Новенькая

Джен
R
Закончен
10
Размер:
Мини, 16 страниц, 1 часть
Описание:
Стражу-констеблю приходится приглядывать за новичками. Но эта новенькая оказалась особенной.
Примечания автора:
Написано для diary-феста Secret Santa 2020/2021
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
10 Нравится 0 Отзывы 2 В сборник Скачать
Настройки текста
      Новенькую звали Бетани, и, увидев ее впервые, Натаниэль едва не лишился дара речи. Нет, не из-за неописуемой красы, хотя девушка и была хорошенькой. Он привык, что в ордене может оказаться кто угодно — пропойца, убийца, вор — но никак не ожидал увидеть милую домашнюю девочку с мягким лицом и ясным взглядом.       Вида он, впрочем, не подал, представился, как подобает, а потом потащил новенькую и Страуда, который ее и привел, на кухню. Вообще-то кормили по часам, но в обязанности стража–констебля входило снимать пробу, прежде чем еда попадала на общий стол, и Натаниэль время от времени этим пользовался. В конце концов, расспрашивать людей после долгого похода, не дав поесть, помыться и отоспаться стоит, только если от полученной информации зависят жизни и смерти. А любопытство может и подождать.       Потом он показал Бетани ее комнату, мыльню, проводил к интенданту, чтобы тот выдал все необходимое для жизни, и велел отдыхать пока, пообещав вечером показать башню как следует и представить остальным. Девочка кивала, очень вежливо благодарила и не задавала лишних вопросов. Строго говоря, вообще не задавала вопросов. Натаниэль посмотрел на нее внимательней: красные веки, синячищи вокруг глаз, чуть замедленные движения. Понятно. С этим мало что можно сделать: Андерс варил какую-то дрянь, после которой просто проваливаешься в сон, но где сейчас Андерс? А больше путных травников среди них не было. Впрочем…       — Если донимают кошмары, может, поселить тебя пока с кем-нибудь из девчонок? Когда рядом кто-то живой — легче.       Свободных помещений в башне по-прежнему было куда больше, чем людей, так что можно выбрать комнату и попросторней. Вряд ли кто-то откажется помочь, первые месяцы после Посвящения слишком хорошо врезались в память.       — Не надо, спасибо. Не хочу никому причинять неудобства.       — Это не неудобства, — как можно мягче сказал Натаниэль. — Это нормальная помощь. «Каждый сам за себя» хорошо в мире и достатке, на войне так не выжить. А мы на войне.       — Да уж, удружила мне сестренка, — непонятно хмыкнула Бетани. Добавила: — Спасибо за намерения. Но не стоит.       Натаниэль пожал плечами. Было бы предложено.       Страуд давно привык к таким переходам, отсыпаться ему не хотелось, а вот посидеть за кружкой пива или вином — очень даже, так что Натаниэль не удивился, обнаружив его под дверями своей комнаты. Пиво у него было: как раз недавно прислали бочонок из Амарантайна. Сложнее всего было утаить его от Огрена.       — Где ты откопал этого младенца? — поинтересовался Натаниэль, когда они расположились за столом, отодвинув бумаги.       — На Глубинных тропах в двух неделях пути от поверхности. И в отряде было только четверо.       Интересно, что их туда понесло? Нормальные люди на Глубинные тропы не суются, и правильно делают. Но продержаться так долго — неплохо, совсем неплохо.       — А еще за нее просил Андерс.       Натаниэль поперхнулся пивом.       Рыжий кот жил теперь у Делайлы. Вспоминать его хозяина не хотелось. Не потому ли, что сам Натаниэль так и не смог решиться сделать то же, что и бывший друг?       — Как он?       Страуд пожал плечами.       — Мы особо не разговаривали.       Может, и правильно. О чем им, действительно, разговаривать?       — А девочка нормальная, — продолжил Страуд. — Я сомневался поначалу, но толк из нее будет.       Натаниэль пожал плечами. Поживем — увидим, пути назад для нее все равно нет.       Они опустошили еще по паре кружек, перемыли кости начальству, каждый своему. Натаниэль не боялся, что его слова дойдут до Стража-командора. Во-первых, Страуд не из таких, во-вторых, он сам еще с детства привык не говорить за спиной того, что не сказал бы в глаза. Впрочем, вряд ли бы командир узнал о себе много нового.       Когда прозвонил гонг к вечерней трапезе, Натаниэль вытащил из комнаты новенькую и повел знакомиться с остальными. Все девятеро уже устроились за длинным столом. Плюс он сам, Бетани и командир — итого дюжина Стражей на весь Ферелден. Негусто, но все же лучше, чем в самом начале, когда их было четверо.       — Это Бетани, наша новая сестра по ордену, — сказал он. — И она сама о себе расскажет, если захочет, конечно.       Бетани поклонилась. Натаниэль чуть приподнял бровь — для девочки, выросшей в деревне, поклон оказался неожиданно изящен. Интересно…       — Не умею говорить о себе, — новенькая явно смутилась. — Мы жили в Лотеринге, потом перебрались в Киркволл, сейчас вот… здесь...       — Ну и хватит для начала. Знакомься с остальными. Это Сигрун.       Натаниэль положил руку на плечо гномы.       — Надежна как камень, из которого вышла. Если нужно, чтобы кто-то прикрыл тебе спину парой кинжалов — обращайся к ней. Огрен. Боец отличный, но пить с ним не советую, если не хочешь проснуться под столом. До сих пор не знаю, что вернее укладывает врагов штабелями — его топор или перегар.       — Ха! Все не можешь простить того проигрыша! — ухмыльнулся гном.       — Ничего, когда-нибудь отыграюсь. Веланна. Маг. Язык у нее так же смертоносен, как посох.       — Ш-ш-шемлен…       — Я тебя тоже обожаю, — Натаниэль приобнял ее за плечи и тут же получил по рукам. — Мойра. Снимет стрелой слепня со спины коня, не поранив. Годвин…       Он перечислял всех поименно, стараясь сказать о каждом что-нибудь хорошее, чтобы для новенькой они стали не просто вереницей имен и лиц, равно чужих. Потом, конечно, все равно будет со всеми знакомиться заново, с кем-то сдружится, кого-то будет недолюбливать, но это потом…       — Тогда и меня представь, — раздалось из-за спины.       — Вряд ли Страуд вас не представил, но изволь: Страж-Командор, Герой Ферелдена, победитель…       — Айдан. Когда мы не в моем кабинете. Натаниэля ты тоже уже знаешь.       Бетани снова поклонилась.       — Для меня честь знакомство с вами, сер.       Улыбнулась — точно солнышко выглянуло. Айдан в ответ изобразил одну из самых своих обаятельных улыбок — умеет же, герой, чтоб его! — жестом усадил, начал негромко расспрашивать.       Натаниэль в разговор не лез, но слушал внимательно. Маг… Маг — это хорошо, одна Веланна на все патрули не разорвется. И в Круге выбирать особо не из кого: после той резни, что случилась три года назад, после битвы в Денериме, обученных магов осталось не так много, а ученики когда еще подрастут… Можно, конечно, объявить право Призыва, а там хоть трава не расти, но страж-Командор идти на крайние меры не хотел, не настолько плохо обстояли дела. Не слишком хорошо, правда, что девочка отступница, непонятно, кто и как ее учил, и много ли умеет. Теоретически, Веланна тоже отступница, но с ней они худо-бедно сработались, а как с этой — пока непонятно.       — Натаниэль, загляни ко мне после ужина, — сказал Страж-командор. — Перекроим патрули. Хочу завтра сам размяться, заодно и на Бетани в деле посмотрим. Натаниэль кивнул. Новенькую проверять все равно придется, а если командиру приспичило самому мечом помахать, так чего бы и нет. И то сказать, от сидения над бумагами, поди, задница давно по форме стула обмялась.       Перетасовать состав патрулей, когда патрульных можно пересчитать по пальцам — совсем недолго, хоть и муторно. Но едва они собрались отдавать готовый распорядок писарю, появился вестовой со срочным письмом. Натаниэль заметил венок на печати и торопливо поднялся, собираясь уходить.       — Погоди, — махнул рукой Страж-командор. — В срочных письмах добрых вестей не бывает.       Он пробежал глазами по строчкам, перевел взгляд на вестового:       — Передай гонцу: мы выезжаем завтра же.       Бросил письмо на стол.       — Порождений тьмы видели в Хайевере, близ границы с Амарантайном. Фергюс просит разобраться.       Значит, вся только что проделанная работа насмарку. Снова все перекраивать.       — Кого пошлешь?       — Сам пойду. Еще ты, Огрен, — Страж-командор усмехнулся, — прямо как в старые времена. И, пожалуй, новенькую все же возьмем.       Натаниэль покрутил в пальцах перо.       — Мойра лучше меня. И мага лучше взять проверенного.       — Черное болото и Кэл Хирол мы прошли не с Мойрой, — хмыкнул командир. — И мы оба знаем, что она не лучше. Что до Бетани — едва ли девочка выжила на Глубинных тропах только благодаря своим спутникам. К тому же, не думаю, что все настолько плохо обернется, чтобы мы втроем не справились. Пока Фергюс пишет про стычки с дозорными.       — Но всегда может вылезти большой отряд.       — Может. Поэтому мне и нужен ты.       Натаниэль обреченно кивнул.       Бетани долго искать не пришлось: она была у себя и открыла дверь после первого стука. Уже после пары фраз стало ясно, что новенькая действительно знает, что собирать с собой в поход, который может занять от двух дней и до недели. Если вдруг затянется, Страж-командор наверняка попросит помощи в Хайевере, хотя, видит Создатель, сам Натаниэль бы этого совсем не хотел. Так что инструкции много времени не заняли. Уже собираясь уходить, он внимательно посмотрел на девушку, недолго подумал и предложил:       — Пойдем-ка выпьем.       Поймал подозрительный взгляд и улыбнулся:       — Напьешься в стельку, заснешь на ходу и не будешь всю ночь таращиться в темноту, боясь закрыть глаза.       — Откуда ты знаешь?       — У меня хорошая память.       Девушка вздохнула:       — Думала, я одна такая трусиха.       — Разве Страуд не предупреждал?       — Предупреждал. Но я думала…       — Что все остальные стражи — это такие железные ребята, которые гордо плюют в морду ночным кошмарам, и только тебе одной страшно почти до безумия? — рассмеялся Натаниэль. — Мы все через это прошли. Потом станет легче, но до этого «потом» еще надо как-то дотянуть.       Бетани улыбнулась.       — Спасибо. Это успокаивает.       — Ну, так пойдем?       Она покачала головой.       — Справлюсь, спасибо.       — Завтра мне нужен боец, а не потенциальный труп, который может утащить за собой и остальных.       — Похмельный боец, конечно, лучше сонного, — фыркнула Бетани.       — Похмелье выветрится по дороге. Выспаться в седле не удастся. К тому же, если уж будет совсем невмоготу, от похмелья есть и другие средства. — Натаниэль добавил суровости в голос. — Так что это приказ.       — Что еще ты собираешься приказать? — ощетинилась она.       — Ничего. Я безобиден, уверяю.       Даже если бы он и собирался… то не так же! Не совсем же убогий, в конце-то концов.       — Что за мерзавцы тебе попадались до сих пор?       — Кровавые клинки. Наемники. Сопроводить купца, или, наоборот, не дать ему добраться до места, перехватить гонца... И тому подобное.       Надо же, а с виду и не скажешь.       — С такими ребятами даже я пить не рискну, — хмыкнул он. — Ну так как?       Она посмотрела снизу вверх, снова улыбнулась и Натаниэль, сам себе удивляясь, расцвел в ответ.       — А давай. Прямо сейчас?       — Сколько тебе надо времени, чтобы собраться на завтра?       — Пары часов хватит.       — Тогда я вернусь через два часа, а ты заодно подумаешь, где будем пить.       — Я тут ничего не знаю… — растерялась она.       — Мы можем сесть с бочонком пива в трапезной. Пиво с меня, естественно, — уточнил Натаниэль. — Если тебе будет спокойней на людях. Но сперва явится Огрен, который выпивку чует не хуже чем скверну, потом подтянутся остальные и тихие посиделки в успокоительных целях превратятся в разнузданную попойку. Зато со всеми перезнакомишься как следует. Правда, потом придет Страж-командор, и разгонит всех, вопрошая Создателя, за какие грехи тот назначил его в няньки великовозрастным деткам.       — Не хотелось бы с первого дня гневить начальство, — хихикнула Бетани.       — Тогда выберемся на балкон, который не видно со двора, и я прихвачу чего-нибудь покрепче.       Когда Натаниэль уже был готов закрыть дверь, девушка окликнула.       — Ты со всеми так возишься?       — Не волнуйся, — ответил он не на сам вопрос, а на то, что за ним подразумевалось. — Я имею в виду ровно то, что сказал. Ни больше и не меньше.       На самом деле «возиться» так или иначе приходилось со всеми. Может, и были такие, кто с первого дня нашел в ордене свое место и смысл жизни, но Натаниэлю они не попадались. Кто-то переживал Посвящение, кошмары и осознание, что жизнь изменилась бесповоротно и навсегда, легче, кто-то нет, но приглядывать за новичками надо было всегда. Годвина и Родерика оказалось достаточно вовремя поддержать, Барил и Иссея повелись на «слабо», для Мойры поначалу пришлось изображать бессердечную сволочь, чтобы разозлилась. Ничего, в общем, сверх того, чему учили когда-то сначала отец, потом сер Родольф, так что сам Натаниэль не считал это какой-то дополнительной заботой. Скорее, наоборот: он давно бы свихнулся, если бы не приходилось думать о других. И сегодня почти не лукавил — ему действительно не нравилось, как девочка выглядит и как движется: так держатся люди, почти дошедшие до края.       Он вернулся, как и обещал, через два часа, прихватив кроме старого плаща и фляги с крепким вином склянку с противоядием из собственных запасов: может, Бетани наутро и не понадобится, но подстраховаться стоило. Этому трюку Натаниэля научил Страж-командор, а того, если верить рассказам, почтенная седовласая старшая чародейка.       — Не передумала? — спросил он. — Если что, я просто оставлю пойло и уйду.       — Говорят, пить в одиночестве — удел или совсем отчаявшихся, или вовсе опустившихся. Так что не хотелось бы начинать.       Натаниэль кивнул. Говорили ей правильно.       Большинство стражей считали, что знают все закутки башни, где можно укрыться от бдительного ока Стража-Командора. Натаниэль только посмеивался. Он сам не был уверен, что знает все. Но сейчас особо и не было нужды искать укромный угол. Всего-то дойти до конца коридора, нырнуть за пропыленную шпалеру — матушка бы голову слугам оторвала за такое небрежение — и открыть совершенно неприметную дверь. Дальше в коридоре был камень, на который следовало нажать особым образом, чтобы открыть потайной ход, призванный вывести господ из замка в случае крайней необходимости. Но крайней необходимости пока не было, так что показывать этот камень он пока никому не собирался: может, и самому пригодится однажды. А вот балкончик в конце коридора — можно и показать. Натаниэль любил этот балкон: с него не было видно двора, только далеко внизу стена крепости, а за ней — поле и лес. И небо. Перед тем, как уехать в Вольную Марку, он долго сидел здесь, глядя в небо и думал, что, наверное, оно везде одинаково, а, значит, и там, за морем, у него останется что-то от дома. Сейчас небо было темным, безлунным, и звезды висели так низко, что казалось, можно потрогать руками.       — Звезды как над Лотерингом, — сказала Бетани, устраиваясь на плаще. — Если не оглядываться, то будто ничего и не случилось.       Натаниэль протянул ей флягу:       — Когда я уезжал отсюда, думал, что небо везде одинаково. Оказалось, в Старкхевене звезды немного другие. Разница невелика, но когда скучаешь по дому…       Бетани отхлебнула, закашлялась.       — В Киркволле не видно звезд, — сказала она, отдышавшись. — Только камень, насколько хватает глаз, а небо заслоняет дым из литеен.       — Ты бы хотела вернуться в Лотеринг? — негромко спросил Натаниэль. Ему самому удалось вернуться домой, пусть поначалу и казалось, что лучше бы никогда не возвращаться.       — Лотеринг мертв… Говорят, там вся земля пропитана скверной, и… — Она резко запрокинула голову, поднося к губам флягу. Снова закашлялась, смешно замахала ладонью перед лицом. — Фу, аж слезы из глаз. Ты специально самое крепкое взял?       — Не самое, — хмыкнул Натаниэль. — За самым крепким — к Огрену, но тебе с ним пить рановато.       Так он и поверил, что слезы от вина.       — Да, я запомнила. Если не хочу проснуться под столом. Чувствую, завтра я проснусь под балконом.       — Во-первых, здесь столько не будет. Во-вторых, я присмотрю. — Натаниэль взял у нее флягу, отхлебнул сам. — Как тебя занесло в Киркволл? Не лучшее место для отступницы, сколь я наслышан. Мор?       — Мор, — кивнула Бетани, отбирая у него флягу.       Пила девочка с отчаянной решимостью недоросля, оказавшегося в компании таких же желторотиков, старательно строящих из себя взрослых. Быстро окосеет. Оно и к лучшему.       — Извини, не хочу рассказывать, — сказала она. — Начну ныть, а это никому не нужно. Что случилось, то случилось, назад не воротишь.       Голос подозрительно зазвенел, она отхлебнула еще глоток, замотала головой.       — Как хочешь. Можем просто помолчать.       — Да, так будет лучше, — кивнула Бетани.       И начала рассказывать.       Натаниэль слушал. Молчал. Подвинулся ближе, приобняв. А еще через какое-то время Бетани сидела у него на коленях и всхлипывала в воротник, а он тихонько гладил ее по волосам и думал, что никакие слова тут не помогут. «Зато жива» — так себе утешение. Он сам когда-то сказал: «Лучше повесьте», и отчаянно жалел, что пережил Посвящение. Как наверняка жалел об этом и Страж-командор, объявивший право Призыва. Натаниэль сумел с этим смириться… кажется. У двоих новеньких это не получилось — и оба просто однажды не вернулись из боя. Андерс не смог смириться и сбежал. Но эта не побежит. Одна радость — храмовников теперь можно не бояться, но что-то подсказывало, что и это вряд ли ее утешит.       А еще он думал, что здорово себя переоценил, оставшись с девушкой наедине. Не превратить дружеские объятия в нечто иное требовало изрядных усилий. Просто хмель и долгое воздержание, сказал он себе. Просто...       Бетани всхлипнула в последний раз и отстранилась, вытирая лицо рукавом.       — Извини. И — спасибо.       — Должность у меня такая, — хмыкнул Натаниэль, взъерошивая ей волосы. Потряс флягу. — Допивать будешь?       Девушка зевнула, прикрывая рот ладонью.       — Пожалуй, нет. Я и так не уверена, что дойду. И, кажется, в самом деле засну сразу же, в первый раз за три недели.       — Дойдешь, — Натаниэль помог ей подняться. — Я тебя провожу.       Приобняв за талию, чтобы и в самом деле, не ровен час, не свалилась.

***

      Они выехали с рассветом. Страж-командор держался в седле так, словно в нем и родился. Огрен даже с подтянутыми под его рост стременами больше напоминал куль, чем всадника: наверняка уже через пару часов начнет костерить на чем свет «проклятую скотину» и жаловаться, что отбил себе все места, какие можно и какие нельзя. Натаниэль подумал, что вместо него стоило бы взять кого-нибудь из людей или эльфов, но именно такой командой они исходили половину эрлинга в первые, самые страшные месяцы, когда казалось что конца-края не будет порождениям тьмы, разбойникам, демонам и прочей нечисти, заполонившей эти земли после Мора. Четвертым тогда был Андерс. Сейчас за мага с ними ехала Бетани. Она выглядела спокойной и собранной, синяки под глазами разгладились — не зря, значит, вчера полуночничали. Было видно, что к седлу она не слишком привыкла, но верхом ездить умеет. Девушка поймала его взгляд, улыбнулась, и Натаниэль невольно улыбнулся в ответ.       Когда-то он любил бывать в Хайевере: дорога стала привычной настолько, что Натаниэль и сейчас смог бы проехать по ней хоть с завязанными глазами, ориентируясь лишь по времени. Но лучше бы сегодня вместо него взяли с собой кого-нибудь другого. Вот кончился лес, потянулись прибрежные утесы, засверкало солнце на волнах. Еще пара часов хорошей рысью — и из-за холмов появятся зубцы замковых башен. Но Страж-командор свернул коня на проселок, уводящий прочь от берега. Натаниэль тихонько выдохнул.       Все как всегда — рыскать проселочными дорогами, искать тех, кто видел тварей издалека и оказался достаточно быстр или труслив, чтобы остаться в живых. Искать следы пешего отряда или тела тех, кто не пережил встречу с порождениями тьмы. Впрочем, в этот раз долго ехать не пришлось: разоренный хутор встретил их обгоревшим частоколом и выбитыми воротами. Во дворе огонь не разгулялся, зато твари порезвились как хотели: разрубленные тела, вывороченные кишки, густой запах свежей крови и дерьма.       Страж-командор спешился, шагнул в дом, не вынимая оружие.       — Проверь ледник, вдруг кто живой.       Живых не нашлось ни в леднике, ни в подполе, ни в хлеву, ни в конюшне.       Натаниэль стянул перчатку доспеха, коснулся лба и руки мертвеца, сунул руку за шиворот, потом подмышку.       — Часа два прошло.       — Догоняем, — сказал Страж-командор.       — А мы разве не похороним их? — спросила Бетани.       — Мертвые подождут. Живые — нет. Когда догоним — прикрывай, как сможешь, и под руку не суйся.       Было видно, что девушка не поняла, почему остальные так уверены, что нужно догонять живых. Но Страж-командор послал коня быстрой рысью и разговаривать стало некогда.       Они нагнали тварей через полтора часа. Натаниэль слетел с коня, выхватывая из-за спины лук. Огрен, отчаянно матерясь, спрыгнул с седла. Страж-командор спешиваться не стал: на полном скаку влетел в толпу, растоптав тех, кто не успел посторониться, срубил голову сунувшемуся под меч гарлоку. Остальные, опомнившись, бросились на безрассудно влезшего в самую гущу человека, но Натаниэль не зевал: самый шустрый упал со стрелой в боку, еще одному прилетело под лопатку. Третий вспыхнул свечой, заметался, истошно воя, прежде чем рухнуть под топором Огрена. Натаниэль клал стрелы одну за другой, быстро, почти бездумно: выцелил тварь, пытавшуюся со спины подобраться к увлекшемуся, как всегда, гному, собрался было снять еще одного, но Бетани успела раньше. Девочка оказалась на удивление хороша: накинула барьеры на всадника и гнома, под руку не лезла, переключившись на тройку лучников, которые было отделились от основной группы тварей, но не успели даже разорвать дистанцию, не говоря уж о том, чтобы выстрелить. Так и получилось, что отряд порождений тьмы полег в считанные минуты.       — А ты молодец, — Огрен от души хлопнул Бетани по лопатке. — Обычно как этих тварей в первый раз увидят все верещат, да норовят в обморок свалиться.       Сами они давно привыкли к ауре безотчетного страха, что окружала порождений тьмы, но новички и в самом деле часто терялись.       — Не в первый раз, — коротко сказала Бетани. — Но все равно спасибо.       Да, пожалуй, про Глубинные тропы в двух неделях от ближайшего выхода на поверхность Страуд не приврал.       Пленниц оказалось трое: женщина в расцвете лет, девочка-подросток и крепкая деваха-работница. Напуганные до полусмерти, помятые, но не покалеченные. Мужчины уступили им лошадей, Бетани спешилась за компанию.       — Как вы узнали, что надо кого-то спасать? — спросила она, пристроившись рядом с Натаниэлем.       — Не бывает хуторов, где нет женщин. А среди тел их не оказалось.       — Но… зачем? Если твари не нуждаются в сне и еде, то, наверняка и…       Натаниэль глянул вперед, где Страж-командор о чем-то разговаривал со старшей из бывших пленниц — остальные ехали рядом, прислушиваясь — понизил голос:       — Матки. Им нужно размножаться, и женщин превращают в маток.       Краска сползла с лица Бетани.       — Нет, тебе это не грозит, — добавил он прежде, чем девушка успела открыть рот. — Стражей они просто убивают. Видимо, Посвящение слишком сильно нас меняет.       — Пожалуй, это обнадеживает, — хмыкнула она.       — Смерть вообще надежная штука, — ухмыльнулся Огрен. — Никогда не обманет и не подведет.       Натаниэль поймал ладонь девушки, тихонько сжал. Бетани благодарно улыбнулась, и он не смог удержаться от ответной улыбки. Так они и шли, держась за руки почти до самого хутора.       Казалось бы, он давно должен был привыкнуть и к смертям, и к бабьему вою по покойникам — и все равно, каждый раз, как в первый. Нечего сказать, нечем утешить: слова не вернут мертвых. Натаниэль вышел за ворота, прислонился спиной к остаткам частокола. Еще бы уши заткнуть.       Бетани тронула его за рукав:       — Если бы мы выехали с вечера, все было бы по-другому?       — Нет, — ответил он с уверенностью, которую совсем не испытывал. — Много нарыщешь ночью, когда искать врага можно только по следам?       Она кивнула, прислонилась рядом в той же позе.       — Нам надо ехать, — послышался со двора спокойный голос Стража-командора. Найти, где эти твари вылезли и сделать так, чтобы оттуда больше никто не появился. Кто-то из женщин неразборчиво всхлипнул.       — Вот, возьмите, — продолжал он. — Вам троим этого хватит дотянуть до осени, а там нанять работников снять урожай — тогда зиму переживете. Прощайте.       Командир вывел лошадей со двора, мотнул головой Натаниэлю, мол, помоги. Они сцепили руки, чтобы гном мог опереться на них, забираясь в седло. В другое время, пожалуй, вволю бы позубоскалили: до того потешно каждый раз Огрен ругался, взбираясь на лошадь. Но сейчас не хотелось.       Следы привели их в холмы, к глубокому оврагу. Воды размыли землю до камня, в котором обнаружилась расселина.       — Полезем? — поинтересовался Огрен.       — Незачем, — сказал Страж-командор. — Напишу тейрну, привезет с побережья камней, да и завалит.       — И раствором залить, — кивнул гном. — Только зачем бумагу марать и глаза портить, когда можно самому съездить?       — Не хочу, — он спешился, полез в седельную сумку. — Отдохните пока.       — Дурень ты, командир, — сказал Огрен. — Умный вроде, а все равно дурень.       Страж промолчал.       В сумке нашлась походная чернильница, бумага и перо, столом послужила внутренняя сторона щита.       — Отвезешь, — Страж-Командор подал Натаниэлю запечатанное письмо. — Передашь тейрну и дождешься ответа. Только ты знаешь, как срезать путь по бездорожью. Остальным придется слишком долго объяснять.       Натаниэль усмехнулся, глядя ему в глаза. Командир взгляд не отвел.       — Вернешься. Пока не будет ясно, что тейрн решил, мы отсюда не двинемся. Мало ли, полезут. И если вдруг окажется, что та стая была не одна, и где-то бродят еще, не геройствуй.       — Понял.       Ему и в самом деле не нужно объяснять дорогу: когда-то они изъездили эрлинг вдоль и поперек: когда на охоте, а когда просто так. Родители занимались своими, взрослыми делами, они с Фергюсом носились верхом по окрестностям, а за ними хвостиками следовали Айдан и Томас. Томас мертв, Айдан — его командир, а Фергюса Натаниэль не видел… получается, вот уже десять лет. И говорить им, наверное, уже не о чем.       Замок Хайевер, пожалуй, не изменился. Натаниэль искал — и боялся найти — следы пожара. Но стены казались такими, как всегда, и внутри… впрочем, он наверняка успел многое забыть. Вот разве что двор казался просторней, и деревянные постройки выглядели свежими и крепкими. Но едва ли получилось бы сейчас вспомнить, что изменилось. И ни одного знакомого лица. Тоже, в общем, неудивительно. Мелькнула мысль — как бы отреагировали те люди, что пустили во двор Хайевера Серого стража, узнав его имя? Мелькнула и тут же пропала: ответ был очевиден.       Он отдал письмо привратнику и приготовился долго ждать, но не прошло и пяти минут, как тейрн Хаейвера сбежал по лестнице во двор — и замер, точно влетев всем телом в стену.       Натаниэль поклонился — в точности, как требовал этикет. Хозяин замка вернул поклон — столь же досконально выверенный.       — Не ожидал увидеть тебя.       — Мне приказали передать письмо и дождаться ответа.       — Ответа не будет. Я сам поговорю с… со Стражем-командором. Проводишь.       За всю дорогу до оврага они не перемолвились ни словом.       Пока Натаниэль ездил, остальные развели костер и расположились лагерем. Слезая с коня, страж искренне им позавидовал — весь день в седле изрядно его утомил. Хорошо хоть, похоже, до утра теперь с места не сдвинутся. Конечно, он бы выдержал обратную дорогу: в легендах о выносливости Серых стражей была изрядная доля правды — но передышка радовала.       Тейрн оглядел овраг, лаз под землю.       — В один день столько камня сюда не притащить. Завтра с утра я пришлю солдат, чтобы караулили, пока не разберемся с этим. А пока нет нужды ночевать под открытым небом.       — Не стоит, — покачал головой Страж-командор. — Мы останемся здесь, на случай, если порождения тьмы появятся до того, как прибудут твои люди.       Тейрн помолчал, не отрывая взгляд от лица брата.       — Айдан, — сказал он, наконец. — Ты не был дома с тех пор, как…       — Мой дом сгорел.       — Но жизнь продолжается.       — С этим трудно поспорить. — Айдан отвел взгляд, добавил еле слышно: — Я не могу. Просто не могу. Прости.       Фергюс порывисто шагнул, обнял брата.       — Хотя бы пиши.       Айдан улыбнулся:       — Буду.       — Врешь, — хмыкнул тейрн.       — Вру.       Натаниэль торопливо отвернулся.       — Я пришлю людей, — повторил тейрн, прощаясь. — Выйдут затемно, к рассвету будут. Двух десятков хватит?       — Должно хватить.       — Что ж… Тогда до встречи. Надеюсь, Создатель доведет снова свидеться.       — Постой, я провожу. Мало ли...       — Не надо. Я на своей земле.       — Дурень ты, командир, — сказал Огрен, когда стук копыт затих. — Какой же ты все-таки дурень.       — Какой уж есть… — Айдан помолчал. — Натаниэль… как там?       — Я немногое успел увидеть. Но, кажется, жизнь действительно продолжается.       — Значит, все было не зря.       Он резко поднялся, отшагнул в сумерки. Натаниэль поймал встревоженный взгляд Бетани, чуть качнул головой — все в порядке. Порождений тьмы не чувствовалось, а разбойникам, если тут такие водились, он от души посочувствует, буде те попробуют ограбить Стража-командора… как, впрочем, и любого из них. Он заставил себя отвести взгляд от темноты, вернувшись к насущным делам. Желудок громко заурчал. Бетани сняла с костра котелок.       — Эй, командир! — крикнул Огрен. — Давай сюда, пока мы все без тебя не схарчили!       — Ну и готовили бы по второму разу, — хмыкнул Страж-командор, усаживаясь у костра. — Ты бы лично и готовил.       — Жить надоело? — поинтересовался Натаниэль, заглядывая в котелок. После целого дня на ногах ячменная каша с солониной пахла одуряюще.       — Я же не сказал, стал бы это есть. Я сказал, что Огрен бы готовил. Хотя, ты прав, продукты тоже жалко.       Какое-то время тишину нарушал только стук ложек. Наконец, Огрен откинулся на спину, сыто рыгнув.       — Теперь хлопнуть по-маленькой и на боковую.       — Пожалуй, я не возражаю, — сказал Страж-командор. — Только твое пойло даже нас с Натаниэлем с ног свалит, а про Бетани и говорить не стоит.       Он достал флягу.       — Не, я свое, — Огрен полез в мешок. — Мне тут и понюхать не хватит.       — Как хочешь. — Страж-Командор протянул флягу Натаниэлю. Тот пригубил — хороший, выдержанный бренди. Передал Бетани.       — Осторожней. Крепкое.       Она ожидаемо закашлялась. Огрен расхохотался.       — Учить тебя и учить! Откуда ты такая, мелкая?       — Из Лотеринга.       — Тьфу ты, голова дырявая, — гном хлопнул себя по лбу. — Там я не был. Много где наверху побывал, а там — не довелось.       — Мне довелось, — сказал Страж-Командор. — Большое было село, людное.       — Большое, — эхом откликнулась Бетани.       — Расскажи, — попросил Натаниэль.       — В лесу у реки росли ландыши. Мы с Эбрин собирали их весной, приносили домой, они пахли на всю комнату… Карвер ругался, говорил, что вся его одежда провоняла, как у девчонки.       И все-таки удивительно светлая у неё улыбка. Глаз не отвести.       — В реке было полно рыбы, Карвер с друзьями пропадал на рыбалке все лето. Приносил добычу, такой гордый, а Мэриан ругалась, что чешуя снова расползется по всему дому и… — девушка осеклась. — Витражи в церкви… Мне нравилось туда ходить. Преподобная мать была такой доброй, а у сестры Лелианы для меня всегда находилась история… кажется, она ни разу не повторилась, сколько их ни рассказывала. А как она пела…       — А как она стреляла! — гоготнул Огрен.       — Вы ее знали? — удивилась девушка.       — Конечно, — Айдан улыбнулся, легко и открыто. — В Лотеринге к нам напросилась сестра Лелиана. Я еще подумал: где это сестер Церкви учат так драться?       — Сестра Лелиана была такой кроткой, приветливой...       — Видела бы ты, как эта кроткая шпигует гарлоков стрелами! — снова встрял гном.       — Мы точно говорим об одном и том же человеке? — Бетани явно продолжала сомневаться. — Никогда бы не подумала, что сестра Лелиана, которую я знала — та самая Лелиана, что сопровождала Героя Ферелдена.       — Да, славно мы тогда погуляли! — Огрен отхлебнул из фляги, довольно прищурился. — Скажи, командир?       — Погоди. Ты…       — А то! Я командира, почитай, до самых Мертвых Рвов довел!       — И правда, что бы мы без тебя делали, — рассмеялся Страж-Командор.       Бетани восхищенно уставилась на него. Натаниэль мысленно выругался. Гер-р-рой!       — Что до Лелианы… Едва ли в Лотеринге было две сестры Лелианы, которые прекрасно пели и знали множество историй.       — Я думала, она погибла, когда… — Бетани опустила голову. — В Лотеринге… Там было как сегодня?       Натаниэль осторожно приобнял ее. Отодвигаться девушка не стала.       — Мы проходили через него до того, как пришла Орда. И больше не вернулись. — Айдан помолчал. — Но мне довелось вернуться в Остагар и устыдиться, что остался жив.       Бетани передала ему флягу, тот благодарно кивнул.       — Алистер тогда поклялся отомстить. А я — сделать все, чтобы такого больше никогда не случилось. Защитить от этой дряни тех, кого смогу.       — Да уж, на мелочи ты никогда не разменивался, — не удержался Натаниэль.       — Как и ты. Иначе тебя сейчас бы здесь не было.       Это он зря. Натаниэль сам толком не понимал, почему до сих пор не последовал примеру Андерса. Но уж точно не ради великой цели и идеалов.       — Вообще-то кое-кто не оставил мне выбора.       — Как и мне. Но и я, и ты могли просто послать все под хвост Архидемону и уйти. Однако ты здесь. И я — здесь. Поэтому те твари, что мы нагнали сегодня, больше никого не убьют. И только это имеет смысл.       — Моего брата убил огр, — тихо сказала Бетани. — И… Думаю, я понимаю, о чем вы. Я тоже рада, что эти твари больше никого не убьют. И не хочу, чтобы с чьим-то домом случилось то же, что с Лотерингом.       Какое-то время фляжка ходила по кругу в молчании. А потом Натаниэль обнаружил, что голова Бетани лежит у него на плече, а сама девушка мерно сопит. Он осторожно переложил ее так, чтобы голова оказалась у него на коленях. Поймал невероятно ехидный взгляд Айдана.       — Только попробуй что-нибудь сказать, — прошептал Натаниэль.       Тот ухмыльнулся. Подал плащ, помогая укрыть.       — Твоя смена под утро.       За спиной всхрапнул Огрен. Натаниэль улыбнулся, провел ладонью по девичьим волосам — легко, едва касаясь.       Завтра под утро его разбудит Огрен. Потом они встретят солдат тейрна, потом дорога до башни Бдения. Снова расписания патрулей, отчеты, письма, караулы, разведка Глубинных троп, карты… Но это будет потом.       А пока можно просто сидеть у догорающего костра, гладить шелковистые кудри и думать, что Айдан совершенно не понимает в том, что на самом деле имеет смысл.       Потому что Натаниэль теперь знал, ради чего он здесь.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты