Любовь с риском для жизни

Чимин не был доволен поведением Мэй. Она вела себя слишком необдуманно и легкомысленно. В его поступке не было и капли ревности, исключительно забота. Мэй сидела на заднем сидении такси расслабленно откинувшись на плечо Чимина. - И что ты, по-твоему, делала? – спросил он будто в пустоту, смотря в окно, в размытом отражении приглядываясь к реакции подруги. Мэй безразлично пожала плечами и ничего не ответила. А что она могла сказать? Чимин познакомил её со своими друзьями, хотел показать ей, что существует и другая сторона их жизни, а она поступила необдуманно и глупо. Решила соблазнить его друга. Чимин видел это, по её поведению, по характеру танца, по взглядам, которые она бросала на Юнги из-под ресниц. Он приглянулся ей. - Мэй, не нужно этого делать, ты знаешь какие последствия могут быть, - вновь произнес Чимин тихо, чтобы водитель не слышал их разговор. - Я знаю, - так же тихо ответила она. - Ты не можешь позволять себе подобную слабость, - продолжал увещевать Чимин. – Однажды ты и я совершили ошибку, не стоит повторять с кем-то еще. - Я знаю, - так же равнодушно отозвалась Мэйлин даже не находя в себе сил чтобы злиться. Злости не было вообще. Не было обиды. Не было досады. В душе девушки и Чимина после событий четырехлетней давности остались лишь равнодушие и пустота. Чимин откровенно врал друзьям, когда говорил, что они с Мэйлин просто друзья, просто так было легче и проще пережить то, что произошло с ними.

* * * * *

Южная Корея, Пусан. Четырьмя годами ранее… Авария в которой погибли родители Чимина вовсе не была случайной, правда, открывшаяся ему спустя столько лет пожирала душу заживо. Отец Чимина в свое время работал на семью господина Чона, он был отличным химиком и конечно же господин Чон не мог упустить его из виду. Называть семьей, преступный клан, занимающийся торговлей наркотиками и заказными убийствами Чимин привык давно. Он воспринимал господина Чона своим отцом с тех пор, как тот взял его на воспитание после смерти родителей. А теперь оказывается, он сделал это лишь потому, что и сам Чимин тяготел к химии, разбирался в ней и любил эту науку всей душой, просиживая с отцом в лаборатории с самого младшего возраста. Не удивительно, что вскоре Чимин и сам начал работать на клан, не видел в этом чего-то ужасного, не задумывался о последствиях. Теперь же картина мира пошатнулась. А все из-за Мэйлин, из-за младшей дочери господина Чона. Она была яркой и веселой девочкой, игривой и забавной, проводила много времени со своими родными братьями и Чимином. Что же тут удивительного, что он влюбился в нее, а она ответила взаимностью? Их не смущала разница в возрасте, господин Чон посматривал на детей и их отношения благосклонно, этой связью он бы навсегда привязал Чимина к семье сделав его их частью. Их жизнь могла бы стать безоблачной, Чимин даже сейчас мог видеть дальнейшее развитие событий. Они бы с Мэйлин поженились, родили детей, он бы оказался до конца жизни привязан к клану. Вот только история не знает сослагательного наклонения, однажды он услышал то, чего слышать был не должен. Господин Чон разговаривал с кем-то у себя в кабинете, а он просто проходил мимо. Тогда-то он и узнал, настоящую историю того, как оказался в их семье. Случилось так, что отец Чимина заметил интерес господина Чона к своему сыну, он хвалил парнишку за тягу к науке, поощрял его опыты и отец испугался. Он понял, что если не выдернет сына из клана, то тот навсегда повязнет в преступных делах и не будет иметь возможности жить свободной и спокойной жизнью. Именно поэтому отец решил бежать вместе с семьей, а господин Чон предотвратил это единственно возможно для него способом. Убийством непокорных. Чимин выжил лишь чудом, и господин Чон счел за благо принять его в свою семью, за что парень был ему благодарен. Однако благодарен он был тогда, не сейчас. Сейчас повернуть время вспять было невозможно. Чимин с Мэйлин не встретившие сопротивления в своих отношениях со стороны отца и старших братьев не стали ждать свадьбы, честно говоря, они не так уж и хотели. Подростковые гормоны и чувства брали верх, они оказались в постели раньше, чем вообще успели подумать о последствиях, несколько месяцев любовного угара обернулись беременностью. Мэй тогда была жутко напугана, она полагала что отец не обрадуется, однако господин Чон был доволен подобным поворотом событий и сообщил, что в таком случае им следует стать мужем и женой. Чимин выдохнул с облегчением, они начали готовиться к свадьбе, и именно тогда он стал свидетелем того злополучного разговора. В душе бушевала злость, ярость, лютая обида и ненависть на всю семью Чон. Они убили его родителей, они играли его жизнью. Они манипулировали им как куклой, решив окончательно привязать к себе при помощи Мэй и их будущего ребенка. Он требовал объяснений от Мэй, подозревал что она все знала и расчетливо привязывала его к себе действуя по указке отца. Как же Чимин тогда ошибался. Мэйлин не знала ничего из этого. Она любила Чимина и предложила ему сбежать от отца и семьи, от всех преступных дел. Затеряться где-нибудь, мир ведь так огромен...? Чимин согласился, но он должен, просто обязан был помнить, чем закончилось подобное решение его отца. Люди господина Чона поймали их в тот момент, когда они уже практически пересекли границу с Китаем. Вернули в Корею и разверзся ад. Мэйлин и Чимина разлучили – для начала, а затем подвергли пыткам на предмет того, как это плохо быть непокорными и неблагодарными детьми которых так любят. Неудивительно что Мэйлин родила раньше времени, Чимина сломали под пытками добившись покорности, а их ребенка забрал себе на воспитание господин Чон. Мэй и Чим прекрасно осознавали, это вовсе не жест благородства, скорей уж живой заложник в его руках и рычаг управления ими. После всего пережитого, им не удалось сохранить любовь, не удалось сохранить даже злость или ненависть, они вдвоем погрязли в равнодушии и какой-то пустоте, бездумно и без особых эмоций выполняя приказы клана. Мэй начала убивать по контракту, Чимин продолжил работать в нарколаборатории и разрабатывать для Мэй яды, которые невозможно отследить. Господин Чон в свое время не ошибся, Пак Чимин действительно оказался гениальным химиком. А их жизнь с того времени покатилась по наклонной. И выхода не было, или они его не видели.

* * * * *

Чимин вынырнул из болезненных воспоминаний, когда такси остановилось у дома. Мэйлин крепко спала. Он вышел из машины, взял Мэй на руки и направился к дому. Девушка посапывала на его руках уткнувшись носом в шею, и это не вызывало в нем вообще никаких эмоций. Чимин чувствовал, что упускает в своей жизни что-то важное, но исправлять ситуацию не хотел. Не видел смысла. Уложив девушку на кровать, он раздел её и услышал глухой стук мобильного телефона, выпавшего из кармана её одежды. Несколькими секундами спустя экран ярко вспыхнул, высвечивая входящий вызов от Чонгука. Чимин со вздохом ответил. - Милая, ты в своем уме? – раздался недовольный голос Чонгука на том конце. - Мэйлин уснула, - ответил Чимин укладываясь рядом с подругой, закидывая одну руку за голову и повернув голову уставился в панорамное окно на потрясающий вид. Только из-за этого вида на парк он когда-то и купил этот дом. - О, Чимин, - явно расплылся в улыбке Чонгук. – Я смотрю малышка как обычно после работы снимает напряжение привычным способом? Что же ты так затрахиваешь её, что она даже не находит сил ответить на мои звонки? Чимин ничего не ответил, не видел смысла. Все в семье Чон полагали, что Мэй и Чимин до сих пор вместе. Во-первых, они не видели смысла посвящать их в свою жизнь, а во-вторых, так было безопаснее для них самих и для их дочери, оставшейся в руках отца Мэй. - Что-то случилось, Чонгук, или звонишь чтобы узнать подробности наших бурных постельных игр? Чимин устал, он хотел спать, а еще он не испытывал никакого желания общаться с одним из братьев Мэй. Чонгук фыркнул в трубку и все же соизволил ответить: - Отец хочет, чтобы вы приехали на воскресный ужин. - Вдвоем? – уточнил Чимин. - Конечно вдвоем, голубки вы наши неразлучные, - усмехнулся Чонгук. - Хорошо, - без особых эмоций согласился парень. – Мы обязательно будем. Отключив телефон, Чимин не поднимаясь с кровати разделся, бросил одежду на пол и повернувшись на бок, закрыл глаза. Его тревожила мысль о том, как часто отец Мэй начал таскать их к себе на ужины в последнее время. Чимин краем сознания понимал, грядет что-то нехорошее.

* * * * *

Чонгук раздраженно отбросил телефон в сторону и закурил. Хосок находящийся здесь же, посмотрел на брата чуть вопросительно. - Сестра с Чимином? – уточнил Джей Хоуп. - А сам не слышал? – огрызнулся Чонгук. – Никак не могут натрахаться вволю, словно кролики. - Осади, - приказал Хосок. – Она наша сестра, имей уважение. Чонгук вспыхнул подобно спичке. - А они много имеют уважения к нашей семье? Жить предпочли отдельно; собирались пожениться, но так этого и не сделали; Мэй родила ребенка и бросила малышку на отца; Чимин вообще срать хотел на собственную дочь! А когда приезжают сюда и заметь, лишь по особым приглашениям, даже времени ей не уделяют. Хорошая семья из них вышла, ничего не скажешь. Только и умеют что из постели сутками не вылезать. А если сестра снова забеременеет, вновь спихнет ребенка на отца? Хосок укоризненно качнул головой, но ничего не сказал. Он и не знал, что тут можно сказать. Ему нравилось то, как развивались отношения Мэй и Чима в самом начале, он был рад за них, как и Чонгук, а потом произошла какая-то ерунда. Они отменили свадьбу, бросили дочь, рожденную раньше времени и так нуждавшуюся в матери на их отца, и свалили жить отдельно. Мэй, никогда не хотевшая заниматься семейным делом вдруг начала брать заказы, а Чимин, до этого работавший исключительно по линии изготовления наркотиков, вдруг начал помогать сестре разрабатывая какие-то хитрые яды. Все это выглядело так, словно сестра со своим избранником в один миг сошли с ума. Всё это царапало душу Хоупа подозрениями, но объяснений он пока что не находил. Чонгук же злился на сестру и Чимина за то, что они бросили своего ребенка. Их дочурка, Шиа – милейшее создание, он обожал племянницу и души в ней не чаял, а когда видел равнодушие и отстраненность в глазах сестры и Чима, буквально закипал от гнева. И отец их тоже хорош, вел себя так, словно так и нужно. Пусть без слов, но словно поощрял дочь и несостоявшегося зятя на подобный образ жизни. Дверь в комнату, где расположились братья Чон, приоткрылась и показалась голова миловидной девчушки. Шиа ярко улыбнулась и помахала рукой. - Дядя Гук, можно? Чонгук расплылся в улыбке и расставил руки в стороны. Девочка радостно гукнула и бросилась в его объятия. Парень подхватил малышку на руки и усадил себе на колени. - Ты почему не спишь, маленькая? – спросил он, мельком бросая взгляд на часы. Четвертый час утра. - Мне сон страшный приснился, - нахмурилась девочка. – Я испугалась снова засыпать одна и пошла кого-нибудь искать. Чонгук с раздражением подумал о том, что успокаивать дочь от ночных кошмаров должны родители, но они видите-ли слишком заняты своей жизнью и до девочки им нет никакого дела. - Ну что же, пойдем я уложу тебя и заодно проверю, чтобы никто не тревожил твой сон. Чонгук поднялся из кресла с девочкой на руках и незаметно выложил пистолет на стол, с которым обычно никогда не расставался. Хоуп тут же открыл ящик стола и отправил пистолет туда. Они как могли, до поры до времени старались оберегать Шиа от того, чем занималась их семья.

* * * * *

У себя в комнате Шиа проворно забралась под одеяло и улеглась на подушке, хитрыми глазами глядя на Чонгука. - Что такое, маленькая? – спросил он улыбнувшись. Шиа была похожа на его сестру, и чем-то на Чимина. Очень миленькая, словно фарфоровая куколка. - Побудь со мной, дядя Гук, - попросила она. – Пока я не усну. Парень незаметно вздохнул, пододвинул поближе к кровати глубокое кресло и устроившись в нем поудобнее, расслабился. - А это правда, что в воскресенье мама и папа приедут на ужин? – тихо спросила девочка. - Да, Шиа, обязательно приедут, - подтвердил Чонгук, и соврал. – Папа пообещал, что они привезут тебе какую-нибудь игрушку. - Эх, лучше бы они приехали в субботу вечером и остались на целый день, - вздохнула девочка. – Или хотя бы в воскресенье утром… Чонгук постарался не измениться в лице. Шиа безумно скучала по родителям, в её комнате было полно их фотографий, дедушка не уставал постоянно говорить с внучкой о них, рассказывая, как Мэй и Чим любят её. Девочка души не чаяла в родителях, а им хоть бы что. Как же, приедут они пораньше, если найдут в себе силы выползти из блядских клубов и перестать веселиться в компании алкоголя и музыки. Родители, блядь! Как Мэй могла стать такой матерью, когда и сама жила без материнской ласки? Она ведь знает каково это, когда рядом нет мамы. Нет её ласки. Нет любви и поддержки?! Они жили только с отцом, мать бросила их вскоре после того, как родила Мэйлин, и сестра всегда говорила о том, что никогда не поступит так со своими детьми. И вот, опровергла свои же слова. Приезжают с Чимином только тогда, когда отец буквально приказывает им, и хоть бы раз действительно привезли дочери подарок. Ведь вообще ничего! - Дядя Гук, а ты можешь попросить папу чтобы он привез мне собаку? – неожиданно попросила Шиа. – Я уже говорила с дедушкой, он вовсе не против, сказал, что если родители подарят мне собаку, то я смогу оставить её в доме. Я правда, очень-очень хочу, чтобы родители подарили мне собаку. - Без проблем, маленькая, я позвоню папе, и он подарит тебе самую лучшую собаку, - пообещал Чонгук, поняв, что никому он звонить не будет. Сам купит пса, и вручит этим горе родителям, чтобы сделали дочери подарок. – Какую ты хочешь? - Любую, - сонно пробормотала девочка улыбаясь. – Беленькую, красивую девочку. Чонгук прикрыл глаза и в очередной раз постарался не сорваться. Нельзя, нельзя так много злиться на сестру. Нельзя ненавидеть её и Чимина, они ведь практически не общаются сейчас, только по работе, он не знает всего что происходит в её жизни. Но уговоры не помогали, раздражение нарастало, и только эта маленькая девочка, спящая на кровати, помогала ему унять злость. Чонгук еще не знал как, но был уверен что сделает все, чтобы его сестра взялась за ум.

* * * * *

Для Юнги никогда не составляло особых проблем найти на человека информацию, хакерское прошлое он никогда не забывал, продолжая совершенствовать свои навыки. Он не знал, что за отношения связывают Чимина и Мэй, но раз Чим усердно твердил о том, что они друзья, то значит он вовсе не поступает как мудак пытаясь отбить у него девушку. Однако в этот раз, ему даже пользоваться своими навыками не пришлось. Он заметил, что Мэй и Тэхен успели обменяться номерами и без особых проблем выудил номер у друга. Тэхен ржал как конь, утверждая, что ничего ему не светит, но кто бы его вообще спрашивал? Так что в субботу днем, едва стрелки часов приблизились к полудню, он набрал номер девушки. Длинные гудки говорили сами за себя, скорей всего Мэй спала. Юнги уже собирался сбросить вызов, когда услышал сонный девичий голос: - Алло, кто это такой ранний и бодрый? – поинтересовалась она. - Это Юнги, я взял твой номер у Тэ, - тут же произнес он. - Что скажешь, если мы с тобой встретимся и возможно, прогуляемся? Мэйлин молчала. - Юнги, друг Чимина? – уточнила она. - Совершенно верно, Мэйлин, - подтвердил он с легким смешком. – Помнишь мы вчера познакомились в «Янтарном драконе»? - Конечно помню, - с небольшим фырком ответила девушка. – Прости, без утренней дозы кофеина я не могу соображать связно, но, если ты будешь так добр и привезешь для меня огромный стаканчик миндального капучино, я не просто прогуляюсь с тобой, но еще и смогу поддержать разговор. - Отлично, - довольно улыбнулся Юнги. – Называй адрес и скоро я буду там с дозой кофеина и порцией свежей выпечки. - М-м-м, волшебник, - усмехнулась Мэй. – Знаешь, как добиться девичьего расположения. Я у Чимина, знаешь где он живет или уточнить? - Знаю, - подтвердил парень. – Скоро приеду. Юнги отключил телефон и прикусил щеку изнутри. Забавно, друзья, но ночуют вместе. Парень не стал заморачиваться на этот счет, покинул свою квартиру, сел за руль и направился в любимую кофейню за напитком для себя, девушки и Чима. Почти через час он припарковался у дома друга, взял подставку с тремя напитками, бумажный пакет с выпечкой и позвонил в дверь. Чимин сам пригласил его в дом, растрепанный и взъерошенный после сна, явно только что вылезший из постели. - Все никак не придешь в себя? – подколол его Юнги. – Я привез тебе кофе. - Мне ли? – усомнился Чимин поглядывая на три стакана и явно улавливая аромат миндаля, такой пила только Мэй. - Не только, - согласился Юнги. – Мэйлин уже поднялась? - Сейчас выйдет из душа, - хмуро ответил Чимин, взял свой кофе и сделав несколько глотков блаженно вздохнул. – Восхитительное начало утра. - Дня, - поправил его Юнги. – Уже день, дружище. Чимин состроил физиономию обиженного кота и показал другу язык. - Так значит вы с Мэй решили прогуляться? – уточнил он, просыпаясь окончательно и приободряясь. - Есть какие-то возражения? – вздернул бровь Юнги. - Есть, - ответил Чимин и подошел к другу вплотную. – Мэйлин моя подруга, нас многое связывает, и я не советую тебе, вести себя с ней так, как ты обычно поступаешь с девушками. Мы друзья с тобой, Юнги, но и Мэй использовать я тебе не позволю. Юнги мысленно присвистнул. Чимин, выглядел сейчас достаточно опасно и грозно, его голос был тверд и решителен. Похоже он и правда дорожит отношениями с Мэй. - Остынь, Чим, - улыбнулся Юнги, поясняя. – Обычно я и кофе девушкам не покупаю, не ищу с ними встречи, ну ты понял… для секса всегда есть более доступные особы. Это просто встреча и прогулка. Чимин кивнул и уселся на стул пытаясь рукой привести волосы в порядок. - Как вчера посидели, после того как мы ушли? - Нормально, - пожал плечами Юнги. – Намджун подцепил какую-то красотку и уехал с ней в неизвестном направлении, а Тэ все никак не мог умолкнуть на счет Мэйлин восхищаясь её блогом. Похоже, он твердо намерен напроситься с ней в одну из поездок. Юнги усмехнулся тому энтузиазму, который вчера источал Тэхен. Он ведь правда без умолку твердил о том, как это классно было бы отправиться в путешествие не просто для отдыха, а с какой-то целью. - Как знать, может она и согласиться, - немного задумчиво протянул Чимин. Юнги не успел сказать и слова, как услышал шаги у себя за спиной и обернулся. Мэйлин после душа выглядела свежей и отдохнувшей, после вчерашнего ночного загула не осталось и следа. Её влажные после душа волосы были собраны в небрежную прическу, она оделась в светлые спортивные брюки, подвернутые снизу и светло серую футболку с коротким рукавом. - Добрый день, Мэйлин, - улыбнулся Юнги. – Ты прекрасно выглядишь! - Кому день, а кому утро, - улыбнулась девушка игриво и чуть нахально. Юнги протянул ей стаканчик с кофе и предложил угоститься свежей выпечкой. Девушка радостно сделала несколько глотков и выбрала себе аппетитный пончик в сахарной посыпке. - Ну что, готов отправиться на прогулку? – уточнила она, направляясь к двери и по дороге обуваясь в белоснежные кроссовки. - Несомненно, - тут же отозвался Юнги выходя из дома вслед за девушкой. Чимин проводил их взглядом и чуть укоризненно мотнул головой. Он не одобрял действия Мэй, но спорить с ней не стал. Когда она утром заявила, что решила прогуляться с Юнги по его инициативе, Чимин резонно заметил, что это вовсе не похоже на дружескую встречу. Он помнил вчерашние взгляды друга и не менее красноречивые движения Мэй. Между этими двумя пробежала искра, вот только Мэйлин не собиралась отказывать себе в удовольствие романтической встречи. Она и так последние четыре года жила в состоянии постоянных ограничений, она устала и просто хотела чего-то легкого и приятного. Все на что надеялся Чимин, что Мэй будет благоразумна и не позволит себе развить отношения с Юнги до чего-то действительно серьезного. Если это просто секс, жажда романтики, желание почувствовать себя чуточку лучше, то пусть будет так, главное, чтобы Мэйлин не позволила себе влюбиться, иначе, беды не избежать.