Часть 1
4 января 2021 г., 23:52
Когда Харли был маленьким, он обожал писать письма Санте. О, он был неугомонным ребенком со множеством наивных, но искренних желаний. Их семья не была богатой, отец бросил жену с двумя маленькими детьми, а мать работала на двух работах, практически не появляясь дома и делая все, чтобы как можно больше желаний ее детей сбывалось.
Сейчас Харли двадцать, и у него есть только одно желание — упасть лицом в его жесткую кровать и, мать его, наконец-то выспаться. Он не собирается праздновать Рождество — боже, ему так наплевать на все эти глупые украшения и особые блюда, он так измотан учебой и ночными сменами, и все, что его интересует — сон, сон, и еще раз сон.
Так что, когда он поднимается на свой этаж и видит, что его дверь, несомненно, взломана, он не бросается звонить 911 или на поиски чего-то остро-тяжелого, нет. Он просто прислоняется лбом к обшарпанной стене подъезда и беззвучно кричит.
Он так, черт возьми, ненавидит Рождество.
Он так, черт возьми, ненавидит Нью-Йорк.
Потом Харли пинает дверь и шагает через порог, только чтобы обнаружить, что его квартира в таком беспорядке, какой ему самому бы в жизни не удалось устроить. А ведь, когда он был подростком, его мама обожала все эти шутки про дорогой, по какой тропинке мне пойти, чтобы обнаружить розетку?
— Кто бы ты ни был, — рявкает Харли, бросая рюкзак на пол. — Просто иди нахрен.
Две вещи происходят одновременно: к его виску приставляют пистолет и окно разбивается, когда красно-синее пятно влетает в гостиную. И все, о чем Харли думает, это прекрасно, блять, ну и где ему теперь взять деньги на новое. Потом до его измученного мозга доходит, что ему угрожают.
— Эй, мистер преступник, пожалуйста, уберите эту штуку, — высоким голосом просит красно-синее пятно, и Харли неожиданно понимает, что это тот самый Человек-Паук, о котором постоянно говорят его одногруппники. — Да ладно вам, это же Рождество, — как ни в чем не бывало продолжает болтать, тем временем, Паук, делая незаметный шажок в их сторону. — Кто вообще совершает преступления на Рождество? Я уверен, что это неуважительно.
— Я прострелю ему башку, если ты сейчас не заткнешься, — хрипло обещает голос над ухом Харли.
— Неа, — просто говорит Паук и стреляет в него паутиной.
Все происходит так быстро, что сонный мозг Харли просто не успевает следить за событиями. Еще мгновение назад к его голове прижимали пистолет, а сейчас преступник болтается под потолком, заключенный в кокон из паутины, а Человек-Паук просит какую-то Карен вызвать копов.
Харли медленно моргает и проводит ладонью по лицу.
— Эй, — весело зовет Паук, и Харли смотрит в его сторону. — Ты в порядке?
— Чувак, меня буквально только что едва не прикончили, и моя квартира выглядит как разворошенный наркопритон, да я так каждые выходные провожу, о чем ты? — машинально огрызается Харли, и только потом думает, насколько неблагодарно он звучит.
К его удивлению, Паук смеется.
— Оу, прости, ты прав, — он оживленно взмахивает руками, и Харли отстраненно отмечает, что супергерой почти на голову его ниже. — Это и правда отстойно, и я, — он неожиданно сбивается и хмурится. — Карен, ты уверена?
Пару мгновений он молчит, прежде чем снова посмотреть на Харли. Кинер может поклясться, что линзы его маски виновато распахнуты.
— Мне так жаль, но есть еще парочка преступников, которых я должен обезвредить, — эмоционально говорит он, отступая к разбитому окну. — Боже, почему они все так ненавидят Рождество, — бормочет он себе под нос, и осколки стекла хрустят под его подошвами. — Обещаю, я вернусь, как только разберусь с ними.
— А что, Человек-Паук сотрудничает с клининговым сервисом? — зачем-то язвит Харли.
Все, что он слышит в ответ — еще один смешок.
—
Харли больше не тот наивный, верящий в чудеса пятилетка, но какая-то его часть ждет, что Паук действительно вернется. Чуда не случается: он дожидается приезда полиции, потом кое-как сгребает в кучу осколки и минут пять честно пытается решить, с чего ему стоит начать уборку, но потом просто машет рукой и падает на перевернутый диван, закрывая глаза. Может, ему стоит попросить у Санты новое окно — он же принимает скучные взрослые заказы, правда?
Вот бы проснуться утром и увидеть, как эльфы заканчивают приводить его квартиру в порядок.
Но Харли просыпается не утром, и три железных костюма, парящие напротив его квартиры с новым окном в железных руках — определенно не эльфы, хотя у одного вокруг шеи и повязан глупый рождественский бант. Рот Харли медленно приоткрывается.
— О, ты проснулся, хорошо, — выпаливает над его ухом знакомый голос. — Прости, что так поздно, но, клянусь, у меня еще не было такого долгого патруля. Да даже когда Танос попытался стереть с лица земли половину человечества, я не чувствовал себя таким уставшим, а это что-нибудь да значит, верно? О, кроме того, я обещал закинуть кое-что моей тете. Ой, забудь, что я сказал, никакой тети, у Человека-Паука нет никакой тети, ладно? Ммм, кстати, а как тебя зовут?
Харли трясет головой, почти уверенный, что этот голос — просто плод его переутомления, тем более, что рядом с диваном никого нет.
— Ой, эм, я здесь, — раздается с потолка смешок, и Кинер медленно поворачивается в сторону источника звука, чтобы увидеть Человека-Паука, сидящего на потолке. — Приветик.
— Что ты здесь делаешь? — тупо спрашивает Харли, потирая ладонью лицо.
— Помогаю тебе прибрать весь этот беспорядок? — невинно предполагает Паук, склоняя голову. — Кстати говоря, тебе так удобно?
Супергерой неожиданно спрыгивает с потолка, на секунду хмурится, а потом наклоняется и одной рукой возвращает диван вместе с Харли в его нормальное положение.
— Эм, — говорит Харли. — Охренеть.
— Оу, спасибо? — хихикает Паук и переступает с ноги на ногу. — Так как тебя зовут?
— Харли, — бормочет Харли, пытаясь привыкнуть к резкой смене положения. — Кинер. А тебя?
— Ловко, но не очень, — весело замечает Паук, бросает взгляд в окно и удовлетворенно кивает. — Думаю, Марки быстро закончат с этим.
— Марки?
— Ты можешь продолжить спать, кстати, — напевая себе под нос, Человек-Паук начинает кружить по комнате, подбирая разбросанные вещи и раскладывая их по местам.
— А у тебя нет других… дел? — неожиданно запинается Харли, чувствуя, что роет себе могилу.
— О, на самом деле, нет, — легко заверяет его Паук, осторожно поднимая каким-то образом не разбившуюся тарелку с глупым цветочным рисунком. — И я правда хочу помочь.
— Я начинаю понимать, почему все так любят Человека-Паука, — бормочет Харли себе под нос.
В конечном счете, Кинер действительно засыпает.
—
Просыпаясь в следующий раз, он сначала решает, что его похитили.
Ну, потому что эта увешанная мишурой и освещенная по меньшей мере четырьмя гирляндами аккуратно прибранная квартира — точно не его. Как и огромная елка, занимающая треть комнаты. Как и, эм, украшенное приятно светящимися в темноте снежинками новенькое окно?
— Я перестарался, да?
Харли подскакивает от неожиданности и резко садится, поворачиваясь на голос.
— Ты проспал двенадцать часов, и мне надо было чем-то себя занять, — объясняет Человек-Паук, устроившийся в гнездышке из паутины под потолком. — Я решил, что уйти, не попрощавшись, будет невежливо. Кстати, ты в курсе, что сегодня Рождество? А у тебя в холодильнике была только банка Ред Булла.
— Была? — рассеянно переспрашивает Харли.
— Я проголодался и захватил кое-что и тебе, — беспечно пожимает плечами Паук.
— И, — медленно говорит Харли. — Ты являешься паучьей феей для каждого парня, ограбленного в Рождество?
— Нет, только для очень хорошеньких, — на полном серьезе отвечает супергерой.
Харли медленно кивает, жалея, что не может увидеть выражения его лица под маской.
— Знаешь, я, вообще-то, не собирался праздновать, — замечает Кинер.
Ему кажется, что он слышит вздох праведного негодования.
— Ты не можешь так говорить.
—
Отец исчез из жизни Харли раньше, чем он успел научиться перебирать двигатель, и Харли помнит лишь пару рождественских праздников, проведенных с ним, и оба раза отец сильно напивался. И это было просто отвратительно. Вообще, Харли мог бы получить психологическую травму на всю жизнь и возненавидеть алкоголь, но для этого он был слишком упрямым.
Но вот пьяный Человек-Паук совершенно не похож на его пьяного отца. Кроме того, Человек-Паук неожиданно оказывается милым подростком, что заставляет мозг Харли зависнуть на добрых пять минут.
Кроме того, Харли уверен, что у него будут проблемы, когда начальству супергероя станет известно, что некий парень из Теннесси узнал личность Человека-Паука, потому что… потому что Человек-Паук сказал, что точно не опьянеет от бутылки водки, а потом решил доказать это и опьянел?
Собственно, именно тогда Харли и узнал, что Человек-Паук — милый восемнадцатилетний подросток по имени Питер Паркер с широкой заразительной улыбкой.
Собственно, это было всем, что Харли успел узнать, потому что сразу после этого Питер Паркер отключился на его диване, мило улыбаясь во сне и сжимая в руках свою маску.
И Харли думает, что все не может стать еще сложнее, но тут из маски доносится приятный женский голос, сообщающий, что у Питера «звонок от мистера Старка».
— Звонок от мистера Старка? — переспрашивает Кинер, медленно протягивая руку к маске. — От Тони Старка?
— Соединяю с мистером Старком, — сообщает все тот же голос.
— Ну, привет, Механик, — язвительно говорит Харли. — Я должен был догадаться, что ты связан с этим паукообразным в высокотехнологичном костюме.
— Кто это? — голос Тони Старка звучит не удивленно, скорее больше похоже на боже, опять.
— Маленький мальчик, который отдал тебе часы с Дашей-Путешественницей, а ты за это бросил его одного посреди улицы, чтобы в очередной раз спасти мир, — отвечает Харли, падая на диван рядом с Питером и наблюдая, как его грудь ровно поднимается и опускается в такт дыханию. — Я так понимаю, новое окно было твоим рождественским подарком, верно? Спасибо, очень мило с твоей стороны. Кстати, а если, допустим, мне бы каким-то невероятным образом стала известна личность Человека-Паука, кто-нибудь пришел бы со мной разобраться?
— Он ранен? — тут же спрашивает Старк, игнорируя вопрос, и, вау, это что, беспокойство?
— Ну, — Харли смотрит на изогнутые в улыбке губы Питера и драматично вздыхает. — Вообще-то, он в отключке.
— Он потерял сознание? Что, черт возьми, произошло? — Харли слышит странные звуки на фоне, которые сменяются шумом ветра, и ему в голову приходит тревожащая мысль.
— Остынь, Старк, он просто доказывал мне, что из-за его метаболизма на него не действует алкоголь. Ну, знаешь, обычные праздничные беседы гениев. Пожалуйста, скажи мне, что ты не собираешься вломиться в мою квартиру, а если собираешься, то сделай это не через окно, ладно?
— Доказывал что? — шум ветра становится громче, словно кто-то, летящий в железном костюме, начинает делать это быстрее.
Харли вздыхает и откидывается на спинку дивана, прикрывая глаза. Возможно, переехать в Нью-Йорк было худшей идеей в его жизни.
Он обводит взглядом свою маленькую квартиру, выглядящую как витрина магазина с рождественскими украшениями, а потом поворачивает голову и смотрит на спящего Человека-Паука.
Или, возможно, не было.
