Мечты Гвен

Мечты Гвен — простой скромной девушки из Нижнего города, служанки в королевском замке Камелота — простые как она сама. Гвен мечтает выйти замуж за такого же простого надежного парня, работящего, сильного, заботливого, нарожать ему детей, чтобы их звонкие голоса прогоняли усталость после долгого трудового дня и скрашивали холодные зимние вечера. Но больше всего она хочет дом с теплым очагом и большой супружеской кроватью за занавеской. Гвен представляет, как на этой кровати она будет дарить любовь и ласку своему усталому, но неутомимому мужу, а в кроватках неподалеку будут сладко посапывать их малыши. Гвен хочет жить жизнью простой горожанки, быть одной из сотен таких же обычных женщин — и не хочет Артура. Она не видит счастья в том, чтобы стать возлюбленной принца. Или даже королевой. Гвен сталкивается с принцем Артуром, когда несет тяжелое ведро с водой из покоев леди Морганы, — не первое за это утро. Воспитанница короля Утера любит комфорт и теплую ванну перед выходом в свет. Гвен не смотрит по сторонам и случайно выплескивает грязную воду под ноги принца, на его начищенные до блеска новые кожаные сапоги. — Ой! — только и может сказать Гвен. Она виновата лишь в том, что ее руки уже отрываются от тяжести полных ведер. Артур улыбается своей широкой самодовольной улыбкой первого рыцаря Камелота и зовет слуг прибраться на лестнице. — Все хорошо, — говорит он хриплым и внезапно низким голосом. С того дня Артур неизменно оказывается рядом с Гвен в самый подходящий — и еще чаще неподходящий — момент. — Заштопай мне рубашку, — просит он. Просит, не приказывает, и у Гвен нет ни одной причины отказать. — Пойдешь со мной на праздник встречи весны? — спрашивает он, и Гвен покорно опускает голову. Тот свет, что она видит в глазах Артура, ее не греет. Мысль попросить помощи у колдуньи приходит ей в голову случайно. Всем известно, что чародейки умеют готовить приворотное зелье, может, у них есть рецепты, как отвратить от себя нелюбимого мужчину? Найти колдунью в Камелоте представляется задачей невыполнимой: они все уничтожены или сбежали от гонений по собственной воле, — а вот колдун находится довольно быстро. Это Мерлин — смешной и добрый парнишка, и Гвен может назвать его своим другом. Он подбадривает ее, веселит, помогает в трудную минуту — бескорыстно и легко, без голодного блеска в глазах и двусмысленных намеков. Мерлин замечает непроходящую печаль на лице Гвен и предлагает: — Я знаю, как тебе помочь. Если хочешь. Спасение находится в маленькой бутылочке, уместившейся в кармашке рабочего фартука Гвен. Мерлин оказывается очень хорош в запретном искусстве магии — и уже на следующий день улыбка Артура перестает быть такой сияющей, как обычно. Принц смотрит на Гвен с прохладным удивлением, словно видит что-то, не замеченное ранее. Они встречаются все реже и реже, и взгляды Артура все меньше и меньше пылают влюбленностью. Гвен задерживают, когда она пытается в очередной раз добавить зелье в еду принца. За покушение на королевскую особу полагается смерть на месте, но Утер собирается устроить показательную казнь, и ему нужна жертвенная овечка. Гвен подходит на эту роль как никто другой. Три дня без воды, еды и света в вонючей темнице делают ее покладистой. Она признает все, в чем ее обвиняют, но Утеру этого мало. Ему нужны сообщники — чтобы придать блеск и широту будущей позорной и несправедливой казни — и имя Мерлина слетает с губ Гвен само собой, произнесенное тихим шепотом. За это ей обещают сохранить жизнь. Жалкая плата за жалкий и трусливый поступок, за который Гвен будет стыдно. Потом. Сейчас она цепляется за оставшиеся у нее крохи надежды и необъяснимо грустит, потому что Артур не приходит. Она добилась того, чего хотела, но лучше бы она согласилась на роль королевы. Или хотя бы возлюбленной принца. Мерлина бросают в камеру по соседству, и Гвен успевает увидеть его темную макушку и опущенные плечи. Потом ее уводят, чтобы отдать обещанное. Гвен изгоняют из Камелота навсегда, не спрашивая, есть ли ей куда ехать. Разрешают взять скудные пожитки, а в тележку Гвен впрягается сама. Она уходит, не прощаясь, — прощание неуместно в данных обстоятельствах, как ни крути, — и не глядя на силуэт принца Артура, застывший в одном из окон замка. Неделю спустя Артур возвращается с отрядом из очередного дозора и неподалеку от города натыкается в лесу на труп Гвен. Все ее вещи при ней, как и обломки тележки. Эта никому не нужная смерть вызывает у Артура гнев и бешеную ярость. Нежная скромность и миловидность, отличавшие Гвен при жизни, слетели с нее как шелуха с луковицы, и перед Артуром лежит труп обычной женщины — уже слегка подтухший, но еще не превратившийся в гниющие останки без лица. Артур приказывает закопать то, что осталось от его первой большой сердечной привязанности под ближайшим деревом, прекрасно понимая, что это не последняя жертва. Он успевает застать Мерлина в камере, лежащим на куче лохмотьев и соломы, заменяющих тюремную постель. — Мерлин, зачем? Зачем ты признавался? Слуга — бывший, если не случится ничего чрезвычайного — пожимает плечами. Говорить ему трудно, болит разбитая челюсть, а распухший язык не приспособлен для долгих оправданий. Артуру все равно не понять — ни его, ни Гвен. — Да так. — Мерлин натягивает пониже рукава куртки, скрывая разбитые пальцы. — Такой уж я идиот. На следующий день Мерлина находят мертвым, Артур не успевает даже увидеть, кто именно выполнил приказ — исполнитель исчезает без следа. Тайные убийства в Камелоте не редкость, а способ казни — яд, а не холодное оружие — наводят на мысль о постороннем вмешательстве. Кому-то очень хотелось, чтобы Мерлин умер без лишних мучений. Артур подозревает Гаюса, но всегда вступавшийся за любимого воспитанника лекарь отставлен от двора и брошен прозябать без какой-либо помощи — невзирая на былые заслуги. Одинокий старик без семьи и средств к существованию недолго протянет в этом жестоком мире, и то, что он пока не умер, только дело времени. Артур готов мстить — жестоко и беспощадно, но не прямо сейчас, а когда будет знать всех сочувствующих власти Утера, которого больше не называет отцом. Он не собирается марать руки убийством этого человека и выжидает удобного момента для единственного точного удара. Когда приходит известие, что на границах Камелота скопилось огромное войско саксов и выступивших с ними в союзе боевых отрядов друидов, Артуру кажется, что время пришло. Старая религия — Моргана теперь ее главная жрица — не чурается предательства для достижения своих целей. Артур даже рад этому, потому что бывшая сестра и подруга детства может совершить то, на что он все еще не может решиться. Войска Камелота во главе с королем Утером вступают в бой с наскока, не отдохнув после походного марша, усталые и растянувшиеся в длинные шеренги. Утер действует самоуверенно и напористо — как привык действовать во время своего долгого правления; бросает своих людей на щиты и копья противника, не думая о цене. И проигрывает. На этом поле у них нет шансов, понимает Артур, глядя, как заклинания выкашивают ряды воинов Камелота гораздо эффективнее обычного оружия. Если бы здесь был Мерлин… Если бы дома его ждала Гвен… Это конец. Начало конца, на самом деле, растянутого во времени, как агония. Камелот должен пасть, но пусть останутся те, кто видел великолепие его лучших дней. Жители Камелота. Артур отводит остатки их армии в безопасное место и идет к Моргане. Один и без оружия. И — удивительно — его пропускают, не сказав ни слова. — Стань королевой Камелота, Моргана. — Артур склоняет голову и становится на одно колено. — Останови кровопролитие. Убей меня, если надо, но дай надежду ни в чем не повинным людям. У каждого есть право осуществить свою мечту, это привилегия не только королей и принцев. — Ты сам предложил, братишка, — по-змеиному улыбается Моргана, и кинжал пробивает сердце Артура, выходя между ребрами рядом с позвоночником. Он это заслужил, мелькает мысль, он заслужил тысячи таких ударов. Смерть Артура становится последней казнью в Камелоте, потому что Камелота больше нет. Моргана не успевает принять корону; земли королевства поделены между вождями саксов, и мятежная Великая жрица опять уходит в леса с остатками своих соратников-магов. На этот раз навсегда. Круг замыкается.