White hot chocolate with caramel and extra cream

      Вопреки распространённому среди общества мнению, когда речь шла о работе такого рода, Хосоку... нравилось быть помощником Санты. Ничего против детей он не имел, напротив - он их очень даже любил. Как-никак именно за детьми лежит будущее, они невинны, а взгляд на мир самый что ни на есть непредвзятый - он гораздо более поэтичен и в то же время прост, чем когда-либо мог быть у взрослого.       В свои двадцать три Хосок и думать не думал о том, что, возможно, растратил свой ребяческий дух, однако он определённо больше не мог смотреть на мир с таким же по-детски наивным удивлением. Вот почему ему нравилось проводить время с детьми. Эти крошечные человечки одним своим видом напоминали, каково это - видеть мир с высоты своего порой едва ли-метра, да так, словно они жили в своём собственном мирке, заключённом в общем, и Хосок всегда был очень благодарен в моменты, когда кто-то из его маленьких обитателей вновь позволял ему пересечь волшебные врата.       А ещё Хосок всегда хорошо ладил с детьми. Даже будучи ребёнком он, наверное, играл практически со всеми детьми в округе, и всегда заботился о собственных младших сёстрах и брате. Ынджи младше него всего на два года, так что с ней немного сложно, однако вот с Хвиин и Чонгуком, которые младше него на, соответственно, восемь и десять лет, он был достаточно взрослым, дабы превратиться для них в старшего брата мечты, ну он, по крайней мере, стремился им быть.       Когда умер отец - после довольно долгой и тяжёлой борьбы с раком, - Чонгуку было всего-то два года, а маме пришлось отыскать другую работу, отныне став единственным кормильцем в семье, и доверить Хосоку с Ынджи заботу о младших детях. Именно Хосок был тем, кто водил их в школу, парк, порой к врачу, а когда он стал старше, достигнув совершеннолетия, то даже в бассейн. Он вечно играл не только со своими братом и сестрой, но и их маленькими друзьями, и все любили его.       Обычно, когда отец ещё был жив, родители брали их с Ынджи на ярмарку, что всегда устраивалась летом, а зимой же - в Рождественскую деревню. В этих местах заключено столько ценных воспоминаний, искренний смех и, о, это несомненно, щепотка магии, и потому Хосок с Ынджи любили брать сюда Хвиин с Чонгуком с собой, тем самым продолжая крохотные, но драгоценные семейные традиции. Именно поэтому, став достаточно взрослым, дабы иметь возможность устраиваться на неполный рабочий день, Хосок вызвался помогать как на ярмарке, так и в Рождественской деревне.       Хосок слишком молод и хорош собой, дабы быть Сантой - по крайней мере, так говорила его начальница, госпожа Чхве: "О, было бы просто преступлением скрывать это прелестное личико да очаровательную улыбку", — вечно дразнила она. Да и к тому же Хосок благословлён хорошим вокалом, так что да, поэтому его решили назначить помощником Санты.       Ну а на практике это значило, что на нём будет костюм рождественского эльфа, а самому ему придётся бегать туда-сюда, разыскивая гуляющих по деревне деток и их родителей, предлагая им сфотографироваться с Санта-Клаусом - он же пятидесятидвухлетний господин Чхве, дорогой и любимый муж вышеупомянутой госпожи Чхве, - и время от времени распевая рождественские песенки, дабы привлечь внимание.       И вот, что ж, именно этим он сейчас и занимается вместе со своими коллегами - по совместительству рождественскими эльфами, - Сокджином да Чимином, исполняя глупые танцы и сердечно подпевая "Joy to the World" - и да, никто из них не христианин, но, хэй, музыкой можно наслаждаться и без всякой религии. Троица уже давненько преодолела границы глупого стыда или нервозности, ибо восторженному смеху присоединяющихся к их танцу тут и там крошек просто нет цены.       Как только песня заканчивается, Чимин вместе с Джином уводят семьи к очереди, чтобы пофоткаться с добросердечным дядюшкой Сантой, в то время как Хосок уходит на свой утренний перерыв. Всего в паре метрах от их павильона находится небольшое шале, где подают закуски да горячие напитки, и на данный момент идёт смена его подруги, Сыльги, так что Хосок решает пойти прямо туда, вставая в очередь. — Тебе как обычно? — спрашивает Сыльги, наконец замечая его, на что Хосок улыбается, игриво подмигивая девушке. — Всё ты знаешь. — Что ж, уже делаю.       Хосок подходит поближе к стойке, взглядом окидывая стоящие перед шале столики и подыскивая местечко, куда можно было бы присесть. Его заказ - белый горячий шоколад с карамелью и сливками, - готовят довольно быстро, но вот, как раз в тот момент, когда он осторожно пробирается к столику в углу, нечто крошечное и просто до невероятного быстрое влетает ему прямо в ноги и он чуть было не падает в сероватый полустаявший снег, лежащий на обозначающим зону шале брезенте, и, конечно, большая часть его драгоценного напитка оказывается прямо на костюме - благо, ткань достаточно плотная, так что он не обжёгся. — Ого! — вскрикивает он одновременно с тем, как неподалёку раздаётся полное паники: — Тэ!       Хосок опускает взгляд, замечая маленького мальчика лет, наверное, трёх-четырёх, уж точно не больше, вцепившегося в его ногу своими крошечными ладошками и чуть шатающегося на таких же масеньких ножках. — Ох ты ж мой.., — ахает он, пытаясь как-нибудь присесть рядом с всё ещё держащимся за его ногу ребёнком и проверить, нет ли у того каких-либо травм. — Ты в порядке? — Нам очень, очень жаль, — уже слышанный раннее голос раздаётся вновь, уже намного ближе, прямо над ними. — Тэхён? С тобой всё хорошо?       Хосок поднимает голову, в следующий момент чуть было не роняя уже наполовину опустошённый стаканчик с горячим шоколадом. Над ними возвышается просто до невероятного высокий мужчина, с осветлёнными волосами, одетый в длинное тёмное пальто и обмотанный вокруг шеи толстый шерстяной красный шарф; стёкла круглых очков запотели от частого дыхания, вырывающегося из его рта и исчезающего в воздухе танцующими белыми клубами воздуха, а щёки румяные, практически красные, и такие очаровательные, пусть Хосок и не знает почему - то ли от холода, то ли от столь очевидного смущения. Помощнику Санты удаётся вырваться из собственных мыслей только тогда, когда рука этого прекрасного незнакомца тянется к ребёнку, гладя того по макушке. — Простите, — говорит Хосок, тем самым обращая на себя внимание молодого человека. Мне стоило быть осторожнее. Не думаю, что он обжёгся, но... — Хэй, милый? — осторожно зовёт он мальчишку. — Можешь посмотреть на меня?       Маленькая копна волос слегка наклоняется, и уже в следующий момент на него смотрят два полных слёз глазика. Он едва ли сдерживает умилительный писк, до того уж ребёнок милый. — Ты в порядке? Не обжёгся? — спрашивает Хосок, на что мальчишка тут же отрицательно качает головой. — А в чём же тогда дело? Почему ты грустишь? — Тэхён, в чём дело? — мужчина присоединяется к ним, приседая на корточки, и чуть неловко похлопывает мальчишку - то есть, получается, Тэхёна, - по спине, и малыш тут же оборачивается к нему, но всего на секунду, прежде чем вновь уткнуться в хосокову штанину и разрыдаться. — Это из-за-за-за мен-ня Мистер Эльф пра-пролиль своё голячее малако, — захлёбываясь, воет он, и, ох, ни парню, ни, если честно, самому Хосоку и дела не было до его ошибок, уж слишком восхитительное и душераздирающее зрелище. — Всё со мной хорошо, сладкий, — воркует Хосок. — Я не злюсь. Это просто несчастный случай, такое случается. — Н-Но, но... — Но вот, смотри, мой костюм достаточно плотный! И потому кипяток даже не коснулся моей кожи! Так что со мной всё хорошо, правда-правда. — Прошу прощения, — вдруг подключается мужчина. — У Тэхёна привычка вечно нестись вперёд и совсем по сторонам не смотреть. — Ничего страшного, — в ответ на это хохочет Хосок. — Со мной то же самое было в детстве.       Мужчина улыбается ему, но опять не понятно - от облегчения это или просто из вежливости. — Тэхён? — вновь зовёт он, после осторожно, но в то же время плавно отцепляя мальчишку от Хосока. — Знаю, ты совсем не хотел причинять вреда, однако тебе всё равно нужно извиниться, хорошо? — Про-простите меня, Мистер Эльф, — сопит тот. — Всё в полном порядке, — тут же уверяет его Хосок, подмигивая. — У вас есть минутка, то есть, я хотел сказать, вы сейчас свободны? — спрашивает мужчина, вновь привлекая к себе внимание Хосока. — Я хотел бы, то есть мы бы хотели должным образом извиниться и пригласить вас выпить чего-нибудь. — О-Ох, — выдыхает Хосок, и ладно, может, он немножко покраснел, всё-таки не каждый день его зовут на... хотя, ну, это ведь не свидание, правда? Ну конечно да, кроме того, молодой человек уже, вероятно, женат, а этот малыш его сын, и... — Я слишком тороплюсь, да? — мужчина краснеет - ох, боже, он и вправду краснеет! - потирая затылок. — Простите... — Н-Нет, нет-нет, всё хорошо! — тут же пищит Хосок, яро махая перед собой руками, вероятно, выглядя от этого немного глупо, но плевать, ведь Тэхён начинает хихикать, а смешить деток - цель всей его жизни. — Я просто удивился немного, я не хочу, чтобы... Вам- Тебе не обязательно это делать. — Я настаиваю. — Ладно, тогда... С большим удовольствием. — Тогда присаживайся куда-нибудь, а мы сейчас вернёмся, — говорит молодой человек, беря Тэхёна за руку своей - намного-намного большой. — Какой у тебя был заказ? Горячее молоко? — Белый горячий шоколад с карамелью и кучей сливок, — хохоча, объясняет он.       Хосок взглядом провожает парочку, что подходит к стойке и разговаривает с Сыльги, что вдруг между разговором с парнем незаметно подмигивает Хосоку. Сам же эльф подходит к пустому столику, примеченному им ранее, и берёт в руки нескольку салфеток, пытаясь затереть самые заметные пятна на пиджаке.       Довольно скоро они действительно возвращаются к нему с напитками в руках. Тэхён осторожно наклоняется к столу, дабы поставить заказ Хосока, его маленьких ладошек едва хватает, дабы обхватить стаканчик. — Спасибо тебе, — с улыбкой благодарит Хосок, и Тэхён тут же светится, гордо улыбаясь. — Тэ, присядь, — всё ещё незнакомый ему мужчина подталкивает мальчишку, и тот тут же забирается на стул. Хосок наблюдает за тем, как он поправляет детский шарф, убирая края того за подбородок, и шапочку, прежде чем вручить малышу его напиток. — За вас, Мистер Эльф! — радостно заявляет Тэхён, не отрывая взгляда сияющих глазок от Хосока, пока тот мягко не стукает своим стаканчиком о его, и после поворачиваясь к отцу. — Он очаровательный, — заявляет, обращаясь к взрослому, Хосок, в то время как Тэхён, наконец, счастливо отпивает горячий какао. — И очень энергичный, — чуть устало вздыхает тот, но на лице его милая улыбка. — Это всегда так выматывает, когда на мою долю выпадает время с ним проводить. — Ох, дети всегда до краёв полны энергии, — соглашается Хосок, обдумывая слова молодого человека и делая вывод, что тот, наверное, разведён и не видится со своим ребёнком так часто, как ему бы хотелось. Не то чтобы это его дело, конечно, но всё равно как-то грустно. — Итак, вопрос, а вы настоящий эльф Санты-Клауса? — вдруг спрашивает его Тэхён. — И вы правда-правда знаете Санту? Он много работает, да? И он правда живёт на Северном Полюсе? Рудольф - его любимый олень? А что насчёт остальных? А он... — Тэ! Тэ, — со смехом зовёт мужчина. — Помедленнее. — Но папа... — Тэхён. — Хорошо, извините, пожалуйста, — бурчит малыш. — Ну что ж, нет, я не эльф, но я правда помощник Санты, — Хосок решает не врать ребёнку, а рассказать всё честно. — Я работаю вот в том павильоне, — он указывает на небольшую будку, где Чимин с Сокджином уже запевают другую песню. — Но я знаю Санту, да, правда, он так занят постоянно, что у нас даже времени нет, чтобы друг с другом поболтать. Но если ты со своим папой захочешь зайти к нему позже, он с радостью ответит на все твои вопросы. Что думаешь? — Но папа так занят, — бубнит Тэхён, надув губки. — Мы обязательно заскочим к вам позже, — вдруг обещает мужчина, поглаживая ребёнка по макушке. — А потом сфотографируемся и покажем снимки папе, хорошо?       Хосок хлопает ресницами пару раз, чувствуя, что он, наверное, что-то не так понял и... о, а вдруг тут совсем не разведённая пара, а гей-пара, и они говорили совсем о другом папе... — Хорошо, — тут же оживившись соглашается малыш. — А могу я ещё один вопрос задать Мистеру Э... то есть помощнику Санты? — Если только он не против. — Я не против, — улыбается Хосок. — Можешь задать мне столько вопросов, сколько захочешь. — Я хотел сказать это до этого, папа говорит, что любопытство - это хорошо, — кивая, со всей своей серьёзностью говорит Тэхён, прежде чем повернуться к мужчине. — Ой, да ладно, будто ты сам не задаёшь кучу вопросов! Папа всё мне рассказал, ты тоже постоянно вопросы задавал, например, сколько планет на небе и почему... — Тэ, сосредоточься, — с неловким смехом бормочет тот, виновато поглядывая на Хосока. — Ах, точно! — Тэхён ёрзает на стуле, делая ещё один глоток какао, прежде чем вновь сосредоточить всё своё внимание на Хосоке. — А как тебя зовут? И сколько тебе лет? Помощник Санты - это настоящая работа? — Ах да, кажется, мы так и не представились друг другу должным образом. Меня зовут Хосок, мне двадцать три, и я уже несколько лет как работаю помощником Санты. Но так как Рождество бывает всего лишь раз в году, то у меня есть и другая работа... Ну, что-то вроде того. Всю остальную часть года я учусь на воспитателя в детском саду. — Ох, правда? — восклицает мужчина, как вдруг Тэхён начинает лепетать: — Приветик! Я Тэхён, мне три годика, я люблю шоколад, моего папу, маму и хёна! — Приятно познакомиться, Тэхён, — отвечает Хосок, даже не успев обдумать слова ребёнка. — Я тоже люблю шоколад, мою маму, сестрёнок и братика. — Ну же, давай, и ты пле-пледсався! — настаивает Тэхён, поттягивая мужчину за руку. — Я Намджун, мне двадцать три, я изучаю журналистику, и я счастливый хён одного просто невероятного Ким Тэхёна. — А, о, хён, — Хосок улыбается, теперь у него есть все ответы, дабы усмирить собственное любопытство. — Я вижу. Что ж, ты действительно счастливейший хён.       Они немного болтают, как-то сблизившись за счёт очарования Тэхёна - без этого никак, - и, возможно, того факта, что они с Намджуном одного возраста. И вот, как только часовой перерыв подходит к концу, Хосок со вздохом встаёт, подражая Намджуну с Тэхёном. — Ну что ж, было очень приятно с вами познакомиться, — говорит он, действительно имея в виду каждое слово. — К сожалению, я должен вернуться к работе. Но заходите к нам попозже, если сможете, конечно же! И Санта ответит на все твои вопросы, Тэхён-а. — Обязательно придём, — кивая, говорит Намджун. — Нам тоже пора уже идти, нужно ещё подарки подобрать для нашего папы и тэхёновой мамы. Но мы обязательно зайдём позже, около четырёх, хорошо? А ещё, эм.., — Намджун вдруг краснеет, и вновь Хосок чуть ли не пищит от умиления, до того восхитительное зрелище. — Тебе, наверное, нужно взять ещё салфеток. Ну знаешь, для... ух. В общем, вот.       Это замечание кажется Хосоку до ужасного странным, ведь пятнышки на его костюме от первого напитка уже давным-давно высохли, но он всё равно принимает протянутую стопку салфеток. К тому же, таким образом намджуновы пальцы касаются его собственных, ох... — Ну что ж, нам пора! — вдруг заявляет светловолосый, хватая Тэхёна за руку. — Ещё увидимся позже!       Хосок взглядом провожает уходящую парочку, после опуская глаза на салфетки и замечая, что на одной из них нацарапаны имя и телефонный номер Намджуна. Внезапно, "позже" уже кажется недостаточно быстрым...