Всего один укус, сэр

Чимин возвращался домой своим привычным маршрутом, проходящим через небольшой парк. Обычно в это время здесь было не очень много людей, но в этот день их вообще не было видно. Кроме небольшой щупленькой фигурки, что преследовала парня последние минут десять. Спустя еще две Пак не выдерживает, останавливаясь и резко разворачиваясь. — Чего тебе? — парень брови к переносице сводит и разглядывает подростка, совсем мальчишку, что вздрагивает, также останавливаясь. Его лицо трудно разглядеть, парнишка старался идти чуть поодаль, а фонари светили совсем слабо, тот еще и натянул капюшон своей толстовки, отчего Чимин лишь сильнее нахмурился. — Извините, — младший говорит отстраненно, тихо и как-то неуверенно. Но чарующая легкая хрипотца, придающая его голосу особый шарм, заставила Чимина прислушаться повнимательнее, — сэр... У меня к вам немного странная просьба есть. — Что такое? — Пак смягчается и подходит ближе, разглядывая мальчишку. Тот совсем крохотным кажется, толстовка на худом теле висит мешком, а кожа совсем бледная, едва не белая. — Я... Извините, об этом немного неловко говорить, — юноша смущается, натягивая капюшон ещё больше. Он подросток, среднюю школу, наверное, даже не закончил. Что ему может быть нужно? — можно... Можно я вас укушу? — Чего? — глаза Чимина округляются, и он на ребенка уставляется в непонимании, — это шутка какая-то? Мальчик, иди домой, поздно уже, — парень кивает, а после разворачивается, собираясь продолжить свой путь домой. — Сэр, пожалуйста, подождите! — парнишка Пака догоняет, вставая перед ним и тем самым преграждая ему путь, — мне кушать хочется... Я совсем немного возьму, правда, и сильно больно не будет, обещаю! Я ни капельки не ел уже три дня, пожалуйста, сэр, не отказывайте... — Что? Три дня? Как так, маленький? — Чимин ахает и покачивает головой, тут же начиная оглядываться по сторонам в поиске какого-нибудь магазинчика. — Купить тебе что-нибудь? Что ты хочешь? — Я... Я вас хочу... — тихо мямлит мальчишка, неуверенно стягивая капюшон со своей головы. Он поднимает взгляд на Чимина, и тот видит его ярко-красные зрачки — этот малой... Самый настоящий вампир? — В каком это смысле? — сначала Пак совсем не понимает, о чем толкует этот ребенок. — Так ты... Ты правда хочешь укусить меня? — Я несильно, обещаю вам, — младшенький потирает свой маленький носик, тяжело вздыхая, — я выполню любое ваше желание, сэр, только дайте покушать, пожалуйста... — Ах, господи, — Чимин вздыхает, продолжая оглядываться по сторонам, обдумывая ситуацию, — ладно, хорошо, только не здесь, пойдем ко мне домой, — парень хватает младшего за руку, чувствуя прохладу чужой кожи и ведя подростка за собой. Юноша чувствует тепло чужой ладони, сжимает её в своей руке мягко и несильно, но вполне ощутимо. Свободной рукой он натягивает капюшон обратно, стараясь не поднимать свой взгляд на Чимина. — Умоляю, простите меня за то, о чем я вас прошу, — тихо шепчет тот, тяжело вздыхая, — только... Сэр, только не убивайте меня, хорошо?.. — Убить? С ума сошел? Я похож на того, кто хочет убить тебя? — парень оглядывается на мальчишку и недовольно фыркает. — Сколько тебе лет, зубастик? — негромко спрашивает он, когда они наконец покидают парк, направляясь к дому Чимина. — Шестнадцать... — негромко отвечает младший, шумно выдыхая — вы сейчас с лёгкостью можете меня убить... Я слабый, а ещё маленький и одинокий. Искать все равно никто не станет... — Не глупи, никто не станет убивать ребенка, — вскоре они добираются до нужного дома, Пак вновь оглядывает парнишку и проходит в лифт. — Почему ты один? — негромко спрашивает Чим, вновь чуть хмурясь. — Родителей убили месяц назад, а о других своих родственниках я ничего не знаю, — юноша смотрит в зеркало, но только потом вспоминает, что своего отражения от там не увидит, — дурак, каждый раз про это забываю... — бубнит тот себе под нос, отворачиваясь от зеркала. — Мне очень жаль... — Чимин кивает, упираясь взглядом в пол. Вскоре лифт останавливается, и парень спешит пройти к нужной двери, отпирая ее и пропуская юного вампира в свою квартиру. — Не стесняйся, проходи. — Я... Я не хочу смущать вас своим присутствием. Можно я просто покушаю и пойду? — мальчишка поднимает свои большие красные глазки на Пака, дышит размеренно, стараясь не сделать и не сказать ничего лишнего. — Нет, все в порядке, проходи, будет неудобно делать это... Здесь... — Пак оглядывает прихожую, стягивая свою обувь, — тем более, я так понимаю, идти тебе все равно некуда, можешь побыть у меня пока. — Сэр... Приютить вампира — навести на свою обитель порчу, вы не слышали о такой примете? — младший неуверенно снимает потрепанные кеды, аккуратно ставит их в сторону и следует за парнем... На кухню, кажется. — Я в это не особо верю, — парень кивает, заглядывая в холодильник, но в итоге закрывает его, так ничего и не взяв, — как тебя зовут, маленький? — Юнги... Мин Юнги, — вампир немного смущается от тёплого «маленький» в свою сторону и неуверенно улыбается уголками губ, — а вас... Вас, сэр, как зовут? — Пак Чимин, — он мягко улыбается и подходит к парнишке, аккуратно стягивая с того капюшон, — здесь тебя никто не увидит, не волнуйся, — уверяет Пак, кивая, — чтож, думаю, ты уже можешь укусить... Должно быть, ты очень голоден, — неловко проговаривает Чимин, поглядывая на младшего. — Да... Очень, — Юнги неуверенно подходит ближе, пальцами касается обнажённой шеи Пака и шумно выдыхает, мягко поглаживая её, — у вас очень нежная и тонкая кожа... Боюсь, будет немного больно во время укуса. — Все в порядке, Юнги, не переживай обо мне, — Чимин кивает, одобрительно улыбаясь, а после чуть отклоняет голову в сторону, — можешь просто сделать это. — Извините, извините меня за то, что я делаю, у меня просто нет выбора, — Мин встаёт на носочки и прикасается губами к нежной смуглой коже, аккуратно посасывает её, а потом резко протыкает острыми клыками, вгрызаясь в шею чуть ли не намертво. Он пьёт горячую кровь медленно, стараясь не переусердствовать и не взять слишком много, дышит тяжело, ведь такой вкуснятиной вампир баловал себя невероятно редко — все-таки донорская охлажденная кровь со свежей никогда не сравнится. Пак морщится, шипит от резкой боли и руки кладет на чужую талию, держась за парнишку. Шея ноет от пульсирующей боли, а голова, уже спустя пару минут, начинает кружиться. Насытившись и решив, что с него хватит, Юнги аккуратно вынул клыки и отстранился, также тяжело дыша. Он медленно провел языком по своим клыкам и губам, собирая остатки крови и не давая пропасть ни капле. Чимин слегка пошатывается, чувствуя слабость в теле, и аккуратно усаживается на стул, чтобы не упасть. — Тебе лучше? — негромко спрашивает он и рукой тянется к своей шее, касаясь небольших ранок и немного морщась. На кончиках пальцев тут же оказывается его собственная кровь, на что парень лишь устало вздыхает. — Простите, я выпил слишком много, мне надо было остановиться раньше... Простите... — Юнги достает из кармана толстовки маленький пластырь и подходит к Паку, немного отклоняя его голову в сторону, — сейчас... Я исправлю, — младшенький аккуратно клеит пластырь на место укусов, чтобы кровь из шеи больше не текла. — Все хорошо, не переживай, дай мне воды, пожалуйста, — Чимин указывает на холодильник, в котором были две небольшие бутылки с водой, — я просто передохну немного и буду в порядке. — Да... Секунду, — Мин тут же подрывается к холодильнику, достаёт одну бутылку и откручивает от неё крышку, протягивая открытый сосуд старшему. — Держите, сэр. — Спасибо, Юнги, — Пак кивает и чуть улыбается, тут же делая несколько жадных глотков воды, — так ты останешься? — негромко спрашивает он, переводя взгляд на парнишку. — Я... — юноша прикусил нижнюю губу, тяжело вздыхая, — я понимаю, что вы предлагаете это из вежливости... Мне не хочется смущать вас своим присутствием, поэтому я, пожалуй, пойду... — Нет-нет, маленький, подожди, — Чимин хотел было подняться, но голова все еще немного кружилась, так что он лишь плюхнулся обратно на стул, — если тебе некуда идти, ты правда можешь остаться, мне здесь бывает одиноко, — негромко проговаривает он, кивая. — Сэр... Вы не шутите? — Юнги поднимает свои красные глаза на старшего, мило хлопая ими, — я совсем не буду вам мешать, честно, могу хоть в коридоре спать! Главное в тепле... — Не нужно в коридоре, Юнги, — Пак смеется, качая головой, а после вновь делает несколько глотков воды, — садись, — парень указывает на другой стул и все-таки поднимается, заглядывая в холодильник в поисках чего-нибудь на ужин. Парнишка послушно садится на предложенный стул и внимательно наблюдает за Чимином, стоящим к нему спиной. Подумав немного, он говорит: — Там кроме вчерашней лапши, пары яиц и бутылок воды ничего нет, сэр. — Да, я знаю, завтра зайду в магазин, — Чимин кивает, но зачем-то все равно оглядывает холодильник, будто надеясь, что вкусный ужин появится там сам собой. Взяв лапшу, парень возвращается за стол, решая даже не разогревать ее, чтобы как можно скорее поесть и пойти спать. — Сэр, она же совсем не вкусная, когда холодная. Лучше разогрейте ее, — вампир серьёзно смотрит на жалкие холодные остатки лапши, тяжело вздыхая. Вот он только что поел вкусной горячей крови, а тот, кто её ему дал, питается вот этой гадостью? Чимин жует немного слипшуюся между собой лапшу, а после поднимает взгляд на парнишку, смотрящего прямо на него. Парень вздыхает, чуть кивая, и все-таки отправляет порцию в микроволновку. — Не называй меня сэр, пожалуйста, это неловко, Юнги, — Пак мягко улыбается, — как насчет «хён»? — Хён... Хорошо, хён, — младший смущённо улыбнулся, согласно кивая, — у вас завтра шея может немного болеть... Раны на месте укусов будут затягиваться. Но уже к вечеру все будет хорошо. — Ладно, потерплю, — парень вновь улыбается, — ты был очень смущен... Не часто просишь о таком людей, да? Чем ты обычно питаешься? — Чимин достает из микроволновки согревшийся ужин и вновь усаживается за стол. — Да... Я пил тёплую кровь всего пару раз, — Мин почесал свой маленький носик, тяжело вздыхая. — Когда родители были ещё живы, то мы питались специальной донорской кровью. Но сейчас... Мне приходится выживать вот так, приставая к прохожим и прося их дать немного крови. Это невероятно неловко и стыдно... Но по-другому просто не получается. — Маленький, мне так жаль, — Пак дует губки, глядя на младшенького и вздыхая, — больше тебе не придется так делать! Хён тебе поможет! — Чимин уверенно кивает и улыбается, набивая щечки теплой лапшой. — Мне нужно потерпеть до совершеннолетия, тогда я смогу брать донорскую кровь сам, — Юнги бездумно смотрит на свои бледные маленькие ладошки, неосознанно дуя губы, — сам... И все снова будет хорошо. — А ты учишься сейчас? Должен же учиться в школе, верно? — парень продолжает жевать, расспрашивая мальчишку, — ты ведь еще маленький, Юни. — Я отучился девять классов. Но почти перед самым началом нового учебного года родителей убили... И я не смог продолжить обучение, — младший говорил тихо, ведь болезненные воспоминания давили, заставляли прочувствовать всю боль ещё раз, заставляя юношу зябко поёжится. — Прости, что напомнил, наверное, мне нужно перестать тебя расспрашивать, — Пак опускает взгляд, вздыхая, а после все-таки решает спросить еще кое-что, — но ты хотел бы закончить школу? — Очень сильно, — Мин кивнул, кусая свою ладонь клычками, чтобы не расплакаться прямо перед Чимином. Этого он сейчас совсем не хотел. — Только другую. Не ту, в которой я учился раньше. — Я бы мог тебе помочь, наверное, — Пак кивает, задумываясь, — с той что-то не так, да? Тебя обижали там? — парень хмурится, заканчивая со своим ужином и оставляя посуду в раковине. Помыть можно было и завтра. — Я был единственным вампиром в классе. Меня очень сильно не любили, — Юнги вспоминает своих старых одноклассников, шумно выдыхая, — постоянно смеялись, тыкали пальцами, чеснок в лицо совали, дразнили из-за того, что я в зеркале не отражаюсь... Делали много всего неприятного. — Просто ужасно, Юни... Это были очень плохие люди, — Чимин вздыхает и подходит ближе к младшему, наклоняясь и приобнимая его, — но не все такие, не бойся, я, например, не обижу тебя, — почти шепотом проговаривает он, продолжая обнимать Мина. Подросток тихо всхлипывает, обнимая старшего крепко, утыкаясь носиком в его плечо и прикрывая глазки. Он так сильно устал, что поддержка, которую ему оказывал парень, являлась сейчас просто спасительной. — Не плачь, маленький, иди сюда, — Пак поднимает парнишку со стула, а после подхватывает его на руки, выходя из кухни, — ты такой худенький, Юни, с ума сойти, — негромко шепчет парень, продолжая прижимать хрупкого подростка ближе к себе. Чимин проходит в спальню и даже не включает в ней свет, аккуратно ложась на кровать вместе с Мином и давая ему возможность выплакаться. — Я так устал, хён... — жалобно скулит юноша, сжимая в кулачках футболку Чимина, — я всю жизнь хотел найти себе друзей, хотел, чтобы меня не боялись и не называли монстром, хотел спокойно жить среди людей и радоваться, а в итоге девять лет я чувствую чужую ненависть, и мне так от этого плохо, я ни с кем не могу этим поделиться, родителям и без меня было очень трудно, а сейчас их вообще нет... Я маленький и хрупкий, я не кровопийца, меня нельзя обижать, но почему все постоянно это делают? Неужели я виноват, что родился вампиром? — Ты не заслужил такого отношения к себе, Юни, ты ни в чем не виноват, не думай об этом, хорошо? — Пак мягко поглаживает младшего по спине, успокаивая, — просто люди... Глупые и злые, особенно дети, они даже не понимают, что делают больно, — парень шепчет Мину на ушко, прижимая его крепче к себе, — можно я буду твоим другом? Ты сможешь делиться со мной всем-всем, Юни, я помогу тебе. — Хён, пожалуйста, будь моим другом, иначе я просто сломаюсь, — Юнги доверчиво жмется ближе, не боясь заливать слезами чужую футболку, — только не убивай меня, хён, я пообещал маме, что нескоро приду к ним на небеса, пожалуйста, ты же не такой, да? Ты не хочешь меня убивать? — Ах, Юни, разве похоже, что я собираюсь сделать это? Не говори так, пожалуйста, я не собираюсь тебя убивать, — Чимин вздыхает, покачивая головой, — ты такой маленький, чудесный вампир, разве я могу так с тобой поступить? — Я тебе верю... Но мне все равно страшно, — младшенький прячет носик в чужой груди, овивая руки вокруг мощной шеи Пака и мило зевая, — хён... Спать очень хочется... — Засыпай, маленький, тебе нужно отдохнуть, — Чимин мягко кивает, продолжая обнимать младшенького. Совсем неожиданно этот день принес ему такое хрупкое, очаровательное чудо. Пак сам себе удивлялся, потому что впервые в жизни позволил вампиру пить свою кровь, а после еще и оставил его жить у себя... Но почему-то об этом ребенке ему очень хотелось позаботиться. И он точно не пожалеет, что решил послушать свое сердце, что смог найти себе нового соседа и друга, с которым у них будет еще много разных трудностей впереди, но они оба с ними справятся, вместе уж точно.