Открывая себя

      Ди бессильно упал на кровать. Сегодня было долгожданное воскресенье, с той чертовой ярмарки прошло две недели. За эти две недели Ди успел вспомнить не только названия всех мышц в теле, но и найти их в своём. Болело буквально все. Каждая клетка горела огнем после адских занятий в клубе спортивных танцев. При чем «адскими» они были только по мнению Ди, хотя ему давали щадящую программу. Он давно бы бросил эти занятия, если бы не огромное количество «но».       Тера. Эта девушка, казалось мечтала осчастливить каждого. Она искренне верила, что у Ди есть талант к танцам, нужно только привести мышцы в форму и он взлетит. И хотя Ди казалось, что сейчас он может только улететь на тот свет, он не мог уйти. Не смотря на косые взгляды, других участников клуба и их громкие перешептывания за спиной. Не смотря на неприятную боль во всем теле. Мог ли Ди объяснить это сам себе? Нет. Вернее мог, но подростку, который привык не считаться ни с кем было сложно признать, что он хотел признания других. Хотел, что бы на него смотрели как на равного, а не как на второй сорт. К тому же показаться слабаком, который сдаётся при первой же трудности здесь было подобно падению в бездонную зловонную пропасть, из которой ты не выберешься никогда. Это мир сильных. Здесь уважают только сильных. Ди это быстро понял и Тера подтвердила его догадки. Тем более, позиция Ди изначально была слабее — он не аристократ.       Конечно были как более лояльные семьи, так и супер-консервативные. Молодое поколение предпочитало в основном сначала присматриваться к новому человеку. Но нынешние главы семей… Были те, кто принадлежал к «старой аристократии» — они могли отследить свою родословную чуть ли не со времен рождения Христа и те, кто думал, что принадлежит к «старой» аристократии — насчитывали не более двадцати поколений как правило. А также представители новой аристократии — от семи поколений и меньше. К представителям первых можно было отнести, например, семью президента школы Лауры Тернер, Сары, Джексона — секретаря совета и многих других. Ко второму типу можно было отнести Барри, Ларча, Роберта Квински и его брата. К молодой аристократии относилась сама Тера, Ален и Рита Кемпбелл, Кенди и Марк. Ди был никем. Поэтому он терпел эту боль и старался. И знал, что это не бессмысленно. Глава научного клуба — Рой тоже был почти из «простых». Он был третьим поколением в семье «новых» аристократов. И когда пришел в школу тоже вообще не имел здесь авторитета. Теперь его уважали. И этого он достиг своими мозгами и усидчивостью. На роль главы клуба было три претендента — один из «старой» аристократии, второй, как и Рой из «новой». Конкуренция между ними была крайне серьёзная. Если выборы президента школы были более чем предсказуемыми — кроме Лауры ни одного достойного кандидата, то здесь разворачивалась целая подпольная война, за которой вся остальная школа наблюдала, едва ли не жуя попкорн. Имя победителя гремело на всю школу. Ходили слухи, что не все методы Роя, были чистыми.       Всё это поведала Тера. В отличии от Барри, который просто судил всех по себе и никогда не задумывался о мотивах других, она была просто кладезем полезной информации о других. Из самых неправдоподобных сплетен она умудрялась вычленить то зерно правды, с которого всё началось. Очень полезная способность.       В дверь постучали. — Войдите. — Хрипло крикнул Ди.       Дверь открылась и в комнату вошли Кенди и Сара. На лице Кенди сияла счастливая улыбка, Сара тоже выглядела довольной чем-то. — Ди! Как дела? — Кенди села на кровать и с каким-то воодушевлением посмотрела ему в глаза. — Неплохо, — сдержано ответил Ди. — Что-то случилось? — Да! — Кенди явно была очень возбуждена. Она подпрыгивала на кровати, а её глаза горели огнем предвкушения. — У нас запланирована экскурсия. — сказала Сара. — Трех-дневная. По лучшим музеям Нью-Йорка. В то время как у всех простых детей осенние каникулы, у нас просто меняется способ образования. Вместо уроков — посещение таких вот мест. — Да я знаю. Это было написано на сайте школы. — Ответил Ди. Он знал, что ему эту экскурсию оплатит школа, заранее выяснил у казначея школы. Девочки удивленно посмотрели на него. — Ты кажется единственный, кто изучил весь сайт нашей школы. — хмыкнула Сара. — Точно! — воскликнула Кенди. — Ну как минимум этот сайт кто-то обновляет. Значит точно не единственный.       Беседа текла спокойно. Ди в какую-то секунду поймал себя на мысли, что ему комфортно. Его не напрягает необходимость общаться без выгоды. Он не чувствует себя белой вороной в этом обществе, как чувствовал себя с бывшими одноклассниками. Девочки обсуждали планы на поездку. Всё-таки личное время у них там тоже будет. А это значит шопинг.       Слушая названия магазинов, которые девчонки планировали посетить, Ди еле заметно напрягся. Он в такие магазины может зайти только «просто посмотреть». Ему там, скорее всего, не хватит даже на носки. Девочки на его реакцию не обратили внимания. Они были слишком поглощены предстоящими событиями. До экскурсии оставалось две недели.       В научном клубе сегодня было оживленно. Скоро начнутся первые осенние олимпиады. И каждый в клубе готовился к ним, ведь здесь это не просто для «галочки» в деле ученика и учителя. Здесь это шанс обратить на себя внимание в научной среде. Попасть на вечера нобелевских лауреатов, например, и на другие подобные мероприятия. Это было очень почетно. Бизнес-бизнесом, но деньги всё-таки не все двери открывают. И все корпели, прорабатывая задания.       Ди тоже сидел с небольшой компанией первокурсников, и они разбирали задания прошлого года. Юноша был включен в работу и активно спорил с другим первокурсником по имени Эд почти над каждым вопросом. Побед было примерно шестьдесят на сорок в пользу Ди. Тем не менее. Каждый проигрыш бил по самолюбию. Всё-таки Ди привык быть умнее всех. Когда занятия в клубе закончились Эд протянул Ди руку для пожатия. Ди удивился, но тем не менее протянул свою в ответ. — Слушай, — сказал Эд. — Мы ещё с несколькими ребятами решили объединиться и поучаствовать в изобретениях. Не хочешь к нам? Твои мозги бы пригодились. Глаза Ди блеснули. Это было… интересно. Почему бы и нет? В конце концов что он теряет?       Время. Он теряет время. Это Ди понял более, чем ясно, когда в следующее воскресенье к нему подошла Тера и сообщила, что у них танцевальный конкурс. И, да, Ди в нем участвует. И, нет, отказы не принимаются. — Для тебя это будет бесценным опытом, Ди. — С улыбкой вещала Тера. — Это важно — выступать на сцене. Так что готовься. После экскурсии начинается серьёзная подготовка.       На жалкую попытку Ди возразить, что у него ещё олимпиады и конкурс изобретателей (международный — важно подняв указательный палец сообщил Эд, когда приглашал его в группу) Тера лишь отмахнулась, заявив, что это вполне реально совмещать. У Ди же не пять клубов, как у некоторых. А всего-то два.       Ди сидел на кровати и смотрел на секундную стрелку настенных часов. Ему нужно больше часов в сутках. Или больше дней в неделе. Он уже почти ничего не успевал. Мышцы болели, голова пухла от идей. А ведь домашнюю работу никто не отменял.       Лаура Тернер сидела за столом совета и изучала досье первокурсников. Их составили и принесли главы клубов, некоторые —на тех, кто не вступил ни в какой клуб, — классные руководители. Тера пробежалась по досье Барри из музыкального клуба и поморщилась. Её старый знакомый ничуть не изменился — гора амбиции при полном отсутствии стараний. Она прекрасно знала, что Барри сказал про неё на ухо своему соседу по комнате про неё — донесли. Интересно, а что думает сам сосед.       На Ди Швагенвагенса у неё было два досье — и из научного клуба, и из клуба спортивных танцев. И сведенья были схожи во многих вещах. Парень амбициозный, старательный, адекватный, но несколько несоциальный. В научном клубе отмечали потрясающую эрудицию, логику, неординарность мышления. В танцевальном — полное отсутствие физической подготовки, но упорство носорога. Как же он справится со всем, что скоро на него навалится? Лаура отметила Ди ещё в первый день. Парень-неформал было не тем к чему привыкли в школе, и президент ждала от него проблем. Их не было. Единственный скандал произошел не по его вине.       Лауре нравилось считать себя справедливой и непредвзятой. Поэтому она продолжит наблюдать за новичками, ведь некоторое из них, точно станут будущим этой школы. И это должны быть лучшие из лучших. Лаура снова покосилась на досье Ди отложила в стопку «просмотрено».