Грустная модель

      Утро пятницы. На протяжении всех этих трёх дней всё шло своим чередом. Бэлла исправно посещала уроки, общалась с Даяной. Пьянки на этой недели ещё не было ни одной. Одни серые будни заменялись другими, всё как обычно, однако было одно но-Костья не появлялась в школе и не выходила на связь ни разу после последней их встречи с Кузнецовой. Может и не было бы ощущения монотонной рутины у Бэллы, будь у неё возможность поболтать с татуированной, увидеть её улыбку, да хотя бы просто встретить её саму в коридоре школы. Единственная, с кем Купер более-менее общалась в школе-Настя Петрова хмуро и с ноткой раздражения отвечала Бэлле и другим интересующимся одноклассникам, что ,,У Каспер съёмки, и нет времени на что-то другое." В душу закрадывалась тревога. Петрова скрывает что-то, по ней это видно. Хотя, может, она просто скучает по школьной подруге-оттуда и берётся нежелание разговаривать. И всё-же съёмки съёмками, однако неужели они настолько масштабные, что даже выделить минутку на то, чтобы раз в 3 дня зайти в сеть и утолить любопытство Бэллы, ответив на вопрос ,,Ты где, и всё ли в порядке?", не представляется возможным? Такими раздумьями последнее время была занята голова Бэллы. Даже бабушке стало интересно, почему подготовка к ОГЭ ограничилась одним занятием, и она спрашивала у внучки ,,Где эта милая девушка и почему она к нам больше не приходит." Да внучка-то и сама не знала. Просто надеялась, что Каспер скоро вернётся, всё встанет на свои места и не будет этого неприятного чувства недосказанности. -Внуча, вставай,-услышала Бэлла сквозь сон. На часах 7:15. С трудом разомкнув веки и приподнявшись на ослабевшем от сна локте, дабы не уснуть снова, Кузнецова сфокусировала взгляд на бабушке. -Ты встала раньше меня? Как необычно... -В том-то и дело, сегодня в принципе необычный день. Сегодня что-то обязательно случится,-воодушевлённо сказала бабушка. -Снова гороскопов начиталась?-улыбнулась Бэлла. Она знала интерес бабушке к гороскопам и всему сверхъестественному. -Ну да. А ты давай вставай,- Лидия Николаевна ушла из комнаты. -Необычный день будет если Каспер придёт в школу,-подумала блондинка,-и тогда я не буду чувствовать себя параноиком среди нормальных людей. Борясь с желанием снова лечь спать, девушка сняла с себя одеяло и побрела в ванную. По телу прокатилась россыпь мурашек из-за утреннего холода, что не сглаживало неприятные ощущения от пробуждения, а наоборот усугубляло их. Опёршись на раковину, Бэлла подняла глаза на зеркало. -Опять проснулась,-тяжело пронеслось в голове. В груди появился необъяснимый ком то-ли обиды, то-ли безысходности. Порой девушка ложилась с целью уйти от проблем на время, а желательно навсегда. Ночь была единственным временем, когда можно было ни о чём не думать и не переживать. Мысли о будущем в дневное время суток доставляли Бэлле массу беспокойств. Куда идти дальше, что делать и как быть счастливой девушка не знала. От ежедневного волнения губы блондинки постоянно были покусанные, а на ладонях, кажется, уже увековечились впадины от ногтей благодаря привычке Кузнецовой в стрессовых ситуациях сжимать руки в кулаки. Глубоко вздохнув и умывшись холодной водой, девушка почувствовала, что неприятное чувство в груди начало отпускать. Проведя ежеутренний ритуал приведения себя в порядок, блондинка отправилась завтракать, прихватив с собой телефон. Кухня представляла из себя небольшое помещение с мебелью времён СССР. Белый кухонный гарнитур можно было увидеть слева от себя, стоя на входе. Если вы останетесь в том же положении, то перед собой увидите двухстворчатое окно, отражающее пейзаж двора, а под ним белый стол с двумя табуретками. В такой обстановке можно было делать атмосферные фотографии хоть каждый день, ведь в плюс ко всему на кухне почти всегда царил полумрак из-за деревьев рядом с домом, которые создавали преграду для света. Несмотря на эстетику, которую русский подросток мог разглядеть в этом месте, обстановка тут была весьма унылая, что не могло радовать. Холодная поверхность табуретки ощущалась сквозь тонкую ткань шорт-никакой обшивки на мебели не было. Параллельно проглядывая новости в интернете, Бэлла приступила к завтраку. Не глядя, девушка поднесла кружку с чаем к губам и сделала глоток. Это был опрометчивый поступок. Горячая жидкость обожгла полость рта и язык, отчего блондинка с молниеносной скоростью вскочила из-за стола и подбежала к раковине. Прополоскав рот холодной водой и добавив её в чай, девушка вернулась за стол. -Заебись, ещё и обожглась, прекрасное утро. Настроение завтракать пропало совсем, по этому девушка ушла из-за стола так и не поев. Для неё это было обыденным делом. Маленькая семилетняя Бэлла была тем самым странным ребёнком. Нет, она не всегда являлась таковой. До шести лет от девочки так и исходил позитив. Иной прохожий умилялся этому маленькому человечку на улице. Во дворе у неё постоянно были знакомые сверстники и не только-даже дети постарше не отказывались поиграть с такой весёлой девочкой, которая, в свою очередь, постоянно подкидывала им идеи для новых шалостей, зачастую являясь ,,главарём" команды. Повзрослеть Бэлле пришлось рано. Своего родного отца Кузнецова не знала от слова совсем. И вот мама познакомилась с одним мужчиной. Сначала он был неплохим добрым дяденькой, который постоянно улыбался, приносил Бэлле разные гостинцы, дарил игрушки. Денег в семье Кузнецовой было не очень много, поэтому подарки быстро растопили её сердце. Потом этот человек стал часто находиться в их квартире, ночевать, можно сказать, жить. И нередко он вёл себя странно. То был очень добрым, то психовал на Бэллу не из-за чего, находясь, как девушка понимает сейчас, под наркотиками. Такое непостоянное поведение пришлось не по нраву Кузнецовой и она начала избегать нового маминого возлюбленного, отсиживаться в комнате, стараясь не выдавать своё присутствие, если другая комната или кухня были заняты гостем. Но так как он часто пребывал в квартире целыми сутками, не выходить из комнаты вообще Бэлла не могла. Если выходила на кухню попить воды-её ожидал нежеланный контакт с Юрой в виде объятий, похлопываний по плечу и пугающий провожающий взгляд, который сопровождал девочку на всём пути от и до двери в заветное ,,логово" в котором было спокойно. Однажды, пытаясь не замечать на себе неотрывного взора, Бэлла прошла на кухню, чтобы налить воды в стакан. Так как высоким ростом в свои шесть лет она похвастаться не могла, а раковина находилась в углублении тумбы, ей пришлось встать на носочки и протянуться, чтобы достать до крана. Из-за этого короткий сарафан, в котором девочка ходила по дому, задрался, что не ускользнуло от внимания мужчины. Тот быстро встал и шлёпнул рукой по открывшимся ягодицам со словами ,,Не смей так ходить по дому или я тебя выебу, будешь знать, как правильно одеваться." Он сказал это злым шёпотом, поэтому мама, отошедшая в тот момент в ванную, не услышала угроз. Не глядя на собеседника девочка забрала стакан с водой и быстрым шагом ушла к себе в комнату. Однако с каждым днём Юрий становился всё агрессивнее и агрессивнее. Однажды он дал Бэллиной маме пощёчину на глазах у самой Бэллы и с грохотом ударил кулаком по столу, что заставило девочку, выглядывающую в тот момент из-за стены, содрогнуться. Мужчина это заметил и большими шагами направился к ребёнку. Не на шутку испугавшись, Бэлла забежала в комнату и судорожно захлопнула дверь прямо перед его носом. Она бы не успела этого сделать, если бы мужчину за локоть не удерживала пострадавшая мама девочки, которой за это прилетел ещё один удар. Это было последнее, что Бэлла видела. Дальше она забилась в угол, обхватив колени руками. Между животом и ногами она зажала любимого плюшевого зайца-так было спокойнее. Казалось бы, раздражитель в теле ребёнка исчез, можно успокоиться, но нет. Юрию, кажется, снесло крышу окончательно. Бэлла изо всех сил закрывала руками уши, чтобы не слышать тех нечеловеческих криков, что доносились из коридора. Был громкий мат, глухие удары об пол, вибрация от которых разносилась по всей квартире. Были прерывающиеся крики о помощи, за которыми следовал грохот. Маленькая Бэлла вся дрожала, вдавливаясь в стену всё сильнее, будто желая пройти сквозь неё. Хотя да, такое желание было. От происходящего в данный момент преступления её отделяла одна лишь хлипкая деревянная дверь. Звуки резко прекратились. Послышался топот, кто-то быстро передвигался по квартире. Звук хлопка входной дверью и настала долгожданная тишина. В свои шесть лет Бэлла была не глупой и понимала, что есть что-то подозрительное в этой тишине. Скорее даже не в тишине, а в затишье. Что ничего хорошего ждать не стоит. Она осторожно убрала руки от ушей, прислушалась. Безмолвие. Такое пугающее и зловещее. Девочка медленно встала. Мышцы до сих пор были в напряжении. На дрожащих ногах Бэлла подошла к двери, взялась за ручку. Смелости на то, чтобы дёрнуть её вниз не хватало. Однако этого было не избежать-не сидеть же, в самом деле, ещё непонятно сколько времени за закрытой дверью. Юра вроде убежал и неизвестно, вернётся ли вообще. Однако несмотря на громкий звук удаляющихся шагов и хлопка дверью, который девочка отчётливо услышала, её не покидали навязчивые мысли о мужчине, который может поджидать её под дверью и накинуться, стоит той только выйти. Но так как эти мысли быль лишь плодом страха и осторожности, Бэлла собрала волю в кулак и повернула ручку двери. Ох, лучше бы она этого не делала. Выйдя из залитой солнцем спальни в полумрак коридора, Бэлла не сразу смогла разглядеть густую тень, находящуюся прямо по центру пола квартиры. Глаза привыкли к темноте и взгляду ребёнка представилась ужасная картина. Этой тенью оказалась её мама, точнее, её тело. Под обезображенным трупом растеклась густая вишнёвая лужа крови. Ею была перепачкана кожа и одежда, в которой была женщина в ,,мирное" время. Что не смогла Бэлла забыть даже сквозь годы, что врезалось в память и повлияло на ещё неокрепшую, в тот момент, психику больше всего- так это лицо. Ему досталось больше всего. Оно было исполсовано ножом по всему периметру, кое-где торчали куски плоти и вдобавок всё это истекало кровью. Тошнота. Страх. Животный ужас. Столь неприятный спектр эмоций испытывала Бэлла в тот момент. Её очень напугало то, что она увидела. Не желая больше находиться с трупом своей матери в одной квартире, девочка побежала звать на помощь. Входная дверь оказалась не заперта, по этому ничто не помешало ей выйти в подъезд. Первый, кто всплыл в памяти Бэллы в тот момент- соседка. С ней она была в хороших отношениях, в более малом возрасте ей даже приходилось оставаться у неё на ночь, если мама была на работе. В таком случае они читали книжки с картинками, смотрели мультфильмы. У Марии Анатольевны умер маленький сын, которого она очень любила. От него и остались те книжки и игрушки, которые соседка без капли сомнений передала Бэлле. Передала она ей и теплоту с заботой. Девочка стала для неё неким успокоением для разбитого сердца. В ней женщина видела своего покойного ребёнка. И в тот момент Бэлла, не раздумывая, направилась к Марии Анатольевне. Спустя несколько судорожных стуков в дверь, соседка наконец-то вышла. Выглядела она удивлённой. Бэлла без предисловий торопливо и заикаясь, начала рассказывать о случившемся. Взгляд её бегал из стороны в сторону, воздуха не хватало. Удивление соседки поменялось на ужас. Она запустила девочку в квартиру и вызвала полицию. Что было потом, Бэлла помнит отрывками. Сотрудники приехали, что-то делали, опрашивали Марию Анатольевну, кому-то звонили. Девочка в тот момент сидела в дальнем углу комнаты, прижав к груди всё того же зайца, которого за всё время не выпустила из рук, и не особо вслушивалась. В голове стояла одна-единственная картина. Изуродованное лицо мамы. Следующий кадр в памяти. Приехала бабушка. Кажется, с момента приезда полиции прошло не очень много времени. С бабушкой Бэлла виделась очень нечасто-та жила на другом краю города. Однако отношения у них были неплохие. С порога родственница начала тараторить что-то ласковым голосом, обнимала внучку за плечи, кивала головой, что-то спрашивая. Она оформила опекунство над Бэллой. События эти очень негативно сказались на девочке. От жизнерадостного, общительного, наивного ребёнка ничего не осталось. Теперь это был замкнутый серый ком глубоких переживаний. Бэлла абсолютно перестала говорить. И тот период жизни полностью исчез из её памяти. Хотя нет, не полностью. В её голове отложились, словно фотографии, смутные картины того, как она сидит на кухне за столом и, статично смотрит в окно. Всё вокруг серое. В голове нет мыслей, только неприятный ком в груди. И последний кадр- её заяц. Длинноухий сидит на диване и смотрит на свою хозяйку. Снова всё серое. От этих воспоминаний Бэлле становится не по себе до сих пор. Они пропитаны разочарованием, тревогой и беспокойством. Как же получилось вернуть Бэлле, в прямом смысле, краски жизни и нормальное психическое состояние? С ней работал психолог и помогала бабушка. Лидия Николаевна могла пребывать в самом скверном настроении, однако перед внучкой с её лица не сходила улыбка и спокойный тон голоса. Она что-то рассказывала внучке, читала книги вслух, показывала картинки. Это помогало девочке отвлечься от тоски и она, хоть и безмолвно, следила взглядом за бабушкиными движениями. Первая улыбка. Это произошло через шесть месяцев после трагедии. Бабушка как обычно развлекала внучку, как вдруг, девочка разделила её эмоции и улыбнулась. Лидия Николаевна расплакалась от счастья и принялась обнимать Бэллу. Теперь девочка уже не так безучастно следила за игрой. А первый раз она заговорила совсем неожиданно, просто попросив кушать. В первый класс Бэлла пошла уже в более-менее нормализовавшемся психическом состоянии. К ней полностью вернулась речь, а статичные залипания в одну точку пропали. Теперь это был обычный, но очень стеснительный ребёнок. Стеснительность они с психологом побороть к тому времени ещё не успели. Бэлла не осмеливалась первой подходить знакомиться к одноклассникам, но не отказывалась от общения, если к ней кто-то подходил. Дети часто бывают жестокими. Не обошло это и Бэллу. С необычной сверстницей одноклассники церемониться не стали. В скором времени Кузнецовой был приписан статус изгоя. Но на этом всё не закончилось. Бэллу начали оскорблять за мнимую полноту, хотя девочка в свои 8 лет еле пересекала черту недовеса. Кузнецовой в своём классе стало совсем несладко. С возрастом ситуация усугублялась. Каждый одноклассник считал своим долгом дёрнуть Бэллу за волосы, толкнуть в плечо, кинуть ручкой на уроке. Вишенкой на торте стал лист с надписью ,,Толстуха и изгой", который кто-то из детей приклеил на стул, где сидела Бэлла. Но подобные выходки не порождали истерики или слёзы со стороны Бэллы в школе. Она молча сдирала бумажки со стульев, поправляла волосы после рук одноклассников, приходила домой и тихо ненавидела себя. Она начала тайком от бабушки выкидывать еду из своей тарелки. Закончилось ,,похудение" тем, что Бэлла упала в обморок от голода и угодила в больницу. Близился пятый класс, его и все последующие годы обучения девочка планировала провести в другой школе(как в итоге и получилось). Голодовок больше не было. Но комплексы по поводу своего тела остались. Сейчас они ослабли, но если выдаётся шанс пропустить приём пищи-девушка не отказывается от него. Поморщившись от неприятных воспоминаний, Бэлла отодвинула от себя тарелку с бутербродами и пошла собираться в школу.