Цензор

      Напевая выдуманную песенку, Тэ накрывает на стол. Он всегда отдавал предпочтение домашней еде, как и Чонгук. Телефон загорается зелёным индикатором — пришло сообщение. Ким вытирает руки о фартук и стремительно хватает телефон, жадно читая каждую строчку:

Буду поздно. Не жди.

      Раздосадованный парень не скрывает своё недовольство вышедшей ситуацией. Он никогда не ревновал Тэ, но у него складывалось странное ощущение, что Чон отдаляется. Эти мысли преследовали его уже давно, но теперь они стали дышать в его затылок всё громче.       Чонгук был полностью поглощён игрой и желанием показать, кто здесь лучший — пройти игру быстрее, чем его бывший напарник. Он снова залазит в кабинку и нажимает на «Play». Теперь его взору предстаёт картина Великой Отечественной войны, в которой он играет русского офицера. Сейчас его сопровождает украинец и продолжает задавать странные вопросы:       — Хлопчик, я шось не вразумию, ти тут с самого начала, так?       — Ага. — Чонгук слишком сосредоточен на местности, чтобы вслушиваться в его речи.       — Так, если ты пулемёт месяц назад добыл, шо ты клан свой не зробил? С пулемётом-то! — Он кидает в Чона какие-то ягодки, пытаясь привлечь внимание, но всё тщетно.       — Не вышло. — Грустно отвечает парень и разводит руками.       — Темнишь ты шо-то, хлопчик. Темнишь.       Две пары ног замедлили свой темп, поскольку добрались до нужного места. Чонгук привёл мужчину на место, где якобы должен был быть закопан пулемёт и другие боеприпасы. Но, как только они пришли, стало ясно, что кто-то разрыл «клад» и не оставил ничего владельцу.       — Слухай, мил чоловик. Если утащить пулемёт отсюда могут двое, как ты его сюда один припёр? А? — Нервно оглядывается хохол в поисках засады или чего-то неладного, эта пропажа наводила его на нехитрый план молодого парня. Но Чон подошёл к яме, больше напоминавшую разрытую могилу, и присел. Он взял горсть земли и заметил, что раскопки были произведены недавно, следовательно, далеко вор уйти не мог.       — Очевидно, я был не один! — Гневно выбросил парень из рук землю и вспомнил, как они с Чимином прятали здесь оружие. Только он мог знать, где оно находится, и прийти за ним.       — М, нет никакого пулемёта… — Досадно подвёл итог мужчина, уперши руки в боки. — Тебе просто моя граната нужна.       — Ну куда же я без твоей гранаты?       — Угу. — Не долго думая, он достаёт револьвер.       — Тут помимо пулемёта был почти ящик динамита. — Отряхивая руки, он наконец-то замечает, что находится на мушке.       — Револьвер. Без кобуры. Потихеньку. Угу. — Мужчина забирает у Чона оружие. — Прыгай. — И указывает на яму.       — Эх! — Чонгук поворачивается, чтобы спуститься и замечает скрытую под насыпью земли лопату. Он опирается именно на это место, чтобы она осталась незамеченной и прыгает в яму, попутно поворачиваясь и ударяя парня по ноге остриём.       — Ай, падла! — От сильного удара вояка падает, а Чонгук получает время, чтобы скрыться в густом лесу. — Сволота! — Лежа на холодной почве, парень пытается выстрелить прямо в нападавшего, но он слишком быстро передвигается. — Погань! — Его попытки не прекращаются. — Думаешь уйдёшь, падла? Да куда ты уйдёшь без ствола? Да тебя на хуторе, как только ты без меня явишься, тут же на куски порвут! — Кричит в след раненый и поднимается, ковыляя за убегающим. — Падла ты гнилая! — Но Чон и не думал бежать в сторону хутора. Он петляет вокруг, чтобы его не подстрелили. — Не дойдёшь ты до хутора, тебя тут прикопаю. — Он пытается прицелиться, но голова его смутно соображает. Он смотрит на ногу и, понимая, что обыграл его, Чонгук выходит из-за дерева и направляется к парню, который забрал его револьвер. Казалось бы, теперь ему гораздо легче попасть в цель, ведь она движется прямо на него, но Чон лишь имитирует выстрел пистолета двумя пальцами правой руки и его соперник падает обессиленный.       — Если отключаешь боль — следи за каждой царапиной. Потерю крови ещё никто не отменял. — Он ощупывает корчащееся от боли тело на наличие другого оружие, как вдруг слышит выстрел. Он понимает, что главный его враг совсем рядом и нужно спешить.       — В спину стреляешь?! — Кричит Чимин после неудачного выстрела Гука. Он хватает ружьё и пытается скрыться за ближайшим деревом.       — Крысе!       — А сюда пришёл, чтобы что? Поделиться со мной?! — Теперь следовал ответный выстрел, но тоже мимо. — Всё-таки не уступишь?! — Спрашивает Чим, уже наготове выстрелить следующим патроном.       — Я никогда не проигрываю! — Чонгук перебегает за другое дерево и делает поспешный предупреждающий выпал.       — Зачем тебе всё это?!       — Три. — Считает Чон тихим хриплым голосом и отвечает другу залпом. Рядом с собой он обнаруживает труп, в карманах которого лежит магазин именно для такого ружья, из которого сейчас палит Пак. — Пять всего.       — Ты же можешь, хоть полгода, хоть год играть! Купишь себе виру на свои призовые и играй сколько влезет без корочек! — Чим палит свой четвертый залп и достаёт из кармана ещё два патрона, которыми заряжает пушку.       — Пять. — Шепчет Гук и достаёт второй револьвер. Он выходит из-за укромного деревца, которое защищало его до сих пор, с полной уверенностью, что застанет соперника врасплох. — Сдаёшься?! Санчо Панса!       — Шесть, семь! — Считает уже Пак и тоже выходит из своего укрытия. Он не ожидал, что Чон так приблизился. Их оружие смотрело дулом друг на друга. Заветное мгновение: они оба стреляют и падают навзничь.       Слишком поздно Чонгук приходит в себя: Чимин уже успел отбросить его револьвер на хорошее расстояние и наблюдает за тем, как парень приходит в себя, наставляя на него винтовку.       — Пойми, мне оно нужнее. Поверь! — После признание Пак нажимает на курок, чтобы оставить своей жертве больше мучений, и стреляет по ногам. Чон корчится от боли, а в небесах от переполоха стали переговариваться вороны, поспешно улетая с опасной зоны.       — Сука!       — Ну что? Будем считать, что всё между нами было честно с самого начала? Кто лучший, тому всё и досталось. Без обид? — Уже наслаждаясь своей победой, издевался Пак. Во второй его руке красовался огромный тесак, которым он хотел закончить дело.       — То есть ты — самый лучший?       — Можешь выходить. Ставь скрипты, я добью так тебя, как пустую тушку.       — Думаешь, тебе всё досталось?       — Ну, как хочешь! — Радостно заулыбался парень. Но неожиданно в руках Чонгука появляется ручная граната.       — Тебе меня не победить. — Уверенно говорит он, но с запинками из-за непрекращающейся боли. Его собеседник резко поменялся в лице и с опаской смотрел на товарища.       — Ты что, хочешь меня этим достать? — Смеясь заявил тот. — Да за пять секунд черепаха спрячется. — Шутил он, но продолжал пятиться назад. Однако глаза Чона уже не следили за его движениями, а были направлены в абсолютно противоположную сторону. Он хотел нанести максимальный урон своему «другу» и знал как. — Ты что делаешь?! Стой! Там же динамит! Ты пулемёт взорвёшь! Нет!!!       Чон отрывает чеку и бросает в сторону лежавшей недалеко взрывчатки. Рядом находился и тот пулемёт, о котором так мечтал уже мёртвый украинец. Чимин падает в канаву, чтобы взрывная волна не накрыла его, а Чонгук переворачивается и закрывает уши. Мощный взрыв не оставляет и следа от желаемого Паком орудия.       — А! Идиот! Там же без пулемёта никак. Там же их столько! Там без пулемёта их не покрошить! Без шашек! Ааа! Я думал, я думал, ты со мной, а ты, как все они. Что? Что ты думаешь, ты мне плохо сделал?! Да там же теперь никто не пройдёт! — Чимин орал на весь лес, резал землю и рвал траву вокруг. Он был зол, но его планы были успешно сорваны, как и задумывалось. — Зачем тебе это?!       — Потому что я — лучший. — Еле слышно отвечал Гук. После этих слов Чим, словно сумасшедший, бросился на искалеченного Чона, но его револьвер достиг цели быстрее, чем нож врага. Чонгук застрелил друга, но выиграть сегодня уже не смог. Этот диалог послужил новым этапом в их дружбе — бесповоротная война за место лучшего.       Прибыв домой, Чимин злостно бросает свою куртку на пол, снимает очки и мчится на второй этаж квартиры.       — Сука! Где ты?! — На полке возле телевизора он находит календарь — подарок на годовщину от подразделения, — в котором открывает страницу с Чонгуком, приставляет к ней нож и спрашивает: — Зачем тебе это, сука?! — Острый нож рвёт все страницы, который только были в стилизованном проекте. — Ты же можешь купить себе эту виру сколько захочешь! У тебя есть деньги! — Он продолжал терзать изображение, воображая настоящего парня.       — Вира-клуб некая «Застава». Сейчас подожди, посмотрю адрес.       — Хо, подожди, у меня вторая линия. — Прервал его Чонгук. — Да.       — Гуки, привет. Помнишь о завтрашних планах?       — Нет, не помню.       — Мы же летим на Бора-Бора. — Разочарованно пытается напомнить Тэ.       — Тэхён, если хочешь лететь — лети один. Я не могу!       — Как, ну мы же… — Но его недослушали.       — Всё, я не могу говорить! Да, Хо, где ты говоришь этот клуб находиться?       Расстроенный Тэхён бросает плюшевого мишку, первый подарок возлюбленного, прочь из рук, как можно дальше, чтобы не видеть. Сложа руки на груди он тяжело и гневно дышит, ведь отдых ему был обещан ещё давно, а сам он лететь не хочет. Это была единственная возможность побыть вдвоём и наладить контакт, и она так резко ускользает от него. Немного успокоившись и обдумав ситуацию, он плетется за любимым мишкой и обнаруживает, что с полки, в которую врезался любимчик, упала какая-то папка. На ней нарисована буква «Ц». Не долго думая, Тэ начинает листать и видит перед собой множество картинок: вира-кабинку, Чонгука, а рядом март и цифры — это был тот самый календарь, который сейчас искромсал на куски напарник его парня. На последнем обороте были изображены смеющиеся Чонгук и Чимин, но Тэ ещё не знал нового напарника в лицо, так что не мог сказать, кто на фото рядом.       После того, как от папки ничего не осталось, Чимин пошёл в тёмную комнату за чёрной коробкой, которую он бережно поставил на кровать и присел рядом. Он так аккуратно открывал её, что могло сложиться впечатление, что содержимое — что-то очень хрупкое и ценное для него.       — Значит, сука, решил поиграть со мной. Жизнь мне попортить. — Из неё он достал телефон, браслет. — Были тут уже такие герои. — Последним предметом стала ужасающая маска, на которой когда-то красовалась кровь. Вспоминая некоторые фрагменты, Чимин неспешно надевал её.       Прекрасный ясный день. Машина подъехала в какое-то заброшенное здание, где уже был Пак, он был как раз в этой маске и снимал всё на телефон.       — Ты чё в маске, ты же нас снимаешь? — Смеялись двое парней, которые вышли из машины и открывали багажник.       — А он, наверное, как в этом. У меня такое было в «Зодиаке». Когда играешь… Ну, в общем там моё лицо под камеры не попадало и знаешь как вычислили? В общем там бутылка была и моё лицо в этой бутылке отразилось, и они с помощью специальной программы вычислили.       — Ты параноик. — За этими разговорами они тащили тяжелый мешок к бетонной яме, пока всё это Чим записывал на видео. В мешке, как позже оказалось, находилась именно та девушка, дочь Намджуна, которую зверски убили двое подростков. Она ещё была жива, а её волочили по полу, словно мусор.       — Всё, стоп. Здесь! — Приказывает Чимин. — Давай сюда! — Двое парней приподнимают ей и бросают в эту яму. Она кричит, пытается вырваться, но бесполезно. Одержимые парни и не думают её отпускать. — Давай канистры.       — А че, сжигать-то обязательно?       — А че, топить что ли? — Шутит второй, заливая плачущую девушку бензином. — Потом всплывёт, к берегу прибьётся. Сколько раз уже такое было?       — Так это, закопать же можно!       — Ага, а запах? Собака учует, откопает и…       — За всё надо платить. — Приговаривает в своих размышлениях сидящих дома в маске парень и разглядывающий браслет той самой жертвы.       Зажженная спичка летит вниз и пламя охватывает бедную девушку с головы до ног. Он всё ещё кричит, в надежде, что её кто-нибудь услышит и спасёт. Она всё ещё надеется, что кто-то из ребят придёт в себя.       — Эй, ты че? Ты его убил? — Съёмки прекратились, а нож Пака пронзил тело первого парня, успевшего запечатлиться на его видео. — Харош, ты что делаешь? Перестань! — Догорающая в яме девушка всё ещё подавала признаки жизни, а эти двое парней — больше нет. Они так и остались лежать рядом с ней, как главные виновники, пока Чим уходил с места преступления.       — Главное — не оставлять следов. — Телефон его запищал и он вынужден был покинуть мир воспоминаний, чтобы ответить на входящий звонок. — Алло. Ким Тэхён… — Плавно снимая маску и продолжая разглядывать её, произнёс он. Тэ настоял на встрече в кафе.       — Я, конечно, понимаю, что мы не настолько близко с тобой знакомы, но Чонгук вообще меня ни с кем не знакомит со своей работы. А, насколько я знаю, вы с ним напарники…       — Да, мы напарники. — Если бы это было возможным, то из его глаз тут же посыпались искры ярости от упоминания этого имени.       — Мне больше не к кому обратиться.       — Я понимаю, всё хорошо. — Стал было успокаивать парня Чим. — Скажи, что тебя тревожит?       — Мне кажется, что Чонгук от меня что-то скрывает.       — Ну, у тебя есть повод для беспокойства: там у нас в отделе столько красоток ходит. — Договорив, он улыбался, вспомнив ту красотку, что недавно убила его своим укусом.       Именно эту девушку сейчас пытался обойти Чон. Он выжидал, когда наступит нужный момент, чтобы добраться до машины.       — Меня беспокоит другое: Чонгук в последнее время стал очень скрытный, он стал другой. Чужой какой-то. Ничего мне не рассказывает, как будто в другом мире существует. Либо, потому что у него там неприятности и он хочет меня от них оградить, либо, потому что не доверяет мне, потому что я ничего не понимаю в современных технологиях, в играх, в вире.       План Гука срабатывает: им удается раздобывать автомат, лежащий в машине и уйти от преследования целой стаи зомби. На двух машинах они следуют прочь от погони. Но Чонгук останавливает свою, а вторая тормозит вслед за ним.       — Ну скажи мне: это же затягивет, да? Как наркотик. Расскажи. — Спрашивает Тэ.       Чон вылазит из машины, достает из-под капота пистолет и следует ко второй.       — Что случилось? — Кричит Линда.       — Сиди и не вылазь.       — Что такое? — Спрашивает водитель, которого Гук выталкивает из машины с ребёнком.       — Нет времени объяснять, иди туда. — Он уезжает в незапланированном направлении.       — Может быть, мне самому стоит попробовать? — Спрашивает Ким в надежде получить ответ хотя бы на один из вопросов.       — Я не знаю: понравиться ли тебе это, ты ведь никогда не играл. Тебе нужно отцифроваться. — Предлагает Пак. — Отцифроваться.       — Мне?       — Угу. Сейчас очень большой спрос на цифровые копии с живых людей.       — Я знаю, что делают с этими цифровыми копиями и их…       — Это всё неважно. — Перебивает парень, он уже загорелся этой идеей. — Это всё можно обговорить, уточнить в договоре, по пунктам.       — Да, но…       — Что но? Тогда ты будешь ближе к нему. Ты ведь этого хочешь?       — Да! — Уверенно заявляет Тэ. — Но, ты думаешь, это поможет?       — Послушай, я… — Чимин пафосно шмыгнул. — не семейный психолог. Если тебе наплевать на Чонгука — ты можешь этого не делать.       Наконец-то машина останавливается. Чонгук выбрасывает пистолет из машины и пытается что-то найти на заднем сидении.       — Почему мы не едем? — Спрашивает девочка. — Что-то с машиной? — Чонгук достаёт нож из-за водительского зеркальца. — Ты думаешь это поможет?       — Ничего, справимся.       — Это очень опасно: если их кровь попадёт на слизистые оболочки, то вызовет заражение. Надо беречь лицо, даже от случайных брызг, особенно — глаза и губы. — Осталось всего шестьсот девяносто лембед до лимита. Безоружный ребёнок даёт четыре с половиной сотни. Чон поворачивается к девочке и пытается умоститься поудобнее, чтобы нанести как можно больший урон. — Заражение может произойти даже через кожу, если на ней есть повреждения или просто от соприкосновения. — Она не умолкала и тараторила о возможностях подхватить заразу, не давая Чонгуку собраться с мыслями. Своими детскими глазками она смотрела на него. Парень подсел ближе. — Также возможно заражение через нахождение в воде. После заражения наступает слабость. Если не введён в нужном количестве антидот, через 24 часа наступает кома и конец. Что будет потом — уже неважно. — Чонгук примеряет варианты: бить в живот или горло. Он берёт девочку за шею, но она не утихает, а лишь корчиться от боли из-за того, что Чон ухватил её за волосы и тянет, чтобы оголить шею. Он заносит над её грудью клинок, вздыхает и убирает его. Так повторяется несколько раз, пока девочка, молча, зажмурив глаза, ждёт своей участи. По лицу Гука видно, как сильно он сейчас борется с собой: место лучшего сейчас может занять его напарник, который бы без сомнений, уже давно разрезал её на маленькие кусочки и съел, если бы потребовалось, чтобы полностью ощутить этот вкус победы, но он не такой. Он не может убить невинного. Даже в игре. Он не может. Он пересаживается на водительское кресло, кричит и бьёт по сигнальной кнопке, заставляя всех ближайших зомби проснуться и прийти к ним. Злой, он открывает дверь и выходит им навстречу: безоружный против целой толпы орущих и кусающихся тварей. Да он и не сопротивляется особо. Он не смог.       Теперь уже на красном ягуаре в полном одиночестве, но всё с той же злобой, едет Чон домой на невероятно высокой скорости. Там его ждёт Тэ, который загорелся идеей сделать сюрприз любимому. А сегодня их ожидает горячая ночь: Чонгук вдалбливает в постель послушного парня, ловко переворачивает его на живот и тянет со всей силы за волосы, пока тот продолжает стонать.       — Чонгук, у тебя всё в порядке? — Спрашивает Тэ, когда Чон отстраняется, держась за тот самый участок головы, где партнёр только что чуть было не вырвал все волосы. Но он молчит, оставляя его наедине со своими мыслями и догадками.

Обнаружен подозреваемый в стрельбе в торговом центре. Свидетель наблюдал, как он двигался на юг. Внимание всем, преследование нарушителя в направлении юг по 95 шоссе.

      Чонгук ночью летит двести километров в час по пустой дороге, где ему мешают только дождь и патруль, который отчаянно пытается его догнать. Но он быстрее и едет без фар.       — Вижу объект. Начинаю преследование! Все свободные машины в мой квадрат!       — Твою мать! — Чон и не думает останавливаться, но полиция на хвосте его не особо радует.       — Зажимаем его в кольцо! Остановите машину! Сейчас будем стрелять!       Но эта скорость была для Гука лишь разгонкой, он давит на газ сильнее и уходит от двух машин, пытающихся сжать его в тиски.       — По колёсам работай! Он уходит! Перекрывайте шоссе!       — Идите нахер!       — Он свернул к южной ТЭЦ.       Впереди послышались звуки приближающегося поезда. Это был единственный шанс оторваться. Чонгук разгоняет машину до максимума, посреди путей он поворачивает голову посмотреть насколько состав близко и зажмуривается.       — Вот чёрт! Мы застряли на переезде, он ушёл в промзону!       Дальше Гук действовал по отработанной и рабочей схеме: не попасться вертолёту, заехать под мост и ждать. Ждать, пока они проедут мимо.       — Это 101, контакт потерян, ждите!       В ожидании Чон замечает, что до порога ему осталось шестьдесят два лимбеда.       — Твою мать. Только не сейчас. — Послышались звуки сирены, они были рядом. Выжидаем момент и вот, Чон снова заводит двигатель и отправляется в путь. А местом его назначения был офис, куда он быстро доехал, но не остался незамеченным. Времени не так уж и много: скоро приедет полиция, а у него нет столько оружия, чтобы отбиться от всех. Он открывает дверь, а другой рукой достаёт из-за спины пистолет, который пока скрывает там же. Как только он заходит, глаза у него расширяются до невозможности — перед ним стоял Тэхён и разбирал какие-то бумаги. Увидев боковым зрением входящего, Тэ отвлёкся и теперь смотрел на него в ответ. Машины полиции уже были на месте. Тэхён теребил ручку в руках и мило улыбался Чонгуку, а тот был сбит с пути: реальность ли это? Тут Чону вспомнился телефонный разговор:

У меня для тебя сюрприз. Не могу сказать, но ты увидишь.

      Чонгук плавно достаёт руку из-за спины, не для того, чтобы закончить начатое, а растерявшись, но он и не заметил, как омоновцы вошли в здание и держали его на мушке. Как только они увидели пистолет, тут же расстреляли его на месте.       В холодном поту очнулся Чон. Он всё ещё не могу поверить, что только что увидел Тэхёна в игре. Что более ужасное, он должен был его убить и он бы сделал это, будь у него ещё немного времени. Но на секунду он задумался: могла ли это быть реальность?       — Это что было такое? Твою мать! — Он вспомнил взгляд Тэ и от этого ему стало ещё больше не по себе. Его размышления прервал телефонный звонок, на экране высветилось «Ким Намджун». — Да, шеф.       — Я что-то пропустил или вы ещё не предоставили отчёта?       — Сегодня… — Парень пытался отдышаться. — всё будет готово.       — Рад слышать! — По буквам процедил тот.       — Вечером отправлю.       — Жду. — Намджун сбросил звонок и тут же его снова одолел приступ кашля.       — Господин Ким, так нельзя! Вам нужно взять отпуск. Вы должны лечиться всерьёз, потому что так вы совсем не отдыхаете. — Линда начала разговор с начальником.       — Брать отпуск можно тогда, когда из него успеешь вернуться.       Чонгук неустанно бьёт себя по виску:       — Ты будешь работать или нет, сука?! — Он осматривает свои руки и видит, что находит в вира-кабинке. Чон достаёт ключ из кармана и решает схитрить: режет свою ладонь, чтобы быть полностью уверенным, где начинается реальный и заканчивается виртуальный мир. Чтобы точно быть уверенным, что Тэ в игре — ненастоящий. Чтобы пройти миссию на этот раз. — Сейчас ты узнаешь, чем я тут занимаюсь!       Гук снова погружается в ту же игру, снова уходит от погони, снова скрывается под мостом и ждёт, снова едет в тот офис, где его ждёт милый, знакомый и приятный образ. Перед выходом из машины он проверяет ладонь — пореза нет — это вира-мир. Теперь он может сделать, что захочет, ведь у него есть ориентир. Он заходит в офис, где его встречает тот же взгляд Тэхёна. Чон стреляет в посетителей, охрану, персонал, стреляет в живот Тэ, подхватывает его и волочит в подсобку. Полиция уже на месте и дает залп огня, но мимо. Парень прикрывается заложником, чтобы очередь прекратилась и это срабатывает. Ему удается скрыться. Заперев на ключ маленький кабинет, он прицеливается — всего шестьдесят лимбед, а ему до порога нужно сорок. Но он решает пойти по-другому пути: кладёт на полку свой пистолет и берёт отвертку. Другое дело — двести пятьдесят. Парень под крики полиции о том, что не стоит трогать заложника, берёт Тэ за горло и начинает сдавливать руку всё сильнее, усаживается ему на ноги и бьёт. Из шеи выливается струями кровь, парень кричит от боли, но Чон не собирается останавливаться, ведь нужно ещё, как минимум три удара. Он поднимает Тэ и наносит следующий удар в живот, ещё и ещё…       — Штурм!       С этими словами за дверью у Чона перед глазами наконец-то появляется фраза «Достигнут порог лембед», а также истекающий кровью любимый парень, которого он только что собственноручно убил, причем не самым гуманным способом.       — Сдаёшь позиции, Чонгук. — Заявляет Хосок, видя друга в отделении. — Чимин сказал, что ты его уже не догонишь.       — Я никогда не проигрываю, не проигрывал и начинать не собираюсь, понял?! — Разъяренный Гук оттолкнул собеседника.       — Это из-за Тэхёна?       — А причём тут Тэхён?       — Ну, или вы ещё вместе? Прости, это, наверное, не моё дело. — Парень разводил руками и поспешно удалился.       — Привет. — Сказал Чонгук Линде, которая заваривала себе кофе на кухне.       — Привет. — Девушка сразу же бросила все свои дела и повернулась к Чону, который уже давно очаровал её.       — Как у нас дела?       — М, хорошо. — Усмехнулась она. На столе Чонгук увидел планшет со статистикой, который очень сильно его заинтересовал. Он ухватил его, не спрашивая разрешения, и девушка немного оторопела.       — Чимин, что решил собрать всё, что наши скауты нарыли?       — Чонгук, я не должна… — Она попыталась выхватить планшет, но не успела.       — Правда?       — Господин Ким сказал, чтобы ни Чимину, ни тебе.       — Угу, да мы просто отчётность посмотрим. Что там наш напарничек наиграл за последний месяц? Посмотрим и всё. — Он открыл запись с импланта Чимина с недавней игры о Великой Отечественной.