Сбежавший жених (Runaway Groom)

Юрий стоял на обочине, вытянув руку с поднятым вверх большим пальцем в сторону, пытаясь поймать машину. Машину, что угодно, плевать. Кто-то ведь должен остановиться, потому что ему это правда необходимо. Необходимо, чтобы хоть что-то пошло по его плану. Этот день был полнейшей катастрофой, возможно, даже хуже, чем любой другой в его жизни, если не считать того дня, когда скончался дедушка. Впрочем, Юра не думал об этом в данный момент. Он настойчиво тянул руку в сторону, и вот спустя пять минут возле него остановился парень на мотоцикле. Плисецкий запрыгнул на байк до того, как незнакомец успел хоть что-то сказать, потому что позади послышались шаги, и крики преследовавших их людей становились все ближе и громче, они звали его по имени и просили остановиться и вернуться обратно. — Трогай! Поезжай куда хочешь. Я буду тебе очень благодарен, — на лице незнакомца все еще читалось сомнение, поэтому Юрий недолго думая слегка толкнул его ногой. — Давай же! Наконец, они тронулись с места. Позади были слышны крики — что-то вроде Подожди! и Я могу все объяснить!. Но Юре не нужно было объяснение, ему нужно было уйти, и как можно дальше. Так что сейчас он упрямо прижимался к своему спасителю в кожаной куртке, пока они отъезжали от того места, где они впервые встретились. Спустя пятнадцать минут они остановились возле закусочной. Юре сейчас следовало бы слезть с байка, но его щеки были мокрыми от слез, и он не мог посмотреть в глаза парню, спасшему его несколько минут назад. Поэтому он ждал. Ждал, пока его не попросят слезть, но этого не случилось. В конце концов он сам отстранился от чужой спины. — Прости, что намочил твою куртку, — в ответ незнакомец лишь кивнул. — И спасибо тебе…что спас меня, наверное, — очередной кивок. Неужели этот парень не хочет знать, что произошло? — Давай я…черт. У меня нет с собой… — но вот Юрий все-таки нашел в своих карманах телефон и кошелек. Как ему удалось в спешке захватить все необходимое? А вообще без разницы. Он нашел их, так что всё хорошо. — Пойдем. Я возьму тебе кофе. Только когда они оба слезли с Харлея, блондин наконец-то решил рассмотреть парня. Что было довольно глупо с его стороны — это короткое путешествие могло плохо для него закончиться. Но ничего не случилось, так что плевать. А тот оказался…возможно, самым лучшим человеком, которого Юра когда-либо встречал. Хотя…к черту всё — конечно, он встретил самого привлекательного незнакомца на свете, именно в тот день, когда его жених изменил ему. В день их свадьбы, по идее. Спасибо карме, он обычно не так хорош в понимании намеков, но то, что произошло сегодня, не было совпадением — это вселенная приказала ему забыть о том подонке, которого он оставил позади. С девушкой. Из всех людей, с кем он мог изменить, он обязательно должен был сделать это с девушкой? Прямо сейчас Плисецкому хотелось стянуть с себя этот дурацкий белый костюм и сжечь его. Он блять не невеста. — Да что с тобой такое? Идешь или нет? — Юрий протянул руку в сторону парня, который нахмурился, но потом все же слез с байка. — Меня Юра зовут. И прежде, чем ты спросишь — я не хочу говорить о произошедшем. — Отабек, — брюнет кивнул. Вот и весь ответ — имя и молчаливое понимание. — Отлично. Идем, крепыш. Кофе ждет, — блондин взял парня под руку, потому что совершенно точно не собирался выпускать Отабека из поля зрения, ни за что. Плисецкий потянул его за собой внутрь и усадил за свободный столик. Отабеку было немного не по себе, между его бровями залегли еле заметные морщинки, так что Юра решил, что всё в порядке. Потому что эти морщинки…были до невозможности милыми. Он весь выглядел как греческий бог, но в то же время был похож на мягкого плюшевого медведя, чего Юрий категорически не понимал. — Я более чем уверен, что это судьба свела нас с тобой. Брюнет принял странную позу, облокотив голову на собственное плечо и заведя руку назад. Так нелепо, что почти смешно. Почти. Не считая того, что та самая рука почесывала андеркат, и эта стрижка пробуждала в Юре неприятные воспоминания, так что ему пришлось переключить свое внимание на что-то другое. К счастью, следующие слова Отабека помогли ему в этом. — Я…обычно не делаю ничего такого. — Ага, ну, я тоже. Они вдруг уставились друг на друга, прежде чем снова моргнуть. — Оу, — Оу? Что это оу вообще должно блять значить? Он думает, что Юра сбегает со своей собственной свадьбы каждый чертов день? — И, ммм…это нормально, что ты…вот так приглашаешь меня выпить кофе, или…? — Что? Я же только что сказал, что… — Юрий остановился. Он почувствовал, как его наконец осеняет абсолютно отвратительным возможно осознанием. — Подожди. Ты…ты думаешь, я устроил это всё ради секса на одну ночь? Лицо Отабека покраснело настолько, насколько ему позволяла его смуглая кожа. Он оглядел Юрия с головы до ног, в его глазах читалась нарастающая паника. Но блондин не мог винить его, теперь всё встало на свои места. Да, он действительно выглядел привлекательно, стоял в шикарном белом костюме на обочине дороги, пытаясь поймать попутку, попросил отвезти его куда угодно, сказал, что отблагодарит его. Вот же блять. — Я не шлюха какая-нибудь, я просто…сбежал от своего жениха. Бывшего жениха, полагаю. Этот мудак изменил мне за два часа до церемонии. Можешь в это поверить?! — Юра не планировал всё это говорить, но сейчас по его телу разливалось такое приятное ощущение. Облегчение что-ли. — И знаешь с кем? С ДЕВУШКОЙ! Отабек, в свою очередь, чуть заметно ахнул. Он нравился Плисецкому все больше и больше с каждой минутой. — Ну и пошел он нахуй. Я забрал свой кошелек, телефон, его кредитную карту. Ключи мне больше не понадобятся, я так понимаю, — на его лице было страдальческое выражение — он видел это в отражении своей чашки — но ему не было до этого дела. — Хей, ты спас мою задницу. И знаешь что? Давай-ка немного развлечемся. Есть ли что-нибудь, что ты давно хотел сделать? У нас есть его карточка, я же говорил, что отблагодарю тебя. Давай поедем в парк аттракционов или рванем в торговый центр и скупим весь алкоголь, какой у них только есть. Давай…я не знаю, снимем номер в отеле и… И тут Юра вспомнил, почему вообще Отабек подобрал его посреди дороги. Он посмотрел в теплые карие глаза. Медвежонок. Божество. Его герой. — Похуй. Давай снимем номер и поебемся. Ну и обслуживание в номер закажем, — блондин перевел взгляд на парня, который еле слышно сглотнул, словно мышь перед питоном. — Стоп, у тебя же никого нет, да? — Отабек в ответ покачал головой. Ну и прекрасно. — Ты думал я хочу переспать с тобой. И ты остановился. Значит ты хотел этого, так? — брюнет проглотил комок в горле и, каким-то образом выглядя еще более напуганным, осторожно кивнул. — Отлично. У меня нет никаких планов на ближайшие две недели. Давай же спустим все его деньги, — Юра махнул официанту, готовый рассчитаться за их напитки. Лицо Отабека выражало полнейший шок, однако спустя несколько мгновений на нем расцвела едва различимая недоверчивая улыбка.

***

Юрий не мог поверить, что он почти женился на этом…этом человеке. Его и человеком то с трудом можно было назвать, серьезно. Он был больше похож на бесформенного слизняка в человеческой оболочке. Вот почему он не чувствовал вины сейчас, когда они с Отабеком ввалились в номер, арендованный на неделю и оплаченный наперед. Он был роскошным — со свежими фруктами и джакузи посреди гостиной. Впрочем, взгляд брюнета был прикован не к убранству вокруг, а к изящной фигуре парня перед собой. Их первый поцелуй был немного неуверенным, оба всё еще не до конца верили в происходящее. Однако, в тот момент, когда их губы соединились, а руки начали исследовать тела друг друга, стало ясно, что вселенная пытается исправить прошлые ошибки, потому что ничего в жизни Юры не чувствовалось так правильно и хорошо, как то, что он ощущал сейчас. К Юриному удивлению, Отабек становился абсолютно другим человеком, когда отпускал себя. Не было больше того молчаливого краснеющего мальчишки, уже нет. Широкие ладони обхватывали тело Плисецкого и управляли им, словно тряпичной куклой. Ему никогда до этого не было настолько хорошо, как сейчас, когда Отабек зубами снимал с него вещицу за вещицей, развел его бледные ноги в стороны и в конце концов с силой толкнулся внутрь жаркого тела. Этот парень — этот милый тихий парень — абсолютный зверь в постели, и Юре невероятно повезло встретить его в тот судьбоносный момент на обочине дороги. Они занимались любовью до тех пор, пока блондин едва ли был в состоянии ходить.

***

Плисецкий запрыгнул в джакузи, потянув Отабека за собой в воду, и снова оседлал его. Какое-то время они просто целовались, и это было так захватывающе — Юра мог чувствовать, как зверь под ним превращается в человека, что-то вроде оборотня, только в сексуальном плане. Когтистые лапы превратились в нежные и ласковые руки, царапание — в аккуратный массаж. Блондин прилег на его широкую грудь — уставший и довольный — ему было так хорошо, как не было в течение долгих месяцев. Это и правда лучший день в его жизни. — Куда ты направлялся перед тем, как подобрать меня? — Никуда. Да это и не важно, — Отабек поцеловал Юру в макушку, отчего тот мгновенно расслабился. Телефон брюнета продолжал трезвонить, и это раздражало всё больше и больше с каждым новым звонком. Плисецкий пару раз спросил, точно ли у темноглазого нет никого, кто ждал бы его дома. Но с каждым разом тот просто отклонял вызов и гладил блондина по голове. Когда Отабек решил, что младший наконец-то заснул на широкой кровати, он всё-таки ответил на звонок. Парень начал медленно расхаживать по комнате от нарастающего напряжения. — Да? — Юра едва мог расслышать голос на другом конце линии — дрожащий, всхлипывающий, как будто нуждающийся в чем-то или в ком-то. — Нет, я не видел его. Блондин открыл глаза, но не повернулся. Кого он не видел? Он еще многого не знал об Отабеке, но уже решил остаться с ним, так что этот разговор и его дело тоже, хочет того сам Отабек или нет. — Послушай, Джей. Я уже сказал тебе, что ничего не знаю о том, где он находится. Но если бы ты лучше о нем заботился… Юра тут же подскочил на кровати и уставился на парня. Отабек. Сколько существует людей с таким именем?! Вот в чем всё дело. Он — тот самый друг Жан-Жака, с которым они познакомились в колледже, и про которого тот всё время рассказывал. Отабек встретился взглядом с испуганными глазами напротив и, не обрывая зрительного контакта, произнес: «Он либо вернется к тебе сам, либо не вернется совсем. Я не могу…не собираюсь помогать тебе с этим.» Плисецкий поднялся с кровати и медленно подошел к брюнету, всё еще хромая — его тело ломило от последствий невероятного секса с человеком, который прямо сейчас врал его жениху. Бывшему жениху. Юра повел себя как настоящая сука — мелочно и эгоистично. Однако, его руки сами потянулись к чужой шее, а голова облокотилась на широкую грудь. Он прошептал следующие слова так тихо, чтобы только Отабек мог их расслышать. — Пойдем спать, малыш. Джей-Джей может перезвонить на следующей неделе.