Двенадцать друзей Олега

— Кто звонил? — Лёша. — Что хотел? Рома поджал губы и не отвечал. — Почему молчишь? Что от тебя хотел Алексей? Рома порозовел и отвернулся. — Не хочешь говорить? Хорошо, я сам узнаю. Максим нашёл нужный контакт и вышел в прихожую. Через несколько минут вернулся. — Меня не покидает чувство, что ты мне изменяешь. Рома выпучил глаза и, заикаясь, спросил: — С кем? — Пока не знаю, но узнаю обязательно. Рома опустил голову, заранее чувствуя себя виноватым. Максим вышел. — М-м-м, люблю тебя, милый, — Петя с Никитой лежали на кровати и лениво целовались перед экраном, где шёл беззвучно футбольный матч, уже пересмотренный несколько раз и разобранный по молекулам. — Что будем делать сегодня? — Петя водил пальцем по Никитиной груди, рисуя знакомые им двоим знаки. — Юру надо навестить в больничке, — Никита поймал и поцеловал палец любовника. — Юре хорошо попало, — сокрушался Петя, — жалко его. — Нет, ну ты скажи, зачем ходить в юбке перед гомофобами? — Никита от возмущения даже приподнялся на локте, — Ну и что, что килт? Гомофобам этого не объяснишь. Даже занудный Максим считает, что юбку носят немужики. А он наш. Да и не только он, все в душе так считают. Почему, например, Алексей не ходит в юбке? Уж он-то, громила, может себе позволить. Он же любого гомофоба отпиздит за здорово живёшь. А вот почему-то не носит юбку. Почему? — Никит, ты себе Алексея представляешь в килте? Я вот с трудом. — Я тебе скажу, почему. Потому что мы живём в России. Здесь биологическим мужчинам не принято носить юбку. Даже если чувствуешь себя женщиной, будь любезен ходи в штанах. А Юра ещё серьги до плеч наденет, а иногда глаза подведёт. Он думает, что похож на рок-музыканта, а на деле ему кричат: «пидорас». — Давай подарим Юре брюки. — А толку? Он всё равно наденет какой-нибудь саронг. — Да ну его, яйца отмораживать. — Не только в яйцах дело. Юру жалко. Ему не первый раз прилетает за внешний вид. Подожди, телефон, кажись, — Никита дотянулся до трубки, — Юра? Тебя вспомнить нельзя. Только о тебе говорили. Что хотел? — он немного послушал, потом ответил, — Хорошо, заберём, — отключился и сообщил Пете, — Юру выписывают. Он хочет, чтобы мы за ним приехали. Юра вышел из дверей больницы на костылях и, к изумлению друзей, в неизменной юбке. Голова его была перевязана. Физиономию украшали кровоподтёки разных оттенков заката. — За три дня уже подлатали? — Никита обнял героя. — Всё норм. Шрамы украшают мужчину, — Юра улыбался на все уцелевшие зубы, — Хотел Кристиану позвонить, да как с костылями на байк взгромоздиться. — Да, с Кристианом ездить — это снова попасть в больничку. Только вышел и опять. И к тому же костыли растеряешь по дороге, — закатился Петя. Они поржали и поковыляли к воротам больничного комплекса. — Кстати, Кристиана посадили на пятнадцать суток. Ты в курсе? — спохватился Никита, — А то тебя увезли на «Скорой», даже не знаешь, наверное, всех новостей. — Знаю, мне Эдик звонил. Всё-таки круто мы тогда подрались с гомофобами! — на пёстреньком лице Юры блуждала довольная улыбка, — Я пятерых отправил в нокаут! — Не ври! — воскликнул Петя, — Это Лёша троих уложил. Ты сам валялся, когда получил по морде. Если бы не Лёша, наши потери были бы ощутимее. — Да и Ян вышел с травматом и тогда гомофобы разбежались, — добавил Никита. — А если бы не Лёва, который дал взятку полиции, Кристиан потерял бы права, а Ян получил штраф за стрельбу, — подвёл итог Петя. Максим ворвался внезапно. — Где он?! — К-кто? — Рому затрясло в ожидании громких разборок. — Кто-кто?! Тот, с кем ты изменяешь мне! — Максим начал открывать шкафы и заглядывать под кровать. — С-с чего ты взял? — непослушными губами спросил Рома. Ему стало плохо. Ноги, будто ватные, подкашивались. Он схватился за край тумбы, чтобы не упасть. Сейчас будет грандиозный скандал. Максим открыл очередной шкаф и воскликнул: — Олег?!!! Роме стало на секунду смешно. Как будто прекрасный и самовлюблённый Олег станет прятаться в его шкафу от гнева Максима, как классический любовник. Максим оглянулся на Рому. — Что происходит? Не получив ответа, он выдернул из шкафа прячущегося там… робота с обликом Олега.