Му Цин в своем настроении ненавижу всех и вся — на последней фразе Фэн Синь пытался спародировать голос Му Цина, но у него как всегда получилось плохо, у него вообще всегда с пародиями было плохо. — Неправда — ответил Му Цин, отложив книгу в сторону — Я ненавижу не всех и вся — Он снова запрокинул голову так, что смотрел, прямо в глаза Фэн Синю. — Ого, неужели — удивился Фэн Синь и рассмеялся. Му Цин застыл как каменная статуя. Он, конечно, считал Фэн Синя красивым, но с каждым днем все больше и больше убеждался в том, что он еще красивее, чем можно вообще себе представить. Его, обычно хмурое лицо, сейчас было очень веселым и расслабленным. Они находились так близко, что Му Цин рассмотрел его крохотные веснушки на щеках. Казалось, что его грудная клетка сейчас лопнет от переизбытка чувств. Не зная, как еще высвободить хоть каплю из них Му Цин прошептал: — I love you — и ни один мускул на его лице не дрогнул. Как будто такие слова были в порядке вещей, как будто он каждый день тренировал их произношение у зеркала. Думая, что Фэн Синь как обычно ничего не поймет или не услышит, Му Цин хотел начать читать, как вдруг увидел, что все лицо Фэн Синя покраснело, он сел за свою парту и прикрыл глаза рукой улыбаясь как дурачок. Нет — подумал Му Цин — Не может быть. Возможно, ему плохо или еще что да? Он же не знает, что означают мои слова, верно? — внутри Му Цин был в панике, а внешне его выдавали только покрасневшие уши и шея, скрытая воротом водолазки. — Фэн Синь, ты чего? Тебе плохо? — спрашивает Му Цин в надежде, что его догадки подтвердятся. — Придурок — выдавливает спустя какое-то время из себя Фэн Синь — Я хотел первым это сказать. Все мысли Му Цина куда то улетучиваются, но голова от этого легче не становится, наоборот такое ощущение что туда налили свинца, в мозгу появляется только одна мысль " Что? " И бьет его изнутри, так сильно, что кажется голова сейчас лопнет. Лицо постепенно стало приобретать насыщенный красный цвет. И все это время он не мог пошевелиться и тупо пялился на Фэн Синя, который спустя пару минут убрал руку от лица, цветом примерно такого же как у Му Цина. — Ты знаешь, что я уже около месяца изучаю английские слова? Сначала Я просто хотел узнать какими погаными словами ты обзываешь меня, но потом мне стало интересно, если я скажу тебе, что нибудь на английском поймешь ли ты? Я около недели тренировал произношение фразы, что ты сказал мне пару минут назад. — сказал Фэн Синь все это время смотря в пол, но после окончания своего монолога поднял глаза и посмотрел на Му Цина который покраснел настолько, что предпочел закрыть свое лицо руками. Он был настолько рад, что казалось, сейчас сойдет с ума, но не хотел показывать эту не нормальную радость, потому что все еще не был уверен, в правдивости слов Фэн Синя, который от долгого молчания и бездействия подошел и аккуратно стал отлеплять ладони Му Цина от его лица. — Придурок, почему я должен верить тебе? — со слышимой дрожью в голосе проговорил Му Цин, взгляд которого был направлен, куда то, в сторону. Да куда угодно лишь бы не на Фэн Синя. — Ну я же тебе поверил — почти шепотом говорит Фэн Синь и со всей нежностью, на которую был способен, взял Му Цина за подбородок, разворачивая к себе лицом, а потом целует, не прерывая зрительного контакта. Если это можно назвать поцелуем. Он с бешено колотящимся сердцем и ярко красным лицом прижимается своими сухими губами к нежной коже на губах Му Цина, цвет лица которого, ни чуть не уступает его. Му Цин так и остался бы сидеть, в ступоре, наблюдая за тем, как его, без его разрешения, нагло целуют, если бы не услышал шаги. Они как то забыли, что вообще то они находятся в школе и что скоро сюда должны придти остальные ученики. Му Цин быстро отпихивает от себя Фэн Синя и быстро говорит " Встретимся после уроков», а потом пытается спрятать свое горящее лицо в книге, что, честно признаться у него плохо получается. Просто особо сильное волнение, ему всегда не удается скрыть. Весь урок Му Цин сидел как на иголках, ощущая, как внутри него бушует целый ураган из чувств готовый разорвать его грудную клетку изнутри. Нет, это глупо, так не может быть. Я не могу ему нравится, наверняка это какая то не смешная шутка — говорил себе Му Цин весь урок. После урока он пулей выскочил из кабинета, чуть не сбив при этом пару школьников. Добежав до туалета, Му Цин закрылся в одной из кабинок. За время урока он более-менее успокоился, но желание кричать до срыва голоса, до потери сознания никуда не пропало. Эта ситуация была для него более менее понятной, но он никак не мог поверить, осознать то, что она происходит на самом деле. А вдруг это его сон? И сейчас он проснется и поймет что это всего лишь игры его воображения. Сделав пару глубоких вдохов и выдохов он вышел из кабинки и подойдя к раковине умылся холодной водой. Он все еще прокручивал в голове этот момент, что был пару минут назад и впал в некую прострацию, раз не заметил как в этот туалет кто-то зашел. Му Цин смотрел в одну точку и не двигался. Когда перед его глазами появилась ладонь, он испугался, от неожиданности и чуть не упал на пол, если бы не стена позади него. Вплотную прижавшись к стене, он увидел, перед собой Фэн Синя, который тоже слегка испугался такой реакции — Что с тобой? Му Цин неужели ты такой трус? — спросил Фэн Синь и издав смешок начал подходить все ближе и ближе к нему. Если бы не стена сзади, то на каждый приближающийся шаг Фэн Синя Му Цин бы отступал назад. — Ну что? Поговорим? — сказал Фэн Синь почти шепотом ставя свои руки по бокам от головы Му Цина. — Ты что плохо слышишь? Я сказал после уроков, а их у нас еще 5 если у тебя и с памятью проблемы — огрызнулся Му Цин, напрягаясь всем телом. Он чувствовал нарастающею панику, и грубость была как защитная реакция. Фэн Синь приблизился настолько, что они стали дышать одним воздухом — Извини, но я не могу ждать так долго — сказал Фэн Синь и облизнул свои пересохшие от волнения губы, из-за что Му Цин густо покраснел и отвел взгляд. — А если нас здесь кто то увидит? — почти шепотом спросил Му Цин потому что от такого сильно напряжения все его силы как будто уходили на то, что бы удерживать все его тело в стоящем положении. — И что? — Придурок, может уже отойдешь от меня? — А вдруг ты сбежишь? Или начнешь все отрицать? — Я не стану так делать — ответил Му Цин, опустив голову так, что она почти лежала, на плече Фэн Синя и стал разглядывать собственные кроссовки. — Я знаю. — Что? — спросил Му Цин и резко поднял голову так, что сразу же наткнулся своими губами на губы Фэн Синя, который видимо специально принял такое положение. Му Цин превратился в каменную статую, он смотрел, широко распахнутыми глазами на полуприкрытые глаза Фэн Синя и его голова постепенно стала заполняться гневными мыслями. Подумать только, этот бесстыдник, целует меня второй раз и за эти два раза не удосужился спросить моего разрешения! — восклицал про себя Му Цин. Фэн Синь, не услышавший никаких возражений, потихоньку и очень аккуратно стал углублять их недо поцелуй, окончательно закрыв глаза. Му Цин был в гневе, он хотел прямо сейчас оттолкнуть этого наглого парня и влепить ему пощечину. Но его действия расходились с мыслями и довольно сильно, ведь он робко начал отвечать на поцелуй. Му Цин настолько утопал в своих чувствах, что когда прозвенел звонок и послышался бег учеников, ему казалось, что все это он слышит через толщу воды. Ему казалось, что его грудная клетка не выдержит переизбытка чувств, второй раз, за пол часа. Его голова мигом опустела, избавив его не только от гнева, но и ото всех других мыслей. Прошло от силы не больше минуты, когда их поцелуй превратился из безобидного прикосновения губами к губам, в настоящую битву за лидерство. Оба были новичками, в таких действиях, однако сильное желание довольно быстро вытеснило стеснение и неумение. От таких активных действий кислород заканчивался гораздо быстрее. Они отлепились друг от друга что бы сделать глоток воздуха, как вдруг Му Цин неожиданно начал смеяться. Отдышавшись, Фэн Синь спросил: — Ты чего смеешься? — Мне просто не верится, что это происходит на самом деле — сказал Му Цин, смех которого уже стих перейдя на отрывистые смешки. — Пошли — Фэн Синь взял Му Цина за руку — Нам еще нужно успеть на урок. С их сумбурного признания прошло чуть меньше месяца. После того, как Се Лянь вышел с больничного, он не смог, не заметить, кардинальные изменения, в отношениях своих друзей. Они стали, как будто совершенно другими людьми, всегда разговаривали спокойно, а если и находились разногласия, они решали их компромиссами. Се Лянь довольно долго мучался и пытался найти ответ, но в итоге решил спросить. Они сидели в столовой и молча поглощали пищу. — Знаете я все давно хотел спросить- осторожно начал Се Лянь и увидев две пары глаз смотревших на него в немом вопросе продолжил — Что произошло в ваших отношениях пока меня не было? Му Цин с Фэн Синем коротко переглянулись и слегка кивнули друг другу. Се Лянь уже хотел сказать, что они не обязаны отвечать, если не хотят, но вдруг Му Цин с абсолютно спокойным лицом сказал: — Мы начали встречаться — и продолжил есть. А Се Лянь чуть было не поперхнулся куском риса. Откашлявшись, он спросил, не послышалось ли ему. — А что в этом такого? — спросил Фэн Синь с таким же спокойным лицом как у Му Цина. — Ничего, просто слегка неожиданно — ответил Се Лянь, все еще пребывая в шоковом состоянии. Не то что бы он был не рад. Он напротив, был очень рад. Вот только он не думал, что они разберутся со своими чувствами так быстро. Се Лянь конечно догадывался, о том, что они чувствуют друг к другу совсем не ненависть, которую так отчаянно разыгрывают, а кое-что другое. Но, что бы это оказались любовные чувства, да еще и взаимные. Такое развитие событий, конечно, предполагалось в его голове, но процент того, что это на самом деле так, был крайне мал. Издав, короткий смешок из-за своей недогадливости Се Лянь продолжил есть.