Открывая себя

Ди проснулся от того, что рухнул с кровати. Брат всё-таки спихнул его. К счастью, судя по свету, проникающему в комнату, уже была пора вставать. — Твою ж мать, — сонно выругался Ди, потирая ушибленный затылок. — Доброе утро. — Сказал отец. Он явно видел фееричное пробуждение старшего сына и с трудом сдерживал смех. — Ага. Очень доброе, — зевнул Ди, вставая с пола. — Буди брата, и идите завтракать. — С этими словами Глэм покинул комнату. Пока за ним закрывалась дверь, Ди отметил трясущиеся плечи и задушенные всхлипы. После этого парень перевел взгляд на кровать, где всё ещё спал его младший брат, развалившийся и занявший всё доступное пространство. Неудивительно, что Ди свалился. Коварно улыбнувшись, он стянул Хэви за руку на пол. — Ой, бляя! — Простонал младший. Улыбка Ди стала шире. — Доброе утро, — со смешком сказал он. — За что? — Возмутился Хэви, потирая копчик. — За моё столь же прекрасное пробуждение. — ответил Ди, слушая недовольное сопение брата. — Папа сказал спускаться на завтрак. Приводи себя в порядок. С этими словами он подошел к шкафу и стал натягивать одну из любимых футболок. Дополнив образ темно-серыми джинсами с цепями и напульсниками с логотипом любимой группы, Ди вопреки привычке решил собрать волосы в высокий хвост. Оценив свой вид как нечто среднее между «круто» и «очень круто», парень спустился вниз. Хэви уже был там, кажется он просто натянул штаны, не заморачиваясь переодеванием футболки. Отец как раз поставил его тарелку на стол. Сегодня на завтрак была простецкая яичница с беконом. Завтракали молча. Груз разговора навис над ними, и все знали, что он скоро рухнет им на головы. Хэви кусок в горло не лез из-за гнетущей атмосферы, Ди ел совершенно спокойно, как будто его ничего не волновало. Виктория тоже ела как обычно, но её взгляд метался между мужем и сыновьями, пытаясь предвидеть какие-то неожиданности. Глэм же искоса поглядывая на старшего сына, ел очень-очень медленно, словно пытался отложить разговор. Ди прекрасно понял настроение отца, поэтому доев он подошел к раковине и начал мыть тарелку. Сегодня была его очередь мыть посуду. — Ди, оставь посуду, потом домоешь. — Сказал Глэм. — Сядь. Надо поговорить. Парень удивился, но спокойно оставил тарелку, которую успел домыть, и сел назад. — Ты готов обсудить предложение, которое поступило позавчера? — начал этот диалог отец. — Да, у меня было достаточно времени обдумать его. — ответил Ди. — Не сомневаюсь, с учетом твоей вчерашней прогулки. — Глэм прищурил глаза. — Ты взвесил все за и против? — Конечно. —Ди задрал подборок. — В том числе и то, что в этой школе учатся дети, родители которых очень богатые? — «зашел с козырей» отец. — Да. Думаю, у меня есть несколько способов наладить с ними контакт, чтобы дело не закончилось печально. — Эти способы включают в себя бесплатную помощь с домашней работой? — Глэм издевательски наклонил голову. — Нет. За кого ты меня держишь? — опасно зашипел Ди. — Это называется не «наладить контакт», а «позволить сесть себе на шею». — Я рад, что ты это понимаешь. — удивленно протянул Глэм. — Ты учел, что между нами будет четыре часа разницы во времени? — Мы вполне можем созваниваться в выходные. — Ди лениво приподнял бровь. — Хорошо. А что счет того, что ты просто уедешь на долгое время? — Взгляд Глэма стал серьёзен. Ди действительно хочет уехать. Почему? Сам Глэм провалился как отец, или у сына есть другие причины? Ди внимательно изучил отца. Того явно что-то терзало. Он хочет, чтобы Ди остался. Уже попытался надавить на страх травли и страх одиночества. Сейчас начнет давить на любовь к Хэви. — Это будет не просто, но рано или поздно все равно произойдет. Я уже вполне самостоятелен, думаю справлюсь. Конечно, я буду скучать. Но это не повод привязывать себя к одному месту. Глэм удивился. Ди в открытую признал свои чувства, признал что он будет скучать по семье, это было крайне неожиданно. Глэм впервые почувствовал, что сын может победить его в словесной схватке. Он явно простроил линию защиты, если пойти через Хэви, а Вики не поможет — она почему-то поддерживает старшего сына. Она как-то быстро смирилась с тем, что Ди решил уехать куда-то. Сам же Глэм сильно не хотел быть таким же как его отец. Держать ребенка силой, чтобы он сбежал, оборвав все связи с семьёй. Поэтому он предпочитал оставлять детям право выбора, либо убеждать в своей правоте путем диалога или наглядного «тыканья» в ошибки. Но сейчас сердце сжималось от страха и беспокойства. Он не хотел отпускать Ди от себя. — Ты пропустишь много всего, — всё-таки Глэм решился надавить на любовь Ди к брату. — День рожденья Хэви например. Это был подлый удар. Разумеется, Ди думал об этом, но всё-таки на одной стороне весов праздник брата, а на другой его — Ди — будущее. Если бы он озвучил это, то Хэви может подумать, что он не важен для брата. Вики наблюдая за этим диалогом, закурила сигарету. Глэма иногда восхищала жена, которая относилась к их дуэлям, как к шоу. А к Ди помощь пришла откуда не ждали: — Это не важно, пусть едет. — Резко сказал Хэви. Все были в шоке. Хэви всегда крайне болезненно воспринимал возможное расставание с Ди. И когда Ди перешел в школу, а Хэви всё ещё ходил в садик, и когда один из мальчиков болел, а второй должен был идти в школу. Даже сейчас Хэви предпочитал тусоваться с «компанией» Ди, если так можно было назвать группу подростков, которую его старший брат был способен терпеть более трех часов. И тут он так запросто отпускает. — Хэви…— удивленно протянул Ди. — Все хорошо. Ты сам вчера сказал, что тебе мало этого города. — С этими словами Хэви посмотрел на отца, на его глазах выступили злые слезы. — Я не собираюсь удерживать Ди здесь против воли. Не хочу, чтобы он ненавидел меня из-за упущенного шанса. — Спасибо, — сказал Ди, и Хэви удивленно взглянул на него. — Я не возненавидел бы тебя, но спасибо. Глэм просчитался. Хэви боялся ненависти брата больше, чем разлуки с ним. Было ошибкой решать вопрос с новой школой на семейном совете. — Ты решил, как будешь добираться до школы? — спросила Вики, выпуская дым изо рта. Все удивленно на неё посмотрели. — Конечно, — спокойно сказал Ди. — Отсюда на автобусе до соседнего города, потом на поезде. На самолет меня до шестнадцати без взрослых не пустят. Нужно будет выехать двадцать девятого, тридцать первого буду там. — Вот ведь гаденыш, всё продумал, — гордо хмыкнула Вики. — Я в гараж. С этими словами она достала из холодильника банку пива и свалила. Ди вернулся к мытью посуды. Глэм же задумчиво посмотрел ему в спину и ушел к себе. Так прошло несколько недель. У Глэма было время смириться с отъездом. Ди целенаправленно не оставался с отцом наедине, регулярно уходил чтобы «снова пытаться вдолбить хоть что-то в их тупые головы», либо пропадал в своей комнате за компьютером или книгами, либо в гараже с матерью. Это не было чем-то удивительным — Ди с трёх лет пытался собрать своего собственного робота. А в шесть он представил родителям самостоятельно сделанную игрушку, которая могла ходить, правда только по прямой. Вики тогда долго её разглядывала, матерясь сквозь зубы: Ди использовал некоторые детали, которые Вики недавно купила для байка. Но ей хватило материнской любви не разбирать игрушку и не ругать сына. Игрушка жила у Хэви, но Ди периодически забирал её на «доработку». Теперь игрушка носила гордое имя «Уйня», подаренное создателем, могла менять направление движения, отзываться на кодовую фразу, и даже могла спускаться по лестнице. В этот раз Ди вроде как хотел встроить в неё колонку и сунуть в память несколько песен. Вики вошла в кабинет мужа и оперлась бедром на стол. — Нам надо решить, кто поедет с Ди в школу. — равнодушно бросила она. — А разве он не собрался добираться самостоятельно? — спросил Глэм. Вики удивленно подняла бровь. — Глэм, надо съездить с ним, отдать документы вместе с его этой контрошей, и подписать договор. — Оу, — протянул Глэм. — Я съезжу. Туда вероятнее всего не пускают в пристойном виде. Вики согласно хмыкнула. — Ди взял билеты на понедельник, в среду будете там, в четверг подаёте документы, вечером уезжаете. В субботу вы здесь. — С этими словами она вышла из кабинета мужа. Глэм посмотрел на календарь — сегодня была пятница. Он тяжело вздохнул, помассировал переносицу и взял телефон. Нужно отменить несколько уроков и концерт на следующей неделе. Сама поездка запомнилась двумя моментами. Первое это разговор с Ди в поезде. Сын отказался признавать то, что избегал отца в последнее время. Зато они наконец вернулись к обсуждению последних новинок музыки. Сначала парень закрывался, но со временем они разговорились. — Давно мы с тобой так не общались, — улыбнулся Глэм. — Я думал, ты не хочешь говорить о музыке с такой бездарностью как я. — ответил Ди и наклонил голову, обозначая невысказанный вопрос. Глэм внутренне поморщился, хотя внешне остался невозмутим. Он явно сильно тогда проехался по самооценке Ди. — Ди, послушай. Мне жаль, что я был тогда так резок. Но твои слова… Они были оскорбительными. — Ди удивленно вскинул брови. — Про «разучить пару песен». Музыка значит для меня много и такое отношение… — Я понял. — Перебил Ди. — Мы оба тогда друг друга задели. Мне жаль, я и не думал, что как-то оскорблю тебя. — А для чего ты вообще хотел научиться играть? — Задал отец вопрос, который очень его интересовал. — Да так. Была одна девчонка. Она училась игре, и я хотел найти с ней какой-то общий язык. — Оу. — Глэм окинул сына удивлённым взглядом. Как-то рано он начал девочками интересоваться. У самого Глэма этот интерес к противоположному полу появился уже после побега из дома. Точнее у него появилось время на этот интерес. — Что ж, как у тебя с ней? — Да всё так же, — Ди усмехнулся. — Переписываемся. Нашли другие темы, она показывает мне свои успехи в игре, а я ей недавно показал «Уйню». Она была в шоке. Всё еще не верит, что я сам её собрал. Глэм улыбнулся. — Ди, я должен это сказать. — Отец решился. — Музыкальные таланты даны не всем. И то, что у тебя его нет не делает тебя хуже. — В глазах окружающих. — ответил Ди. — А в твоих? — В моих? — Глэм удивился. — Тоже нет. У тебя есть другие таланты. — Например? — Ди удивленно вскинул бровь и откинулся на сиденье. — Например, — наступил на горло своей гордости Глэм, — талант к языкам. Ты бы знал, как долго я учил эту латынь. А тебе она далась намного легче. — Ди горько усмехнулся от этих слов. — Что? — Если помнишь, то учить латынь и красится я начал примерно в одно и тоже время. — Хмыкнул сын. — Я занимался по ночам. А косметикой замазывал синяки. Глэм удивился. Ему казалось, что он лучше знает сына. — Что ж. Видимо твои таланты ещё скрыты для меня. В чем ты талантлив Ди? — задал вопрос Глэм. — Я не знаю, — грустно сказал старший сын и уставился в окно. Разговор был окончен. Глэм мысленно ударил себя линейкой по руке. Он снова всё испортил. Второй момент —сама школа. Она была величественна. Очень сильно напоминала поместье, из которого Глэм когда-то сбежал. Ди с интересом всё это осматривал, его явно поразила архитектура. В коридоре он провел рукой по стене, словно впитывая в себя всю эту атмосферу. Глэм шокировано отметил, что сын во всей этой атмосфере смотрится на удивление органично. Несмотря на косуху, макияж, длинные волосы, рваные джинсы и тяжелые ботинки, Ди выглядел так будто он … на своём месте. Директор, решивший познакомиться с учеником, показавшим такой невероятный результат на экзамене, был явно шокирован стилем этого самого ученика. Он отвел их к себе в кабинет и очень долго рассказывал о правилах поведения, о том где приобрести форму и как нужно вести себя в обществе. Глэм с трудом давил дрожь, пока все это выслушивал, хотя манера речи и внешний вид директора совсем не напоминали отца, эти правила заставляли его окунуться в прошлое, которое хотелось забыть. Ди же слушал с интересом, иногда кивал, и наконец поинтересовался где он может найти свод правил в письменном варианте. — Когда списки поступивших будут утверждены, вам на электронную почту придет логин и пароль от закрытого сайта школы. Там всё есть. Это будет после пятнадцатого августа. — Ответил директор. На этом они и распрощались. Ди не откладывая в долгий ящик сразу пошел за формой, Глэм последовал за ним. С парня сняли все мерки и озвучили стоимость. Выходило недёшево. Ди уже обрадовался, что платить надо будет только после получения, как Глэм спокойно достал кошелёк и расплатился. — Пап, спасибо. — сказал Ди. — И за то, что съездил со мной, и за форму. Да и вообще. Глэм улыбнулся. — Поехали домой. Дома все шло своим чередом. Несмотря на это, Ди чувствовал волнение, которое с каждым днем всё возрастало. Когда Ди получил доступ к сайту, он перешерстил всё, чуть ли наизусть выучил правила школы, нашел пару десятков лазеек, узнал про клубы, подумал куда он мог бы вступить, изучил результаты таких же поступивших как он, согласно рейтингу. В последний день перед отъездом Ди практически не спал, несколько раз перепроверил чемодан, список заселения, списки зачисленных учеников. На утро родители скептически осмотрели его, поинтересовались самочувствием, но парень упорно делал вид, что всё хорошо. Наконец он сел в автобус, помахал семье, надел наушники. Назад дороги не было.