Целуй меня...

Говоря о вечности, ломали друг друга... Смотря на любимые губы, желание притронуться к ним возрастало...

***

Звуки пианино раздаются по всей квартире. Умелые пальцы опять набирают до дрожи любимую песню. — Ведь ничто, никогда не сможет заменить тебя...– нежный голос светловолосого паренька, лежащего на диване, напевает до дрожи родную песню. — Ничто не вызывает во мне тех чувств, что вызываешь ты... – продолжает парень, сидевший за клавишами. Они чувствовали друг друга. Они дополняли друг друга. Такие разные, но такие родные. — Я рад... – темноволосый пианист подходит к Чимину, —...что ты у меня есть, – падает на край дивана, притягивая хрупкое тельце к себе. — Я до безумия счастлив, – улыбаясь, зарывается пальцами в любимые волосы. Терялись, смотря друг другу в глаза. Желали те сладкие уста, как только находились ближе десяти сантиметров. Желали друг друга...

***

— Вы были счастливы вместе, верно? – врывается голос мужчины в белом больничном халате, который вытащил Чимина с тех воспоминаний. — До смерти... – выдавливает тот, всё ещё смотря в пустоту. И вправду, до смерти.

***

— Юнги, наконец ты вернулся, – выбегает светловолосый из кухни, встречая парня в коридоре. — Я приготовил твой любимый пирог, с яблоками и корицей, – чуть ли не подпрыгивая подходит к Мину. — Собирайся, – смотрит в любимые глаза. — Куда? — Давай поедем на наше место... У Чимина влажные глаза. Какая ирония – у Юнги тоже.

***

— Это место многое для вас значило? – мужчина в больничном халате всё ещё продолжает что-то вписывать на куске листа. — Это место – наша встреча и разлука. Я и не думал, что тот день, будет последним, когда мы увидим эти волны, – вздыхает светловолосый.

***

— Помнишь, как мы познакомились? – улыбается Юнги, прижимая Чимина ближе за талию. — Как забыть такое? – смеётся паренёк, утыкаясь носом в шею, которая так и пахнет вишней. — Помнишь, что ты мне сказал при первой встрече? «Смотри куда прёшь, придурок!» –смех заполняет квартиру. — Кто бы мог подумать, что это будет не единственная наша встреча, – поглаживая спину, вспоминает Юнги. Первый день апреля. Как иронично. Волны дают знать о себе, шумя и касаясь и так холодных ног Чимина. Светловолосый паренёк, наблюдавший за закатом, отвлекается на толчок в спину, от которого чуть ли не падает. Изменилось бы что-то, если бы он тогда не посмотрел на лицо «обидчика»? Смог бы потом узнать в нём свою родственную душу? Позволила бы вселенная встретиться им во второй раз? — Я толкнул тебя тогда, чтобы ты не мёрз, – оправдывается Юнги. — Я тогда и заботиться толком не умел. Ты меня многому научил. Я до безумия благодарен тебе... – целуя того в лоб, засыпает в его объятиях.

***

— В тот день, когда мы уехали на наше место, начали собираться тучи. Кто бы мог знать, что те облака, которыми мы восхищались, заберут у меня мою жизнь... – улыбается горечью Чимин, всё ещё смотря в пустоту. И вправду забрали.

***

Мелодия телефона оповещает Чимина о новом входящем звонке. «Любимый» Если б он знал, что этот звонок будет последним от этого человека. — Да, любимый, – поднимая трубку, садиться за рабочий стол. — Когда ты дома будешь? Там кажется гроза будет начинаться, – обеспокоенный голос по ту сторону не кажется последними словами, которые Чимин услышит. — Лето на дворе, да и тем более синоптики обещают не долгую грозу. Я пережду в студии, приеду домой, как только гроза стихнет. Хорошо? — Только обещай, что будешь цел. — Обещаю. Чимин выполнил своё обещание. Но Юнги... Какой же он лжец. Не прошло и часа, как телефон опять начал звенеть. «Неизвестный» В этот раз Чимину было неспокойно. Он ещё не поднял трубку, не узнал, по какой причине его тревожат, но почему он уверен, что новость не из приятных? — Это Пак Чимин? – мужской голос по ту сторону насторожил парня. — Да... – неуверенно изронил тот. — Вы проживаете в квартире 313? По ту сторону были слышны крики, визги серены спасательных служб. Только не... — Молния ударила в ваш дом. Соседи обеспокоены, ведь ни вас ни вашего парня не видно здесь. Больше он не слышал ничего... Он не хотел слышать что-либо. Никого, кроме своего Юнги. Минут пять и Чимин ехал в такси, надеясь всем сердцем, что Юнги пошёл в тот момент в магазин.

Любви такой как у нас... Нет больше таких как ты и я...

«Абонент временно недоступен» Самые ужасные слова... Дом пылает, пепел летает в разные стороны, Чимин беспомощно пытается добраться в их квартиру. В квартиру, где были осуществлены многие желания этих парней. Работники его останавливают, ведь огонь распространяется всё больше, но Чимину плевать. Ему плевать на всё, даже на собственную жизнь, чёрт возьми. Дверь открывается, в спальне лежит бездыханное тело Юнги. — Нет! Проснись! – захлебываясь в собственных слезах, Чимин пытается вытащить своего Юнги. Дождь. Плачь людей, которые потеряли всего-то дом. Чимин – своего человека. Чимин сидящий около тела Юнги, пытается привести его в чувства. — Проснись! Я рядом! – падая на Юнги, в слезах Чимин. Он задыхается от собственных слёз. Соседи пытаются успокоить его, но нет. Верните ему его Юнги, отберите его жизнь, но верните Юнги. —...Целуй меня, – обхватывает побледневшее лицо любимого,— ты ведь так любишь это. Ты ведь так любишь вкус моих уст! – Чимин закончился. Одежда промокла насквозь, по лицу струились капли дождя, которые перемешались со слезами.

Вместе сквозь шторм...

Они пропустили эту строчку. Они забыли одну чёртову строчку... Всего-то три слова, но жизнь Чимина больше не имеет смысла. Тело светловолосого паренька плавает в ванне. Он уже так близко к своему человеку, он уже видит его.

***

— Какая это по счёту попытка самоубийства? — Вторая. — За год? — Неделю.

***

— Думаю, это было неизбежно... Он напомнил до дрожи любимую песню. Лезвие ножа делает надрезы. Больно? До безумия. Тело Чимина во второй раз лежит в той же ванной комнате.

***

— Вы и во второй раз смогли выжить? — Из-за друга, который вернулся раньше... Я не промахнусь в третий.

***

— В последнее время я всё думаю, что же было между нами...– стоя напротив того самого моря, пропевает до дрожи знакомую песню. — Было трудно,– входя в воду по пояс, продолжил напевать: — это всё, что мы знали,– последние шаги. — Целуй меня, хотя бы в этой вечности... Тело Чимина накрыло с головой. Он не дышит. Он лишь улыбается и видит своего Юнги.