Школа NN

      Прошёл уже месяц учёбы, наши школьники разбрелись по парам, по кучкам. Окунёмся во взаимоотношения одной из групп — Онегин и Ленский. Урок литературы. — Ну, а сегодня мы разберём такое произведение как «Евгений Онегин». Ленский не любил это произведение, но из-за чего? Стихотворная форма? Что-то не так с персонажами? Отчасти, да. Одноимённого персонажа, Ленского, убил Онегин — его друг. — После какого момента произведение сменило своё направление из романтического в реалистическое? — спросил Михаил Юрьевич и как-то лукаво посмотрел на последнюю парту первого ряда. Учитель понимал, кто определённо знает ответ на этот вопрос, ему была интересна реакция Жени и Володи. Для обоих это было что-то вроде больной темы. Для Ленского — потому, что убили его «я» в произведении, а для Онегина — потому, что он уже знает реакцию Володи, да и терзала совесть за то, что его персонаж убил друга, причём по его вине. Володя, поправив свои тёмные волосы, не спеша поворачивал голову в сторону Жени. Тот же в свою очередь тоже медленно поворачивался к товарищу. Как только их глаза встретились, Ленский поднял бровь, интересуясь, как же он будет отговариваться на этот раз. — Я не хотел, брат. — Не брат ты мне… Убил ты меня, Женёк… — Ленский схватился за сердце, изображая невыносимые муки. — Ну, полно, не драматизируй. — Не-ет, ну тут только… Дуэль! — влез в разговор Печорин. — И правда, — подтвердил Володя, — на перемене. Минул урок. Учитель попрощался с учениками и покинул кабинет. — Мы скоро придём, -сказала Оля, взяв свою подругу Татьяну под руку, девушки вышли из класса. Обломов сделал лицо самого голодного человека на земле. — Андрей, пошли кушать. — Не делай такое лицо, Илья, через 2 урока завтрак, тогда и поешь. Илья тяжело вздохнул и отвернулся от Штольца. Спустя минуту из рюкзака Ильи послышался шорох. Лёгким движением руки Обломов вытащил из рюкзака шоколадку с карамелью и направил в сторону друга, как оружие. — Либо я ем его, либо мы идём в столовку. — Ильюх, ты чего? — смеясь говорил Андрей. — Я ведь не шучу… Эта шоколадка прямиком из Обломовки, — продолжил Илья, вертя перед носом товарища шоколадку. — Если ты её съешь, сам жалеть потом будешь. Давай-ка лучше прогуляемся, — с этими словами глаза Штольца засверкали, Обломов же начал упираться перебирая в памяти все самые глупые отговорки. В итоге и те тоже вышли из класса. На улице светило полуденное осеннее, но ещё жаркое солнце. Облака плыли по небу, прям как мокрая тряпка плыла по воздуху в сторону Онегина. Женя нагнулся под парту уже предвкушая новую «дуэль». — Мы же оба понимаем, что ты проиграешь! — сказал парень. — Ты сомневаешься в моей силе? — произнёс Володя, вытаскивая из шкафа швабру, — сейчас это была тряпка, но потом ты полетишь отсюда прямо на этой метле! Гришка Печорин наблюдал за этим цирком со стороны еле сдерживая смех, в это же время рядом с ним сидел Грушницкий и смотрел на него как на врага народа. — А тебе-то чего? — Ты ведь тоже убил меня… — И поделом тебе, врун. Нет, ты двойник не имеющий индивидуальности, ты жалок. Моё дело — быть, а твоё — казаться, «романтический герой», — на последних словах Гриша сделал особый акцент, что заставило Грушницкого смутиться и опустить взгляд. — Я не стану мириться с этим оскорблением. Дуэль! — Ты туда же? Но Грушницкий уже пошёл в сторону испачканного куска ткани. — Ты так же бросишь её в меня? Это есть подтверждение моим словам. - Да ты…- было проронил противник, но прямо перед его носом пролетает пенал с котятами. — Вова, угомонись! — Женя, не ожидал от тебя такого…- Грушницкий поднял пенал и бросил в адресата. — Да ты -то что делаешь?! — крикнул Онегин. — Не трогай моего друга! — с этими словами Ленский переворачивает парту Грушницкого, — и отвалите от моего пенала! — Что ты творишь, жалкий щенок?! Печорин ощутил накал страстей и медленно пошёл в сторону Грушницкого, который был готов испепелить Володю. В свою очередь Женя пошёл к Ленскому, который в ещё не подозревал о будущей опасности. — Ты… — Ну, и? Я? — Ты… Тяжёлое дыхание Грушницкого, а вместе с тем и красное лицо давали ясно понять, что он очень смущён и взбешён, видимо, Володе не поздоровится… Хороший был человек, здоровья погибшим. Парень быстрым шагом пошёл в сторону «крушителя парт».  — Мы вернулись! — весело сказала Ольга, но вдруг её лицо переменилось, — что здесь произошло? Её взору открылась причудливая картина. Онегин закрывал собой Володю, а перед ними Гриша сидел на спине Грушницкого, заламывая тому руки с призывами: «Остынь!» Татьяна из-за спины подруги пыталась разглядеть происходящее в комнате. Следом пришли и Обломов со Штольцем. — У-у-у, что тут происходило? — спросил Андрей. — Мне, вот, тоже интересно, — сердитым голосом сказал Александр Сергеевич, учитель французского, а также по совместительству классный руководитель. Чем закончилась эта история? Ту фантастическую четверку отправили к директору писать объяснительную, а после назначили дополнительные работы — дежурство по школе, пускай теперь там тряпками махаются.