Осознание

Джейсон терпеть не мог светские мероприятия. Родившийся от порочного союза двух наркоманов и провёдший половину своей жизни на улице, он так и не смог полностью привыкнуть к той роскошной жизни, которая у него появилась после того, как его усыновил Брюс Уэйн. Огромный особняк, дорогущий автомобиль и верный седовласый дворецкий… [Интересно, подтирал ли он задницу папочке-Бэтмену?]. Казалось, в таких условиях можно стать другим человеком, слепить из себя кого-то нового — или, по крайней мере, дать сделать это за себя другому. Но, к сожалению, подобного так и не случилось: Тодд оставался импульсивным, безрассудным, вспыльчивым и полным ярости — таким, каким он был с самого детства. Поменялась, разве что, только материальная сторона его жизни, а вся гниль изнутри никуда не пропала, да и куда ей было деться? Ямы Лазаря не очищают от грехов; возрождение — не искупление, а лишь ещё одно тяжёлое бремя, свалившееся на крепкие джейсоновские плечи. Тодд хотел посмотреть в лицо человеку, который когда-то был для него всем; в лицо человеку, который даже не удостоил Джокера Справедливой Мести за, казалось бы, смерть своего приёмного сына; за смерть самого близкого человека, который только был у Бэтмена на тот момент, по мнению самого второго Робина. Если бы в тот_раз Джейсон, движимый всё той же местью, подорвал машину Брюса, Уэйн, лёжа в могиле, так никогда и не узнал бы, кто забрал его жизнь, отправив душу гнить на тот свет. Нет, Тодда такой вариант не устраивал. Он терпеливо выжидал. Тренировался, вспоминая (не забывая вовсе) всё то, чему его учил Бэтмен — перекроить эти знания и умения под себя не было сложной задачей, — создавал себя из того самого пепла, который остался от него прошлого, чтобы в подходящий момент нанести решающий удар.

***

Всё тот Готэм-Виллидж. Шесть часов вечера. Дорогущий ресторан, пестривший тёплыми цветами с золотым отливом. У Брюса назначена встреча. С кем именно — этого Джейсон разузнать не смог, да и не то чтобы это являлось чем-то особенно важным, ведь было ясно, что диалог должен был происходить с кем-то, кого Бэтмен знал по ту сторону своего альтер-эго. На статной фигуре Тодда особенно хорошо сидели чёрная жилетка и галстук-бабочка: он пробрался в ресторан под видом нового официанта, а потому не вызвал подозрений ни у кого из присутствующих в заведении гостей или у самих работников. Подозрения были только у самого Джейсона — весь вечер ему приходилось выискивать хищными внимательными глазами силуэт Брюса; весь вечер он терпел неудачи. Тело его было подобно струне — каждая мышца напряглась так, будто Джей обезвреживал динамит голыми руками, разрезая цветные провода, а не слонялся среди толпы надутой буржуазии с подносом игристого. Раздражало ли? Безумно. Но лицо Тодда оставалось невозмутимым: улыбку на него Джейсон натягивал только тогда, когда мимо проходили особенно привлекательные девушки, сверкающие украшениями и, ко всему прочему, глазками в сторону привлекательного рослого прислуги. В какой-то момент Тодд насторожился сильнее прежнего — ему вдруг показалось, что со стороны запасного входа он видит ту самую громоздкую фигуру Уэйна, ради которой устроил весь этот цирк. Но, к его сожалению, вместо миллиардера он разглядел только какого-то бугая, напоминавшего чьего-то телохранителя, и упал духом окончательно. «Нет, так совсем не годится», — справедливо посудил Джейсон, качнув головой, а затем, потеряв на мгновение бдительность из-за своего разочарования, чуть не выпустил из рук поднос — какой-то ушлый малец забрал с него два последних бокала шампанского, из-за чего посудина стала слишком лёгкой. Тодд еле сдержался, чтобы не выругаться вслух, и его хмурый взгляд встретился с щенячьими глазами человека напротив. — Я вас не сильно задел? — обеспокоенно спросил парень, поднимая голову выше. Он, будучи предельно аккуратным человеком, не ожидал такого недоразумения, и его мягкая юношеская ладонь машинально коснулась официанта под его широкой грудью, придерживая и боясь, что иначе тот вовсе свалится с ног. — Простите меня, ради Бога, — вторил он, выпрямившись во весь рост и продолжив виновато глядеть на Тодда. Пацан и впрямь считал, что виновен во всём случившемся, но Джейсон ничего ему не ответил. Только молча кивнул, пропуская туда, куда изначально направлялся гость банкета. Лицо показалось смутно знакомым. Тодд не стал отходить далеко от этого человека, хотя, конечно, ему нужно было снова заполнить поднос бокалами на тонких длинных ножках. Джейсон решил с этим обождать. В конце концов, он здесь даже не работал по-настоящему! Колпак прислушался к чужому диалогу: — О, нет, к сожалению, мистер Уэйн не смог явиться на встречу… Да, сегодня я изъявляю его волю, совершено верно, — вежливо кивал незнакомец, ласково улыбаясь даме средних лет, которой он протянул бокал игристого несколько мгновений назад. У Тодда кровь вскипела в жилах. Невысокий, худощавый, бледнолицый… Джейсон невольно сравнивал его и себя, его и себя, и не мог понять, как Брюс возжелал получить такого кота в мешке после второго Робина. Как там его имя?.. Тим Дрейк, кажется? Тодд видел его фото раньше. Фото, где Тим занимал место рядом с его, Джейсона, Бэтменом. Фото, которое ему показал чёртов Джокер, тыкая Тодда лицом в его же новую замену. Без какого-либо напарника Брюс продержался совсем недолго… Но стоила ли такая недокопия джейсоновской смерти? Негативные чувства больно сдавили грудь, в горле застрял ком, и губы, сначала сжавшиеся, вытянулись в тонкую линию. Всё прежнее напряжение, которое до этого доставляло Джею какой-то дискомфорт, казалось ему жалкой каплей в океане нахлынувших на него эмоций. Сейчас Джейсон испытывал всё то, что пережил за время одинокой смерти и таких же одиноких скитаний по городу после собственного перерождения. — Так это был ты… — процедил Тодд сквозь зубы, стоя предельно близко рядом с Тимом. Последний добродушно повернулся к официанту и не сразу понял, что к чему. Через пару мгновений его ловкая рука всё же потянулась на пояс, но Джейсон был ловчее. Джейсон был неудержим. Послышался характерный звук — поднос оказался на полу. Тодд схватил Тима за его отвратительно идеальный галстук-бабочку и за белоснежную рубашку, занёс вторую руку для удара… Не прошло и минуты, как оба оказались на полу, а испуганные женщины побежали прочь от места стычки, попутно гремя украшениями на своих лебединых шеях, возбуждая толпу вокруг себя. И это в таком-то приличном месте официантишка нападает на совсем ещё молодого паренька! Просто немыслимая наглость. — Стой! — крикнул Дрейк, от неожиданности едва не потеряв дар речи. Тим, ещё юный и сравнительно недавно ступивший на тропу третьего Робина, не взял в расчёт то, что его застали врасплох, и хотел победить своего противника не физической силой, а умственными способностями, включающими в себя лисью хитрость и рассудительность. На его же удивление, тяжёлый кулак всё-таки остановился в воздухе. Дрейк заглянул в чужие глаза, без слов понимая, что всё происходящее вертится вокруг личности его наставника, и искренне ужаснулся увиденному: перед его холёным личиком стояло лицо человека, которого жизнь втаптывала в грязь и оставляла лежать в сырой земле. С тимовского ракурса у Тодда виднелись темные мешки под глазами, говорящие о десятках бессонных ночей, щёки его показались Дрейку впалыми, и он понял, что перед ним по-настоящему измученный своим жалким существованием человек. Тим не верил в то, что Бэтмен может довести человека до подобного состояния. Виски Джейсона же болезненно пульсировали, на лбу выступила жилка, глаза налились слезами, но то были не слёзы горя — Дрейк почти физически ощущал чужой ком ненависти, свалившийся на него вместо Бэтмена, как спустившаяся с гор лавина. Тим по-щенячьи зажмурился и отвернулся, ожидая сильнейшего удара, но охрана подоспела (почти) вовремя. Тодд пресёк чужую попытку схватить себя, до боли сжимая толстое свиное запястье какого-то ублюдка в форме, и со всё той же ловкостью оказался на ногах, сбивая с них же охрану. Грёбанные дилетанты. Дрейк, слабо упавший на пол из-за того, что его рубашку наконец отпустили, приподнялся на локтях и заметил, как Колпак бросил на него полный презрения и ярости взгляд. Он слабо поёжился, подавая руку охране, чтобы его подняли и оттряхнули, и вновь задумался. Что-то в его мозгу предательски щёлкнуло, и Тим уже не был уверен в том, что его отношения с Бэтменом приведут его к чему-то хорошему… А Джейсон уже скрылся с места неудавшегося преступления правосудия, в очередной раз виня себя за собственную слабость.