Fatal Feeling

— Ты назначил заседание совета директоров на следующую неделю? — Да, сэр. — Подтвердил бронирование столика для ужина с руководителями сегодня вечером? — Так точно, сэр. — А всё ли готово к завтрашней встрече с флористом? — Конечно. Я очистил ваше дневное расписание и убедился, что у мисс Айко тоже свободный график, сэр.       На мгновение между ними воцарилась тишина. Затем Рео расплылся в широкой улыбке, вытянув руки над головой. Было очевидно, что стресс от предстоящего давил на него. Наги видел это ясно, как белый день. Облегчать чужую ношу — вот что являлось его работой, и судя по улыбке, которую он видел, у него получилось. Этой улыбки, адресованной ему, было достаточно, чтобы сердце забилось быстрее. Он не мог не признать, что бабочки в животе не давали ему покоя, и это его пугало.       Честно говоря, влюбиться в своего босса — одна из самых банальных вещей на свете. Наги никогда не думал, что когда-нибудь окажется в подобной ситуации. Если бы два месяца назад ему сказали, что он будет по уши влюблён в Рео Микаге — генерального директора корпорации Микаге, Наги, вероятно, рассмеялся бы вам в лицо. Ради всего святого, он даже не надеялся получить эту работу, потому что определённо был не самым квалифицированным работником, но в любом случае он стал помощником одного из самых важных и перспективных генеральных директоров и находился здесь. Изначально Наги ожидал, что Рео окажется одним из тех самых заносчивых богачей, которые начинают кричать на подчинённых за малейшую ошибку, но в итоге всё оказалось наоборот.       Рео Микаге оказался самым добрым боссом, который когда-либо был у Наги. Если он совершал ошибку, Рео спокойно объяснял ему, в чём дело, и показывал как её исправить. Однажды он сказал ему: — Я учусь быть хорошим генеральным директором, а ты учишься быть хорошим помощником. Будем двигаться вперёд вместе. Вдвоём намного веселее, так ведь?       В этот момент семена в лёгких Наги были посеяны без его ведома.       Эти семена медленно прорастали с каждой улыбкой, полученной от Рео, с каждым случайным соприкосновением их рук, когда они шли бок о бок по коридору, с каждой долгой ночью, проведённой вместе за работой, когда Рео засыпал у него на коленях или плече. Бывали моменты, когда Наги думал, что его чувства взаимны. Он ловил на себе пристальный ярко-фиолетовый взгляд Рео. Его голос становился мягче и дружелюбнее, когда он разговаривал с Наги, и жёстче и требовательнее с другими. Невысказанное напряжение возникало между ними всякий раз, когда они оставались наедине. Это вселяло в Наги надежду о том, что, может быть (только может быть), Рео действительно ответит на его чувства.       А потом мир рухнул.       Лепестки цветов, проросших в его легких, начали выпадать из него в один из поздних рабочих дней. Две недели назад Рео провёл свою первую персональную презентацию для совета директоров компании. Наги остался, чтобы помочь ему закончить последние детали и проверить презентацию на наличие ошибок. Когда они закончили все правки, на часах уже стукнуло три ночи. Наги сидел на кожаном диване, расположенном в кабинете Рео, а сам юноша с фиолетовыми волосами лежал на его коленях. Оба были слишком измучены, чтобы двигаться. Наги восхищался лицом собеседника, на его губах играла мягкая улыбка. Между ними повисла успокаивающая тишина, которую Наги так любил. Тишина, означающая, что теперь они одни. В такие моменты Рео переставал быть страшным сыном председателя, готовящегося взять на себя управление компанией. Когда они были одни, Рео становился просто обычным молодым человеком, тоже пытающимся найти своё место в этом мире. Наги думал, что обычный он выглядел бесконечно красиво. — Я собираюсь обручиться.       Тишина оборвалась с этими словами так же резко, как и сердце Наги. — Ч-что ты только что сказал? — заикаясь, выдавил он из себя. Глаза были прикованы к лицу Рео.       Тот лежал на чужих коленях, взгляд направлен к потолку. Затем Рео медленно приподнялся, приняв сидячее положение и сморщился, сразу же встречаясь глазами с Наги. — Я собираюсь обручиться. Так хочет мой отец. Она дочь гостиничного магната, и вообще этот брак поможет нашему бизнесу расшириться. Её зовут Судзуме Айко, — ответил Рео, не отрывая глаз от Наги, будто он искал в них что-то.       Наги почувствовал, что может задохнуться прямо сейчас. — Мне нужно идти, — только и сказал блондин, резко поднимаясь и отворачиваясь в другую сторону.       Его грудь болезненно сжималась, глаза горели от наступающих слёз, а лёгкие, казалось, медленно заполнялись кровью. Он, спотыкаясь, направлялся к двери. Ему нужно было быстрее покинуть эту комнату и уйти от Рео. Но он схватил его за руку, и Наги повернулся к нему лицом. — Эй, что случилось? — Спросил Рео, на лице читалось беспокойство.       Однако эти слова едва ли дошли до Наги. Вместо этого он просто оттолкнул от себя Рео, сделав шаг. — Мне правда пора, — с этими словами блондин поспешил прочь из комнаты, оставив невероятно встревоженного Рео за собой.       Наги наконец вошёл в лифт, и на секунду воцарилась тишина, а затем он зашёлся кашлем. У него подкашивались ноги от боли. Кашель был настолько сильным, что ему пришлось упасть на колени. Когда всё стихло, Наги посмотрел на ладони, которыми прикрывал рот, и ужаснулся. С рук стекала кровь, смешанная с золотисто-жёлтыми лепестками неизвестного ему цветка.

***

      Ханахаки — редкое медицинское заболевание, сопровождающееся появлением цветов в лёгких, возникающих из-за неразделённой любви. Об этой болезни мало известно, но вылечить человека можно с помощью хирургической операции. Однако после неё чувства, которые испытывал этот человек к своему объекту обожания, полностью исчезнут.       Наги вспомнил, что слышал истории об этой болезни, но он никогда не думал, что окажется одним из людей, имеющих с ней дело. Доктор сказал ему, что если он сможет определить источник этих чувств, то будет легче следить за протеканием болезни. Наги не пришлось долго думать, он и так всё знал. Доктор также сказал, что Наги нужно ограничить времяпровождение с человеком, к которому испытывает чувства. Если он не сделает этого, ему станет только хуже. Но как Наги мог отказаться от встреч с Рео? Неужели его любовь должна была ранить так сильно? — Не всем это нравится, но… Хирургия тоже вариант. То есть, если со временем ваши симптомы ухудшатся, и намёков на улучшение вашего состояния не будет, то вам придется согласиться на операцию, дабы избежать смерти, — сказал доктор Наги прямо перед его уходом.       Прошло уже две недели. Две недели с тех пор, как Рео сообщил ему о помолвке, и две недели с тех пор, как Наги виделся с доктором. Он всё ещё не знал, что ему делать с операцией. На самом деле он не был уверен, что сможет пройти через это. Наги любил Рео, как бы далеко тот не был. И ему было больно, но это лучше, чем ничего в любом случае. Наги не был уверен, что он мог бы отказаться этих чувств прямо сейчас.       Но это трудно.       Трудно, потому что работа Наги заключалась в планировании свиданий Рео с его новоиспечённой невестой. Трудно, потому что после их встреч Рео рассказывал о том, как хорошо они ладят с Айко. Трудно, потому что Рео всё ещё улыбался Наги, улыбкой, которую не видел больше никто, даже Айко. — Я так рад, что у меня есть ты, Наги, — сказал Рео. — Не думаю, что кто-то ещё понимает меня так же хорошо, как ты. Если бы мне сказали выбрать человека, который всегда будет находиться рядом, то я бы надеялся, что ты позволишь выбрать себя.       От этих слов щёки Наги вспыхнули ярким румянцем, а в груди начался шторм. Потом Наги закашлялся над сиденьем унитаза в кабинке служебного туалета. Шмотки желтых лепестков, слипшихся вместе со сгустками крови, падали с его губ в течение десяти минут. Это был не самый худший его припадок, но по мере приближения свадьбы всё становилось только хуже. Наги чувствовал слабость почти каждый день, он стал бледнее, постоянно уставал, и приступы кашля случались гораздо чаще. Но сейчас Наги всё равно встал и вышел из уборной, как ни в чём не бывало.       Наги должен был оставаться сильным. У него ещё много работы. Сегодня вечером он пойдет на корпоративный ужин с Рео, завтра они отправятся в цветочный магазин за цветами для свадьбы, а через полторы недели наступит сама свадьба. Кажется, все происходило слишком быстро, и это не было удивительным. Родители Рео и Айко хотели, чтобы брак состоялся как можно быстрее. Таким образом, слияние компаний может произойти в скором времени. Наги снова захотелось кашлять, но он подавил это желание. — Ты готов идти, Наги? — Спросил Рео, надев куртку, и уже стоя у двери в ожидании.       Наги стряхнул с себя его пристальный взгляд и предоставил Рео одну из своих милых улыбок. — Да, сэр. — Я же говорил тебе — просто Рео. — Хорошо, сэр. — Эй!

***

      Наги стоял возле цветочного магазина в тёмных джинсах и простой белой футболке, глубоко засунув руки в карманы. Его тёмно-карие глаза осмотрели здание с надписью «Цветы. 24 часа». Это был простенький, но известный своим обилием цветов, используемых во многих различных мероприятиях, магазин. Многие захаживали сюда в целях найти подходящую комбинацию из цветов для своих грандиозных вечеринок или, в данном случае, свадеб.       Наги не хотел быть здесь. С тех пор как он начал кашлять цветочными лепестками, он не мог больше с прежней нежностью смотреть на цветы. Но Рео лично попросил его приехать и забрать цветы. Как он мог отказать? И вот он стоял здесь, ожидая появления юноши с пурпурными волосами. Честно говоря, это было, вероятно, самое худшее, что мог сделать Наги. Он должен был избегать Рео, видится с ним только в случае необходимости. Но он был ужасно слаб к тому, как Рео произносил его имя, и к тому, как Рео улыбался. Он просто не мог сказать ему «нет», и это было не очень здорово.       Наги был полностью погружен в свои мысли, когда услышал, как кто-то окликнул его по имени. Он подумал, что это Рео, но опустив глаза, понял, что это было не так. Из-за двери цветочного магазина выглянул парень, внимательно смотрящий на него. У него были темные, чёрные волосы и знакомые темно-синие глаза. Наги показалось, что он откуда-то его знает, но он не мог вспомнить, где видел лицо этого человека. — Это ведь ты, верно? Наги Сейширо? — Сказал таинственный человек с лёгкой улыбкой на лице.       Наги мог только кивнуть, всё ещё пытаясь понять, откуда он знает этого парня. Тогда другой расплылся в яркой улыбке и вышел из магазина. — Ты должен меня помнить. Я Исаги, Исаги Йоичи. Мы играли в одной футбольной команде в колледже, помнишь?       Как только Наги услышал это имя, все воспоминания нахлынули на него. Когда Наги учился в колледже, он играл в футбольной команде из-за скуки. Там он познакомился с Исаги Йоичи. Они учились на разных направлениях, поэтому виделись только во время футбола, но это не мешало им прекрасно ладить. Они часто ходили поесть после игр или тренировок своей команды. Однако, когда Наги окончил учебу и покинул команду, они перестали общаться. Кто бы мог подумать, что они снова увидятся здесь, в этом высококлассном цветочном магазине? — Чёрт возьми, Исаги? Давно не виделись, а что здесь делаешь? Насколько я помню, ты больше специализировался на спортивном менеджменте, а не цветах.       Темноволосый парень только рассмеялся. Наги подумал, что его смех звучит довольно мило. — Это место принадлежит моему двоюродному брату, а я здесь просто помогаю. Сначала было немного отстойно, но я встретил тебя, поэтому теперь, наверное, всё не так уж и плохо, — ответил Исаги с легкой ухмылкой, прислоняясь к двери.       Наги почувствовал, как его щёки запылали. Он флиртовал с ним? Нет. Нет, это было бы безумием, так ведь? — Так что же привело тебя в этот маленький и скромный цветочный магазин?       Наги успел только открыть рот, как услышал за спиной: — Эй, Наги! Извини, что опоздал, встреча затянулась и… Кто это?       Подойдя ближе, Рео обнял Наги за плечи. Он увидел, как тот посмотрел на Исаги, и на долю секунды Наги показалось, что он ревнует. Но скорее всего это было просто принятие желаемого за действительное. — Рео, это мой друг, с которым я учился в колледже — Исаги. Исаги, мой босс — Рео. Касаемого того, почему мы здесь: я помогаю ему выбрать цветы для его свадьбы.       Атмосфера, окружавшая этих троих, казалась несколько враждебной. Наги действительно не понимал почему, но старался не обращать на это внимания. Вместо этого он стряхнул руку Рео со своего плеча, опасаясь нового приступа кашля, и сделал шаг ближе к тому месту, где находился Исаги. — Ладно, не будем терять времени. Давайте уже выберем цветы, — произнёс Наги, переводя взгляд с одного на другого.       Рео просто выпрямился и поправил куртку, задев Наги и оттолкнув Исаги со своего пути. — Вперёд.       Трое парней вошли в магазин. Он был полон обилия красок от всех видов цветов. Наги с благоговением огляделся. Ярко-синие, темно-пурпурные, обаятельно розовые — все эти цвета освещали комнату. Но одна конкретная партия привлекла его внимание. Букет жёлтых цветов в углу магазина будто манил его. Эти жёлтые лепестки были слишком хорошо знакомы Наги. Он оторвался от двух других парней, чтобы рассмотреть их. Они выглядели хорошенькими, когда не были покрыты кровью. Но, увидев их сейчас, Наги захотелось плакать. Они являлись постоянным напоминанием о его собственных чувствах, его унижении. Он собирался отойти, но почувствовал чьё-то присутствие рядом. Наги повернул голову, Исаги остановился рядом с ним. Голубоглазый парень протянул руку, касаясь лепестков. — Цветы Нарцисса — олицетворение эгоизма и неразделённой любви. Они были названы в честь греческого мифа о Нарциссе и Эхо. Эхо любила Нарцисса, но тот любил только себя. Он никогда не обращал на неё внимания. И в конце концов умер, смотря на своё отражение в воде. А Эхо, не выдержав горя, превратила любимого в цветок.       Теперь стало понятно, почему именно эти цветы срывались с его губ. Его любовь была безответной, и сам он был тем ещё эгоистом. Эгоистично было любить помолвленного мужчину, эгоистично было продолжать видеться с ним ради собственного болезненного удовольствия. Наги захотелось вырвать, но он увидел улыбку на лице Исаги. Он скрывал ту боль, которую Наги слишком хорошо знал. — Я уверен, что Эхо нашла настоящую любовь. Не спорю, что в тот момент ей было больно. Но держу пари, что в конце концов всё закончилось хорошо, — выпалил Наги.       У него возникло желание успокоить Исаги, хоть как-то утешить его, не смотря на всю эту грусть. Хотя это было немного иронично, учитывая, что Наги сам не мог даже двигаться дальше. Но всё было в порядке, потому что улыбка Исаги стоила того. — Похоже, ты много знаешь о цветах, — пробормотал Наги, пытаясь сменить тему.       Исаги только пожал плечами. — Я здесь часто помогаю, так что успёл поднатаскаться, думаю.       Они продолжали беседовать, пока их не прервал Рео. — Извините, но я действительно не могу больше ждать. Я довольно занятой человек, так что если бы вы помогли, это было бы здорово.       Оба парня были ошеломлены тем, насколько раздражённым сейчас прозвучал Рео. Наги не понимал, что его так разозлило, ведь несколько минут назад казалось, что всё нормально. Но он не сказал ни слова, поэтому просто ходил за Исаги и Рео, пока они обсуждали различные варианты цветочных композиций. — Как насчёт этих? — Спросил Рео, указывая на фиолетовые цветы рядом с ним. — А, это зефиранты, довольно неплохие цветы, но не думаю, что это то, что нужно для свадьбы. Они символизируют искупление грехов и ответную любовь. Как насчет, хм… этих!       Исаги взял в руки букет красивых белых цветов. — Это флёрдорандж — цветы апельсина, символизирующие вечную любовь. Идеально подходят для свадебного мероприятия, особенно в паре с лилиями.       Рео задумался на секунду и кивнул. Затем они вдвоём принялись обсуждать детали, и когда они смогут встретиться в следующий раз. Однако, в течение их разговора, Наги начал чувствовать, что у него кружится голова. Всё вокруг расплывалось, и ему казалось, что стены этого цветочного магазина раздавят его прямо сейчас. Он почувствовал, как цветы и кровь поднимаются вверх по горлу, и побежал, не обращая внимания на крики парней, несущиеся вслед. Ни за что на свете он не позволит Рео увидеть его таким.       Наги оказался в каком-то переулке. Громкий кашель эхом отдавался от стен. Жёлтые цветы нарцисса в агонии срывались с его губ и легких. Он понятия не имел, как долго кашлял и видел ли его кто-нибудь. Но к тому времени, как всё закончилось, из уголка его рта покапывала кровь, а у ног лежала куча лепестков. Наги спиной врезался в стену, медленно сполз вниз и положил лицо на колени. Он глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. Он чувствовал себя необычайно жалким. Позволил своему маленькому глупому увлечению выйти из-под контроля до такой степени, что казалось, он достиг точки невозврата. Он даже не мог двигаться из-за внезапно навалившейся усталости, но тут зазвонил его телефон. Наги лениво ответил на входящий вызов. — Слушаю… — О боже, Наги, ты в порядке? Ты так резко выбежал из магазина, ничего не объяснив! — Я в порядке, Рео, не волнуйся. Я неважно чувствовал себя последние пару дней, поэтому, пожалуй, просто вернусь домой. — Ты уверен? Мне можно приехать? Я беспокоюсь о тебе. — Не стоит, мне пора. Пока.

***

      Ночь субботы.       Ночь перед свадьбой. Сегодня у Наги был выходной. Он сказал Рео, что ему нужен день на самого себя. Хотя на самом деле он просто не мог перестать кашлять цветами. Припадки случались каждые два часа. Всё становилось только хуже, и даже расстояние между ним и Рео не имело нужного эффекта.       Ничего не помогало.       Наги чувствовал себя так ужасно, что, кажется, готов был умереть. Вот только для него это был не вариант. Он должен пережить эту свадьбу, если он сделает это, то всё остальное уже не будет иметь значения.       Он сказал себе, что откажется от своих чувств после этого события. Возможно, после этого цветы наконец-то покинут его лёгкие.       Сейчас Наги был прикован к постели. Последний припадок случился двадцать минут назад, и теперь он наслаждался сериалом, который ему порекомендовал Исаги. С тех пор как они встретились в цветочном магазине, они решили поддерживать связь. Наги разыскал его после произошедшего инцидента. Они немного поболтали, и оба охотно решили обменяться контактами. Исаги стал для Наги глотком свежего воздуха. Они прекрасно ладили друг с другом благодаря многочисленным общим интересам.       Иногда Наги казалось, что он может влюбиться в Исаги. Потом Рео выкрикивал его имя, смотрел на него своими прелестными фиолетовыми глазами, и Наги влюблялся в него ещё сильнее — болезненный цикл, который он не в силах был прекратить.       Но эту ночь Наги полностью посвятил себе. Он много плакал, как можно быстрее справлялся с приступами и наслаждался одиночеством. По крайней мере, именно это он и старался делать.       Затем Наги услышал стук в дверь. «Кто, черт возьми, вздумал стучаться ко мне в одиннадцать ночи?» — подумал он, медленно поднимаясь на ноги. Он не хотел сейчас разговаривать с кем-либо, ему было тошно и грустно. Единственным его желанием было пережить следующие два дня. Но, похоже, у судьбы были на него другие планы.       Когда Наги открыл дверь, он с удивлением заметил за ней слишком знакомую фиолетовую макушку. — Рео? — с опаской спросил он, отступая назад.       Почему Рео был здесь? И почему он выглядел таким расстроенным? Что-то произошло между ним и его отцом, или между ним и Айко? В мозгу Наги бурлили мысли о том, что же всё-таки заставило другого появиться без предупреждения. Затем его разум затуманился, потому что после секундного молчания между ними он почувствовал чужие губы на своих.       Рео целовал его.       Сначала Наги просто застыл на месте. Он был слишком потрясён и ошарашен, чтобы как-то реагировать. Но когда Рео положил руки ему на щёки, притянув ближе, Наги расслабился. К черту логику, Наги ждал этого месяцами. Это было всё, чего он хотел. Сейчас ему было наплевать на цветы, застрявшие у него в глотке, его не волновала предстоящая свадьба. Всё, что его волновало, — это Рео.       Наги, ответив на поцелуй, позволил своим рукам потеряться в волосах Рео. Он вложил в этот поцелуй все свои слёзы, каждый цветок, слетевший с его губ, все эмоции, которые он когда-либо испытывал к Рео, потому что прямо сейчас Наги чувствовал себя как никогда любимым. Рео целовал Наги так, будто правда любил его, и Наги хотел верить в то, что это правда, что вся боль, через которую он прошел, была не напрасной.       Момент был идеальным.       Их глаза встретились, когда Рео прервал поцелуй. Наги не знал, как долго они целовались, но дышать было трудно. Он посмотрел в глаза, которые так любил и понял кое-что. Рео не выглядел влюбленным, он выглядел испуганным. Руки, согревавшие его щеки, опустились, и юноша, пошатываясь, попятился. В его взгляде читался явный ужас, как будто тот понял, что именно сделал, как будто поцелуй с Наги был тяжким преступлением. В этот момент что-то внутри Наги сломалось. — Убирайся отсюда к чёртовой матери, — его голос был твёрд сталь. Он смотрел Рео прямо в глаза.       Наги отдал всего себя этому парню, и вот как он с ним поступил: дал слабую надежду, а затем бессовестно отнял её. Наги устал: устал ставить Рео выше себя, устал играть в эту глупую игру в любовь.       На мгновение Рео замолчал. Он поднял руку, как будто собирался потянуться к Наги и извинится. Но вместо этого он отдёрнул её, позволяя упасть ей, будто тряпичной. — Это было ошибкой. Забудь о том, что только что случилось, — холодно произнёс Рео.       Теперь уже всё равно. Парень с фиолетовыми волосами бросил на Наги последний взгляд, прежде чем выйти из квартиры. Дверь закрылась, Наги остался в полной тишине.       Единственным раздражающим звуком было жужжание телевизора в соседней комнате. Он почувствовал, как цветы в легких медленно распускали свои бутоны. В голове было пусто. Он не пытался дойти в ванную, позволив себе вместо этого упасть на пол. Оркестр из рыданий и надрывного кашля, эхом разнёсся по пустому дому. Кровь, цветы и слёзы смешались в пугающее месиво, теперь покоящееся на полу.       Его сердце словно стёрли в порошок, словно Рео, смеясь, раскрошил его на маленькие кусочки и исчез. Казалось, весь мир разрушился вокруг него, и он никак не мог остановить это. Наги хотел, чтобы это закончилось, хотел, чтобы боль ушла навсегда. И он ждал, пока слёзы высохнут, цветы перестанут опадать, а кровь перестанет капать. Собрав последние силы, он встал и направился в свою комнату. Он схватил телефон и набрал номер человека, который, как он знал, мог это исправить, исправить его. — Добрый вечер, Док. Я… Знаю, что уже поздно, но я хотел бы назначить дату операции. Как можно скорее, если вы не против. Всё стало только хуже. — Конечно, сынок! Я могу назначить операцию в течение двух дней, у меня свободно в три часа. Тебя всё устраивает? — Да, всё отлично, спасибо.

***

      Теперь после событий прошлой ночи, Наги не планировал идти на свадьбу. Он проснулся от очередного приступа кашля. Боль в сердце всё ещё жгла, как сука, но какая-то маленькая часть его молила об окончании этих мучений. Поэтому Наги встал, надел свой лучший костюм и сказал: «К черту всё». Он сел за стол и излил душу на бумаге. Он рассказал Рео всё, начиная с того, что чувствовал, и кончая тем, почему ему сделали операцию. Это было его последнее прощание с любовью всей его жизни.       Наги опоздал на начальную церемонию, что его вполне устраивало. Он не смог бы со спокойной душой выслушивать их клятвы в вечной любви друг другу. Будет даже лучше, если Рео не увидит его. Проблемы, которые могли возникнуть у них обоих, были бы слишком велики. Даже если Наги ненавидел его за тот поступок, что он совершил, он не мог перестать заботиться о нём.       Очутившись наконец в приёмном покое, он глубоко вздохнул. Это было его последнее прощание: самый горько-сладкий момент в жизни Наги. Его руки нервно дрожали, но он всё равно двигался вперёд, он должен был это сделать. Он прошёл через двери и поднялся по лестнице, глубоко дыша, стараясь успокоиться. Подумаешь, это всего лишь свадьба человека, которого он любил, человека, который поцеловал его практически несколько часов назад. Горло Наги горело, но он не позволил этому чувству взять верх.       Как только он вошёл в зал, на него обрушились все виды цветов и звуков. Наги хотелось смеяться от великолепия обстановки. Он выглядел невероятно неуместен в своем обычном синем костюме, купленном два года назад в местном магазине. Это ещё раз напомнило ему, что он никогда не будет соответствовать ни Рео, ни его образу жизни. Глупо было думать, что они когда-нибудь будут принадлежать друг другу.       Пробираясь сквозь толпу, он глазами искал пурпурноволосого юношу. Только когда песня сменилась на более медленную и мелодичную, он наконец увидел его. Он и Айко танцевали посреди зала. Рео нежно держал уже жену за талию, его лицо озаряла улыбка. Улыбка, которая заставила всех поверить в то, что они влюблены. Наги не знал, смеяться ему или плакать. — Они очень красивая пара, не правда ли? — Чей-то голос вывел его из ступора.       Он обернулся и увидел рядом с собой женщину чуть постарше. Наги понятия не имел, кто она такая, но всё равно решил поддержать разговор. — Да, возможно, так и есть, — ответил он, стараясь сдержать внезапно появившееся чувство презрения.       Леди посмотрела на него, прежде чем продолжить: — Я надеюсь, что это так. Всё-таки невеста — моя дочь.       Наги подавился воздухом. Она мать невесты? Он хотел спросить, почему она заставила свою дочь выйти замуж за какого-то незнакомца, почему она не могла просто оставить Рео в покое, оставить его ради него. Но это было бы сумашествием, и он был здесь совсем не за этим. — Конечно, ваша дочь очень красива. Я уверен, что они будут счастливы вместе, — уверил он, не отводя глаз с танцующей пары.       Они действительно выглядели как какая-нибудь идеальная парочка из фильмов. — Знаешь, я догадалась, что ты здесь не из-за моей дочери. Я бы сразу поняла, будь это так. Так кто же ты тогда для жениха? — Спросила женщина с осуждающим выражением лица.       Но Наги только улыбнулся. Он, наконец, оторвал взгляд от Рео и Айко. Безмолвное прощание уже играло в его голове. — Никто. Совершенно никто. — Ответил он. Прежде чем уйти, он сунул письмо в пальто, висевшее на стуле Рео.       Когда Наги наконец вернулся домой, он не плакал и не кашлял, а только улыбался. Он почувствовал такую свободу, какой никогда раньше не испытывал. Может быть, прощания не так уж и плохи. Он молчал до тех пор, пока не зазвонил его телефон. — Наги, привет! Это, наверное, неожиданно, но не хочешь потусоваться? Я купил сегодня новую видеоигру и хотел её затестить. Не хочешь поиграть со мной? — Звучит весело. Исаги, почему бы тебе не прийти? — Хорошо!

***

      Наконец настал день операции. Наги, окруженный белыми стенами, сидел на больничной койке и ждал, когда придут врач и хирург, которые помогли бы ему подготовиться. Сейчас он мог охарактеризовать своё состояние как нервное и возбужденноё. Эта операция станет новой главой в его жизни. Главой без мучительной любви. Без Рео.       Он откинулся на спинку кровати, играя в какую-то глупую игру на телефоне. Дверь открылась, тихо поскрипывая. Он поднял глаза, ожидая увидеть доктора, но тот, кого он увидел на самом деле, вызвал улыбку на его лице. В дверном проёме стоял Исаги, который недавно стал спасением для него. Он был одет в белую футболку, светло-голубые джинсы и длинное бежевое пальто. Даже в повседневной одежде он выглядел миловидно. Наги отложил свой телефон в сторону, другой шаркающей походкой направился к нему. — Эй, я ведь не опоздал? Я задержался, взял некоторые твои вещи, чтобы тебе потом было комфортнее, — сказал Исаги, присаживаясь в кресло рядом с кроватью. Наги только покачал головой, Исаги был слишком добр. —Ты не опоздал, не переживай. На самом деле ты как раз вовремя, — ответил он с нежной улыбкой на лице.       Исаги выдохнул с облегчением. На мгновение между ними воцарилось молчание, затем Исаги осторожно протянул руку Наги. Щёки его порозовели. — Знаешь, я рад, что сейчас могу быть здесь с тобой и ради тебя. Спасибо за то, что доверяешь мне, — признался Исаги.       Наги широко раскрыл глаза. Его постигло приятное удивление, и он улыбнулся ещё ласковее. Наги принял его руку, переплетая с ним пальцы. Наклонившись вперёд, он коснулся лба Исаги своим. — Я тоже рад, что ты здесь, со мной.       Кто знает, как Наги перенесёт эту операцию. Единственное, что он сейчас знал — это пока рука Исаги находилась в его собственной, всё было хорошо.

***

Рео, Я пишу тебе это письмо, чтобы наконец раскрыть свои истинные чувства. Может быть, это эгоистично с моей стороны — взваливать всё на твои плечи сразу после свадьбы, но после этого я, вероятно, больше никогда тебя не увижу, поэтому это одновременно и признание, и заявление об увольнении. На самом деле я пишу это больше для себя. Я влюблен в тебя. Я был влюблен в тебя с того самого дня, как встретил. Я влюбился в твой громкий и звенящий смех. Я влюбился в твое задумчивое выражение лица, которые возникало у тебя, когда ты разговаривал с членами совета директоров. Я влюбился в то, как ты частенько жаловался на работу, но всё равно делал всё, что мог, потому что ты именно такой, таким ты являешься. Я влюбился в твою улыбку, твой голос, твоё желание делать добро не только себе, но и всем вокруг. Я влюбился в тебя, Рео. Но любовь — это не всегда что-то хорошее, это не всегда что-то солнечное и радужное. Моя любовь к тебе была болезненной. У меня развилась болезнь, которая заставила цветы расти прямо в моих легких, до такой степени, что я выкашливал лепестки вместе с кровью. Интересно, слышал ли ты об этом? Ты довольно начитанный, поэтому вероятно уже догадываешься, о чем я говорю. Как ответ на свою неразделённую любовь я получил ханахаки. Честно говоря, я ничего не собирался с этим делать. Я собирался отказаться от своих чувств в надежде, что они постепенно исчезнут. Ты женишься, поэтому уже никогда не полюбишь меня, я думал, что этого достаточно, чтобы покончить со всем этим. Но потом ты пришел ко мне домой. Это было волнующе, опьяняюще, и я хотел большего. Я подумал, что, может быть, это являлось ответом на мои чувства, но потом я увидел твой недовольный взгляд. Не знаю, было ли это из-за меня или из-за тебя, но теперь это не имеет значения. Я бы никогда больше не хотел испытывать тех чувств снова, не хотел бы, чтобы кто-то, кого я люблю, смотрел на меня так. Поэтому в тот вечер я решился на операцию. Уверяю, что к тому времени, как ты прочтешь это, будет уже слишком поздно, чтобы остановить меня. Но я подумал, что лучше рассказать тебе. Было бы неправильно, если бы ты ни о чём не знал. Мои чувства никогда больше не будут тяготить тебя, это уж точно. Но я всё равно хотел поблагодарить тебя. Ты показал мне, что такое настоящая любовь. Ты улыбался мне так, как никто другой не улыбнулся бы, ты подарил мне столько радости, и за это я всегда буду благодарен. Спасибо, что позволил мне любить тебя. А теперь прощай, Твой Наги

***

      Рео стоял перед больничной палатой Наги. Волосы его растрепались, слёзы оставили пятна на щеках, в руке он сжимал смятый лист бумаги.       Рео пришёл, чтобы попытаться остановить парня, чувства к которому так поздно осознал. Он пришёл, чтобы наконец признаться в этом, но увидел, как Наги держал за руки кто-то другой.       Всё было кончено.       Рео решил уйти. Его пробило на кашель, и он прикрыл рот руками. На ладонях остались следы крови и пурпурных лепестков зефиранта.