Новый Год и мандарины

      Новый год, такая прекрасная пора, а особенно, когда встречаешь его вместе со своей любовью.       Мария с самого утра носилась по всем магазинам Москвы подбирая подарок своей даме сердца. Егор лишь облегчённо выдыхал, когда они покидали очередной торговый центр.       Снежинки медленно спускались вниз, покрывая улицы и укрывая деревья в теплые шубы. На меховом воротничке куртки скопилось пара капелек воды, которые вскоре превратились в ледышки и щекотали подбородок. Руки уже неимоверно замёрзли от постоянного нахождения на холоде, но перчатки так и не были вынуты из сумки и надеты на ладони. После такой пробежки на черных кожаных сапогах было много снега и слякоти из-за того, что сыпали реагенты на асфальт.       Стало настолько жарко, что собачка молнии на куртке стремительно сползла под давлением вниз и от тела исходил невидимый пар.       На лбу скопился пот, который так и норовил испортить идеальный макияж, но, благо, белая салфеточка смогла все исправить.       Зима - одна из лучших сезонов года, конечно же, если ты не в Москве. Ведь тут уж слишком сильно все засыпают, так называемой, солью и большинство ботинок не выдерживают подобного напора и просто разваливаются. Но во всем есть свои плюсы, в столице все украшают в невероятной красоты фонарики и гирлянды, ставят нарядные ёлки, а в домах высоток можно заметить множество разнообразных и разноцветных светлячков из лампочек.       Дом уже был полностью готов к встрече праздника, ёлка наряжена, подарки куплены всем, но не для Лауры. Мария никак не могла определиться что-же такого особенного подарить любимой на их совместный первый Новый Год.       — Егор, прости, что я ввязала тебя в это, но я правда не знаю что подарить Ларе. — Третьякова-Лукина обиженно хмыкнула и продолжила рассматривать полки магазинов.       — Мам, ну ещё целая неделя, решишь что-нибудь. — Егор глянул на Марию, уже месяц он свободно называл ее мамой, от этого женщине становилось невероятно приятно и тепло, ведь она всегда хотела второго ребенка, вырастить его и любить, но его место заняла прекрасная кошечка Фея, а сейчас, все резко поменялось и теперь они вместе с Лаурой растили Егора - прекрасного мальчика с добрым сердцем. Он пошел в мать, от отца ему досталось лишь малое, может какие-то черты характера, но внешне - вылитая Лаура.       — Да… Возможно… Вот как ее удивить?.. — Мария немного приуныла, но ещё раз прошлась глазами по полкам. — Ладно, поедем я тебя отвезу домой, а потом заеду к твоей маме, буду ждать ее там. — Третьякова-Лукина с сыном быстренько ретировались из магазина и пошли к машине. За это время, они, совместным трудом с Лаурой, смогли накопить на новый спорткар, который она так хотела. Поэтому перед ними красовался зелёный жеребец Ламборгини, с острыми треугольновидными формами, яркими фарами и необычными дисками на шинах. Это авто Лаура назвала "Своей Малышкой", конечно, Мария была бы рада, если бы женщина и ее так называла, но приятных и ласковых слов от Третьяковой-Лукиной было и так предостаточно.       Они сели в удобный салон с кожаными сидениями и Егор сразу начал его завороженно осматривать, видимо, любовь к подобному типу машин ему привилась от мамы.       Егорка вообще был полной копией Лауры, казалось, что от отца ему особо ничего и не досталось, хотя, это к лучшему, ведь Александр был явно не лучшим примером для подражания.       Мурочкин, а сейчас уже Третьяков-Лукин, очень любил свою новую маму в лице Марии, они мгновенно сдружились и нашли общий язык. Каждый вечер устраивали дискуссии по поводу каких-либо литературных произведений, зачастую стихов, а Лаура сидела и мысленно молила о том, чтобы это побыстрее закончилось, так как зачастую на эти разговоры уходили не минуты, а часы, а она в них не особо что-то понимала, проза ее больше привлекала.       Вечера у них проходили не только в обсуждении стихов, но они могли просто собраться всей семьёй и лежать на диване, смотря какое-нибудь кино. Третьяковы-Лукины разработали особую позу, когда смотрели фильмы, чтобы каждому было удобно: Лаура всегда ложилась посередине, полусидя, на грудь ей укладывалась Мария, чтобы было удобнее целовать и обнимать, а на эту конструкцию из двух мам, опирался на плечо Лауры Егор. Дальше все укрывались теплым пледом, а под рукой всегда находилось что-то вкусненькое.       — Мам, а можно я музыку какую-нибудь включу? — Мальчик указал на магнитолу и достал телефон из кармана. Мария утвердительно кивнула и из динамиков заиграла какая-то из песен Раммштайн. Лаура опять даёт о себе знать, любовь к хорошему року - это у них семейное, она даже приучила свою жену и она тоже частенько слушала, но в большинстве случаев она это делала вместо с Лаурой, во время работы, а Коронавирус дал о себе знать и высадил всех на дистанционку, но вскоре Третьякова-Лукина смогла ездить в агентство, чтобы непосредственно прибывать там, потому что сидеть и управлять им из дома - просто невозможно и ужасно трудно.       Мария наконец-то довезла сына до дома и уже направлялась в агентство к Лауре, на улице уже был вечер, огни Москвы зажглись и Ламборгини рассекал дороги обгоняя соседние машины. В массе одинаковых черных и белых, яркий зелёный огонек пробивался и выделялся на их фоне.       Наконец-то из окна стало видно здание "Grace" и Мария припарковалась в паре метров от него. Перед ней возвышался многоэтажный дом, с небольшой решеткой и воротами для прохода вглубь, дабы зайти в само агентство.       Мария посмешно туда зашла и присела на лавочку около входа, она знала, что когда Лаура работает ее лучше не тревожить, итак слишком нервно, поэтому она достала из своей сумки пару мандарин, которые ей дал с собой Егор, чтобы не проголодалась, и начала их кушать, разломив по долькам.       После первого укуса, во рту появился приятный сок и сладкий запах мандарина ударил в нос, Мария их просто обожала и могла кушать килограммами, так что эти две штучки улетели в один миг и Третьякова-Лукина продолжила сидеть в ожидании выхода жены. Но ее все не было и не было, она знала, что Лаура часто задерживается и, видимо, сегодняшний день не был исключением. После плотного перекуса и ночного времени Марию начало клонить в сон и она сама не заметила как ушла путешествовать по берегам различных сновидений.       — Доброе утро, Маша, сколько ты тут сидела? — Легкое тормошение плеча и поцелуй в лоб разбудил Марию, она медленно открыла глаза и столкнулась лоб в лоб с Лаурой.       — Не знаю… А сколько времени сейчас? — Третьякова-Лукина аккуратно потерла веки к уголку глаз и уже была более или менее бодрой. На улице уже светлело, что не на шутку напугало.       — Пол четвертого утра. Машунь, ты почему ещё и без шапки сидишь? Зима же. — Лаура как мама натянула на Марию капюшон и дернула за завязочки, так что лицо жены было полностью закрыто мехом от куртки и ворсинки щекотали нос.       Быстро отодвинув руками воротник, Мария чихнула и посмотрела на Лауру исподлобья.       — Три?! Боже мой… Я в двенадцать ночи сюда приехала. — Третьякова-Лукина проспала на лавочке всю ночь, позор и ужас.       — Так, давай, сегодня поведу я, а ты отоспишься. Да и зачем ты приехала? Я же написала, что буду дома поздно и заезжать не надо. — Лаура подняла за предплечья Марию и облокотила на себя, обнимая за талию. Она мягко поцеловала любимую в нос и убрала с капюшона снежинки.       — Писала? Я не видела, прости. — Виновато посмотрела Мария, на что получила ещё один мягкий поцелуй в щеку и ее повели к машине. Лаура начала выискивать "свою малышку" глазами и зацепившись взглядом за зелёный краешек выдвинулась туда.       Марию уложили на сиденье и укрыли теплым пальто, из-за чего ее жена осталась в одних прямых серых брюках, черной водолазке и небольшой вельветовой шляпе, чем-то напоминающую панамку. Она не любила шапки и прочие атрибуты, иногда надевала шляпы и то, чисто для того, чтобы голову снегом не запорошило.       Поездка прошла довольно-таки тихо, музыка была выключена, потому что Мария мгновенно заснула и укутывалась в пальто с запахом любимой.       Не было понятным то, как Третьякова-Лукина не запарилась под такими слоями из импровизированных одеял, ведь куртка была довольно-таки теплая, а пальто Лауры уж и подавно.       Подъехав к дому Третьякова-Лукина аккуратно ткнула пальцем в щеку Марии, от чего та мгновенно проснулась и хлопала ресницами, оглядывая пространство.       — Пойдем домой. — Лаура вышла из машины, обошла ее и открыла дверь. Быстренько стянув свое пальто с Марии, она надела его, так как на улице было достаточно прохладно, а стоять в одной кофте можно и заболеть.       Дружной компанией они вошли в дом, пытаясь особо не шуметь, ведь Егор уж точно спал, так как ему рано вставать из-за каких-то мероприятий в школе и подготовке к новогодней экскурсии.       Весь класс собирался поехать в Питер на праздники и Егорка не стал исключением, родители мгновенно ему разрешили, потому что это прекрасный город, а главное то, что там можно было не только ходить по улочкам и наслаждаться видами, но и развиваться, не зря же Петербург прозвали Культурной столицей.       Девушки прошли к спальне, Мария еле держалась на ногах и плюхнулась на кровать, из-за чего послышался не очень благоприятный треск.       — Машунь, ты там что-то сломала. — Лаура мягко посмеялась и пошла в душ, сегодня был очень трудный день, из-за которого она безумно устала и хотела поскорее расслабиться в ванной.       После всех водных процедур девушки воссоединились вместе на теплой постели и завернулись под одеялом, сразу же заснув.       Так и шла неделя, Мария каждый день приезжала с парочкой мандаринов и садилась на ту самую лавочку, ждала до ночи, а то и до утра Лауру, а после приятных объятий они ехали домой. Эти вечера в полнейшей тишине и отречённости от мира навевали отличные мысли по поводу подарка.       И вот тридцать первое декабря, Лаура опять на работе, а Мария, вместо привычного заседания на лавочке, мчит на всех парах в магазин.       Кажется, бордовое кружевное белье, спрятанное в теплой кофте - лучший подарок, который только можно придумать.       Время близиться к семи вечера, Мария прячет подарок в бардачок, делая вид, что не заметила пачку дорогих сигарет, которые она самолично отобрала у Лауры, потому что та опять начала курить, и едет к агентству.       Снова этот путь, Мария уже запомнила его наизусть и могла ехать по нему с закрытыми глазами.       Третьякова-Лукина быстренько надела шапку, чтобы не расстраивать свою жену, так как она опять ходила без нее и пошла к зданию, там ее уже ждала Лаура, все в том же наряде, но уже без шляпы.       — Привет, котенок, я так рада, что тебя пораньше с работы отпустили! — Мария прильнула к тёплому и столь любимому телу Лауры, из-за раскрытого нараспашку пальто, она смогла прижаться полностью и запустить руки под него. Лаура в свою же очередь запахнула верхний элемент одежды, заворачивая любимую в свои нежные сети.       — Я так тебя люблю… Да, кстати, и тебе привет. — Женщина нежно поцеловала жену в лоб и погладила по спине. Взявшись за руки, они пошли к машине, сегодня за рулём была Мария, поэтому Лаура могла спокойно отдохнуть и посмотреть в окно.       Но это приятную тишину разрушил звонок телефона, Мария достала смартфон из кармана и быстренько ответила, предварительно поставив его на громкую связь.       — Мам, Приве-е-етик! Я доехал! Мы уже в Питере! Ты бы знала как тут красиво, а сколько разных книг, особенно стихов! Кажется я потрачу здесь все свои деньги, которые вы мне дали на поездку. — Егор радостно кричал в трубку, от невероятного восхищения городом. Мария и Лаура рассмеялись, их сын был так счастлив, а это самое главное и нужное, то чего они хотели.       — Привет, дорогой, как ты сам? Мы тут с Мамой едем домой, отмечать Новый Год, а ты? Друзья рядом? — Мария быстренько отвлеклась от дороги и посмотрела на Лауру, которая уже с нетерпением ждала ответа Егора.       — Да, мам, тут все просто великолепно! Мама Лаура, тебе тоже привет! Мы с друзьями нарядили ёлку и стол уже накрыли! Мне кажется из за стола я сегодня не вылезу до самого утра. А тут такой отель красивенький и удобный, ты бы видела мою кровать! Она наверное даже больше чем у вас! — Егор продолжал рассказывать, за разговором они даже не заметили, что доехали до дома и уже минут пятнадцать сидели в машине и общались с сыном.       — Ладно, пока, солнышко, мы с Лаурой пойдем тоже что-нибудь подготовим для праздника. — Мария взяла в руки телефон и подсела чуть ближе к Лауре. — Удачного Нового Года! — Сказали они в один голос и, получив поздравление в ответ, сбросили звонок.       — Ну что, пошли стол накроем? — Третьякова-Лукина поцеловала Марию в щеку и вылезла из авто.       Ее жена также не клевала носом и пошла за ней, дома было очень тепло, а Фея уже ждала их у входа, сидя небольшой полочке. Это было ее излюбленное место, при каждом приходе Марии, она запрыгивала туда и ждала пока ее хозяйка подставит лоб.       Кошка была, кажется, необычайно умна, непонятно почему она делала этот жест, но все-равно это было очень приятно, ведь так, она будто бы целовала ее в приветствии.       Так случилось и сейчас, Фея выдвинула голову вперёд и ждала, Третьякова-Лукина быстро сбросила шапку и начала гладить ее за ушком, пока кошечка проводила носиком туда-сюда по ее лбу.       — А меня поцеловать? Фея, у тебя завелись любимчики. — Лаура также быстренько потрепала это ангельское создание и чмокнула ее в пушистую макушку.       Мария подняла голову и пальцем указала на свою голову, на лбу было написано, что она имела в виду, что хочет также. Ее жене даже думать долго не пришлось и она мягко клюнула ее в белокурые волосы.       Время уже шло ближе к полуночи, стол был заполнен различными салатами в небольших мисочках и нарезках. Конечно же, без бутылочки шампанского никуда не обошлось, но Мария будет строго контролировать количество выпитого алкоголя ее жены.       Они уже сели за стол, прямо рядышком на диванчике, и держась за руки смотрели телевизор, там шло различное советское кино и любимая комедия "Иван Васильевич меняет профессию", Лаура просто обожала это кино, поэтому заинтересовано его смотрела.       23.55, кино резко переключилось и на экране появился Президент. Лаура потянулась за бутылкой, дабы можно было нормально открыть ровно в двенадцать.       Прошла речь, куранты бьют, Третьякова-Лукина борется с шампанским и после громкого хлопка, под радостные крики, разливает его по бокалам.       — С новым годом! Ура! — Мария встала и аккуратно докоснулась своим бокалом до другого и поцеловала Лауру в губы. Они выпили на брудершафт и радостно обнялись.       — Пришло время подарков. Сейчас я приду. — Лаура поднялась с места и поднялась в спальню, там она достала небольшую коробочку, в красной подарочной упаковке с белой ленточкой и спустилась вниз. Там уже сидела Мария, но в ее руках была теплая кофта, черного цвета и каким-то незамысловатым рисунком.       — Держи, это для тебя. — Аккуратно вручив подарок, Лаура получила свой в ответ, но пока не открывала, она тихо наблюдала за своей женой.       А она времени зря не теряла и уже активно развязывала бант, а потом спустилась к обёртке, из под нее показалась белая коробка и Мария потянула крышку вверх.       Ее взору открылсь прекрасная фигурка ангела из фарфора, на белой подушечке.       — Я же говорила, что ты мой ангел во плоти, поэтому этот ангелок теперь твой. — Третьякова-Лукина немного засмущавшись потерла затылок и посмотрела на возлюбленную. Та уже заливалась слезами от счастья.       — Боже, Лара, я так люблю тебя! Спасибо! — Заплаканная, но улыбающая женщина прильнула в объятия Лауры и почувствовала аккуратные поглаживания по голове и поцелуи.       — Ну, — Шмыгнула носом, — Давай открывай свой подарок. — Мария подвинула чуть ближе кофту к Лауре. Та незамедлительно раскрутила ее и заметила, что не все так просто как есть, перед ней теперь лежало две вещи гардероба, правда, одна была предназначена для общего взора, а вторая только лишь для Марии.       — Вау, ты не перестаешь меня удивлять. Я иду мерить, а ты сиди тут. — Лаура щелкнула по носу свою любовь и удалилась из комнаты. Там она быстро переоделась и пришла уже в этой большой и уютной кофте, она смотрелась на ней идеально: свободные рукава и часть торса, небольшой капюшон покоялся на плечах и спине.       — А теперь ты сможешь посмотреть на само белье. — Немного игриво улыбнувшись Лаура запрыгнула на бедра Марии и поцеловала ее, с каждой секундой углубляя поцелуй.       Новый Год для них начался более чем интересно и привлекательно, ведь если бы это было не так, то приятные стоны не заполняли бы стенки дома, а после всей близости они не лежали в радостных объятиях, пытаясь накормить друг друга салатами.       Кстати, оливье у Марии было уж слишком вкусным, да таким, что самому повару этого шедевра досталась одна ложка, а все съела ее благодарная жена.