Swallowing Loneliness (Cream Cheese fic)

☆       Невероятно широко распространена идея, что демоны когда-то были ангелами и родились из Света Божьего. Это всего лишь миф — в действительности это совершенно другой вид.       Демоны с ангелами всегда были разной породы. Последним они были известны как кто-то вроде домашних вредителей, проникающие из нижних измерений, чтобы украсть пищу и причинить так много вреда, сколько это вообще возможно. Они и правда могли нанести ужасающий вред, когда вступали в контакт с людьми, которые им попадались: демоны искушали, своим голосом подталкивая к тому, чего раньше сам человек не стал бы делать. Речь демонов звучала на частоте, которую не мог воспринять людской слух, и всё же в словах, произнесённых ими, было достаточно демонического тлетворного влияния, чтобы всё, что было сказано, так или иначе осело в человеческом разуме.       Это было внезапное, резкое прерывание обычного человеческого хода мыслей. Поцелуй его, прежде чем его жена вернётся. Укради это, пока никто не смотрит. Съешь яблоко, дорогая. Ведь что плохого может случиться?       Некоторые могли сопротивляться этому и сопротивлялись.       Некоторые могли, но всё равно поддавались.       Все демоны были подлыми маленькими монстрами, большинство из них. И всё же…       Они были такими крошечными. Вы не ошиблись бы, если бы описали обычного рядового демона, говоря простым человеческим языком, как «милого». Дело не в том, что у них были такие уж прелестные личики, просто сами демоны были едва ли пятнадцать сантиметров в высоту и были отдаленно похожи на людей, а люди ведь всегда думают, что подобные вещи невозможно милы. Много раз обычного домашнего демона принимали за симпатичную маленькую фею, а потом изображали с маленькими прозрачными крылышками, всех цветов радуги и с сияющей волшебной пыльцой.       Тот факт, что они в действительности были изощренной формой паразитов, (которые охотились за самыми лакомыми кусочками, но, тем не менее, были паразитами) ускользнул от внимания большинства людей, как в случае с демонами, так и с феями.       И сегодня вечером…       Азирафаэль, который когда-то, много лет назад, охранял Эдем, как раз закрывал свою книжную лавку на ночь. Тот факт, что было три часа дня, не считался проблемой в этом отношении. Этим вечером он будет обедать в «Ритц», и это его волновало гораздо больше.       Азирафаэль был…       «Одиноким» вполне подходящее слово.       Он был одним из немногих ангелов, квартирующихся на Земле, и хотя он, строго говоря, не скучал по коллегам, в ряды которых никогда полностью не вписывался (и в любом случае общался с ними довольно мало, даже на Небесах), он хотел, чтобы у него был… кто-то. Время от времени он заводил дружбу с людьми, но у них была такая ужасно короткая жизнь, и это было… Что ж, это было слишком печально — привязываться к ним.       И они никогда полностью не понимали его. Да и не могли, не так ли?       Но и ангелы тоже.       Азирафаэль был не просто одинок. Он действительно был один.       Сегодня вечером он мог рассчитывать на «Ритц». Он любил Ритц. Это было чудесное место для ужина во всех смыслах. Прекрасные стулья, красивая музыка на заднем плане, лёгкие переливы клавиш пианино и еда. Ох, еда, еда была чудом, и он просто обожал каждый кусочек, который шеф-повар мог ему предложить.       Иногда ему хотелось разделить это удовольствие с кем-нибудь ещё, но…       Раздался шум, и Азирафаэль замер, прислушиваясь. Это был настолько высокий звук, что его бы совершенно не услышало человеческое ухо, но для отточенного ангельского слуха он был отчётливо слышен, и Азирафаэль взволнованно вздохнул, чувствуя расползающийся румянец удовольствия на его щеках.       Ох…       «Ритц» мог подождать, если компания пожаловала к столу.

______________________

      Демон Кроули выругался во второй раз.       Клеевые ловушки не предназначались для таких, как Энтони Дж. Кроули. Кроули, он был ярким, весёлым, сексуальным, а ещё ублюдком — он не должен был застрять в клеевой ловушке. Это дерьмо было для Хастура или для Лигура, или для одного из младших демонов, мечущихся вокруг без единой мысли, но не для него.       Он не мог просто снять свою обувь, чтобы выбраться (один из прискорбных недостатков, когда твои ботинки из змеиной кожи просто продолжение тебя), и поэтому, когда входная дверь открылась и снова щёлкнула, он замер, стараясь вести себя как можно тише, и добавил немного магии, чтобы скрыть своё присутствие.       Поэтому для него было большим сюрпризом, когда пухлая, явно ухоженная рука потянулась к нему и нежно обернулась вокруг тела, легко и аккуратно извлекая его из ловушки, как будто на его ступнях вообще не было клея. Кроули зашипел, пытаясь вырваться, но захват был одновременно нежным и твёрдым, и он не смог освободиться. — Тише, тише, дорогой мальчик, — сказал голос, хозяину которого принадлежали ладонь, удерживающая его, и ещё одна, появившаяся снизу и поддерживающая его ноги. — Не суетись.       Это был красивый голос. Приятный. Голос англичанина. Но… Но человек не должен был видеть его, не должен же был…       Его отнесли в маленькую кухню. Небольшое уютное место, где стояла духовка с шестью конфорками, а на стойке было аккуратно расставлена кухонная утварь. На открытых полках располагались всевозможные забавные маленькие инструменты — Кроули никогда не понимал, для чего они нужны.       И здесь было тепло.       Кроули через солнцезащитные очки осторожно наблюдал, как дверь с тихим щелчком закрылась. — Послушай, — сказал он, пытаясь прижаться ладонями к пухлым, податливым пальцам этого парня и освободиться, — тебе нужно отпустить меня, хорошо? Ты хочешь меня отпустить. — О, какой же ты милый, — сказал мужчина, осторожно усаживая его на маленький кухонный стол, за которым было место только для одного, но при этом была аккуратно застелена скатерть и всё такое. Кроули немедленно сорвался с места, стремясь побыстрее убраться отсюда. Но, добежав до края стола, он ударился о невидимую стену, ойкнув. — Эй, придурок! — Кроули зашипел, глядя на мужчину, который наклонился вперед, наконец полностью попадая в поле его зрения. Он был пухленьким, лет пятидесяти, и у него были белокурые кудряшки, аккуратно обрамляющие лицо, а также пара очков округлой формы, располагавшихся на вздёрнутом носе. Сине-зеленые глаза игриво блестели, а щёки покраснели. Сам он улыбался. Он был… красив, мог бы сказать Кроули. Он был бы привлекательным, будь он нормального размера, а не до смешного огромным. Кроме того, выглядел он каким-то… уютным. Приятным. — Как это ты?..       Бросив взгляд на край стола, Кроули прижал ладонь к невидимому барьеру.       Сглотнул. — Ты ангел, — сказал он, чувствуя, как похолодели внутренности. — О, да, — сказал ангел, сияя в ответ. — Моё имя Азирафаэль. А твоё, маленький демон? — Я не маленький. Это ваша братия слишком большая, ясно? — Что ж, мой дорогой мальчик, я боюсь, что в сравнении с тобой даже чихуахуа был бы довольно большим.       Кроули скрестил руки на груди. — Кроули, — пробормотал он. — Кроули. Как мило. Ты, должно быть, голодный, правда?       Кроули замялся. Ангелы были… Ну, опасны. Они могли видеть демонов, чего не могли люди, а учитывая, что они были на стороне добра, в то время как демоны были на стороне озорства… Ну, демона, который повстречал ангела, обычно ждало быстрое и неминуемое развоплощение. В конце концов, потом демоны овладевают другими маленькими телами и могут вернуться в земные измерения, но на это потребуется время. — Допустим, — сказал Кроули. — И что с того? — Ну, я могу приготовить тебе что-нибудь поесть, — сказал Азирафаэль, отворачиваясь от Кроули и беря сковороду. Кроули уставился на его пухлую задницу, на то, как на ней натягивалась ткань штанов. Она была такой ​​большой, что, с точки зрения Кроули, с успехом могла бы быть парочкой очень волнующих холмов. — Таким образом я не даю тебе что-нибудь украсть, верно? Тебе нравится болоньезе? Э-э-э, ну, это не совсем болоньезе, потому что я собираюсь добавить разных овощей к винному соку, но…       Кроули нахмурился. — Ты не собираешься меня убивать? — Убивать? — спросил ангел, повернув голову и глянув на него в ужасе. — Нет, нет, просто… обед. — А для чего тогда это чертово силовое поле?       Азирафаэль повернулся, чтобы посмотреть на него, и с виноватым видом закусил губу. — Эм, ну, я подумал, вдруг ты упадёшь. Тут ужасно высоко для тебя, разве нет? — О, — выдохнул Кроули.       Он откинулся назад, будто позади него был стул, а не пустое пространство. После чего закинул ногу на ногу. — Верно.        Азирафаэль, кивнув и немного застенчиво улыбнувшись, снова повернулся к плите.       Обед. Это было…       Что ж, это было неожиданно. Довольно мило, но неожиданно. И если подумать, он был готов пробраться в холодильник ангела и добыть себе… «не даю тебе что-нибудь украсть, верно?».       Ну что тут скажешь. А ведь быть демоном было нелегко. Иногда очень даже тяжело. Нужно было куда-то пробираться за едой, а люди, ну, люди вроде как заслуживали, чтобы у них крали, по-крайней мере, временами.       Не все люди. Не те, кто голодал, не те, кто были добрыми, но…       Ну некоторые из них. У некоторых из них можно было воровать. — Не знал, что на Земле много ангелов, — сказал Кроули. — О, их не так много, — Азирафаэль налил воду в кастрюлю и поставил её на плиту. — Знаешь, всего несколько, болтаются тут… А демонов много? — Нет, — солгал Кроули, проводя рукой по волосам, и потом снял солнцезащитные очки. Не всем демонам нравилась человеческая мода. Она менялась очень быстро, и за ней было трудно уследить. Любил ли её Кроули, любил все цвета, ткани и солнцезащитные очки? Да, безусловно, они ему очень нравились. — Ты просто готовишь для всех, кто придёт? — Мало кто приходит, — сказал Азирафаэль, повернувшись спиной к Кроули. В словах была какая-то… ну, пауза. Колебание. Перехват в горле. — Я подумал, что было бы неплохо иметь компанию для обеда. — Оу, — понимающе протянул Кроули. — Я всегда очень интересовался демонами, — признался Азирафаэль, размахивая свободной рукой. Кроули наблюдал, как овощи по мановению этой руки послушно вылетали из холодильника, и ножи начинали сами нарезать их на прилавке рядом с ним. И это продолжилось даже когда Азирафаэль уже начал заниматься мясом на сковороде. — Просто вы такие… Ну, ты знаешь. Такая загадка. Появляетесь во всевозможных сказках.       Кроули оглянулся на дверь, думая о книжном магазине, в который он пробрался, используя один из порталов между измерениями. — Тебе нравятся книги? — спросил он. — О, безмерно, — сказал Азирафаэль. — Я просто думаю, что это так изобретательно с их стороны, со стороны людей, придумывать все эти сказки и истории, все эти идеи… Ангелы способны написать всего один или два небольших отчета о чем-либо — это не очень интересно. По большей части. Демоны читают? — Нет. — О, — тон Азирафаэля был немного расстроенным. — Я люблю телевидение, — сказал Кроули. — «Золотые девочки»? — У меня нет телевизора, — сказал Азирафаэль. — Хотя, знаешь, я видел кое-что в кинотеатрах. — О, неужели? — спросил Кроули, глядя на двухсотлетний костюм ангела. — Что ты видел в последний раз? — Эм, «Огни большого города»? — С Чаплиным? — Именно! Талантливый парень! — Ангел, этот фильм вышел шестьдесят лет назад! — Ой.       Было на удивление легко разговаривать с ним. И Кроули подозревал, что этот конкретный малый не очень хорошо умеет быть ангелом. Он не был экспертом в этих возвышенных богословских вопросах, но был вполне уверен, что ангелам не позволялось любить пищу, одежду или книги. А если и позволялось, то они не должны были любить их так сильно, как этот ангел.       Однако болоньезе пахло потрясающе, а прошло так много времени с тех пор, как Кроули ел горячую пищу. Азирафаэль принес тарелку, и Кроули застонал, а в его животе нетерпеливо заурчало. Запах стоял восхитительный, он видел все эти мелко нарезанные овощи, фарш, соус, паста…       Кроули был привередливым демоном. Он не ел руками, даже когда голодал, хотя не то чтобы он действительно голодал. Но он определенно был очень голоден сейчас.       Он наколдовал себе нож и вилку, которые появились на краю тарелки, и принялся за еду: отрезал кусочки фарша, спагетти, баклажанов, лука, помидоров и, будь он благословлён, всё это было восхитительно! Он не мог не стонать, пока ел, пробуя всё на вкус. Азирафаэль тоже был занят, вкушая небольшие, чопорные кусочки со своей вилки, но он наблюдал за Кроули, наблюдал за ним…       Хм. — Спасибо, — сказал Кроули.       Азирафаэль слегка расслабился и улыбнулся. — Ах. Угощайся, милый мальчик. У тебя интересные глаза. Очень змеиные. — Потму чт я зм’й, — сказал Кроули, набив рот фаршем, и сглотнул. Мясо было восхитительным, жирным, тяжелым комом стекало вниз по горлу. Это было намного лучше, чем несколько крекеров и остатки сыра, или несколько чипсов, или что-то еще, что обычно удавалось достать.       Он знал, что ест больше, чем обычно, но сопротивляться было трудно, действительно трудно. Ангел был хорошим поваром, и это было просто чудесно. Кроули застонал, потянувшись слегка расстегнуть свои узкие джинсы, как раз в тот момент, когда Азирафаэль спросил: — Хлеба? — О да, пожалуйста, — сказал Кроули, и Азирафаэль потянулся положить ему кусочек.       Это был прекрасный хлеб с белой коркой, покрытый мукой снаружи, с мягким, тяжелым мякишем посередине, и Кроули отщипнул себе побольше и затолкал в рот, пережевывая и наслаждаясь вкусом. — Боже мой, — благоговейно выдохнул Азирафаэль. — Такой голодный. — Обычно дома не готовят, — ответил Кроули, подмигнув, и ангел от этого жеста слегка заерзал, а на его щеках заиграл румянец.       Кроули облизнул губы. Он знал некоторых демонов, которые делали это с людьми. Только, очевидно, это было в те моменты, когда люди думали, что всё происходит во сне. Но сам факт — некоторые из них этим занимались. Используя только язык или же обхватывая человеческий член…       Насколько иначе это могло быть с ангелом?       Кроули снова вплотную занялся спагетти.       Когда он, наконец, вдоволь наелся, то застонал, откидываясь назад. Его обычно плоский живот слегка округлился, и он рассеянно потер его через рубашку. — О, я думаю, ты смог бы съесть ещё немного, — мягко сказал ангел. — Ты сказал, что был голоден. — Если я буду есть еще, моя рубашка порвется, — пробормотал Кроули. — Ну, тогда, — ответил Азирафаэль, — почему бы тебе не снять её?       Кроули уставился на него. Он знал, что только что произошло с его обычно тонкими змеиными зрачками. Во рту пересохло. Это должно было быть сексуальным? Взгляд Азирафаэля был определенно очень пристальным, и Кроули двинулся, залезая ладонью сквозь брюки, не прерывая зрительного контакта с ангелом при этом. Румянец Азирафаэля стал еще ярче. Кроули проговорил с легким шипящим присвистом: — Ладно… тогда рубашку долой.       Он медленно расстегнул ее, спустив с плеч, а затем, для баланса, также выскользнул из джинс. Нижнее бельё он не носил. Потому что нижнее белье, это было не круто, а демоны, демоны — это круто.       Как попросить ангела заняться с тобой сексом?       Кроули не был уверен.       Он лениво и небрежно обхватил свой член, как будто это не вело ни к чему конкретному. Увидел, как Азирафаэль облизнул при этом губы.       Кроули подвинулся и снова сел на край тарелки, а Азирафаэль потянулся к его вилке, которую он до этого отложил. Между пальцами Азирафаэля она была до смешного крошечной, но ангел невозмутимо наколол ей кусок фарша и поднес ко рту Кроули. Это был большой кусок, и он заполнил весь рот, всё ещё сочный и тёплый, солёный, с потрясающим мясным вкусом и пропитанный соком из жаренных помидоров. Кроули медленно его прожевал, а затем проглотил.       Азирафаэль отложил вилку в сторону. Следующий кусок, который он взял для Кроули, он протянул ему с руки, позволяя провести языком по своему большому пальцу, и при этом издал весьма волнующий звук.       Он продолжал его кормить.       Это было…       Это было немного чересчур, но также это было сексуально, потому что Азирафаэль наблюдал за ним с такой сосредоточенностью, с таким… томлением. Неужели все ангелы были такими? Азирафаэль то и дело ерзал, но продолжал кормить его кусочками болоньезе и пастой, его красивые пальцы были окрашены в красный цвет от помидоров.       Теперь Кроули чувствовал себя неподъёмным. Мышцы его живота немного сжались, он был таким плотным, горячим и буквально переполненным. Кроули поёрзал, откинувшись назад, чтобы попытаться немного ослабить давление, и застонал, когда мельком увидел себя, теперь чуть округлого, с маленьким животиком. — Ох, такой красивый, — прошептал Азирафаэль, и, поддерживая другими пальцами спину Кроули, нежно очертил подушечкой большого пальца круг по тугой, натянутой коже. Кроули застонал, откидываясь на руку ангела, потому что это было больно, но это была горячая, успокаивающая боль, от которой судороги чуть утихли. Прикосновение Азирафаэля было таким тёплым. — Боже, твой живот теперь такой заполненный. — Еле двигаюсь, — подтвердил Кроули, беспомощно раздвинув ноги, хотя от этого его живот стал ещё тяжелее, что вызывало неприятные ощущения, которые Азирафаэль успокоил большим пальцем. Однако член был твёрдым, тёрся о его толстый живот, и Азирафаэль довольно мурлыкал над ним, позволяя своему большому пальцу опускаться ниже, просто касаясь его. — Ты не можешь съесть ещё чуть-чуть? — начал уговаривать Азирафаэль, поднеся ещё один кусочек ко рту Кроули.       Кроули ел его медленно, жевал и глотал самым томным образом, и Азирафаэль наградил его нежным массажем его члена, прижав к нему подушечку своего пальца — то, обо что Кроули мог немного потереться и даже потолкаться, но ох, от этого начинал болеть распухший живот. — Вот, — проворковал Азирафаэль. — Думаю, этого вполне достаточно. Не хватает только сливочного сыра! — О, ангел, нет, я не могу съесть ещё… — Ох, я и не беспокоюсь об этом, дорогой, — успокаивающе сказал Азирафаэль и погладил его по волосам. — А теперь вставай. — «Вставай»? — ошеломлённо переспросил Кроули. Он был набит до краёв, и если бы он был, знаете ли, не демоном, с магией, делающей его чуть более способным к такого рода вещам, чем других существ, ему, вероятно, сейчас стало бы плохо. Пока он сидел, он просто чувствовал себя… Ну, полным. Полным, и тяжёлым, и возбуждённым, но…       Азирафаэль осторожно взял его за плечи и поднял на ноги, и Кроули застонал от боли. Он судорожно задвигал руками, пытаясь поддержать свой тяжелый живот в вертикальном положении. Ему казалось, что он съел пасты как минимум столько же, сколько и весил сам. Он захныкал, когда Азирафаэль осторожно подтолкнул его вперед, нагнув его и заставив встать на локти над деревянным орудием, которое он поставил на стол. Он был согнут почти вдвое, его живот, будучи размером с самого демона, свисал вниз и прижимался к краю стола, обитого потёртой кожей. Кроули всхлипнул, собираясь отодвинуться, но…       Два ремня перекинулись через его запястья, фиксируя его на месте, и Кроули ахнул, пытаясь освободиться от них. Он попытался использовать магию, но ремни просто не двигались с места. Живот под ним, большой и круглый, болел, и Кроули чувствовал себя таким тяжёлым… — Ангел, — простонал он. — Что ты делаешь? — Тише, тише, — проворковал Азирафаэль и провёл горячим пальцем по спине Кроули, заставив его вздрогнуть. Палец надавил ниже, массируя ягодицы, а затем ангел осторожно раздвинул их указательным и большим пальцами, позволяя теплому воздуху коснуться сжавшегося отверстия, и Кроули застонал. — Какого...       Азирафаэль ещё раз легонько подул, а затем его рука двинулась, мягко постукивая по животу. Кроули дёрнулся, подавляя всхлип. — Ты как маленький равиолли, мой дорогой. Но начинённый лишь наполовину! — Наполовину? — недоверчиво повторил Кроули. — Ангел, если бы во мне было что-нибудь еще, я бы лопнул. — Думаешь? — сладким тоном спросил Азирафаэль.

______________________

      О, Азирафаэлю очень нравилась эта часть.       Он думал над тем, чтобы вроде как… Ну, спрашивать. Но по итогу он всё-таки решил, что это будет ну уж слишком подозрительным, а он ведь так ненавидел, когда демоны начинали суетиться и производить слишком много шума, беспокоясь из-за происходящего. Но этот, красивый маленький Кроули, до сих пор был таким… покладистым. Такой ужасно сговорчивый. А сейчас он был просто как с картинки: его плоский животик был наполнен начинкой, и просто требовал немного больше внимания.       Он скорее был…       …на самом деле более чем покладистым.       Он был славным. Скорее даже очаровательным. И вправду милым. Прелестным. — Азирафаэль, — заскулил Кроули, и Азирафаэль рассеянно погладил его, потянувшись за своим набором для промывания.       Он был вполне доволен своими инструментами, изготовленными на заказ ещё очень давно. На маленьком столике была кожаная подкладка (Азирафаэль считал, что демонам должно быть комфортно до последнего, ведь они были просто восхитительными), аккуратные ремни, чтобы запястья не двигались, а затем был высокий стержень, на котором можно было повесить маленький мешочек для промывки, который был лишь немногим меньше чайного пакетика и идеально подходил для демона. Азирафаэль капнул немного воды из чайника на своё запястье, чтобы убедиться, что она ещё не вскипела, нет-нет, вода была приятной и теплой, не слишком горячей.       Он очень деликатно раздвинул пальцем красивые маленькие половинки задницы Кроули, смазывая между ними, и Кроули издал такой восхитительный вопль, от которого губы Азирафаэля дернулись.       Он вправду чувствовал маленькую толику вины. Обычно демоны были… другими. Грубые, хулиганистые маленькие вредины. Но не такие, как Кроули — такой вежливый, такой милый…       Азирафаэль приставил насадку к его заднице (самой крошечной в мире!) и повесил мешочек с водой на предназначенный для этого крючок. — Сейчас, — решил предупредить он, — будет чуточку непривычно, дорогой. — Чт… Ауч…!       Азирафаэль наклонил чайник, наблюдая, как вода стекает по резиновому трубопроводу и попадает в сопло, вдавленное в задницу демона, заставляя его подпрыгивать и хныкать. Чем больше воды он мог набрать таким образом, тем больше начинки в него поместиться, и Азирафаэль был как на иголках, только лишь представляя… Кроули был намного худее, чем большинство демонов, которых Азирафаэль ловил в прошлом, и всё же он принял предыдущую порцию начинки так ужасно хорошо, так жадно, и этот его маленький неопадающий член, так очаровательно!       Азирафаэль смотрел, как опустошается маленький мешочек, и протянул руку под демона, нежно поглаживая его живот лёгкими ритмичными кругами, заставляя демона завывать во всё горло. — Больно, — жалобно захныкал Кроули, и Азирафаэль заворковал над ним. — Ну-ну, — сочувственно проговорил он и налил ещё один колпак воды в мешочек, прислушиваясь к тому, как стоны Кроули становятся громче и громче. Массируя демона, он влил в него ещё воды, конечно, ровно столько, чтобы очистить его. Он будет таким идеальным и подготовленным для… — О, ты будешь у меня таким превосходно толстеньким, Кроули, набитым до самого края…       Кроули издал всхлип, пытаясь двинуться с места, и Азирафаэль наклонился, наблюдая, как его маленький животик вздулся от всего, что в нем было. Не только паста и болоньезе, но и вся эта вода, о, он был восхитительно эластичным, намного эластичней, чем другие, которые были в прошлом… — Могут ли демоны забеременеть, Кроули? — спросил он мягким тоном. — Ты с таким животом уже явно на большом сроке.       Кроули взвизгнул, а Азирафаэль продолжил гладить его живот, надавливать на него и чувствуя, как внутри движется жидкость. Такой восхитительно заполненный. Чувствуя себя лишь чуточку жестоким, он постучал по поверхности живота сильнее, наблюдая, как Кроули неустойчиво раскачивался на свои маленьких дрожащих ножках, вскрикивая, когда его живот двигался и качался под ним. — О, ты уже так много принял в себя, — сказал Азирафаэль похвальным тоном. — Как ты думаешь, сколько осталось до тех пор, пока ты лопнешь? — Ауч, — простонал Кроули, и Азирафаэль усмехнулся, поглаживая его спину пальцем. — О, ты такой лакомый кусочек, — сказал он и ещё раз наполнил мешочек. О, да. Да, Кроули будет восхитительным аппетитнейшим лакомством, наполненный до самых краёв, и Азирафаэль уже восхищался размером его живота, такого полного… Колени Кроули подогнулись под тяжестью, но прежде, чем он мог упасть, Азирафаэль поймал его под бёдра. Крепко удерживая между указательным и большим пальцами, он расстегнул запястья маленького демона. Казалось, в Кроули зарождается понимание: Азирафаэль наблюдал, как демон запаниковал, засопротивлялся, но его живот был слишком тяжёлым и большим, чтобы он вообще мог что-то сделать. — У тебя будет просто потрясающий конец, мой дорогой. — Пожалуйста… — простонал Кроули, когда Азирафаэль поднял его и поставил над подносом, освобождая насадку, и Кроули всхлипнул, пока из него выливалась вся вода. — Тише, дорогой, всё хорошо, — мягко сказал Азирафаэль, держа его под мышками свободной рукой, а пальцем мягко надавливая на живот и наслаждаясь тем, как Кроули закричал и забрыкался. Он чувствовал маленький твердый комочек начинки, столь не похожий на легкое поступление воды, проливающейся на лоток, и продолжал осторожно растирать, пока не слились последние остатки. — Почти готово, милый, почти готово… — Не нужно, — захныкал Кроули, и Азирафаэль взял другую насадку. — Ты бы предпочёл быть на спине или снова на животе? — Отпусти меня! — Тогда на спине, — весело заключил Азирафаэль и положил демона к себе на колени, устроив его в удобной ложбинке между бёдрами и быстро завязав его маленькие запястья за спиной. — Боюсь, что эта насадка немного шире, чем предыдущая.       Он смотрел на лицо демона с его широко раскрытыми от ужаса глазами, когда он увидел заправочную насадку — она ​​была толще, чем предыдущая, намного больше, но она была более суженной, при этом широкое основание удерживало крохотную задницу демона раскрытой. — Нет, — простонал Кроули, замотав головой, когда Азирафаэль добавил немного смазки. — Нет, н… не нужно, Азирафаэль, Азирафаэль…! — Помолчи, дорогой, и не суетись, это неприлично, — сказал Азирафаэль и осторожно прижал насадку к маленькой тугой заднице Кроули, осторожно двинув вперед. Он вошел легко — как бы сильно демон не пытался бороться, его мышцы были расслаблены после тёплой воды. Азирафаэль раздвинул его бёдра немного шире. — Умоляю, не надо, не надо, — простонал Кроули, но Азирафаэль уже осторожно сжимал набивной мешочек, наблюдая, как он опустошается. Ангел следил за выражением на лице демона, и когда оно изменилось, его рот открылся, брови поднялись, а черты исказились, Азирафаэль почувствовал, как дрожь пробежала по его спине. Ох да, ему это очень нравилось. — Не слишком холодно? — спросил он и снова сжал, протянув руку, чтобы помочь бедному животу Кроули, нежно и ободряюще потирая большим пальцем круги. Сливочный сыр был намного гуще, чем вода, и требовал большего поощрения, но это всё равно было восхитительно легко. Какая жалость, что не со всеми демонами так бывает…       Живот Кроули легко наполнялся. Азирафаэль продолжал вкачивать в него начинку, пока его живот не стал таким же смехотворно большим, как и прежде. Кроули сильно округлился, так что выглядел совершенно беременным, и таким полным, таким наполненным…       По щекам Кроули покатились слёзы, и Азирафаэль удовлетворенно вздохнул и похлопал его по полному животу, и оставаясь довольным усилившимися рыданиями, которые его действия вызывали, а также, что наиболее интригующе, легкому подёргиванию бёдер демона. — Ты не… Боже, ты, подлец, возбуждён? — воскликнул Азирафаэль, не в силах сдержать свой восторг, и погладил непристойно выпирающий живот демона, глядя на его твердый член, пока вводил в него остатки сыра. — Нет, — простонал Кроули. — Интересно, можешь ли ты ещё съесть, — задумчиво сказал Азирафаэль, потянувшись к маленькой пробке, которую он вырезал из твердого сыра, и вогнал её в Кроули, заменяя насадку. Ох, какой же вкусный, он будет таким восхитительно-вкусным… — Нет, — сказал Кроули, — нет, нет, нет, я не могу, не могу! — Конечно можешь, — ободряюще сказал Азирафаэль. Он игриво барабанил пальцами по толстой выпуклости живота Кроули. Ему нравилось, как демон кричал, но даже не сопротивлялся, он был так восхитительным, и они так далеко зашли… — А если я съем? — Ну, — сказал Азирафаэль и подмигнул. Кроули захныкал: его маленький член слегка дернулся. Боже, он был странным типом. — Это будет много о чём говорить, не так ли?

______________________

      Кроули не мог сдвинуться с места.       Не из-за того, что его руки были связаны за спиной, или из-за положения, в котором он находился на удивительно тёплых, пухлых и удобных бёдрах ангела, а из-за того, что его живот был таким полным и тяжёлым, что он фактически не мог поднять его. Он был обездвижен этим, обездвижен весом слегка прохладного сливочного сыра, который ангел запихнул в него, и он больше не мог видеть свой член, свои собственные колени над огромным вздувшимся животом. Он выглядел более чем беременным. Он выглядел опухшим, округлым и был так уверен, абсолютно уверен, что ангел собирается его съесть. Что он мог сделать? Как он должен был сбежать и почему его тело реагировало абсурднейшим образом? Почему его член был таким твёрдым? — Поднимайся, — сказал ангел. — Я не могу, — жалобно сказал Кроули, и ангел засмеялся, подняв его и заставив его живот тяжело качаться. Было больно, ужасно больно, всё его тело сводили судороги, вес сыра внутри него был настолько непомерным, что он чувствовал себя так, будто вот-вот взорвётся.       Он был напуган, что действительно лопнет, он был так уверен, так уверен, что он…       Азирафаэль поставил его на ноги, и его колени тут же подогнулись под невозможным весом его живота: он тяжело приземлился на свою задницу, и Азирафаэль рассмеялся тому, как он кричал от боли, как его тело содрогнулось от всей вкаченной в него начинки. Как будто он был индейкой на рождественский ужин… — Не ешь меня, — взмолился Кроули. — Открой шире рот, дорогой мальчик, и прекрати болтать, — вежливо сказал Азирафаэль и поднес ко рту ложку тёплых спагетти. На этот раз он не стал ждать, пока Кроули поест в своем собственном темпе. Он насильственно кормил его, впихивая еду в рот и массируя горло, заставляя глотать, и Кроули повиновался, заглатывая больше еды, просто не зная, что делать. — Ты полон, — наконец сказал ангел с удовлетворённым видом, надавливая на живот Кроули двумя пальцами. От этого Кроули свело судорогой, боль пронзила напряженно проработанные мускулы, но член так же подпрыгнул, и он услышал смех Азирафаэля. — Ты забавный малыш, — пробормотал он и наклонился вперёд, усаживая Кроули на спину на обитый кожей миниатюрный стол так, что его бёдра свисали с края.       Его живот был таким тяжёлым, что он не мог даже перекатиться из стороны в сторону, но когда язык Азирафаэля, розовый, влажный бутон чего-то удивительно ловкого, коснулся его члена, он совершил ошибку, попытавшись покачнуться, попытавшись сесть, но…       Все его тело почувствовало, что вот-вот взорвётся, и он просто закричал, чувствуя, как язык Азирафаэля скользнул по его твёрдому члену, а затем прочертил влажную дорожку на его округлом животе, и он был таким тёплым, тёплым и мокрым, и Кроули находился так близко к его рту… Азирафаэль задел его зубами, просто слегка надавив, и Кроули закричал, попытавшись лягнуться измученными ногами, но Азирафаэль только рассмеялся над ним и пошевелил пробкой в его заднице, зажав её пальцем, нажимая ей прямо напротив простаты Кроули, когда снова лизнул его член.       Когда Кроули кончил, всё его тело напряглось, живот подпрыгнул, и он застонал от смешанных ощущений боли и удовольствия, от того, как страх горячо разлился в его венах и наполнил его, как и всё остальное, а затем он упал назад, тяжело дыша, всё ещё обездвиженный собственным весом.       Азирафаэль вздохнул, подперев подбородок рукой. Пока он посмотрел на Кроули, его палец рассеянно играл с сырной пробкой в ​​заднице, отчего картинка перед глазами Кроули периодически темнела по краям, что было и так чрезмерно. — Ты просто очарователен, — сказал Азирафаэль. — Знаешь, мы должны уничтожать вас. Демоны несут ответственность за первородный грех: наша задача как ангелов — уничтожить каждого из вас, с кем мы сталкиваемся. И я не думаю, что ошибаюсь, сказав, что нашёл один из самых восхитительных способов избавиться от вас, чудовищных маленьких злодеев… — Он похлопал Кроули по животу, и Кроули застонал. — Но, должен признать, ты просто очарователен. — Отпусти меня. — простонал Кроули, и Азирафаэль засмеялся. — Отпустить тебя? Ну хорошо. — Он убрал палец и насмешливо посмотрел на Кроули. — Вставай, дорогой, и иди, куда хочешь.       Кроули попытался перекинуть ноги через край стола, но не смог даже сдвинуть их так далеко, его живот был огромной тяжестью, удерживающей его на месте. — Ммм, вот что я подумал. Я уверен, что ты восхитительная закуска, мой дорогой, но мне так жалко съесть тебя, ведь ты такой очаровательный и милый. — Не надо, — умолял Кроули. — Не ешь меня, ангел, пожалуйста. — И ты великолепно растягиваешься, — размышлял Азирафаэль, ощупывая живот Кроули и заставляя его чувствовать пронзающую всё тело боль. Но даже когда он так делал, член Кроули предательски дёргался между ног. — Так много, много возможностей с таким телом. — Я сделаю что угодно, — сказал Кроули, и ангел приподнял бровь. — Что угодно? — переспросил Азирафаэль. — Прошшшуу… — Бедняжка, — пробормотал Азирафаэль, поглаживая его волосы. — Ты просто слишком вкусный, чтобы тратить время на слова… Но нет, нет, я думаю, что оставлю тебя, по крайней мере, на некоторое время. Знаешь, что это значит? — Мм?       Ноготь Азирафаэля всковырнул пробку, вытащив её. У Кроули пересохло во рту, пока он наблюдал, как Азирафаэль закинул её в рот, съев, а затем нависнул над ним. — Нет-нет-нет…!       Кроули взвыл: Азирафаэль высасывал густой сыр из него, надавливая на живот, разминая его, чтобы быстрее опустошить, и это было так грязно, странно, и было больно… И снова член Кроули был твёрдым.

______________________

      Позже той же ночью, с шеей, обвязанной черной бархатной лентой наподобие ошейника, Кроули корчился и стонал в ладони Азирафаэля, пока ангел мокро вылизывал его задницу и член, заставляя все его тело дёргаться и подпрыгивать. Он не кончил, пока Азирафаэль мягким приятным тоном задумчиво не прошептал: — Знаешь, я думаю, что тебе все равно намного лучше подойдёт сладкая начинка, чем соленая. ☆