Чимин и

Чимин впервые в жизни взял флейту в руки очень рано. Его отец мечтал научиться играть на флейте, а еще он был тираном. Но как обычно бывает с возрастом, люди предпочитают о чем-то мечтать, нежели учиться, а если появляются дети, родители считают святым долгом заставить реализовать детей свои несбывшиеся мечты. Так произошло и Чимином. Если он отказывался играть, отец его бил по рукам и заставлял играть дальше. А с побитыми пальцами играть было еще сложнее и Чимин быстро понял, что его сопротивления и протесты не дадут никаких результатов. Он покорился отцу проводя вечера за этим ненавистным ник инструментом. На него слишком долго давили, он слишком долго жил под контролем без возможности дать сдачи. Пак Чимин вложил столько ненависти в свою ежедневную игру, что музыкальный инструмент отозвался на его чувства. Мальчик, который не мог дать сдачи превратился в прекрасного мужчину, который обрел тот дар, которого ему не хватало в детстве. В какой-то момент Чимин понял, что он может управлять людьми стирая им память играя на музыкальном инструменте. В момент, когда он это понял! Дьявольская улыбка озарила его лицо. Чимин понял, что наконец обрел силу, которой ему так не хватало все это время. Он впервые в жизни почувствовал силу и больше его дома ничего не держало. Через много лет будут ходить страшные легенды о человеке в черном плаще который играет сладкую и тихую мелодию, способную стереть из памяти все что угодно. О человеке, который играет перед аудиторией, а затем аудитория исчезает. Он был неуловим и неприкаян. Спустя столько лет жизни в одиночестве он позабыл свое имя и его память уже не сохранила причины, по которым он бежал все дальше и дальше по восточному побережью. Он чувствовал, что за ним будто гонятся собаки, но не мог вспомнить от чего он бежал. Он сам так долго слушал свою музыку, что она стёрла множество воспоминаний из его головы. И однажды проснувшись, Чимин не мог вспомнить где он, и кто он, лишь помнишь холод привычного рукам музыкального инструмента. Он в ярости ударил флейту о колено, разломив ее пополам. Со скрежетом металла из легких вышел последний сгусток воздуха. Наш музыкант так и остался сидеть на полу, незрячими глазами уставившись на море. И кажется, на его лице впервые в жизни появилось умиротворение.