Часть 1
4 января 2021 г., 15:56
– У тебя краш на учителя Ким. – итожит Хосок, поедая свой рис с овощами.
– Потому что он ахуенный? – отвечает Юнги, провожая взглядом высокую, статную фигуру учителя.
– Подкати к нему. – даёт совет Чон и давится едой, когда тот самый учитель Ким бросает на них острый взгляд. – Если бы я был омегой, то определенно был бы мокрым.
– Заткнись. – сипло выходит у Юнги, который готов задохнуться от волны возбуждения.
– Прими блокаторы. Ты начинаешь вонять. – Юнги отвлекается на слова друга и вытащив с кармана пиджака таблетки, закидывает в рот, запивая водой.
– Так что на счёт подкатить? – не унимается Хосок.
– Я не уверен, что я в его вкусе. Ему нужна ласковая, домашняя омега, а не я. – Юнги говорит это с такой уверенностью, что на мгновение Хосок верит, но потом даёт другу подзатыльник.
– Люби себя, придурок.
Ким Сокджин был самым популярным учителем в старшей школе. Высокий, красивый, вежливый и галантный учитель физической культуры сразил наповал добрую половину школы своей харизмой и улыбкой. Юнги был в том числе. Он действительно был влюблён в своего коллегу, но тот ровным счетом не обращал на него своего внимания, кроме дежурных фраз, конечно же. Юнги не уверен даже в том, что Сокджин понимает, что он вообще омега. Мина всегда путают либо с бетой либо с альфой, потому что характер такой, совсем не омежий. И казалось Юнги, что шансов –0 из 100.
Но один случай изменил жизнь Юнги навсегда.
***
Предтечка – состояние ужасное. Юнги любит говорить «хуевое». Ему больно и хочется трахаться без остановки. И сейчас он как раз в этом хуевом состоянии. Его трясёт, возбуждение накатывает просто так и он готов реветь. Он пишет Хосоку, чтобы тот был у него в течении минуты, ибо умрет если тот не появится так скоро. Хосок, к слову, выполнял несколько функций в его жизни: был лучшим другом, коллегой и партнёром. И сейчас член Хосока нужен был позарез. Юнги откидывает телефон в сторону и глубоко дышит пару раз. Запах дыни заполнил уже всю квартиру, в скором времени им будет пахнуть весь дом. У него нежный и вкусный запах, он знает это и это единственный плюс в его сущности. Чтобы отвлечь себя чем-то, он открывает шкаф и, его взгляд падает на женский школьный костюм, который он надевал на вечеринку в Хэллоуин. Ему понравилось как он выглядел тогда, поэтому он вытащив костюм кидает его на постель. Открыв ещё один шкаф он выбирает себе белье, что подойдёт к этому костюму. Что-то нежное и сексуальное, думает он, пока рассматривает свою коллекцию нижнего белья. Он выбирает джокстрепы нежного розового цвета, с креплениями для чулков. Сняв с себя всю одежду, он натягивает джокстрепы и стонет, когда его члена касается легкая ткань, а на талии и на бёдрах смыкаются тугие резинки. Он проводит пальцами по своим бёдрам, двигается вверх и гладит свой член, но сразу же убирает руки. Ещё не время, говорит он себе. Чулки он натягивает с трепетом, рассматривая свои модельные, худые ноги, с красивыми икрами. Застежки крепятся с характерным звуком и он крутится перед зеркалом. Очень красиво. Парик он решает не надевать, потому что отросшие волосы легкими волнами падали чуть выше плеча, и в таком случае парик смотрелся бы неестественно. Вытащив косметичку он красит свои губы в алый цвет, подводит глаза и рисует стрелки. Юнги понимает, что с приходом альфы, это все сойдёт на нет, но все равно хочет быть привлекательным для партнера. Сделав пару шагов назад он рассматривает себя в зеркале снова и цепляется глазами за штанги на сосках. Он не может отказать себе в желании потрогать их, и хнычет, когда сверхчувствительные соски начинают напрягаться под его пальцами. Закрыв глаза, он пытается вразумить себя и дождаться того, в чьих умелых руках он растворится полностью. Шелковая рубашка холодит кожу, и он блаженно закатывает глаза из-за контрастов. От пошлых мыслей его прошибает болью и капли смазки увлажняют промежность. Он почти на грани течки, а альфы все нет. Это начинает злить. Натянув на себя юбку, он проходит к бару и вытащив скотч, делает большой глоток прямо из горла. Алкоголь жгет, но он наслаждается запахом и вкусом, который так сильно любит. Жаль, что Хосок не пахнет им. На телефон приходит смс и он мигом идёт к двери, когда слышит нерешительный стук. – Ты долго! – возмущённо распахивает он дверь, но чуть не падает, когда видит перед собой другого альфу, а не Хосока. Ким Сокджин - причина его сумасшествия, мокрых снов и головной боли, стоит прямо перед ним. Юнги видит, как альфа втягивает воздух и задерживает дыхание, как прикрывает свои красивые глаза и резко распахивает их, впиваясь ими на него. – Учитель Ким. – не доверяя самому себе шепчет Юнги, и неосознанно вдыхает воздух также глубоко, как и альфа секундами ранее. Его глаза расширяются удивленно, и он хочет захлопнуть дверь, но альфа успевает подставить ногу, и в следующее мгновение, заходит в квартиру Мина, и громко хлопает дверью. Они оба застывают, будто не верят в происходящее, оба дышат громко, осматривают друг друга с ног до головы, и Юнги пропускает позорный стон. Гребаный Ким Сокджин причина всех его бедствий пахнет, как его любимый ирландский скотч. – Мин Юнги. – голос у Сокджина тихий, но в голове Юнги отдаётся эхом и он чувствует, как течёт сильнее. Сокджин снова втягивает воздух и победно улыбается из-за слабости омеги перед ним. – Ты течёшь. – констатирует альфа, и делает шаг вперёд, хватая своими длинными, сильными пальцами его за предплечье и вжимая в себя. У Юнги голова идёт кругом, он не может сфокусировать взгляд, цепляясь за все что угодно, только бы не смотреть на этого идеального человека перед ним. – Мой альфа... – Юнги пытается собраться с мыслями и выставить Кима за порог, но Джин рычит и он снова забывает, что хотел сказать. – Хосок... мой альфа придёт. – Твой альфа - я. – голос Сокджина будто рассекает воздух и Юнги чуть не падает от этого стального голоса собственничества. Юнги плывет, когда альфа сильно прижимает его к себе и зарывается пальцами в его волосы, а носом в шею. – Ты мой. – слышит он краем сознания, и скулит, будто подтверждая сей факт. Губы Сокджина находят его и это самый чувственный поцелуй, который был у омеги в жизни. Никто не целовал его так, как это делает Ким Сокджин. В подтверждение этому, Юнги обвивает его шею руками, впуская чужой настойчивый язык в свои уста, и стонет от удовольствия прямо в рот. Ким Сокджин высокий и сильный, Юнги всегда фетишировал на это. На его мускулистые руки, широкие плечи и сильные бёдра. Дроча в душевой, он думал о том, как идеально они бы смотрелись вместе и, кажется, его фантазия становится реальностью, когда Сокджин подхватывает его на руки, обвивая тонкую талию своими мощными руками. – Боже. – стонет Сокджин, и его голос звучит как катализатор для новой порции смазки, что начинает течь из омеги почти без остановки. Сокджин проходит с ношей в руках в первую попавшуюся комнату и садится на стул, нетерпеливо расстегивая свои штаны, пока Юнги исследует его рот своим языком. – Ты должен простить мне мою нетерпеливость, малыш Ги. – говорит он прямо в губы, опалив его лицо горячим воздухом. От возбуждённого альфы пахнет все сильнее и он проводит языком по коже шеи, чтобы проверить убедиться, что его кожа вкусом виски. Его зубы проходятся в опасной близости с местом, где обычно оставляют знак принадлежности. Он сверлит мутным взором артерию, что так сильно выделяется на крепкой шее альфы. Его желание прокусить ее становится почти невыносимым. – Черт, детка, я обязательно разрешу тебе поставить свою метку, но сейчас рано. – сиплым голосом пытается остановить Сокджин и он вскрикивает, когда чувствует, как тёплые пальцы легко скользят в него. Они стонут громко, протяжно долго, пытаясь запомнить эти мгновения. – Хочу тебя. – задыхаясь просит Юнги, и Сокджин легко приподнимает его и удобнее садится на стуле. Юнги хватается за его плечи, опираясь на них, пока Сокджин собирает своими пальцами смазку и размазывает по своему члену. Он нетерпеливо облизывает свои губы, и когда чувствует, как головка члена проезжается по дырочке, он вскрикивает. – Давай же. – и альфа даёт ему то, что он так просит, проникая в него. Он очень большой, – думает Юнги, когда чувствует горячую плоть в себе. – Потерпи. – говорит альфа и толкается ещё глубже, отчего они оба замирают. Они шумно дышат, и сильные пальцы альфы впиваются в его молочные бёдра, и делают первый, жесткий толчок. Юнги замирает с открытым ртом. Сокджина в нем слишком много, ему жарко, ему тесно, но такого удовольствия он никогда не испытывал. Омега встаёт на цыпочки и приподнимает таз, так чтобы снова насадиться на член, пока Сокджин придерживает его за талию, под юбкой. Стоны ленивым потоком выходят из них, когда он снова и снова повторяет свои махинации. Юнги находит глазами лицо Джина, рассматривает его приоткрытые губы, трепещущие ресницы, нахмуренные брови. Он оставляет смазанные поцелуи на коже, к которой еле дотягивается и член погружается в него все глубже, попадая по простате. Юнги кричит, впиваясь ногтями в плечи, которые все ещё облачены в рубашку. – Сними. – почти приказывает он, и тёплые руки пропадают с его бёдер. Рубашка летит в сторону, и честно сказать, Юнги не ошибся, когда думал, что у Джина тело греческого Бога. Кожа влажная, светится будто и Юнги хочет отметить ее своими зубами. Он тянется губами к шее, когда Джин вскидывает бёдра вверх и толкается в него, сначала неторопливо, но раз за разом ускоряет свои движения, и в конце концов Юнги сильнее держится за голову Джина, пытаясь не упасть в обморок. Сокджин рычит, вжимает его тело в себя, и трахает его как шлюху, безжалостно, резко и грубо. От него кружится голова, сердце скачет, и член ноет под тканью белья. Они оба замирают, когда в дверь звонят. Юнги в панике смотрит на Сокджина, который ухмыльнувшись толкается в него глубоко и заставляет его кричать. Звонок повторяется и Юнги не знает чего добивается Сокджин, но альфа снова и снова срывает его голос, трахая его, как в последний раз. Юнги теряется в прострации, когда чувствует, что готов кончить и альфа это чувствует, поэтому останавливается. – Ах... я хочу... я хочу кончить. – просит он, обессиленный падает на грудь альфы, который гладит его по бёдрам, нежно и ласково, оставляя свои следы на внутренней части бедра, в опасной близости с ноющим членом. – Попроси. – говорит Сокджин и косится в сторону двери. – Попроси трахнуть тебя, малыш Ги. – Прошу, альфа. Прошу тебя. – хнычет Юнги и Сокджин качает головой. – Не слышу. Громче. – Дай мне кончить, альфа! – взрывается Юнги, почти плача. – Дай мне кончить, Ким Сокджин! – его голос отдаётся эхом в пустой квартире, и альфа широко улыбнувшись, поднимается с места, перехватывает его на руки и идёт к двери. – Что ты..? – не успевает он договорить, как его впечатывают в дверь с глухим ударом, и начинают трахать остервенело, выбивая громкие, скулящие стоны. – Кто твой альфа? – рычит Сокджин, грубо вбивая его в дверь. – Ты мой альфа! – кричит Юнги, и кончает с громким стоном, содрогаясь всем телом, Сокджин спускает прямо в него и он чувствует, как сперма наполняет его. Альфа снимает его со своего члена, и ставит на пол, и Юнги не понимает, что тот собирается сделать. Сокджин открывает дверь и беспокойный запах Хосока просачивается в квартиру. – Можешь идти, Хосок~и. – дверь хлопается громко, и Сокджин подхватывает тело Юнги себе на руки и несёт в сторону спальни. – Думаю, метка будет в самый раз, чтобы все поняли, чей ты на самом деле.***
Сокджин встретил Юнги именно в этом наряде в Хэллоуин. Тогда он подвис, когда омега проходил рядом, в короткой юбчонке, с надменным взглядом осматривая окружающих и ярко улыбаясь своим друзьям. У альфы желваки играли, когда кто-то касался кукольного своими грубыми руками и готов был уже забрать его, но как только он сделал шаг вперёд, как омега целовался с другим. Он был в бешенстве, но поступить как последний козел не мог. А через время пожалел, когда образ омеги не выходил из головы. Он снова и снова вспоминал его лицо, лисьи глаза, улыбку обнажающую десна, его тонкие, но накаченные ноги в чулках. И вот он переводится в новую школу и видит парня о котором мечтал долгие месяцы, и сразу же встречает того, кто этого омегу у него и увёл. Он спросил у Намджуна о них как можно равнодушнее, чтобы это не казалось допросом. – Они не встречаются. Возможно, они просто друзья с привилегиями. Когда вся школа бегала к нему в спортзал начиная учениками и заканчивая учителями, он не видел среди этой толпы только Мин Юнги. Будто он и не замечал его, а ведь альфа старался, чтобы его заметили, но казалось все зазря. Он даже переехал этажом ниже, чтобы быть ближе к объекту любви, только вот Юнги снова не замечал его. Джин шёл следом в школу и обратно, подкладывал ему шоколадки на стол и писал письма, но Юнги был скалой. Неприступным, холодным камнем.***
Джин укладывает разомлевшего Юнги на кровать и не может насмотреться. Такой желанный, такой хрупкий и весь его. Юнги затуманенными глазами смотрит в ответ, щурит свои темные глаза и облизывает сахарные губки, на которых по-шлюшьи размазана помада красного оттенка. Он смеётся игриво, когда видит, каким взглядом Юнги скользит по его телу, а ведь он даже не разделся до конца. – Ты не имеешь право так делать. – вдруг говорит Юнги и Сокджин опасно щурится. – Я имею право на многое, малыш Ги. – Сокджин снимает с себя штаны и следом избавляется от боксеров. – Ты даже представить не можешь какие у меня на тебя права. – Юнги задыхается от этого тона, но готов позорно согласиться. У Сокджина все права на него. Абсолютно. – Вижу ты понял, а теперь раздвинь свои ножки для меня. – говорит Сокджин и омега медленно выполняет сказанное. Он из под дрожащих ресниц наблюдает за лицом альфы, который скользит по его ногам своими пальцами, садится между его ног, хватается руками за бёдра и приближается. Его большие пальцы оглаживают открытые участки кожи, все горит огнём и тугой узел возбуждения начинает снова нарастать. В глазах альфы Юнги видит восхищение и сам вспыхивает румянцем. В пропитанной похотью квартире, альфа находил для него море нежности и ласки, от чего он готов был плавиться. Юнги чувствует сгустившийся воздух пропитанный виски и дыней, смазка в перемешанная со спермой альфы течёт снова и он снова уязвимый. Но теперь это не кажется такой уж слабостью, теперь это - оружие. Он улыбается, двигает бёдрами прямо перед носом альфы и тот порыкивает слегка, будто одобряя его действия. – Надеюсь, трахать меня входит в твои права. – ехидно говорит он и вскрикивает, когда его готовая задница прижимается к чужому паху. Стоящий член альфы проезжается по его промежности. – Я пытался держаться, но ты, малыш, абсолютно этого не ценишь. – притворно обиженно говорит альфа и цокает языком. Юнги прыскает от смеха и Джин подхватывает. Альфа подхватывает омегу, усаживает к себе на колени и целует осторожно, будто минутами ранее не он трахал его остервенело, заставляя кричать. Юнги отстраняет своё лицо и смотрит внимательно, будто запоминает, пальцами проводит по чужой скуле, спускается вниз, обводит мягкие, покрасневшие губы. – Это похоже на мой сон, но твой член, что между моих ног, такой реальный. – Значит, я снился тебе? – альфа подхватывает зубами его палец, и облизывает. – Слишком часто. Я начал ненавидеть тебя, Ким-идеальный-Сокджин. – выдернув палец, говорит Юнги. – Слишком много разговоров. Нужно воплощать твои сны в реальность. – поцеловав его в губы говорит альфа, и приказывает: – Встань на колени и лицом на матрас, малыш. Я уверен, тебе снилось, как я беру тебя сзади.***
– О, поздравляю, Юнги! Наконец-то вы с Хосоком перешли на новый уровень отношений. – громко говорит Намджун, намекая на метку и замолкает сразу, когда видит посеревшее лицо Джина, побледневшее Хосока и веселое Юнги, который еле сдерживает смех. – Упс. – Намджун соображает быстро и присаживается на ближайший стул. – Это моя метка, Намджун. – цедит сквозь зубы Джин. – Ты пытаешься натравить на меня этого ревнивца. – говорит Хосок Намджуну и закатывает глаза. – Вообще-то если бы не я, тебя бы не было в той квартире. – Заткнись. – Джин пинает Хосока под столом, что не уходит от взгляда Юнги. – Не понял(?). Это сейчас что было? – спрашивает омега, сверля своего альфу и друга. – Я жду. Флешбэк. – Поговорим? – Джин присаживается перед Хосоком, который откладывает учебный материал в сторону. – Что-то случилось, учитель Ким? – равнодушно спрашивает Хосок и смотри прямо в лицо альфы. – Мне нравится Юнги. – говорит Джин. – И не потерплю рядом с ним кого-то не меня. Это предупреждение. – Ким не успевает встать со своего места, как телефон Чона заговаривается. – Плевать, пока он мне пишет такие сообщения. «Если твой альфий зад не будет у меня, я тебя убью. У меня течка!» – У тебя есть фора в 20 минут. Если он тебя примет, я отойду в сторону, если нет, будешь за стенкой слушать его стоны, идёт?
