Часть 1
4 января 2021 г., 21:07
POV Сакура.
Он никогда не был многословным или эмоциональным даже в детстве. Опечален он или счастлив… Мне этого не понять. Даром что его девушка. Мой возлюбленный сломан, разбит. Порой мне кажется, что он живет по привычке, по наитию. Его ничто не интересует. Может он питает какие-то теплые чувства к Наруто, своему единственному другу, желает больше разузнать о мире и прочем, но до меня ему дела нет. Я честно пытаюсь помочь ему. Помогла адаптироваться, учила всему, что он пропустил. Общее образование у него так себе. Конечно, Орочимару вряд ли бы стал рассказывать ему об устройстве мира, о технологических открытиях, о литературе и искусстве. Стоит ли говорить то, что он знал об организме человека лишь на уровне расположения органов, которые если попадешь, то точно убьешь врага? Я с огромным трудом смогла добиться близости с ним. Как-никак не ветром же мне надуло. Живот еще не виден. Он — разбитая чаша. Белоснежный фарфор с многочисленными трещинами и отколотыми частями. Моя голова идет кругом, и мысли путаются. Мне его не собрать, не склеить. Устала… Но куда я уже уйду с ребенком под сердцем. Хотя… Если бы захотела, то ушла бы и с десятью детьми. Все же люблю его… Многие скажут, что я просто не ценю того, что имею. Вовсе нет. Я ждала его всю жизнь и ценю каждую секунду, проведенную с ним рядом… Вот дождалась, пытаюсь построить наше счастье. Если не счастье, то хотя бы мирный быт. Но все мои усилия, как горох об стену. Сухие поцелуи в скулу. Вечно каменное лицо. Колкие фразы. Грубое обращение. Будто я пустое место. Но я то знаю, что без меня ему не выжить. Все же у меня есть некая власть над ним. Однако я желаю отдачи. Хоть мизерной отдачи, капельки внимания и теплой улыбки, а не полуусмешок и холодного взгляда. Что же он скажет, когда узнает о ребенке? Нужен ли он ему? По сути нужен… Клан сам собой не возродится. Один дьявол знает, что же у него в голове?***
Сакура сидела около костра. Ее взгляд был обращен к огню. В малахитовых очах не было видно ничего кроме глубокого раздумья. Пустой взгляд. Саске ненавидит такие моменты. Они уже несколько месяцев странствуют вместе, и два, из которых, считаются парой. Но моменты, когда она просто молчит и задумывается о своем, очень сильно его напрягают. Может она передумала? Хочет домой? Устала? Хочет оставить его? Лучше бы Сакура щебетала о их будущем, деревьях, цветах, медицине, но не сидела молча с потупленным взором. Молодой Учиха не знал, что думать в это время. Ему казалось, что она встанет и просто уйдет, не сказав даже одного слова. Как же его это бесило. Он хотел рвать и метать. Будь его воля он бы просто связал бы ее цепью, лишь бы не сбежала. Кто бы что бы не говорил или думал, молодой человек дорожит своей избранницей, хоть со стороны кажется, что они чуть ли не чужие друг другу люди. Это с любовь или эгоистичное желание обладать? Не ясно. Для него не существует никого кроме команды 7. Какаши - его учитель и наставник, Наруто - единственный друг к тому же вечный соперник и Сакура…его Сакура. Но вся ли его? Розовые волосы цвета цветущей вишни, пара малахитовых глаз, высокий лоб, россыпь незаметных веснушек стали его одержимостью. Ее запах, крепкое и изящное тело завораживали. До того как они стали парой, Саске не задумывался о физическом влечении. Ему было не до этого. Нужно было тренироваться, мстить, достигать целей и сражаться. Парень не испытывал той нежной любви, о которой пишут в книгах, поют в песнях. Безусловно, он дорожит ею и отпускать не намерен. — Сакура, — осторожно позвал он ее, чтобы не напугать. Ведь девушка сидит вся в своих мыслях. — А? Что такое Саске-кун? - резко дернулась девушка, услышав свое имя. — Нет, ничего… А вот Сакуру бесит в своем избраннике чертова недосказанность. Обрывки слов и фраз. Хочет что-то сказать, но молчит… Хочет и молчит…молчит всю жизнь. Постепенно куноичи начинает закипать. Она уже больше не может скрываться за своей маской, которую демонстрировала всю свою сознательную жизнь, но сейчас девочка повзрослела. И теперь не только Наруто знает о ее непростом характере. К тому же гормоны на фоне беременности. — Раз начал, говори. — Мне нечего сказать, — ответил черноглазый. — Вечно ты так… — буркнула зеленоглазая. — Не бубни. — А сам то! Всегда говоришь отрывками. Что? Неужели словарного запаса не хватает, чтобы высказаться. Во-от! Посмотрите бедненький Саске, - Сакура резко встала, огонь костра усилился. — Остынь. - Учиха продолжил сидеть у костра в отличие от девушки. — Что всю жизнь рот мне затыкать будешь?! — Чего бесишься? — И правда же почему? Я же должна быть счастлива лишь смотря на тебя! Бедный Саске и счастливая Сакура. А как же?! — Успокойся! Что на тебя нашло? — Ничего… прости, Саске. Сакура вздохнула, села обратно на свое место и отвернулась от него. Костер начал медленно затухать. Саске, сидевший все время напротив, передвинулся к ней. Так близко, что их локти касались друг друга. Неожиданно для себя и для сидевшей рядом девушки, Саске провел тыльной стороной ладони по её волосам, а потом наклонился и вдохнул ее запах. Аромат яблочного мыла, запах дорожной пыли и тепло ее кожи ударили в голову парня. — Сакура, так не может продолжаться… — прошептал ей на ухо. Она вся сжалась: "Все… Это конец. Это моя вина"- пронеслось в ее голове. — На, возьми, — Учиха протянул ей цепочку с кулонами в виде солнца и луны, — дарю. — Спасибо… — Это доказательство моей к тебе привязанности. — Ты мало, что знаешь о человеческих взаимоотношениях. — Да, но я помню как отец дарил матери украшения при этом говоря: «Ты мое солнце, моя луна, мое сердце». Все же Сакура смогла пробиться через лед его души. Хоть он не сказал прямо, что любит ее. В этот миг, она самая счастливая на земле. — Какаши перед нашим уходом из деревни сказал мне: «Говори с Сакурой. Люди выражают мысли словами». Кто же знал, что это так сложно. — Верно, лишь общаясь мы можем понять друга. Прости. Я тоже хороша, — на ее слова парень покачал головой. Они сидели, обнявшись и смотря на вновь разгорающейся костер. Секунды превратились в минуты, минуты в часы, часы в вечность. Вечность их чувств, всеобъемлющей любви и бесконечной благодарности. — Саске, я всегда хотела, чтобы ты обратил на меня внимание. Улыбнулся и посмотрел с теплотой в глазах. — Угу, — уткнувшись носом в розовые волосы он промурлыкал.***
Жар его дыхания распылял ее. Мурашки ходили табуном от его легких прикосновений. Они сидели обнявшись под светом звезд. Глаза мужчины, в которых тонула девушка, были черными, как сама ночь. Как это небо усеянное миллиардами блестящих искр, малахитовые глаза сверкали необычным блеском. Желание так и читалось в них. Саске наклонил голову к девушке. Их губы соединились в неловком и нежном поцелуе. Её вишневые уста тянули нижнюю губу молодого мужчины. Он прервал поцелуй и провел горячим языком по верхней губе возлюбленной, а потом по нижней и юркнул языком в её нежный ротик. Два языка вступили в первобытный танец любви. Сакура нежно провела по ровному ряду зубов парня, ласкала небо и щеки. Они могли бы продолжать это вечно, но воздуха не хватило. Саске повалил Сакуру на землю. Подмял ее под себя. Прикосновение их бедер заставляли девушку смущаться. -Ты прекрасна, — с этими словами он провел влажным языком по уху величайшего целителя своего времени. От чего Сакура хныкнула и ее дыхание участилось. Саске опустился к шее любимой и оставил свои метки, которые завтра станут багровыми. Место каждого засоса парень тщательно зализывал, что заставляло Харуно блаженно стонать. Проведя рукой по выпирающей ключице он освободил ее от верхней одежды. От прохладного дыхания ночи соски девушки стали тверже. Он припал губами к одной из бусинок на нежной груди, рукой начал теребить и скручивать другую. Сакура прикрыла ручкой свой ротик, лишь бы заглушить рвущиеся на волю стоны, но парень не дал ей сделать этого. Лес наполнился тонким голосом девушки и тяжелым дыханием парня. Перестав терзать груди Сакуры, Саске стянул ее штаны с бельем. И коснулся самого чувствительного места на теле женщины, затем размазал вытекшую влагу по большим половым губам девушки. — Так не честно, — чуть ли не задыхаясь проговорила Харуно и стянула рубашку Саске. Острый ноготок прошелся по его крепкой груди и кубикам пресса. Дойти до резинки штанов ей не дали. Парень сам избавился от лишней одежды. Так они остались абсолютно голыми в густом и темном лесу, куда не пройдет простой человек. Сакура шире раздвинула свои ноги и руками поманила к себе возлюбленного. Он разместился в аккурат между ее бедер, пальцами направил член к ее влагалищу. Начал двигаться не спеша, давая привыкнуть к себе. Она обвила его своими тонкими и длинными ногами, а руками начала царапать спину. В то время как Саске целовал ее в районе шеи. Постепенно плавные движения ускорились. Шлепки бьющихся друг об друга тел стали громче. Стоны Саске завораживали Сакуру, а она в свою очередь чуть ли не срывалась на крик от наслаждения. Внезапно ее перевернули на живот. Покрывало, на котором они лежали, не спасало ее колени. Мелкие камешки впились в нежную кожу через ткань. Но это никак не мешало получать молодым людям удовольствие от чувственной близости. Новый угол в корню поменял ощущения. Саске наклонился к девушке и начал кусать и лизать ее плечи и спину. Сакура, еле опиралась на локти, начала терять рассудок и забываться в своих ощущениях, а когда ее возлюбленный потянулся к ее клитору, то что-то взорвалось в ней, и разряд прошелся по каждой клеточке ее тела. Ощущения от сокращающейся и сильно сжимающей его член нежной плоти девушки заставили Саске излиться в нее.***
Они лежали на покрывале накрывшись тонким одеялом, которые Саске хранил в свитке. — Огонь… Костер должен был уже потухнуть. Почему он все еще греет нас? — спросила Сакура. — Огонь — это дух каждого Учихи, костер его чувств. Поэтому веер является символом нашего клана. Он помогает не потухнуть. Отец всегда говорил нам, что каждому огню нужен свой веер, чтобы вовремя его раздуть, — поведал отрывок из своего детства Саске. — Саске, я беременна… — Ты - мой веер.
Примечания:
