Mettre ensemble...

      Металлические прутья в трех местах проткнули руку парня: в предплечье, в само плечо, и совсем рядом с ключицей.       Он до сих пор готов пожертвовать собой, ради неё… -Нуар! – Леди Баг понимала, бежать к нему сейчас и трясти, пытаясь привести в чувство, бессмысленно. Выбора не оставалось: -Супер Шанс!- в руку девушки упал огромный гаечный ключ.- «И? Что мне с ним делать?! Боже!!!» - судорожно осматривая улицу на предмет ловушки для акуманизированого, девушка понимала, на счету каждая секунда. В любой момент, Нуар может погибнуть, следовательно, нужно, как можно скорее очистить акуму и использовать «Чудесное Исцеление»       Времени не оставалось, в голову ничего не приходило. От безысходности, на глазах начали наворачиваться слезы. Масла в огонь добавляли непрекращающиеся вопли со стороны злодея, и периодический смех от победы над, хотя бы, одним героем. -Да пошел ты!- не найдя другого варианта, Леди Баг просто кинула металлический инструмент прямо в злодея. Кто бы знал, что в отчаянные моменты, у героини Парижа просыпается невероятная меткость. И если бы не магия, под защитой которой находился акуманизированный, он бы не обошелся только сломанным носом и сотрясением. Воспользовавшись тем, что злодей находился без сознания, девушка сорвала этот ненавистный мешочек. Не оставляя сопернику и шанса, Леди разорвала синюю ткань и молниеносно отчистила акуму, напрочь забыв о традиционных словах. Сейчас ее волновало только одно: -Чудесная Леди Баг! – вместе с роем божьих коровок, начал восстанавливаться и город: разбитые дороги, разрушение здания, бетонная пыль, тот самый столб…и только безжизненное тело ее напарника все еще висело на трех проклятых железяках. -Нет…- безжизненный хрип застрял в горле, вместе с противным, вязким комом. Побежав к Нуару, девушка осторожно, насколько это было возможно, сняла наколотое на стену тело и осторожно обхватила за талию. Он дышит…       Это важнее всего. Его еще можно спасти, главное, не впадать в истерику раньше времени.       Героиня передвигалась по крышам с помощью своего оружия, стараясь приземляться как можно мягче и не трясти раненого напарника. Добравшись до старой квартиры Маринетт, где девушка жила во время стажировки, она уложила Нуара на мягкую кровать. После чего незамедлительно побежала в ванную, искать аптечку, попутно детрансформируясь, чтобы накормить уставшую квами. -Тикки, почему «Чудесное Исцеление» не помогло?! Почему оно его не вылечило?!- Маринетт в панике искала белый чемоданчик с необходимыми медикаментами, усердно стараясь сдержать надоедливые слезы. -Потому оно восстанавливает только то, что было подвергнуто влиянию магией, а Кот сам, по неосторожности, наткнулся на обломки. Трансформируйся, он в любой момент может придти в себя. – Быстро объяснив причину не сработавшей магии и дожевав печеньку, Тикки залетела в сережки хозяйки.       Леди расстегнула молнию на костюме Кота. Тем самым узнав, что бубенчик был брелком для бегунка. И, как можно медленнее, начала отделять прилипший латекс от кровавых ран. Быстро вспомнив все лекции по медицинской помощи, Леди дала оценку ранениям товарища. Плюс был только один – не повреждена не одна артерия, что было очень удивительно. Наложив жгуты на шею, тем самым предотвращая кровотечение в области ключицы и всей правой руки, не забыв подложить записку со временем, на которое следует оставлять жгут завязанным, Маринетт уселась на небольшое креслице, стоящее рядом с кроватью, медленно смывая кровь с атлетичного тела друга. Спустя час, девушка сняла жгут и старательно забинтовала повреждения стерильными бинтами.       Посидев рядом в Нуаром несколько минут, раздался предупредительный писк камня чудес юноши. Быстро сообразив о том, что Плаггу необходимо лакомство, Маринетт детрансформировалась и отправилась в магазин, за сыром.

***

      Успев до превращения Кота в человека, Мари положила на стол только что купленную головку, известного во всей Франции, сыра Бри и убежала на кухню, чтобы не искушать себя и не взглянуть на истинную личность Кота Нуара.       Ушла Маринетт не зря, ибо уже через десять секунд, из закрытой комнаты послышался недовольный возглас маленького котенка -Плагг, прости. Я не нашла камамбер. На прилавке мне сказали, что Бри очень на него похож, а времени не было. – в ответ из-за закрытой двери послышалось угуканье и приглушенное чавканье. – Как Нуар? Ему не стало хуже, пока меня не было? – спустя некоторое время, маленький квами просочился прямо сквозь плотное дерево. -Все куда лучше, чем могло бы быть. Парню несказанно повезло, что прутья не задели не какие жизненно важные органы. Если он полежит в трансформации пару дней, то на восстановление без магии, уйдет очень мало времени. Около двух недель, а там уже и шрама не останется. Ели он сейчас придет в себя и захочет под шумок свалить домой, то на регенерацию уйдет около двух месяцев и не факт, что без шрамов. – Хоть Плагг и пытался говорить с присущей ему отстраненностью и равнодушием, в глубине кислотных глаз плескалось истинное беспокойство за своего друга.       К «незаметно» опечаленному комочку шерсти подлетела Тикки и обняла Плагга, вложив в свои действия всю заботу и нежность. Мари еще ни разу не видела Плагга таким. Все те моменты, когда она освобождала его не некоторое время, что бы они могли пообщаться с Тикки, пока владельца камня разрушений нет на своем посту, он был дерзким, озорным и ужасно обиженным на своего хозяина. Так же как и у Нуара, в глазах маленького котенка плясали чертята, не предвещая ничего хорошего, в задуманном.       А сейчас…сейчас она видела в ядерно-зеленых глазах, отражение своих…они излучали туже заботу, тревогу, страх и…о Боже, как же ей знакомо это чувство…надежда…надежда на то, что все будет хорошо, даже если так не будет…

***

- Нуар! Ляг! Иначе я привяжу тебя к кровати, уделив особое внимание твоим ранам, чтобы ты не смог даже пошевелится! – Леди Баг уложила непослушного Кота на кровать, прижав здоровое плечо к мягкой поверхности так, чтобы он не смог подняться. - Моя Леди, мне уже намного лучше. Правда. Мне нужно идти домой, все уже, наверное, беспокоятся! «ага, как же, беспокоятся…было бы кому. Маринетт, наверное, вне себя от того, что меня уже два дня нет на рабочем месте.» - юноша всеми силами пытался вырваться из цепкой хватки его напарницы, однако раненое плечо заметно уменьшало его шансы на долгожданную свободу. -Плагг сказал, тебе нужно полежать в трансформации пару дней, и тогда твое восстановление без магии будет проходить намного быстрее и интенсивнее, так что не заставляй меня ставить решетки на окна и двери! Да ляг ты уже! В конце-то концов! – сильно ударив рукой по деревянной поверхности прикроватного столика, васильковые глаза излучали не самые доброжелательные эмоции. Под таким взглядом, накладные ушки Нуара прижались к пшеничным растрепанным волосам, а мося (да, да, не лицо, а именно мося) была такой милой, что долго злиться на этого обалдуя у девушки не получалось. Маринетт устало потерла виски, стараясь подобрать наиболее мягкие слова, желательно без мата. -Котенок, полежи еще немного, а завтра я тебя отпущу, и вали на все четыре стороны. – в кислотных глазах все ещё плескалась нерешительность – не уже ли ты не хочешь, чтобы за тобой поухаживала твоя Леди? – Ну как? Как еще можно было заставить его заткнуться и смирно лежать на постели? Вот и Маринетт воспользовалась единственным сработавшим вариантом.       После услышанных слов, Нуар заметно приободрился и яростно закивал головой, соглашаясь с тем, чтобы за ним присматривала его возлюбленная.       С усталым выдохом, Леди принялась кормить «немощного» героя супом с ложечки. Затем перевязывать старые повязки, и, куда ж без этого, чесать за ушком. -Ну моя Леди…ну еще чуть-чуть…ну еще самую маленькую капелюшечку!- Нуар ластился к Леди Баг, нагло выпрашивая несколько лишних минут массажа головы. -Нет. У меня скоро пальцы отвалятся, хватит. – Ну и заключительный вопрос, кто-нибудь сможет устоять перед такой картиной: сильно прижатые к голове черные ушки, большие глаза с огромными расширенными зрачками, чуть выпяченная нижняя губа и немного поднятое основание бровей. Ему бы еще шляпу в руки и рыжие волосы, и точно вылитый кот в сапогах. Не выдержав такого напора милоты, Леди Баг закатила глаза, а радостный Кот улегся на, самые удобные на всем белом свете, колени и заурчал, как настоящий кот, когда изящные пальчики нежно сменали кожу головы.

***

      Не успел Адриан полностью детрансформироваться, как в кармане затрезвонил гаджет, оповещая о том, что за эти два дня, до него не могли дозвониться. Достав дорогой телефон, на экране высветилось:

«276 пропущенных: Сатана*» «69 сообщений: Сатана» «603 пропущенных: Натали» «2 пропущенных: Мари»

- кхм…мне пиздец… (когда заночевал у друга, и забыл предупредить мать…)

***

      Наверное, именно сегодня, у Маринетт было самое чудесное настроение, так как в офис она не вошла, а впорхнула, словно только что появившаяся на свет бабочка. На красивом личике сияла счастливая улыбка, а васильковые глаза светились от предвкушения хорошего дня.       Черная воздушная куртка, черные узкие, немного рванее джинсы, черные топик и чёкер. Поверх зеленый кардиган-пиджак и кеды, цвета хаки. На плече небольшой рюкзачок, такого же цвета.       Однако, не успела Маринетт дойти до приемной стойки офиса, подбежала взволнованная и очень напряженная Изабель. -Мисс, у нас очень большие проблемы. – мягкая улыбка мигом исчезла с лица синевласки. Почему хотя бы один четов день не может пройти без каких-либо ужасных последствий?!... -Так, Изабель, успокойся и расскажи, что произошло? – Маринетт ободряюще положила руки на плечи девушки, старясь унять ее дрожь. -К мистеру Агресту пришли несколько людей, и я краем уха услышала, что они говорили о продаже половины компании мистера…- договорить девушка не успела, так как Маринетт мигом соскочила с места и побежала к служебному лифту, на ходу снимая теплую куртку. Мари вихрем влетела в конференц-зал, чуть не разбив стеклянную дверь о стену, вырвала контракт прямо из-под ручки какого-то мужчины, и, внимательно прочитав, разорвала белоснежную бумагу на мелкие кусочки, выкинув остатки в, рядом стоящую, урну. Четверо мужчин, седевшие за дугообразным столом, уставились на девушку во все глаза, но ей было наплевать. Своим гневным взглядом, она пыталась прожечь дыру в Агресте, который, в свою очередь, устало закрыл лицо рукой. -Господа, не могли бы вы покинуть мой офис. – даже не посмотрев на мужчин, бросила Маринетт -Простите?... -Прощаю. Два раза повторять не стану. – В этот раз, в голосе девушки была непоколебимая сталь. От недавней вежливости не осталось и следа. Сопровождая свой выход гневными тирадами и постоянным бубнежом, они все-таки ушли из помещения. -И что все это было? – Адриан устало плюхается на кресло, стараясь держать эмоции под контролем и не сорваться на подруге. -Нет, Агрест, это я должна задать тебе этот вопрос!- повышенный тон, но не крик. -А что? Это моя половина компании и акций, я имею права делать с ней все, что захочу!- медленно, но верно, выдержка, когда-то пай-мальчика, начала расходиться по швам. -Мы подписали контракт об объединении наших компаний! Агрест, все переговоры, заключения контрактов, все внутренние действия обоих фирм, мы должны обсуждать между собой! Вдвоем! Ты и Я! Наедине! Согласовывать! Какого хуя ты возомнил себя здесь царем!? И вообще, почему ты привел их в мой офис?! Пригласил бы их в свой, или наш общий, я бы, может, и не узнала о таком крысятничестве…- гневную речь девушки прервал громкий хлопок руки о дерево, от которого Маринетт невольно вздрогнула, и грозное шипение, оповещающее о том, что терпение блондина на самом последнем издыхании. -Не смей на меня орать, Дюпен-Чен! Если я так поступил, значит, на то должны быть веские причины! А то, что я привел их в твой офис, всего лишь стечение обстоятельств! -Но почему ты не посоветовался со мной?! Мы ведь могли все ре… - девушку нагло перебили, а в напряженном воздухе, было практически слышно, как последняя нитка из полотна спокойствия Адриана, лопнула. -Да ничего мы не можем! Маринетт, ты сама не понимаешь, о чем говоришь! Это тебе всегда хорошо жилось! Вечно счастливая, с улыбкой до ушей, блять! Да сними ты уже свои розовые оч… -СТОП! А теперь просвети меня, каким образом мы перетеки в эту тему? И какое право ты имеешь так говорить о моей жизни?- это был не крик. Наверное, даже свежий замороженный лед позавидовал бы такому холоду, какой сейчас преобладал в голосе обиженной девушки. -Да ты всегда, блять, в хорошем настроении! Сверкающие глаза, эта гребаная воздушная радость! И не нужно строить из себя обиженную жизнью лишь из-за того, что я тебя когда-то бросил! У тебя были родители, которые тебя любят и поддерживают! И тут ты обрываешь жизнь, из-за какой-то дружбы со мной! Да ты и не дружила со мной особо! Вечно заикалась. Я до сих пор не понял, ты меня настолько ненавидела или что?! Почему ты вечно меня избегала?! Я был тебе так прот… -Я тебя любила… - звенящая тишина ударила по перепонкам. Глубокий вдох - …больше жизни…в тот день, меня бросил ещё один очень важный для меня человек. И не нужно говорить, якобы, это всего лишь два человека, о предательстве которых можно просто забыть и не париться…нет! У каждого свой болевой порок… Для меня ты и он, были самыми близкими людьми. Вы были частью меня… - еще чуть-чуть, и из васильковых глаз нова полились бы эти долбанные слезы!       Сколько можно, а? Когда это все закончится? Или хотя бы в организме девушки закончится вода?... Однако следующие слова блондина ввели девушку в ступор, заставив слезы отступить на второй план. -Не нужно давить мне на жалость, Маринетт. Я уже не тот, кем был раньше.- Казалось, разговор набирал новые обороты, но продолжать этот бессмысленный спор Маринетт не намеревалась, оставив за собой последнее слово: -Сколько же в тебе накопилось дерьма, Агрест…- Мари выбежала из зала, громко захлопнув за собой дверь.

***

      Девушка сидела у камина, как обычно попивая вино из бокала и выкуривая любимую вишневую сигарету. Слез не было. Только пустой взгляд, устремленный в алые языки пламени. Аля уехала в командировку, оставив подругу на целых две недели, поэтому вечер у камина Маринетт проводит одна. -Тикки…- пустой взгляд перешел к созерцанию алой, периодически, бултыхающейся, жидкости в бокале. -Да?- маленькая квами присела рядом с подругой. -Почему ты сказала, что возвращение Нуара мне приснилось? – огромные голубые глаза сузились в испуге, а маленькие красные лапки начали тереться друг об друга. -Ну..я..Мари, мне очень стыдно…но он уже один раз тебя предал…я не хочу, что бы снова прокололась с доверием к Коту и мучила себя. Ты должна больше рассчитывать на себя, а не на него. -Но ведь ты знаешь, как он мне дорог? И ты видела все мои страдания, когда он ушел. Ты видела, как мне его не хватает. -Да, но ты уже начала излечивать свои раны! Ты, ведь, уже могла твердо стоять на ногах, не зависимо не от кого. – увидев на лице подопечной разочарование, Тикки почувствовала себя еще хуже, из-за совершенного поступка.- Мари, прости. Я, поступила ужасно, не думая о твоих чувствах. Я сделала это, слепо веря в то, что для тебя это будет лучше, но…оказалось, что нет… - квами грустно повесила голову, предполагая, что Маринетт на нее обиделась и что она не будет с ней разговаривать. Но синевласка мягко улыбнулась и погладила указательным пальцем черное пятнышко на головке Тикки. -Спасибо. Ты это делала ради меня. А ошибки свершают все…зато мы на них учимся…и знаешь что? А ведь Агрест был прав. У меня есть родители, которые меня любят и поддерживают. Давненько я у них не была, нужно их навестить…- быстро одевшись, Маринетт вызвала такси и уехала в пекарню.

***

      Один оглушающий удар сердца…резко заледеневшие конечности… Только-только затянувшиеся раны распороли ржавым металлом…       В ушах звенит оглушающая, слишком громкая, нещадно режущая слух, тишина. Казалось, можно было услышать, как оставшаяся кровь двигается по венам, так как ударов сердца больше слышно не было.       Сил больше нет. Веки наливаются тяжелым свинцом, сознание медленно покидает тело Маринетт. Последнее, что запечаталось в памяти, это тупая боль в области затылка. Вероятно об угол стола. И кромешная тьма.

Знай, у каждого разное «больно», Знай, у каждого разное «страшно». Не суди со своей колокольни Неизвестносколькоэтажной. Не очерчивай взглядом границы, Не придумывай мозгом пределы. Что тебе в страшном сне не приснится, Для кого-то – обычное дело. Знай, у каждого разное «надо», Знай, у каждого разное «сложно». Впрочем, и представление ада Обобщить и сравнить невозможно. Знай, что правда бывает другая, А не та, что приносят на блюде. Присмотрись к тем, чьи судьбы пугают, Это – самые сильные люди.*