Всё-таки живой.

(28 января 2010 года. Штаб СПК) - И всё-таки ты редкостная сволочь, Ниа. - рыкнул Мэлло. - Мэлло, успокойся наконец. - ответил альбинос. - Не успокоюсь я! Я буквально боролся за право жить, я прилагал столько усилий, а тебе всё доставалось просто так! Ты ничего не сделал для этого! Ты не заслуживаешь быть на месте Эл! - Пожалуйста, послушай... - НЕТ! Твою мать, Ниа, я тебя ненавижу... - МОЛЧАТЬ! - внезапно рявкнул Ниа. Мэлло действительно заткнулся, ибо такое было совсем не в духе Ривера, он никогда не кричал. Его обычно ровный, тихий, лишённый эмоций голос сейчас прозвучал хрипло и в нём сквозило столько ярости, что блондину стало дурно. Нет, не только ярость... Что-то ещё, но что - непонятно. - Ты ничего об этом не знаешь. Ниа внезапно развернулся и убежал куда-то. Михаэль с минуту смотрел ему вслед, а после сорвался с места, намереваясь найти "Вату" и потребовать объяснений. ... - Ниа, открой! - Мэлло в который раз постучал в дверь комнаты альбиноса. - Я знаю, что ты там, открой! Надо поговорить! Ответом была тишина. Михаэль закатил глаза: - Ладно, я предупреждал. - и сам открыл дверь. - Какого хрена ты... Слова застряли в горле, стоило парню увидеть, что творилось в помещении. Тусклая лампа, как в фильме ужасов, освещала опрокинутый стол, разбросанные по полу книги, разорванные бумаги, валяющиеся тут и там фрагменты пазлов. А посреди всего этого разгрома на полу на коленях стоял Ниа. Сейчас он казался ещё меньше, чем обычно. Его плечи подрагивали, а дыхание было неровным и тяжёлым. Не верилось даже, что он сделал всё это. Мэлло обошёл его и опустился рядом, чтобы заглянуть в лицо. Увиденное по-настоящему испугало. Покрасневшие глаза и кожа, стекающие по лицу слёзы, прокушенная до крови губа, красная струйка на подбородке. На одежде и руках такие же красные пятна, кажущиеся чересчур яркими на этом белом фоне. - Ниа... Что с тобой?.. - Ты ничего об этом не знаешь... - прошептал Ривер. - Абсолютно ничего... - Что? Что я ещё должен знать?! - у Келя начали сдавать нервы. - Ты? Да ты и не должен. - Нэйт неожиданно вскочил, отступая и уставившись на блондина полубезумными глазами, а затем продолжил сорванным дрожащим голосом: - Знаешь, как бы я хотел, чтобы меня не выбирали? Я никогда не хотел всего этого, слышишь? Быть для всех даже не человеком, а мозгом на поводке... Чтобы меня просто использовали... Или быть бесчувственным механическим ублюдком... Я даже подумать не смею о том, чтобы у кого-то попросить помощи... Да и просить не у кого, ведь меня и не человеком растили, а роботом, который был бы всем удобен, делал бы всю работу и не возражал... У меня нет права просить о помощи... Знаешь, как мне было страшно идти на встречу с Ягами Лайтом? А знаешь, как я боялся, что ты погибнешь?! Конечно, ты и подумать об этом не мог, ведь в твоих глазах я безэмоциональное ничтожество! Я не хотел всего этого!!! Слова закончились, ноги N подкосились. Ещё секунда - и он повалился бы на пол, но Мэлло вскочил и подхватил его, а затем развернул лицом к себе и обнял, крепко прижимая к груди. Ниа тут же задёргался, пытаясь оттолкнуть его, ударить, но вскоре его руки оказались зажаты между телами парней. Мэлло начал гладить его по голове, а затем внезапно поднял на руки и сел на чудом уцелевшую кровать, устраивая Нэйта у себя на коленях. - Посмотри на меня. - попросил он. Альбинос поднял голову, Михаэль заглянул ему в глаза и тихо сказал: - Прости. Я не хотел, чтобы всё это происходило с тобой, Нэйт. Я никогда не слушал тебя... Мне очень жаль. Прости меня. Неожиданно блондин сократил расстояние между ними и принялся целовать Ниа в лоб, щёки, нос, снова щёки, а затем прижался к его губам. Поцелуй получился нежным, с привкусом крови. Когда поцелуй был разорван, Нэйт уставился на Мэлло со смесью удивления и недоверия в глазах. - Зачем ты... Это сделал? Он не понимал Мэлло, никогда не понимал. Именно поэтому этот истеричный немец был так дорог ему - с ним действительно интересно. Он такой же умный, но более живой, эмоциональный, он может легко сходиться с людьми. Михаэль Кель был вспышкой. Той самой, которая могла зажечь огонь в Ниа. Поэтому он так боялся приблизиться к нему - он боялся быть по-настоящему живым.Но он понимал: если Михаэль Кель умрёт, он, Нэйт Ривер, этого не переживёт. Он знал: он любит Михаэля Келя. - Я сделал это потому, что я очень сильно люблю тебя. Без тебя я чувствую себя... Неполным. Будто мне не хватает чего-то очень важного, жизненно необходимого. В следующую секунду Ниа подался вперёд, обхватил слабыми дрожащими руками Мэлло за шею, прижался как можно крепче. Блондин услышал его шёпот: - Михаэль... Мне без тебя... Темно... Холодно... Больно... Страшно. Мне без тебя страшно. Ты из меня человека сделал. Я без тебя не выживу. - Нэйт, ты... Не бойся. Я с тобой. Через несколько минут Мэлло предложил: - Пойдём отсюда? Уберём потом. Дождавшись утвердительного кивка, он поднялся, держа Ниа на руках, и направился в отведённую ему комнату. Закрыв за собой дверь, он сел на свою кровать, прижимая альбиноса к себе и набрасывая на них обоих одеяло. - Мэлло... Я люблю тебя... - Я тоже тебя люблю. Ты не будешь больше один, Нэйт, уж это я тебе обещаю.