"Экстремальная" беременность

***

      Очнулся Вилли рано утром, лёжа на кровати. Он долго вспоминал, как смог добраться до спальни и лечь спать: вот он ушёл с фабрики; дошёл до дома мисс Блэк; обнаружил девушку лежащей на полу без сознания; вызвал "скорую помощь" и ждал их приезда; ехал в машине до больницы; сидел в коридоре, ожидая новостей о состоянии Анжелины; а после разговора с доктором, у него всё было словно как в тумане. Сколько бы он не напрягал свой пока ещё сонный мозг, в голове ничего не хотело всплывать. Тяжко вздохнув, кондитер на секунду закрыл и открыл глаза. Окинув уже не сонным взглядом пространство спальни вокруг себя, Вонка обнаружил, что он всё ещё во вчерашней одежде, но без обуви, редингота, цилиндра и трости с перчатками; рядом с ним, сладко сопя в подушку, ещё спала его дражайшая супруга - Кэйли. Шоколадный магнат решил отложить свой "допрос с пристрастием" о вчерашнем на потом, и, для начала, ему нужно было привести себя в порядок.       Стараясь бесшумно встать с кровати, Вилли, попутно достав из рядом стоящего шкафа полотенце и свою повседневную одежду, дополз до ванной и закрыл за собой дверь. Подойдя к зеркалу, висящее над раковиной, шоколадный инженер ужаснулся своему отражению: волосы в полнейшем беспорядке, а точнее, там творился полнейший "шухер" похлеще, чем у Кэйли по утрам; глаза красные и лицо слегка опухшее - явно вчера эмоции одержали верх над разумом. Умывшись холодной водой, дабы немного прийти в себя, Вилли начал снимать с себя одежду. Приняв душ, шоколадник, стоя перед зеркалом с полотенцем, затянутым чуть ниже талии, чистил зубы. Далее, он сел в кресло, над которым висел агрегат под названием "сушуар" - похож он на огромный фен, который висит над головой. Высушив свои волосы, которые сформировались в привычную причёску, мистер Вонка оделся и вышел из ванной комнаты.       - Всё в порядке, милый?       Кондитер невольно вздрогнул - тот стоял спиной к кровати, на которой уже не спала Кэйли. Он обернулся и, дабы не портить с утра настроение, - он решил рассказать Кэй всё о мисс Блэк немного позже - слегка натянуто улыбнувшись, ответил:       - Эм... Да, всё хорошо, дорогая, - он глазами нашёл свои цилиндр, трость и перчатки. Взяв их, он судорожно думал, под каким "предлогом" сбежать от супруги - она явно терпеливо сидела и ждала, когда Вонка сам соизволит ей всё рассказать - и ничего лучше не нашёл, как достать свои карманные часы на цепочке. - Ох, ещё так рано, что уже поздно... Мне пора бежать, а то Чарли меня заждался уже поди... - он почти уже добрался до выхода из спальни, повернул дверную ручку...       Но не тут-то было.       - Вильям Вонка!       Только упоминание полного имени кондитера могло его хоть как-то остановить. С таким тоном это было произнесено, что аж детки в животе у девушки "притихли" пуще прежнего; они уже поняли - маму лучше не стоит злить; а сам шоколадник заделался каменной статуей перед дверью, стоя спиной к девушке, и не смея даже шелохнуться. " - Вот же чёрт возьми... Я, кажись, влип..." - мысленно бормотал Вонка, попутно молясь всем Богам, чтобы всё разрешилось благополучно и... безболезненно.       - Мне теперь, прикажешь, с твоей спиной разговаривать или всё же соизволишь повернуться ко мне лицом? - спросила у шоколадного магната Кэй. В ответ лишь молчание. - Избушка, на курьих ножках! Встань к двери задом, а ко мне передом!       Кондитер аж опешил от такого, но послушался и встал лицом к девушке. Как провинившийся школьник, он опустил взгляд и стал беспокойно перебрасывать свою трость из одной руки в другую. Видя, что её супруг не хочет сам начинать объяснение своего вчерашнего поведения, а также похождения домой к Ангеле, девушка решила начать сама разговор:       - Ну что ж... Раз уж ты молчишь, то тогда я спрошу тебя вот о чём - ты помнишь, как вчера в домике приставал к миссис Бакет, а Чарли назвал своим "родным" сыном, м? - Кэйли решила таким образом проверить память супруга, а заодно и постебаться над ним. Не каждый же божий день Кэй выпадает такое "удовольствие" лицезреть своего мужа в такую рань несусветную в их спальне. Так что девушка просто "упивалась" моментом, пока ей такая возможность представилась.       А вот Вонка не уловил никакого намёка на стёб со стороны своей супруги; скорее всего в виду того, что его мозг ещё не окончательно проснулся и, всё ещё так и не смог вспомнить вчерашние события по приходу на фабрику; и, приняв её вопрос за "чистую монету" в хронологии событий вчерашнего туманного вечера, резко побледнел, (автор: куда ему ещё бледнее уж не знаю, и так похож на призрака:D), безмолвно открыл рот, - при желании, мог бы и челюсть свою уронить прямо на пол - а в глазах стояло удивление вперемешку с испугом и ужасом.       - Ч-ч-что-о-о...? - заикаясь, переспросил шоколадник, хоть всё и услышал с первого раза. Мозг не готов был к таким "выпадам", а сам Вонка пытался хоть что-то сказать, чтобы не казаться "безмолвным изваянием" по среди их спальни. Кто бы знал, сколько сил она приложила в тот момент, чтобы не выдать себя: не заулыбаться и не засмеяться, тем самым, ни коим образом не показать шоколадному инженеру, что его нагло обманывают. Так продолжалось несколько минут, на протяжении которых ни один из них больше не сказал ни слова.       Уже больше не в мочь смотреть над потугами супруга вспомнить, что было вчера, миссис Вонка быстро встала с кровати и бегом помчалась в ванную комнату. Включив воду, чтобы заглушить тишину, она, не выдержав, засмеялась, но так, чтобы этого не услышал кондитер. Её рассмешила реакция Вилли на её вопрос. И это означало только одно - он не помнил, как пришёл обратно на шоколадную фабрику.