Пышечка, или Хочешь ещё одну булочку?

Прошло две недели

Квартира Азирафаэля и Кроули За окном шёл осенний дождь. Один ангел в это время сидел за столом, обхватив голову руками и смотря пустым взглядом в скатерть. В глотке стоял комок, который не получалось сглотнуть, а в глазах копились слёзы. Одна из них потекла по его пухленькой побледневшей за это время щёчке. К нему подошёл Кроули и обнял со спины, сложив руки на мягком круглом животике, начиная поглаживать его, зная, что это немного успокоит его ангела. — Чшш, не нервничай, слышишь меня? Мы её найдём, — мягко сказал демон ему на ушко, дыша в белые волосы. — Две недели прошло… где наша дочь? — дрожавшим голосом спросил Азирафаэль. — Что, если её уже убили? Если изнасиловали? Если избивают? К-Кроули, где моё дитя?! — Тише-тише, давай мы с тобой сейчас выпьем валерьяночку, хорошо? Выпьем, успокоимся, и будем думать, — произнёс Кроули, капая на ложку валерьянку и поднося её к губам мужа. — Давай, дорогой. Ази с усилием проглотил успокоительное, после чего спустя несколько минут его стало тянуть в сон, ведь демон добавил в ложку и снотворное. Ангел за две недели спал всего три раза, и из-за стресса сильно похудел (для Кроули даже один скинутый Ази килограмм — это много, что уж говорить о пяти?), побледнел, его щёчки немного впали. Он не мог есть, он бесперерывно носился по континентам, разыскивая дочь. Кроули тоже сильно переживал, но не только за дочь, а за обоих своих ангелочков. Каково было бы вам, когда дочь пропала, а муж на грани депрессии? Разумеется он не показывал своих волнений, чтобы не нервировать и без того мнительного Азирафаэля, но ведь и демоны не каменные. Оба уже давно полагали, что дочь похитили либо вниз, либо наверх. Ангел слабо и сонно всхлипнул, немного клонясь набок. — Ммф… Кроули… наша девочка… — Чш, засыпай, — он поцеловал мужа в висок, когда тот навалился на него. — Тебе нужно отдохнуть. — Софа… Ази окончательно заснул, произнеся имя дочери и едва не свалившись на пол, но Кроули его придержал и взял на руки, таща на кровать. Мысленно он сделал вывод, что его ангел активно заедал стресс, ведь казалось, что его вес остался прежним, хоть внешне и выглядел слегка похудевшим. Кроули оказался куда сильнее, чем выглядит, ведь донёс Азирафаэля до их спальни и аккуратно уложил, поправив подушку. Он бережно провёл по его лбу и волосам рукой, смотря на милое спящее ангельское личико. «Моя миленькая плюшечка» — подумал демон, поцеловав ангела и выходя из спальни. Кроули опустился на диван в гостиной, кинул очки в сторону и тяжело вздохнул. — Соф, дочь, куда ты делась? — спросил он в пустоту с нотками боли в голосе, бросив беглый взгляд на книги Ази, которые она несла домой, и которые они нашли на улице. Ответом была тишина. Демон закрыл свои змеиные глаза, соображая, как ему проверить ад и остаться незамеченным. Ведь его туда уже не пустят. Чёрт, ну кому она могла насолить? она ведь даже при виде голубя, которого машиной переехало в шок впадает, что уж о рамсах с демонами говорить? Кроули погрузился было в рассуждения, как в дверь раздался стук. Демон распахнул глаза, вслушиваясь. Кто к ним мог прийти? Софа вернулась? мужчина поднялся с дивана и подошёл к двери. Стук повторился. Кроули посмотрел в глазок и увидел там пустую лестничную площадку. Что за чёрт? Он потянулся к ручке и насторожился. Снова стук. Раздражённо прошипев, демон распахнул дверь и собрался смачно обматерить нагрянувшую шпану, предварительно напугав, но едва он открыл, как уставился в фиолетовые глаза. — Здравствуй, Кроули, — произнёс Гавриил. — Ты… ты зачем тут? — произнёс демон, мысленно матеря себя за то, что открыл. — За тобой. И Азирафаэлем. Демон молниеносно взмахнул рукой, швырнув архангела в одну из дверей соседей и захлопнул свою. — Не стоит так грубо. Ты ведь хочешь увидеть дочь? — раздалось за спиной. Кроули вздрогнул и обернулся. Вельзевул. Затем рядом с ней появился Гавриил, поправлявший помятое от удара пальто. — Какого хрена Софа делает в аду? — процедил демон сквозь зубы, думая, что делать. — Рассказать во всех подробностях? — с хищным блеском в глазах спросила Вельзевул. Судя по взгляду — явно ничего хорошего. — Зачем она вам? она ничего не сделала, — сказал Кроули, мысленно умоляя Ази проснуться и окатить лорда святой водой. — Все дети идеальны в глазах родителей, правда? — надменно улыбнулся Гавриил. — Но ты прав, она действительно ничего не сделала. И от этого будет только больнее, когда узнаешь, как жестоко с ней обращаются. — За что?! — сорвался бес на крик. — Из-за тебя. И твоего ангела, — сказала Вельзевул. — Забыл про сорванный армагеддон двадцать лет назад? — Чт… и вы… вы… — Сделаю тебе одолжение. Сдайся сейчас, и твоей дочке не вырвут крылышки. «Мразь, я напою тебя святой водой, а перед этим заставлю на коленях вымаливать у неё прощения» — подумал Кроули. — Согласен? — Согласен. — Чудно! — Гавриил щёлкнул пальцами. Кроули пошатнулся, хватаясь за голову, которую пронзила нестерпимая боль. Он рухнул на пол, едва держась в сознании. — Ангел мой? — сказала Вельзевул, идя в сторону их с Ази спальни. — Да. Только не говори полукровке, что он в вашей тюрьме. — Я похожа на идиота, который бы это сделал? — Нет. Ты похожа на демона. — Завались и бери его. В следующий раз мы увидимся на поле боя. — Да. И это он будет последним. — Для тебя! — одновременно и высокомерно сказали оба. Сознание демона покидало его. — Ази… проснись… — из последних сил произнёс Кроули, закрыв глаза и погрузясь в небытие. Тем временем, в аду В камере пахло сыростью. Было очень холодно. Темно. И больно. Очень больно. София лежала у каменной стены и пустым взглядом смотрела на трещинку. На щеке была рана, по всему мягкому телу — ссадины и ушибы. Из зелёных глаз выступали солёные слезинки, которые катились вниз и разбивались о пол. Всё болело, хотелось пить и есть, хотелось прийти домой, прижаться к папе и тихо плакать, чувствуя тепло его белых крыльев, чувствуя себя в безопасности. Отец, бывало, рассказывал ей о том, какие демоны жестокие. Но ангел не предполагала, что ощутит это на себе. Её били, дразнили едой и водой прямо перед носом, и снова били, когда она инстинктивно пыталась вырвать несчастный кусок из рук мучителя. Ангел содрогалась всем тельцем от тихих всхлипов. За что? Что она им сделала? Она и понятия не имела о конце света. София конечно не понимала, почему родители не общаются с другими ангелами и демонами, но она думала, что им просто и на земле хорошо. Послышались шаги за дверью и чьи-то голоса. Судя по интонациям, один злобно ругался на другого. Софа вздрогнула и отползла в угол камеры, стараясь сжаться в комочек, чтобы её не трогали. Движение остановилось перед её дверью, и послышалась возня в замке. Сердце ангела бешено билось в белой груди, теснило дыхание, голова слегка кружилась. Дверь приоткрылась, и рыжая сильнее вжалась в угол и зажмурила глаза. В камеру вошли двое. Один из них быстро подошёл к ней и опустился, взяв ангела за руки. — Чшш, не бойся так, слышишь? — мягко сказал ей женский голос, обладательница которого погладила Софу по ноющей кисти. — Не бойся меня. Открой глазки, булочка. Булочка? София открыла глаза. Перед ней сидела Элизабет, с теплотой смотря на неё и заглядывая в самую душу. Ангел успела и обрадоваться, и перепугаться до полусмерти, и едва не броситься девушке на шею, умоляя отпустить. Демон немного наклонила голову, рассматривая лицо Софы. — Ох… кто тебя так, не помнишь? Рыжая помотала головой. Принцесса магией сломала её кандалы и протянула руку. — Пойдём со мной. Встать можешь? Ангел начала подниматься. Стоило ей сделать шаг, как в ноге разнеслась острая боль, и девушка полетела лицом в пол. Элизабет придержала Софию, немало удивив тем, что сильней, чем выглядит, и прижала к себе, стараясь не делать больно. — Чш-чш-чш, давай потихонечку. — З-зачем я… к-куда вы меня… — мямлила ангел, заикаясь от страха. — Ко мне. Мы придём, и я полечу тебя. Ты голодная? Ответом стало урчание в животе ангелицы, что заставило её сильно покраснеть. — Понятно, — ласково улыбнулась Элизабет. — Давай придём, и ты поешь. Что ты любишь? — Зачем я вам? — выпалила Софа, стараясь не смотреть на Элизабет от страха и смущения. — Ну… как бы… — девушка чуть покраснела, но этого было почти не заметно. — Я хочу тебя освободить. — Зачем? — повторила ангелица, еле плетясь. — Какая любопытная, — через силу усмехнулась Лиз. — Если я скажу, что хочу тебя себе, тебя этот ответ устроит? В глазах Софы поселилась паника. — В… в с-с-смысле? — Тихо-тихо-тихо, я не… блин, я пошутила, не бойся так, хех, я просто… просто… я не хочу, чтобы тебя мучили, — сказала принцесса с волнением, не желая ещё больше пугать ангельскую булочку. — Ты же ни в чём не виновата, правда? — П-правда, — промямлила Софа. — Ну вот. Разве справедливо тебя наказывать? И я думаю, что нет. Ты, — обратилась она к демону, который входил с ней, — принесёшь еды в мою комнату. И воду. И только попробуй заикнуться Вельзевулу о булочке — сожгу, — она сверкнула огоньком в глазах. Темноволосый демон кивнул и пулей выскочил из коридора. Элизабет же бережно обнимала идущую рядом плюшечку, давая опираться на себя и стараясь не ускоряться. Она мысленно ругалась на всех и вся, ведь те две недели, что она уговаривала отца отдать ей эту пышечку, её избивали и морили голодом. Она даже немножко похудела (о, ужас!). Принцессе пришлось соврать, что она хочет сама поиздеваться над полукровкой, чего делать не собиралась. И не позволила бы больше никому, с особой радостью уничтожив её стражника, как только узнает его имя. Тут София пошатнулась и остановилась, взявшись за мягкий животик. — Что такое? — заботливо спросила Элизабет. — Мне плохо… — слабо ответила Софа. — Мутит… — Ох… почему? ты болеешь? — Нет… меня сильно ударили вчера, поэтому мутит… — К… куда? прямо в живот? Ангел кивнула, едва не виснув на демоне от слабости. Элизабет же на несколько секунд погрузилась в свои мысли. Как можно… каким надо быть ублюдком, чтобы бить эту булочку в самое мягкое и беззащитное место на этом пухленьком тельце? В самый животик… мягкий, красивый, выпирающий и голодный животик… Принцесса поморгала, придя в себя, и аккуратно положила руку на выпуклый животик ангелицы, заставив ту покраснеть и растеряться. Но София покраснела ещё гуще, когда Лиз начала его бережно поглаживать. — Бедняжка, — сказала она. Ангел, краснея и стыдясь своей полноты, немного отпрянула от ладони демонессы. «Стесняется? Какая милая стеснительная булочка» — подумалось Элизабет, которая поджала ладонь назад, после жеста Софы. — Сильно мутит? — спросила бес, дабы не смущать сильнее бедную ангелицу. — Да, — кротко ответила та. — Иди сюда, — принцесса подхватила её на руки, неся так по коридору. София залилась краской, но сопротивляться и лишний раз сердить демона не смела. — С-спасибо, н-но я… й-я тяжёлая… — промямлила рыжая, удивляясь силе демона. — Не нервничай, булочка, — слегка улыбнулась Элизабет. — И не бойся меня.